Измена, или На осколках мечты

Глава 5. Лида

Олег просто уходит, не сказав ни слова, но я понимаю его. Тяжело принять, что у тебя есть ребёнок, о существовании которого ты ничего не знал.

Наверное, в иной ситуации я бы не спешила раскрыться, но считаю глупостью несусветной придумывать оправдания вроде – это не твоя дочь и прочее. При желании сейчас до правды легко докопаться. Нужно только сделать парочку запросов и вуаля – информация у тебя в кармане. Хоть это звучит прискорбно, но люди с деньгами в карманах и не такое узнать могут.

Вопрос времени, как скоро Олег бы понял правду. По этой причине оттягивать момент я не стала. Зачем?.. Хотя бы теперь у него появился стимул поскорее решить вопрос с человеком, который угрожает мне. Очень надеюсь, что всё закончится, и мне не придётся сбегать, как тогда. Я только-только нормально устроилась, получила достойный проект и пожалуйста… Бывший муж свалился мне на голову, но не один… с сопутствующими проблемами.

А может, проблема во мне?

Притягиваю тут неприятности, как магнит.

Телефон звонит, и я вздрагиваю, потому что это было неожиданно.

– Никит, привет! Спасибо, машину доставили в целости и сохранности.

– Привет! Рад это слышать. Ты сама как? Ничего похожего на вчерашнее больше не происходило?

Никита старается не называть появление того автомобиля покушением, чтобы не пугать меня, но думает наверняка о нём именно так.

– Всё хорошо… Не переживай так, а то я сама превращусь в параноика. Остановимся на теории, что тот автомобилист – любитель попугать и словить на этом добрую порцию адреналина?

– М-да… звучит не очень, но я попросил брата поспрашивать у знакомых. Машин таких в городе мало, а без номеров – тем более. Возможно, ему что-то удастся выяснить. У него и автомехаников знакомых много.

Мне так приятно, что мужчина заботится обо мне. Другой бы на его месте уже наплевал, перелистал страницу и двигался дальше, но не Никита. И неприятно говорить следующее:

– Никит, это не твои заботы, правда… Не следует тебе вмешиваться в это. Ты вчера поддержал меня. Спасибо. Однако больше не стоит так печься обо мне. Хорошо?

Это для его же блага.

Кто знает, какие силы во всём этом замешаны? Хорошо, если кто-то просто запугивает… а если нет? Если они готовы пойти дальше? Мне не хочется подставлять других людей. Не Никиту – это факт. Он слишком хороший человек.

– Ты хочешь, чтобы я перестал искать виновника? Но почему? Если ты попала в какие-то неприятности, ты можешь поделиться со мной. Я не допущу, чтобы с тобой или твоей малышкой случилось что-то. Лид, поговори со мной, пожалуйста. Если хочешь, я подъеду к Северному ветру и заберу тебя на обед?

– Это будет лишним. Спасибо, Никит, но больше помогать мне не следует. Мне есть кому помочь. Удачи тебе на работе. Пока.

Тяжело говорить в таком тоне, но это правильно. Если буду мямлить и объясняться – он не отстанет. Никита рассчитывает, что у нас есть шанс? А на что я сама? Я не смею удерживать мужчину рядом, виляя перед ним хвостом, потому что не смогу ответить взаимностью. Лучше один раз отрезать, чем пользоваться человеком и тем самым причинять ему боль.

Никита присылает сообщение, что он услышал меня и даст отбой. Я ничего не отвечаю ему. Достаточно. Пора бы взяться за голову уже.

Олег возвращается в кабинет, когда я его совсем не жду.

Боже!..

Я сумею сегодня переключиться на работу?

– Можешь пока отложить проект. На сегодня твой рабочий день окончен. Собирайся, мы поедем забирать дочь. Где она сейчас? В саду?

– Ты в своём уме? Олег, я сказала тебе правду не для того, чтобы ты сейчас включал режим любящего и заботливого отца и пытался отнять у меня ребёнка или указывать мне, что и как делать.

– Если потребуется указывать, мне придётся сделать это, Лида. Пока прошу лишь выполнять мои просьбы.

Просьбы?

Да они же как приказы звучат!

Он себя слышал вообще?

И чего так переполошился?

– Куда ты хочешь поехать? И зачем тебе дочь? Если ты заявишь ей, что ты отец… Подожди… Ты хочешь сделать анализ ДНК?

Олег запускает пятерню в волосы, смотрит на меня как на идиотку, а потом хмыкает и отрицательно мотает головой.

– Похоже, ты не понимаешь, насколько всё серьёзно. Если тебе угрожали, то могут начать выполнять свои угрозы. И кто первым попадёт под удар?

– Соня, – бормочу я себе под нос.

– Верно. Поэтому мы поступим так: ты заберёшь дочь из сада, и вы временно переберётесь ко мне. Подъезд охраняемый, но я поставлю дополнительную охрану. Я не позволю никому навредить вам, но тебе придётся довериться мне, Лида.

Мне хочется сказать «нет», но останавливает только одно – я переживаю за дочь.

Может, не следовало мне держаться за проект, который получила с таким трудом? Собраться… продать квартиру и уехать с Соней подальше? А там уже как-то разберёмся. Будет новая работа, будут новые проекты… но Олега в нашей жизни не будет… и того, кто не хочет, чтобы мы с ним общались, – тоже.

Я смотрю на мужчину, но не решаюсь озвучить свои мысли. Он нас не отпустит. Не сейчас, когда понял, что у него есть дочь. А тот, кто разбрасывается угрозами, может сделать шаг, чтобы навсегда разделить нас с Олегом.

Выключаю компьютер, в который пока так ничего толком и не успела вбить, закидываю флешку с проектом в сумочку и встаю.

– Я думал, мне придётся тащить тебя на руках в машину. Рад, что ты понимаешь серьёзность ситуации.

Тащить меня на руках? Хочется фыркнуть в ответ, но я не собираюсь усугублять ситуацию. С чего Олег взял, что меня придётся тащить на руках? Думает, что после развода с ним я превратилась в неадекватную истеричку?

Сотрудники косятся на нас, когда вместе идём к лифту, а Олег подзывает исполнительного директора и говорит, что мы поехали на объект, чтобы проработать проект во всех деталях, учитывая его расположение. Такое себе оправдание. Лев Натанович никогда не объяснялся перед сотрудниками, почему Олег делает это? Боится, что о нас пойдут слухи?

Мы садимся в машину на подземной парковке.

Олег нервничает: у него заметно дрожат руки.

Я сразу догадываюсь, в чём дело – он боится встречаться с дочерью.

– Ей не следует говорить, что ты её отец. Соне всего три года. Она ещё мало чего понимает. Будет несложно объяснить ей, что мы поживём в гостях, но всё остальное… Думаю, ты понимаешь?

– Да, разумеется. Я всё прекрасно понимаю. Расскажи мне, какая она…

Так странно…

Мне казалось, что я продолжу злиться на Олега за измену, но день, когда он ушёл от меня, сознавшись в содеянном, словно стёрся из памяти. Нет никакой злости, не хочется закатывать истерики и язвить. Мы говорим, как старые приятели, хоть и понимаю, что внутри до сих пор горит огонёк… Мои чувства к нему так и не удалось искоренить. Олег остался мужчиной, которого я любила. И я не смогла полюбить другого даже спустя столько лет.

Вспоминаю, как торжественно клялась себе, что забуду его и больше не доверюсь мужчинам. Даже если тот, другой, будет во всём идеален. Последнее выполнила, а вот забыть так и не смогла.

Горько ухмыльнувшись собственным мыслям, я старательно задвигаю их на задний план и смотрю на Олега.

– Она чудесная… любящая, понимающая, заботливая. Софья очень добрая.

– Софья… мы именно так и хотели назвать ребёнка, если у нас родится девочка, – подмечает Олег, выезжая с парковки. – Я предложил тебе это имя, а ты сразу же согласилась.

– Помню. Оно понравилось мне, и я не стала отказываться от этой идеи. Ты же не думаешь, что сделала бы это назло тебе?

– Почему ты не рассказала мне о беременности? Если бы я узнал, всё могло сложиться совсем иначе.

– Иначе это как? Ты был слишком убедителен, когда уходил… Зачем пытаться отговорить тебя? Тем более то, что ты сделал… Мне не хотелось бы касаться прошлого и снова бередить старые раны.

– Я понимаю тебя, Лида, но есть вещи, о которых нельзя молчать. Даже если бы ты не позволила мне общаться с дочерью, я бы помогал вам, как только мог. Мне ведь и не доложили об этом.

– Не доложили? – я удивлённо моргаю, не в силах поверить собственным ушам. Кто ему мог доложить о том, что я родила дочь?

Олег бледнеет, но мгновенно находится со словами, а я понимаю, что он не договаривает что-то важное.

– Я не знаю, ведь мы были в браке, когда ты забеременела. Ребёнка по умолчанию должны были оформить на меня. Разве нет?

– Мне такие умолчания неизвестны, – отрицательно мотаю головой я, но на бывшего мужа смотрю с подозрительностью.

Он следил за мной всё это время?

Наслаждался тем, как я карабкаюсь к лучшей жизни?

Но тогда почему не знал о дочери?

Вопросов в голове слишком много. Все они смешиваются в сплошную массу, а я стараюсь не думать об этом, но обида пересиливает всё остальное.

Я предельно честна с Олегом. Рассказала ему даже о дочери!.. Почему бы ему не последовать моему примеру?

Уже хочу озвучить свой вопрос, да только он тает на кончике языка.

Даже если он следил за мной, то нового ничего не узнал. Плохая у него оказалась слежка. А если нет…

– Куда мы едем? Я ведь не назвала тебе адрес сада… – хмурюсь я, понимая, что маршрут, которым мы следуем, приведёт в мою квартиру.

– Разве тебе не нужно сначала собрать вещи?

– А ты знаешь, где я живу?

Всё это слишком. Наверное, мне сейчас следует сосредоточиться на недоброжелателе, но всё сводится к Олегу. Ему выгодно было убрать меня с работы над проектом… И он мог узнать о дочери раньше, а чтобы заставить нас перебраться к нему, придумал эту легенду с угрозами.

– Конечно, я посмотрел это, когда понял, что мы будем работать вместе. Не следует искать во мне врага, Лида. Я бы никогда не опустился до угроз.

«Ты говорил, что никогда не изменишь!», – хочется сказать, но я молча проглатываю это возмущение.

Кто старое помянет, тому…

Да только и в настоящем Олег откровенничать со мной не планирует.

– Вообще-то, ты права. Лучше сначала забрать дочь, чтобы убедиться, что она в порядке. Прости… я просто нервничаю. Новость о том, что у меня есть дочь, и само осознание, что мы с ней скоро увидимся, они выбили меня из привычного равновесия. Ещё и кто-то пытается навредить, а я не понимаю даже, где искать этого манипулятора. Я просто растерялся. Говори адрес сада, сейчас я сменю маршрут.

Я как-то на автомате называю адрес, а сама до сих пор думаю, калькулирую в голове происходящее и понимаю, что это всё не походит на растерянность. Олегу есть что скрывать от меня. Могу ли я доверять ему, если он сам мне не доверяет? А если у него раздвоение личности или какое-то иное психическое расстройство? За четыре года многое могло измениться. Так следует ли мне соглашаться ехать к нему? Обеспечит он нашу безопасность или сделает только хуже?

Глава 6. Олег

Я побоялся сказать Лиде о том, что всё это время следил за ней. Заявить человеку, что разлюбил его, но при этом преследовать и проверять, как она живёт? Глупость несусветная. Она меня точно не поймёт, поэтому я решил умолчать о слежке, которая не привела ни к какому результату. И почему только заикнулся об этом вообще? Тяжело скрывать что-то, когда хочется поговорить начистоту.

Женщина называет адрес, и я еду в сад за нашей дочерью. Я увижу её вживую, но даже не представляю, как повести себя правильно. Говорят, что отцовские чувства не такие сильные, как материнские. Что я почувствую, когда увижу малышку?

Все мысли теряются, стоит Лиде выйти из машины у сада. Меня уже не на шутку трясёт, и я готов смеяться над собой в голос. Взрослый мужик боится встретиться с ребёнком!.. Это выглядит забавно. И я бы посмеялся над собой в другой ситуации. Но это было бы в другой.

У меня есть дочь!..

Вспоминаю, как сказал Лиде, что не люблю её. Она смотрела на меня испуганно, но видно было, что не верила. Она пыталась уловить суть, поймать меня на шутливости, но я тогда давил из себя каждое слово с огромным трудом. Желая заставить её возненавидеть меня, чтобы не страдала из-за нашего расставания и не винила себя, я вбивал гвозди в крышку собственного гроба. Знала ли она тогда о своей беременности? Или узнала позже, получив на руки свидетельство о разводе?

Понимаю, почему она не рассказала мне о дочери. Уверен, что если бы был на её месте… Да откуда такая уверенность? Я не был на её месте, и даже представить не могу, что она испытала тогда на самом деле. Пропустив через себя всю боль, жестокость моих слов, Лида сберегла своё доброе сердце. Уверен, такой же она растит дочь.

Мысли медленно перетекают в тот день, когда я поехал в родительский дом. Отец был в командировке, мама говорила, что отмечать день рождения не планирует и пригласит исключительно своих близких друзей. Она расстроилась, что папы нет, и просила хотя бы меня заскочить на пять минут. Семейное мероприятие было запланировано на следующие выходные, когда отец ввернётся, поэтому Лида не захотела ехать со мной. Я рассчитывал, что быстренько заскочу, поздравлю и уеду домой, но всё пошло не по плану…

Передёргиваюсь, потому что прошлое активно засасывает меня, а я не хочу сейчас поддаваться ему. Мне бы освободиться от неприятного гнёта, прогнать его из своих мыслей. Что толку корить себя, если вернуться в прошлое и изменить что-то уже не получится?

– Пливет! Ты тозе мамин длуг? – спрашивает звонкий голосок, и меня прошибает сильнейшим разрядом.

Я не увидел и не услышал, как они нырнули в машину, и теперь боюсь повернуться. Всё тело занемело, но я делаю это. Переступив через себя, свои страхи и сомнения, медленно оборачиваюсь и смотрю на малышку. Она так похожа на меня… только слепец не заметит этого сходства. И на свою маму похожа. Малышка словно вобрала наши лучшие черты и стала… плодом любви, которую я загубил. Большие карие глазища как у меня, курносый носик, как у мамы, мои губы…

– Привет, маленькая фея. Я мамин друг. Ты права. Как твои дела?

– Мама заблала меня лано. Я не успела доделать куклу, – жалуется девочка и надувает губки.

Какая же она забавная. Мне хочется прикоснуться к ней, потрепать за щёчки и сказать… мне так много хочется сказать, но знаю, что не имею права этого делать.

– Думаю, что это не проблема. Ты сможешь сделать куклу с мамой. Если хочешь, мы заедем в магазин, где купим различные наборы для рукоделия?

Лида прицокивает языком.

Я неправильно повёл себя?

Наверное, так и есть.

Не следует начинать наше знакомство с походов по магазинам. А я ведь даже не представился.

– Меня зовут Олег. А тебя?

– Сонечка! – звонко отвечает дочка.

Моя дочка…

Осознание хлёстко бьёт до мозга костей, и мои ладони мгновенно становятся влажными. Даже дыхание чуть сбивается.

– Приятно познакомиться, Сонечка. Мама уже сказала тебе, что вы погостите у меня какое-то время?

Наверное, мне лучше язык за зубами держать?

Я не знаю, что говорить, а по взглядам Лиды кажется, что вообще не то выбираю.

– Сначала мы заедем за вещами и твоими любимыми игрушками, – с улыбкой говорит Лида и заправляет выбившуюся прядку каштановых волос за ухо дочери. – Моя машина… Что-то мы даже не подумали о кресле, – сокрушается бывшая жена, переведя взгляд на меня.

Думал о безопасности ребёнка, а главное упустил! Вот же чертовщина!.. Я хотел поскорее убедиться, что ей никто не навредил ещё, а в итоге…

– Тогда доедем до ближайшего магазина и купим удерживающее устройство?

– Нет-нет! Погоди! У меня в сумке есть треугольник. Совсем забыла, что пользовалась им, пока машина была в ремонте, и мы ездили с Никитой.

С Никитой…

Не могу отрицать, что как только Лида произносит имя этого мужчины, ревность захлёстывает меня. Приходится стиснуть зубы и проглотить. За что боролся, на то и…

Лида быстренько делает всё, что нужно, пристёгивает дочку штатным ремнём безопасности, хоть я и сомневаюсь, что это действительно безопасно без бустера. И всё-таки до их квартиры ехать недалеко, а дальше придумаю, как выкрутиться.

Как только добираемся, я провожаю девочек до квартиры, настоятельно прошу Лиду, чтобы не отпирала дверь посторонним, а сам мчусь в ближайший магазин, где смогу купить детское удерживающее устройство. Я беру самое лучшее, возвращаюсь, а Лида удивлённо смотрит на меня и хлопает глазами.

– Быстро ты. Мы ещё даже ничего не успели сделать… Только накормила Соню. Ты проходи, посиди пока в гостиной.

От женщины так дурманяще пахнет, да и выглядит она сейчас слишком по-домашнему, что я хочу впиться в её губы, напомнив себе об утраченном счастье, но знаю, что этим причиню боль не только себе, поэтому борюсь с возникшим желанием и отступаю.

– Собираешь игрушки? – спрашиваю у дочки, выглядывающей из комнаты.

Она прижимает к себе плюшевого зайца, а я на мгновение задаюсь вопросом: точно ли я не сплю?

Дочка только улыбается мне и убегает в комнату. Этого более чем достаточно. Я пока не знаю, как вести с ней диалоги. Спускаю их чемоданы и везу девочек в квартиру, которая совсем не похожа на уютный уголок, из которого я вырываю их сейчас. Моё холостяцкое логово, арендованное в этом городе на год, может разочаровать их. Особенно дочь, привыкшую к ярким красочным стенам в своей спальне.

И всё-таки пока так будет безопаснее. Хоть охране я и не особо сейчас могу доверять, но я усилю. Подъезд охраняется – это уже дополнительная помощь. Сделаю всё, что от меня зависит, но они точно будут в безопасности.

На мгновение в голове появляется дурацкая мысль обратиться за помощью к Герману Вениаминовичу. У него точно никто не догадается искать Лиду с дочкой, уж тем более вредить им там, но я тут же отметаю её. А если он как-то замешан в происходящем? Я не могу доверять кому-то больше, чем самому себе, поэтому просто обязан следить за всем самостоятельно.

Привожу девочек в квартиру, надеясь, что они не сильно разочаруются, но какой там? Соня сразу бежит к панорамным окнам и с восторгом смотрит вниз. Лида порывается за ней, но я останавливаю её.

– Не беспокойся о безопасности. Тут всё продумано до мелочей. Она не упадёт, не разобьёт стекло, а если такое случится каким-то образом, снаружи есть дополнительная страховка. Всё хорошо.

От прикосновения к бывшей жене внутри меня бьются электрические разряды. Вижу, что и Лида реагирует похожим образом: она отшатывается от меня и поджимает губы.

Перешёл границы? Понимаю!..

– Я отнесу ваши вещи в спальню. Там всё чистое. Я не спал в ней даже ни разу. Как-то поселился сразу в кабинете, мне было достаточно этого, – говорю с улыбкой, а Лида лишь взволнованно кивает в ответ.

Женщина растеряна. Она не понимает, чего от неё хотят, как действовать дальше. И я пока – тоже. Мы запутались, но ничего…

Заношу чемоданы с их вещами в спальню и спешу скрыться в кабинете, чтобы выдохнуть хотя бы немного.

Замечаю, что у меня трясутся руки. Закурил бы, но только единожды прибегнул к этой дурной привычке, сотню раз пожалел об этом потом. Терпеть не могу запах табака, но только в нём находил успокоение, когда мы с Лидой развелись. А потом заставил себя подняться с колен и познакомился с Германом Вениаминовичем. Его появление в моей жизни стало своего рода спасительным кругом.

Слышу детский смех, доносящийся из-за двери. Кажется, мои опасения были напрасными? Соне понравилась квартира.

– Только не шуми, а то соседи могут наругать нас. Помнишь? – Приглушённый голос Лиды напрочь выбивает остатки воздуха из лёгких.

Думал ли я, что снова услышу её голос в своём доме?

Вот тебе и поработали совместно над проектом. А что будет дальше? Куда всё зайдёт? Когда я найду того, кто пытается разлучить нас, наши пути снова разойдутся. И ничего с этим не поделаешь.

Вспоминаю, что в холодильнике у меня если не мышь повесилась, то точно пусто. Заботливый папаша!.. Ругаю себя. Наверное, стоит оформить заказ в ресторане? Или спросить для начала у Лиды, что она предпочитает? И это я даже пока не смотрел проект, который она мне принесла. Кажется, я забыл его в офисе… Такими темпами голову бы нигде не оставить.

Заставляю себя подняться с кресла, чтобы выяснить, какой заказ оформить, но выйти из кабинета не успеваю.

Мне звонит Иван.

– Олег Игоревич, мне удалось выяснить, что сообщение было отправлено из офиса «СтройПлан». Симкарта действительно однодневная, владельца обнаружить, к сожалению, не удастся. Видимо, её выдали в подарок, как это любят делать временами по всяким акциям, а оформить не оформили. Ну или кто-то хорошо заплатил, чтобы оформление не произошло. В общем, единственное, что удалось выяснить – это место отправления.

– Прекрасно, – цежу я сквозь зубы.

Конкуренты, которые просто хотели убрать Лиду с проекта? Кто-то из её коллег постарался? Мне следует как можно скорее сообщить ей.

– Что по поводу вашего дополнительного задания…

– Я сейчас не в офисе, Иван. Завтра мы обсудим всё детально. Сейчас сделаю тебе перевод на счёт. Спасибо за старания. Уже хоть какая-то зацепка появилась.

– Да не за что. Вы обращайтесь. Я только рад помочь.

Отключаю телефон и понимаю, что у нас с Лидой появилась дополнительная тема для разговора. Не факт, что она понравится ей. И если мы так скоро найдём недоброжелателя, то уже в ближайшее время девочки съедут от меня…

Тяжело вздыхаю, перевожу деньги программисту за честные старания, а сам стараюсь подобрать правильные слова и выхожу из кабинета.