Древо жизни. Страшная сказка для взрослых

Со всех уголков земного шара миллионы варваров прибыли проститься с последним человеком старого мира. На время церемонии образовался совершенно новый уникальный город. Концентрические круги лавочек, образованные выползшими из-под земли корнями исполинского Царь-Древа, тянулись за горизонт. Они кольцами огораживали аккуратную лужайку с невысокой изумрудной травой, на которой, слегка покачиваясь, устремились ввысь тесно сплетенные воедино вековые стволы колоссального растения. Ветви и листья древа, тихонько шурша, будто переговариваясь между собой, закрывали небо, оставив лишь узкие щели, через которые мягко рассеивался солнечный свет. Только первые несколько десятков рядов могли увидеть, что у подножия необъятного растения, слегка переливаясь и мерцая, лежит закрытый алый бутон. В нём, как цветочный эльф, сейчас отдыхает Есигой, набираясь сил для речи первого дня в мире без него. Он – последний человек старого мира. И он – первый человек нового.

В последнем ряду величественного природного амфитеатра, слегка хлюпая носом, сидит маленькая Яра. Конечно, в свои шесть лет она уже разумеет на что способны лилии Царь-Древа. Понимает, что услышит речь Есигоя, даже находясь на самой окраине церемониального города, но ей так хотелось… Хотя бы на секундочку посмотреть ему в глаза, чтобы научиться той великой мудрости, которую он накопил за столетия создания цивилизации варваров. Ведь больше такой возможности не будет. Великий вождь вместе со своим исполинским другом погрузится в сон. Только в отличии от огромного растения он не проснется через несколько лет, а будет спать вечно. Яра глянула по сторонам – только взрослые, ни одного ребёнка. И у каждого такие разные древки, у одних беленькие колокольчики с окутывающими их зелёными листами, у других колючие кусты без цветов, а у некоторых даже похожие на Царь-древо, только с голубыми бутонами, а не с красными. Она надула нижнюю губу, вспомнив, что не сможет пройти инициацию, ведь исполинское растение погрузится в сон. Мечты поскорее обрести спутника на всю жизнь, стать взрослой и выращивать маленький росточек от исполинского древа вместе с тем, как будет расти сама, пока останутся мечтами. Девочка представляла как в тёмную ночь ляжет у основания стволов, её накроет один из листов, словно огромным веером, и она будет блуждать по лабиринтам своего детского сознания. Может быть, хотя бы там сможет встретиться с мамой, которая уже второй год в плену у техногенов. В каждую свободную от обучения минутку, Яра воображала, что открывает глаза, лёжа на зелёной лужайке, а рядом с ней маленький салатовый ствол только что родившегося древка. Она посмотрела бы на него с любовью, аккуратно окутала ладошками, чтобы росточку стало теплее, и тогда появились бы несколько листиков в подтверждение их взаимной дружбы. Взрослые рассказывали, что у них было так. А потом, когда древко научилось бы отпускать свои корни и трансформироваться в предметы, они бы вместе выручили маму из плена. Но теперь это всё только мечты. Ведь сегодня все варвары собрались проститься с последним человеком старого мира.

Каскад над головой зашуршал громче, а ветви, на которых сидели варвары, окрасились в алый цвет. Солнце сядет совсем скоро и тогда распустятся большущие лилии, которые сейчас едва начали показывать свои острые носики из-под зелёной листвы сверху. Непоседливо озираясь по сторонам, Яра надеялась не упустить момент когда бутоны появятся полностью, ведь она впервые увидит, как цветёт Царь-древо. Вот! Волшебное действо началось! Сначала, как мордочки какого-то животного, появились перламутровые пирамидки, медленно двигаясь вниз. Потом мягкий белый цвет бутонов становился розовым и цветы опустились на стеблях толщиной с ладонь, метрах в трёх над головами людей. Лепестки начали раскрываться, одновременно становясь насыщенно красными. Когда последний красный луч исчез и в амфитеатре воцарились сумерки, лилии Царь-древа раскрылись полностью. Слегка переливаясь от бархатистого лунного света, они начали источать сладкий аромат, от которого у Яры закружилась голова. Девочка испугалась и широко раскрыла глаза, чтобы не пропустить речь Есигоя, случайно заснув. Она даже схватила пальцами веки и постаралась не дать им закрыться, но голова ежесекундно спадала на грудь. Люди на передних рядах уже погрузились в сон, повалившись набок. Даже их верные друзья, растения, склонили ветви ближе к земле, а свои корни свернули клубочками. Яра больше не могла сопротивляться и в полусне плавно опустилась на лавку, уютно устроившись в широких и тёплых корнях Царь-древа.

– Прежде, чем мы посмотрим мой последний сон… – услышала Яра и выпучила свои, зелёные с желтыми прожилками, глазёнки, не в силах шелохнуться или вздохнуть. Прямо перед ней стоял Есигой! И он говорил только с ней, вокруг больше никого! Высокий мужчина был в светло-сером костюме, похожем больше на одеяние беляков-техногенов, чем варваров, и, засунув руки в карманы, внимательно смотрел на Яру. Девочка робко вжала голову в плечи от такого неожиданного сюрприза, но потом набралась смелости и выпрямилась.

– Информация для неинициированных, – продолжил Есигой, – мы находимся в общеколлективном сознании.

Яра озадаченно отвела взгляд от мужчины и поняла, что стоит на той самой изумрудной полянке, у подножия исполинского растения с переплетенными стволами, но совсем не понимает как сюда попала. Лавки амфитеатра пустуют, а бутоны дерева не свисают над ними плафонами. Девочка прикусила губу, вернувшись к разглядыванию аккуратных морщинок на добром лице последнего человека старого мира, стараясь запомнить как самое святое каждое его слово.

– Это значит, – он сделал шаг вперёд и присел на одно колено перед Ярой, – что сейчас каждый варвар видит меня совсем рядом. – Он улыбнулся и девочка заметила насколько грустный у него взгляд, – Точно так же как ты. А на самом деле вы все спите.

Мужчина встал, громко выдохнул и поднял голову к перешептывающимся ветвям огромного дерева. Подошел к стволу и нежно погладил по шершавой коре рукой, помолчав минуту. Затем присел, облокотившись на дерево, согнул ноги в позе лотоса и достал из нагрудного кармана небольшой белый носовой платок с какой-то вышивкой. Он потеребил кусочек ткани в руках и снова заговорил.

– Только благодаря Царь-древу я смог прожить четыреста тридцать семь лет. Вы знаете секреты устройства мира с пелёнок, но я учился им всю жизнь. – Он снова вздохнул и Яра увидела как поблёскивают его глаза в мягком сумеречном свете. «Наверное, – подумала девочка, – ему очень трудно держать на себе весь мир».

– Но не об этом будет мой последний сон, – после паузы продолжил Есигой, – а о том времени, когда я зародился. Тогда мне было двадцать девять лет и три месяца, а звали меня Вячеслав или Славик. – Он говорил медленно, старательно подбирая слова. – Наш привычный мир рушился, ни один человек не ведал, что делать и как жить дальше. Это был две тысячи двадцатый год. Я хочу, чтобы вы стали мной, моими глазами и ушами. Вы увидите. Вы поймёте. Пусть мои воспоминания станут вашими, ведь вам, только вам строить будущий новый мир.

Глава 1. Тридцать первое декабря 2019

Светлый офис насквозь пропитался запахом мандарин и шампанского после корпоратива. В попытках очистить помещение от лишних ароматов, Вячеслав открыл все окна. Моментально замёрзнув, он смирился, придётся, всё же, оправдываться перед заказчиком за не очень деловую атмосферу. А ведь человек с суммой ежемесячного дохода с шестью ноликами запросто может выбрать другого подрядчика для ремонта загородного коттеджа из-за любой не понравившейся ему мелочи. Стоя в дверном проёме, Слава нервно поглядывал в коридор. Дизайнер, который должен защищать проект, ещё не приехал, хотя до встречи тридцать минут. М-да, похоже, запах в переговорке будет не самой большей из проблем. На лестнице послышался стук остреньких каблучков. Кажется офисники с четвертого этажа тоже работают в канун нового года. Облокотившись на косяк, Вячеслав внимательно наблюдал за вращающимися шестеренками на наручных часах с прозрачным корпусом. «Все мы, – подумал он, – лишь часть огромного механизма». В офисе на столе тревожно пиликнул телефон.

– Да чёрт бы тебя подрал, – ругнулся Слава, прочитав сообщение. Дизайнер встрял в очередную пробку и задерживается минимум на полчаса.

На широкой магнитной доске висят ламинированные картинки проекта. Лучшие ракурсы 3Д моделей интерьера и экстерьера. Задача была поставлена просто: сделать элитный загородный дворец из унылой пустой коробки трёхэтажного дома. Треть жизни Вячеслав работал в сфере строительства и за пять лет владения компанией, усвоил, что нет более проблемных запросов, чем «вы специалисты, а не мы», «вам виднее» или «покажите себя». Но, к сожалению, жирные клиенты, способные нормально платить, обычно именно так и делают. Не знают чего хотят, а драгоценнейшее время на выяснение этого вопроса тратить не хотят. Им просто нужно «лучше всех». Слава, стараясь придумать аргументы в пользу каждого представленного решения, упёрся взглядом в кованые заборы, деревянные шкафы с завитушками и в огромную хрустальную люстру. Всё вместе действительно выглядит как дворец, но как-то… Слишком много мелких элементов, оттягивающих внимание от общей композиции, взгляд будет уставать и не получится насладиться решением. Сколько раз он уже корил себя, что недостаточно включается в разработку концептов, в производственные процессы. Но ведь за всем не уследишь, ведь так? Если начальник не доверяет сотрудникам, то зачем такая команда?

Слава подошел к окну, проверить не приехал ли клиент. Через дорогу девочка в серебристой куртке, переливающейся на солнце, и в шапке с бубоном крутится на одном месте, вычерчивая ногой круги на снегу. Вокруг неё уже два перекошенных круга следов, видимо, давно кого-то ждёт. Отвернувшись от ослепляющих сугробов, Вячеслав потянулся. Синий пиджак из мягкой ткани подскочил и пришлось подойти к зеркалу, чтобы аккуратно его одёрнуть. Он заметил, что ссутулился. Привычка горбить спину осталась ещё со школы, когда из-за высокого роста как его только не обзывали. Шваброй, дылдой, останкинской башней, просто гигантом, но одно прозвище следовало за ним вплоть до окончания университета – Сурок-переросток. Конечно, обращаясь прямо, одногруппники величали его по фамилии, Суриков, но за спиной… В разговорах, которые он случайно слышал в столовой и на перекурах, замечал в записках, всегда обзывали этим чрезмерно выросшим животным. А тайные шушуканья, издевательские смешки и неловкая тишина, когда ты подходишь к толпящимся студентам, оставляют намного большую обиду, чем бестактные детские шалости в школе.

Только Вячеслав заправил по новой идеально выглаженную белую рубашку, поправил галстук и протёр губкой лакированные туфли, зазвонил телефон. Ассистентка клиента вежливо промурлыкала, что Степан Борисович с супругой задерживаются на час. Слава обрадовался удачному стечению обстоятельств. Дизайнер успеет выбраться из пробки и не придется самому оправдываться за султанские излишества проекта, не характерные для современных русских людей. А сейчас можно спокойно выпить кофе, иначе вырубится он ещё в ночном клубе, задолго до боя курантов. Вячеслав пролистал в мессенджере последние сообщения от Настеньки. Уже три года вместе живут, а он всё не привыкнет к зашкаливающему количеству фоток, которые она выкладывает каждый день во всех соцсетях по любому поводу. Сегодня вот, выбирает наряд на новогоднее мероприятие. С утра она сходила на маникюр, сделала прическу, что-то там ещё из женских процедур и каждый час присылала фотоотчет с комментариями и вопросом «ну как тебе?». Слава звучно выдохнул, глядя мельком на фото красавицы в разных платьях и костюмах, стараясь придумать как коротко и быстро ответить. Не получится ведь просто написать «все норм» – это уже проходили. Губки бантиком, слёзы, обиды, жалобы, что не уделяет внимания и якобы любит только работу. Он ещё раз пролистал ленту и ответил, что синее с блёстками лучше, добавил пару смайликов с сердечками, отправил и выключил уведомления с её контакта. Неугомонный телефон на важных переговорах ему ни к чему.

Дизайнер и клиенты приехали почти одновременно. Предложив напитки, Вячеслав отошел к кофейному аппарату, а раздосадованный своим опозданием сотрудник жаловался потенциальному заказчику на узкие дороги и глупых водителей. «Главное, – закатил глаза Слава, – чтобы не начал про политику». Степан Борисович, полный мужчина, которого совершенно не беспокоило выпирающее как арбуз из штанов пузо, смеялся над словами дизайнера, будто тот рассказывал сплошные анекдоты. Он поглаживал свою супругу по спине пока та внимательно разглядывала ламинированные изображения их будущего загородного коттеджа. С двумя чашками кофе с молоком и миниатюрными шоколадками на блюдце, Вячеслав подошел к овальному белому столу и пригласил всех присесть. На удивление, презентация шла как по маслу. Ну вот, а говорят не работать в праздники! Настроение у клиентов замечательное, они с восторгом принимают нелепые идеи дизайнера, который то и дело сыплет художественными терминами, описывая стиль каждого предмета. После обсуждения фото все принялись внимательно разглядывать 3Д модель, углубившись не только в каждую комнату, но и обсудив миниатюрные детали вроде выключателей и розеток. Несколько нелепых просьб всё же поступило. Супруга попросила добавить парочку торшеров в том же стиле, что и огромная хрустальная люстра, украсить кованые перила позолоченными листочками, а перила сделать из дуба. Сцепив зубы, Слава старался не начать лекцию о гармонии в интерьере. Вместо спора о вкусах, он сказал, что они обязательно добавят все элементы так, чтобы это не нарушало общую концепцию и сразу после праздников вышлют договор для начала реализации проекта. Рассыпаясь в комплиментах друг другу, они после трёхчасовой встречи наконец-то попрощались. «Па-багатому» – сказал Вячеслав, произнося «г» по-украински. Дизайнер усмехнулся и добавил, что знал, что прокатит, ведь перед созданием проекта, он прошерстил все соцсети клиентов и изучил, что им нравится.

– Ладно, до нового года, – попрощался Слава с сотрудником и наконец-то закончил свой рабочий праздничный день.

Только он сел в машину, как заныла спина и навалилась будто бы за год накопленная усталость. Посидев минуточку с закрытыми глазами, он позвонил Настеньке и предложил отпраздновать Новый Год дома, по-семейному. Пусть даже взять покупной еды, шампанского, уютно посидеть и лечь спать. Девушка оказалась не в восторге от такого предложения. Пришлось выслушать как много усилий она приложила для того, чтобы забронировать лучшее место в городе и сколько времени вложила в то, чтобы выглядеть идеально. «Ага, – усмехнулся Слава, – и моих денег», но, конечно, ничего не сказал. Он всегда держит эти мысли при себе. Считает, что принял решение и несет за него ответственность. Хотя когда впервые встретил Настеньку на корпоративе, она была в скромном чёрном платье и рассуждала о картинах Моне, особенно красноречиво о «Женщине с зонтиком». Слава отогнал ностальгию. Потом переосмыслит преобразование симпатичной, приятной девушки в корыстную натуру, а сейчас проще ответить, что уже едет в клуб ужинать, будет ждать её там.

Хорошо, что автомобильная пробка только на площади и можно было скрасить ожидание, разглядывая разноцветный ледовый городок. Высоченная ёлка с фиолетовой звездой равномерно украшена фонариками, детишки катаются с горок, а от красных и жёлтых светящихся пальм веет чем-то тёплым в этот холодный зимний вечер. От голода скрутило живот и, нервно глядя на медленно загорающийся зелёным светофор, Вячеслав попытался пойти на обгон. Наглость в пробке в лучшем случае не поощряется, в худшем – наказывается, поэтому пришлось остаться в своём ряду, выслушивая стихающие сигналы недовольных водителей. Спустя двадцать пять минут он наконец-то добрался до самого высокого здания города, получил жетон на въезде и заехал на парковку. К счастью, свободные места на стоянке были. В клуб пока не пустили, объяснив, что рано, всё начнётся в двадцать ноль ноль. Пришлось довольствоваться рестораном. «Ну ладно. – Подумал он и пошел к лифту. – Посмотрю салюты с пятьдесят первого этажа». Слава замер на входе в поиске свободных столиков и увидел активно машущего ему краснощекого мужчину. Отвернувшись и закатив глаза, он вспомнил как не любит встречаться с нетрезвым Сергеем, одним из своих бывших клиентов. Серёжа, как он просил себя называть, был самым богатым городским депутатом, доход которого в прошлом году составил больше ста миллионов рублей. Девушка-хостес спросила, провести ли Славу к свободному месту, но он отмахнулся и, натянув дружескую улыбку, пошел к столику, в центр которого только что торжественно поставили огромного камчатского краба.

Вячеслав с сожалением подметил, что один стул свободен и, пожав мужчинам руки, присел. Изрядно выпивший, разгоряченный Серёжа, активно жестикулируя, нахваливал приятелям Славу и его замечательную компанию, которая за скромную цену сделает изысканным любое помещение. Друзья депутата, которыми оказались собственник крупнейшего агентства недвижимости и владелец второй по величине сети автосалонов, поочередно поднимали рюмки за современную молодёжь, к которым отнесли Вячеслава. За окном ежеминутно рассыпались яркие, разноцветные гвоздики праздничных салютов, заставляя обратить внимание на великолепие освещенного города.

– А слыхал, – обратился Серёжа к зачарованному красотой Славе, – в Китае вирус какой-то. Они там, – он расхохотался и покрутил пальцем у виска, – все границы закрывают с первого.

Отрицательно помотав головой, Слава молчал. Он знал, что когда говорит депутат, остальные должны молчать. А Серёжа, отрывая клешни крабу и, причавкивая сочным мясом, азартно рассказывал о том, что скоро китайская экономика «тю-тю», рухнет, то есть. А почему ей не рухнуть? Ну, кое-как они пережили кризис в две тысячи шестнадцатом, но без экспорта точно долго не протянут. Да и вообще, у них там демографический кризис, половина населения старики, скоро и работать некому будет. Испытав приступ тошноты, Вячеслав решил поискать место поспокойнее. Он отправил восвояси официанта, который уже был готов принять заказ, глянул в телефон и, оправдываясь, сказал, что жена-красавица уже ждёт его в клубе. Душевно обнявшись с каждым мужчиной, выслушал наставления о том, как правильно жить и вышел из ресторана. Несколько минут собирался с мыслями, потирая глаза, махнул рукой и отогнал размышления о правильности или неправильности услышанных слов.

Спустившись на первый этаж, Слава уже настолько хотел есть, что на автомате, просто на запах прошел в супермаркет и купил бургер. Немного отойдя от кассы, в два с половиной укуса сжевал его, привлекая внимание покупателей, которые мчались, сшибая друг друга с ног, в магазин за красной икрой или хлебом. Вот так. Одни сидят в дорогущем ресторане и поедают краба, рассуждая о жизни, а другие толпятся в супермаркете, стараясь ухватить банку дешевой красной икры, которая к тому же, вполне может оказаться подделкой. «А завтра, – подумал Слава, – всё начнётся сначала и повторится точь-в-точь».

В суете время течёт незаметно. Оказалось, что уже начало девятого и можно спокойно пойти в клуб. Степенно поужинать, подождать остальных. Да расслабиться, наконец-то! Официантки в новогодних нарядах и шапках Деда Мороза дружелюбно вились вокруг Славы, то и дело предлагая алкогольные коктейли. Он отмахнулся, заказал супа и кофе, снял пиджак и блаженно облокотился на спинку мягкого дивана. К счастью, успел поужинать до того как все соберутся.

Шумная толпа Настенькиных знакомых разного возраста, толкаясь, расселись на стулья и кресла, покрикивая на обслуживающий персонал чтобы скорее накрывали на стол. «А где мои друзья? – С досадой подумал Вячеслав и сам себе ответил, – дома, с семьёй празднуют, как серьёзные люди». Стараясь не налегать на спиртное, он прикидывался радостным и наблюдал за своей девушкой-красоткой с пышными каштановыми локонами, обнимающейся со всеми. Блестящее синее платье плотно облегало фигуру и расширялось чуть выше колена, подчеркивая аппетитные формы. «Синенький колокольчик» – подумал он, представив как девушка напьется этой ночью. Когда развлекается, она не знает меры. Вечеринка шумно, согласно клубному настроению, приближалась к кульминационному моменту, к бою курантов. Иногда кто-то присаживался рядом со Славой, расспрашивая о делах его компании. Люди часто интересовались стремительным успехом Вячеслава. Всего за пять лет, ему удалось захватить львиную долю рынка по дизайн-ремонтам помещений и сотрудничать с сильными города сего. Все знали об этом. Все были хорошо информированы Настенькой, которая считалась одним из топовых блогеров и имела два миллиона подписчиков.

«Следующий год, – успокоил себя Слава, – будет лучше» и вместе со всеми, с бокалом шампанского в руке замер, считая удары курантов.

Глава 2. Январские праздники 2020

Проснуться первого января в незнакомой квартире с головной болью, пытаясь восстановить цепь событий новогодней ночи – классика. Вячеслав протер глаза и приподнялся на локтях, всматриваясь в сумрачное помещение. Темные шторы плотно задернуты, зато под дверью узкая полоска света, а из соседней комнаты доносится знакомый женский смех. Кровать как в отеле – свежее белое, накрахмаленное постельное бельё, мягкий ровный матрас, воздушные подушки и лёгкое тёплое одеяло. Слава присел, свесив ноги. Рядом, на спинке стула висят брюки, рубашка и пиджак. Он нервно схватился за запястье. Часы! Нет часов! Где же они… Прощупал штаны, карманы пиджака, нигде нет. Их подарила мама на прошлый Новый Год, если Слава явится к родителям в гости без часов, скандала не избежать. Он поднял подушку, когда ездит в командировки во время сна прячет самое ценное под голову. Фух, вот они, сверкнули циферблатиком, застряв между деревянной спинкой кровати и матрасом. Он застегнул ремешок на запястье и прищурился, наблюдая за движущимися стрелками. Тяжело вздохнув, Слава рыкнул на себя, сердясь что первый день две тысячи двадцатого ничем не отличается от первого дня девятнадцатого. Будто ходишь кругами, сам того не подозревая. Он оделся, морщась от мерзкого, застывшего в воздухе запаха алкоголя. В горле пересохло. Рассеянно оглядев себя, увидел, что забыл надеть носки. Когда Вячеслав, стараясь привести в норму координацию движений натягивал под брюки носки, за дверью послышалась громкая музыка. Прострелило висок, будто кто-то вонзил в голову острый шампур. Сильно надавив пальцами на больное место, он помассировал против часовой стрелки и закрыл глаза. Тошнит. Шум, гам, дикий хохот малознакомых девушек и мужчин, громкая музыка и пульсирующие фонари, спиртное, кальян, крики и взрывы салютов – вот и весь Новый Год.

Прежде, чем ворваться в шумную тусовку за дверью, Слава подошел к окну, открыв шторы. Яркий широкий проспект, подсвечивающиеся здания, высокие сугробы рядом с тротуарами. Невысоко, этаж четвертый, если бы было светло, можно было бы разглядеть лица прохожих. Напротив продуктовый магазин, бьющий в глаза ярко-красной неоновой вывеской. Между домами в небе заискрили фейерверки, послышался громкий мужской хор поздравлений с новым годом, сопровождающийся свистом. Зевнув и потянувшись всем телом, Вячеслав постепенно вспоминал праздничную ночь. Сначала он отказывался пить, но компания Настенькиных друзей не сдавалась. Наверное, они всё-таки подлили ему в сок водки потому, что уже через час уговоров, Слава веселился с ними на равных. Знакомился, обнимался со всеми подряд, приставал к людям за соседними столиками, желал счастья и благополучия в Новом Году. «Ах, блииин» – скривился он и помотал головой. Вмиг картина дополнилась разговорами с Настенькой. Ладно признания в любви, но он же её замуж звал. «Ну зачем? – С досадой пожурил себя Слава и похлопал ладошкой по голове, – глупая ты башка».

На кухне за широким столом с толстой крышкой сидели пятеро. Три незнакомых парня, примерно до тридцати лет и Настенька с подружкой. Помахав рукой и неловко улыбнувшись, Слава налил воды из-под крана в добытый среди салатов стакан. Компания живо обсуждала популярного комика и его новогоднее выступление. Парни по очереди цитировали шутки, а девушки хихикали, то и дело чокаясь бокалами с шампанским. Облокотившись на электроплиту, Вячеслав повернулся к компании. Волосы неряшливо собраны на затылке, а вместо синего блестящего платья на Настеньке свободная рубашка неизвестного происхождения и шорты, похожие на мужские семейники. Он напряженно обратил внимание на отсутствие какого-либо расстояния между своей уж невестой и рыжим парнем, наполняющим её бокал. Перехватив недовольный взгляд, девушка опомнилась, подскочила к Славику и, поглаживая его по щеке, спросила о его самочувствии, нежно улыбаясь.

– Поехали домой. – Он неодобрительно прищурился, опустив взгляд на её голые ноги.