История об одиночестве

Черновой вариант истории.

Внимание в этой истории присутствует много жестоких сцен, вы были предупреждены!

История об одиночестве.

Глава 1 “изгои.”

Лес стонал. Не от ветра, не от боли – он стонал от эха. Каждое движение, каждый шепот, даже биение сердца здесь отдавалось многократным гулом, словно сам лес был громадным, пульсирующим барабаном. И эхо это было недружелюбным, зловещим, словно напоминающим о том, что здесь ты не один, и наблюдают за тобой не только деревья.

Скверна висела в воздухе, как густой туман. Запах гнили и разложения перебивал естественные ароматы леса, и даже редкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь плотную завесу туч, казались бледными и немощными. Это был не просто темный лес, это был оскверненный лес, место, где царили демоны и жуткие твари, порожденные самой тьмой. Говорили, что в самом его сердце, в пещерах, высеченных черным камнем, живет темный дракон, ворующий женщин для своих зловещих целей. Надежда, как тоненький луч света, с трудом пробивался сквозь этот мрак, угасая с каждым новым днем.

Жители деревень, прижавшихся к опушке этого леса, боялись. Двери и окна их домов были плотно закрыты, лица – бледны от страха. Никто не смел выходить на улицу после заката, да и днем мало кто рисковал покидать свои убежища. Страх сковал их сердца, превращая их в тени, скрывающиеся от невидимой опасности.

Именно в этот зловещий мир, в этот маленький городок, скованный ужасом, пришли двое.

Он был высок, худощав, лицо его несло на себе отметины многих битв – глубокие, бледные шрамы, извивавшиеся, словно трещины на скале. На нем был простой, но теплый свитер, поверх которого накинут потрепанный плащ, скрывающий его фигуру. За спиной у него болтался колчан, туго набитый стрелами. На переносице сидели очки, выдавая его близорукость, не сочетающуюся с образом воина. Но именно его глаза – задумчивые, карие, с той глубиной, которая могла принадлежать лишь человеку, повидавшему немало – притягивали взгляд. Говорил он мало, предпочитая наблюдать и слушать.

Рядом с ним, словно воплощение света во тьме, шла его спутница. Белая, как первый снег, лисичка с длинными, каштановыми волосами, собранными в небрежный пучок. Ее зеленые глаза, острые и внимательные, подмечали каждую деталь вокруг. Она носила простой свитер и юбку, поверх которых накинут плащ, как и у ее спутника. Ее движения были легки и изящны, напоминая грациозного зверя. Она тоже была немногословна, но её присутствие всегда чувствовалось, как нечто живое и теплое.

Они вошли в ларек, который чудом уцелел в этой забытой богом местности. За прилавком сидел угрюмый старик, его лицо, словно вырезанное из дерева, было покрыто морщинами и пылью. В тусклом свете, проникающем через окно, висели потрепанные луки, заржавевшие мечи и топоры, покрытые паутиной.

Парень, молча, начал рассматривать оружие. Его взгляд скользил по лезвиям, ощупывал древки, словно в поисках чего-то особенного. Лисичка же, не отрывая внимательных глаз, обошла лавку, словно оценивая обстановку. Ни слова не было произнесено, но между ними, словно невидимая нить, ощущалась связь – понимание без слов, доверие без колебаний.

История начиналась…

Внутри ларька царила тишина, нарушаемая лишь тихим скрипом половиц под их шагами. Но стоило им войти, как по углам раздались шепотки. Покупатели, словно испуганные мыши, прятались за прилавками и бочками, кидая украдкой взгляды на чужаков. Слова их, еле слышные, все равно достигали чутких ушей лисички. "Издалека, наверно…", "Смотри, какой странный…", "А эта, лиса что ли…". Ушки лисички, слегка подрагивая, ловили каждое слово, но она сохраняла невозмутимость, продолжая осматривать лавку, словно не замечая их перешептываний. Она подошла к своему спутнику, наблюдая за тем, как он рассматривает оружие, ища взглядом, что же он выберет.

Наконец, парень выбрал. Меч, с виду простой, но чувствующий в его руках будто продолжение его самого. Тяжелая сталь, но словно невесомая в его хватке. Он показал продавцу жестом, что возьмет именно его. Угрюмый старик кивнул, принимая плату. Парень достал кошелек, пересчитал нужную сумму и отдал ее продавцу.

Они вышли из ларька, и шепот возобновился, словно ветер в кронах деревьев. "Лисья спутница…", "Уж не они ли…", "Что-то недоброе…" – слова, словно острые иглы, покалывали воздух. Они прошли мимо жителей, скрывающихся в тени домов, под их боязливыми взглядами, приближаясь к краю деревни.

И вот, у самой границы поселения, маленькая девочка, с любопытством в глазах, увидела лисичку. На мгновение ее лицо озарила улыбка, и она робко помахала маленькой ручкой. Лисичка, словно оттаяла на миг, и, наклонив голову, в ответ помахала девочке лапкой. Но тут же женщину, словно молнией, подхватила девочку за руку, притянув к себе. Женщина что-то шепнула на ухо девочке, и та, опустив голову, скрылась в доме.

Наконец, они покинули пределы деревни. Когда последние дома скрылись за деревьями, лисичка, наконец, нарушила молчание. В ее голосе прозвучала ироничная нотка:

– Марк, представляешь, а сегодня меня два раза назвали уродиной! – произнесла она, словно это было нечто обыденное, но в ее глазах мелькнуло неудовольствие.

Парень, как обычно, не ответил. Он шел, погруженный в свои мысли, его взгляд был направлен вдаль, словно он пытался разгадать тайну, скрытую в глубине леса.

– Интересно, а за сколько ты купил этот меч, надеюсь, что нам хватит денег на еду? – продолжала лисичка, ее голос был полон легкого беспокойства.

И снова молчание, словно ее слова пролетали мимо, не достигая цели.

– Ну если купил, значит пригодится… – с сарказмом закончила она, ее голос был полон недовольства, но в нем звучала и привычка к его немногословности. Она знала, что он никогда не ответит на ее колкости, но она все равно не могла удержаться, чтобы не прокомментировать его молчание.

Они вошли в лес, и он, словно ожил, окутав их своими тенями. Эхо, казалось, стало громче, словно лес приветствовал новых гостей, а может, наоборот, предупреждал их об опасности.

Лисичка, продолжая свою беседу, старалась разговорить своего молчаливого спутника:

– Слушай, а если мы будем экономить деньги, то смо…

Не успела она закончить фразу, как парень, словно молния, выхватил меч из ножен. Движение было настолько стремительным и точным, что лисичка даже не успела моргнуть. Меч с визгом пролетел мимо нее, вонзившись прямо в грудь невидимого до этого момента врага. Позади них, из-за стволов деревьев, выскользнул мерзкий демон, его глаза горели злым огнем, а когти были готовы разорвать все на своем пути. Но его путь был прерван стальным лезвием.

Лисичка, не дрогнув ни на миг, лишь слегка поджала губы. Она, как и всегда, не показывала никаких эмоций. Она вытащила свой небольшой, но острый нож, с такой же скоростью, как и ее спутник достал свой меч. Один точный удар, и демон, задергавшись, с хрипом упал на землю, превращаясь в пепел.

Парень, словно ничего и не произошло, спокойно вернул свой меч в ножны, и продолжил свой путь, словно не было ни демона, ни опасности.

Лисичка вздохнула, посмотрев на след от меча, оставленный на земле.

– Оу, ну извини, из-за своей болтовни не услышала его… – произнесла она, ее голос был пропитан сарказмом. Она понимала, что ее болтовня не только раздражает её спутника, но и отвлекает его от реальной опасности.

Парень, как и всегда, никак не отреагировал на ее слова. Он не поменял ни темпа, ни направления. Он просто продолжал идти вперед, словно был сосредоточен на чем-то, недоступном пониманию лисички. Лес вокруг них, казалось, затих, словно наблюдая за странной парой, которая так непохожа на всех остальных. Солнце спряталось за тучами, и темные тени сплелись в причудливые узоры, создавая ощущение, что они не одни в этом мрачном лесу.

Они углубились в лес, пока не нашли подходящее место для привала. Небольшая полянка, окруженная высокими деревьями, казалась относительно безопасной. Парень молча собрал сухих веток и быстро развел костер. Пламя, лизнув сухие дрова, начало разгораться, отбрасывая пляшущие тени на окружающие деревья.

Парень достал из внутреннего кармана плаща пачку сигарет, и, не говоря ни слова, зажег одну. Лисичка недовольно поджала губы, наблюдая за ним.

– Марк, прошу, хватит курить эту дрянь, опять ты будешь вонять этой хренью, и моя шерсть… – проворчала она, но знала, что ее слова останутся без ответа. Она всегда так говорила, но он никогда не переставал курить. Он словно не слышал ее ворчание.

Она стянула через голову свой свитер, и сложила его рядом с собой. На секунду открылся вид на её тело, покрытое шрамами. Следы от старых ран, которые тянулись по ее плечам, рукам, и животу, были настолько глубокими, что напоминали причудливую карту. На животе, чуть ниже ребер, четко виднелось клеймо, выжженное на коже – символ, чей смысл был неизвестен.

Парень, кажется, не обратил на это внимания, продолжая смотреть на огонь, его лицо было непроницаемым, словно каменная маска.

Лисичка, не обращая внимания на свой вид, повернулась к костру и достала кусок мяса, который они принесли с собой.

– Марк, не отвлекайся, еду профукаешь! – сказала она, ловко перевернув мясо на огне. Аромат жареного мяса наполнил воздух, перебивая запах дыма от костра.

Парень, не сводя взгляда с пламени, молча затягивался сигаретой. Он словно ушел в себя, наблюдая за танцем огня, а может, за чем-то, что было видно лишь ему. Он был словно отделен от реальности, погруженный в свой собственный мир.

Смотря на лицо парня, на его задумчивое выражение, можно было прочитать историю, скрытую за пеленой молчания. Его взгляд, устремленный на пляшущие языки пламени, не был взглядом простого человека. В глубине его карих глаз скрывалась боль, тоска и горькое разочарование. Он был сыном покойного мага огня, человека, чье имя внушало трепет и уважение. Его отец был повелителем пламени, человеком, способным обуздать саму стихию. Но Марк, его сын, был позором их семьи, бледной тенью своего великого отца. Он не унаследовал его дар, он был бессилен перед магией, рожденный с меткой обычного человека.

Несмотря на это, его мать любила его. Она всегда видела в нем нечто большее, чем просто сына мага. Она принимала его таким, какой он есть, не пытаясь его изменить. Но после смерти отца, в его жизнь вошел отчим, который постоянно унижал его. Он никогда не мог понять почему сын не владеет магией. Хоть он и презирал Марка, но понимал, что его нужно научить выживать. Поэтому, он тренировал его с безжалостной суровостью, научив владеть мечом и луком. Каждое движение, каждый выпад, были пропитаны болью и унижением, но они сделали его таким, каким он стал.

Лисичка, сидя рядом, тоже несла свою собственную тяжелую историю. Полукровка, наполовину человек, наполовину зверочеловек, она была изгнана из своей семьи, отвергнута своей деревней. Ее отличие от других людей было для них чем-то мерзким, неправильным. Она помнила, как ее собственные сородичи, с ненавистью в глазах, гнали ее прочь, выкрикивая оскорбления. Клеймо позора, выжженное на ее животе, было не просто символом, оно было клеймом отвержения, клеймом боли.

В её памяти всплывали картины из далекого детства. Она видела себя маленькой, испуганной девочкой, которую крепко держали сильные руки, пока раскаленное железо не коснулось ее кожи. Она помнила невыносимую боль, которая горела не только на коже, но и в сердце, целую неделю. Она помнила, как кричала от ужаса и отчаяния, пока ее голос не сорвался. С тех пор, клеймо не просто напоминало о прошлом, оно напоминало о том, кем она была, и кем никогда не сможет стать. Изгой, презираемая, не принадлежащая ни к миру людей, ни к миру зверей.

Они сидели у костра, два одиночества, со своими сломанными судьбами, их молчание говорило громче любых слов. Они оба знали, что этот мрачный лес лишь отражение их внутренних миров, полных боли, отчаяния и одиночества.

Лисичка, погруженная в свои мрачные воспоминания, вдруг почувствовала, как на ее плечи опустился плащ. Мягкая ткань, согретая теплом костра, на мгновение вернула ее в настоящее. Она подняла взгляд и увидела Марка. Он стоял, как обычно, с непроницаемым лицом, но его глаза, на этот раз, были полны какой-то странной тоски.

– …Я переживаю за свою мать, интересно, жива она или нет… – произнес он, его голос был хриплым и тихим, словно он разучился говорить. Это были первые слова, которые он произнес за долгое время, и они прозвучали, словно раскат грома среди ясного неба.

Эльда, как ее звали, удивленно распахнула глаза. Неужели Марк заговорил? Неужели его лед тронулся? Она не могла вспомнить ни одного раза, когда он добровольно начинал разговор. Его молчание было для нее привычным фоном, частью его личности.

Она смотрела на него, пытаясь уловить малейшие изменения в его лице. Но он, как обычно, не проявлял никаких эмоций. Только его взгляд, полный тоски, говорил о том, что он действительно переживает.

– Конечно, конечно она еще жива, – ответила Эльда, стараясь придать своему голосу уверенности, – ее похитил черный дракон, мы ее спасем и всех женщин тоже! – она старалась говорить с той же иронией, что и обычно, но на этот раз, в ее голосе звучала и надежда. Она хотела верить в то, что говорила.

Её слова, словно лучик света, пробились сквозь темные тучи его мыслей. Она надеялась, что они станут для него стимулом идти дальше, не сдаваясь, бороться за своих близких и за всех тех, кто нуждается в их помощи. Она понимала, что Марк – не просто воин, он – человек со своими чувствами и переживаниями, и она, несмотря на свою любовь к сарказму, готова была его поддержать, как бы тяжело им ни было.

Они молча ели жареное мясо, каждый погруженный в свои мысли. В воздухе чувствовалась напряженность, словно сам лес затаил дыхание, прислушиваясь к каждому их движению. Звуки ночного леса становились громче, и рычание монстров, блуждающих неподалеку, доносилось до них, заставляя насторожиться.

Марк, молча, закончил трапезу, отбросив остатки мяса в сторону. Он быстро набросил горсть земли на догорающие угли, потушив костер. Мрак сгустился вокруг них, усиленный тенями от деревьев, но они оба не боялись темноты.

Он накинул плащ на себя и на лисичку, создавая подобие маленькой палатки. Тепло его тела согревало ее, а его запах, смешанный с дымом костра, был ей до боли знаком.

– Я не усну без света… – тихо прошептала она, ее голос дрожал от беспокойства. Она призналась в своей маленькой слабости, которую всегда скрывала за маской сарказма и насмешек.

– …Ничего, быстро уснешь, – ответил Марк, его голос был все так же хриплым и тихим, но в нем чувствовалось что-то новое – нежность и забота.

Он наклонился к ней и поцеловал, его губы были горячими, а поцелуй долгим и глубоким. Он словно передавал ей все свои чувства, свою заботу и защиту. Поцелуй был наполнен тем, чего они оба так долго ждали. В его прикосновении она чувствовала не только страсть, но и нежность, которой ей так не хватало. Он словно говорил ей, что не смотря ни на что, она не одна, что он всегда будет рядом.

Поцелуй длился, пока они не отстранились друг от друга, задыхаясь от нехватки воздуха. На губах лисички появилась легкая улыбка, на мгновение забыв о страхе и боли, которые преследовали ее. Она чувствовала себя защищенной в его объятиях, словно он был ее крепостью в этом мрачном и опасном мире.

Под покровом ночи, окутанные теплом друг друга, они уснули в объятиях. Их дыхание сливалось в унисон, а сердца бились в одном ритме. Ночь, полная зловещих звуков и темных тайн, отступила перед их любовью, подарив им кратковременный покой.

Утро наступило, но лес словно отказывался признавать его приход. Тяжелые тучи висели над головой, скрывая солнце и погружая мир в серую полутьму. Казалось, что ночь, не желая уступать свои позиции, по-прежнему владела этим местом.

Марк проснулся первым. Его взгляд, как всегда, был острым и внимательным,

окружающее пространство. Он осторожно высвободился из объятий спящей Эльды, стараясь не разбудить ее. Он взял свое оружие, проверил его состояние, убедившись, что все в порядке.

Затем он аккуратно поднял свитер, который она оставила ночью, и накинул его на ее сонное тело. Эльда сладко посапывала, свернувшись калачиком на земле. Он нежно улыбнулся, смотря на ее умиротворенное лицо.

Не удержавшись, он слегка подразнил ее грудь, проведя кончиком пальца по нежной коже.

Эльда, словно от толчка тока, тут же распахнула глаза. Сон, как рукой сняло. На ее губах появилась легкая, лукавая ухмылка, искорки заиграли в ее зеленых глазах.

Она знала, что это был он. Она чувствовала его прикосновение, его тепло, даже сквозь сон. Его выходка не обидела её, скорее, наоборот, она забавляла ее. Она любила, когда он так к ней относился, это было для нее проявлением нежности и любви, хоть и своеобразным.

– А что ты не продолжаешь? – с ленивой саркастичной усмешкой спросила Эльда, растягивая слова, словно кошка, играющая с пойманной мышкой. Она не могла удержаться от поддразнивания, зная, что его сдержанность только подстегивает ее.

Марк, не ожидавший ее пробуждения, слегка покраснел, но его губы растянулись в легкой, почти незаметной улыбке. Это был не тот задумчивый и мрачный Марк, которого она знала. Это был другой Марк, тот, которого она любила, тот, кто прятался за маской молчания. Он подошел к ней и нежно погладил ее по голове, его прикосновение было легким, но полным нежности.

Они стали собираться, их движения были отлаженными и четкими. Лисичка ловко сложила плащ и положила в сумку, парень же собирал остатки их вещей и тушил следы костра. Каждый знал свое дело, не тратя ни единого слова. Они были словно единый механизм, где каждый винтик занимал свое место.

– Повезло, мы еще живы, нас никто не съел! – произнесла Эльда, бросив на Марка лукавый взгляд. В ее словах, как всегда, звучал сарказм, но на этот раз, она хотела скрыть за ним свое облегчение. Они действительно выжили, и это было маленькое чудо.

Марк, не ответив, спокойно повернулся и пошел вперед, прокладывая им путь через мрачный лес. Эльда, улыбнувшись, последовала за ним. Их походка была уверенной, а их шаг был твердым. Они не боялись ни тьмы, ни монстров, они были готовы идти дальше, вместе, плечом к плечу, к своей цели.

Марк, словно не обращая внимания на ее слова, вставил сигарету в рот и чиркнул зажигалкой. Дым, вырвавшийся из его легких, тут же растворился в плотном воздухе.

– Марк, убери эту хрень! – недовольно проворчала Эльда, ее голос был полон раздражения. Она не выносила этот запах, и каждый раз, когда он закуривал, ее раздражение возрастало.

Она быстро, как молния, вытянула лапку и шлепнула его по руке. Удар был легким, но достаточно сильным, чтобы выбить сигарету из его губ. Пачка, которую он держал в руке, чуть не выскользнула из его пальцев.

Марк удивленно посмотрел на нее, на секунду забыв про свою сдержанность. Он не ожидал такой резкой реакции, обычно она ограничивалась лишь недовольным ворчанием.

– А ты отбери! – произнес он, его голос был полон вызова, но в его глазах играла задорная искорка. Он словно ждал ее следующего шага, готовясь к словесной перепалке. Он нарочно провоцировал ее, зная, что ей это не нравится.

– Отдай, я их выброшу, пусть их демоны сожрут! – прорычала Эльда, ее глаза горели зеленым огнем. Она ненавидела эти сигареты и была готова на все, лишь бы избавиться от них. Она протянула лапки к пачке, намереваясь вырвать ее из его рук, но Марк, с усмешкой на губах, ловко поднял ее вверх, за пределы досягаемости лисички.

Эльда, несмотря на все свои старания, не могла дотянуться до пачки. Ее лапки беспомощно хлопали воздух, а зеленые глаза метали молнии. Она смотрела на Марка, который с довольной улыбкой наблюдал за ее попытками. Он знал, что ее маленький рост не позволит ей достать до пачки, и получал от этого удовольствие. Его усмешка еще больше раззадоривала её, но она не собиралась сдаваться.

– Сдаешься? – спросил Марк, его голос был полон веселья, а в глазах плясали озорные огоньки. Он наслаждался ее тщетными попытками, его провокация достигла своей цели.

– Нет! – с вызовом ответила Эльда, ее голос был полон решимости. Она не собиралась так просто сдаваться. Она знала, что он ждал этого, но она не собиралась ему доставлять такого удовольствия.

Пока герои, увлеченные своей словесной перепалкой, не замечали ничего вокруг. Сзади них, словно тени, подкрались демоны, их когтистые лапы и злобные глаза выдавали их мерзкую сущность. Они медленно окружили их, готовые в любой момент напасть.

Эльда, в пылу спора, случайно размахнулась лапой, намереваясь снова ударить Марка. Но на этот раз ее кулак попал не по его руке, а прямо в морду одного из подкравшихся демонов. Раздался хруст, и демон, взвыв от боли, отлетел в сторону.

Марк, увидев демонов, мгновенно сменил выражение лица. Улыбка исчезла, а взгляд стал острым и сосредоточенным. Он понимал, что теперь их спор откладывается, на кону стоит их жизнь.

– О-хо-хо, молодец, – с саркастической улыбкой произнес Марк, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась напряженность, – а спорим, если ты больше убьешь демонов, я навсегда брошу курить? – он предложил пари, желая перевести их спор в более продуктивное русло. Он знал, что Эльда ненавидит его привычку, и готов был использовать это в своих целях.

– Расплюнуть! – с азартом ответила Эльда, ее глаза загорелись воинственным блеском. Она быстро достала свои острые ножи, и с грацией хищника накинулась на демонов, ее движения были быстрыми и точными, каждое лезвие вонзалось в цель с убийственной точностью.

Марк, не теряя времени, достал свой лук и стрелы, его действия были спокойными и расчетливыми. Он не метался, как лисичка, а выбирал цели, стреляя в самых опасных демонов, его стрелы летели с неимоверной скоростью, пронзая врагов насквозь.

Они сражались плечом к плечу, словно танцуя смертельный танец. Мечи и ножи сталкивались с когтями, стрелы пронзали тела, демоны с хрипом падали на землю, превращаясь в пепел. Время шло, и из-за их сражения, тьма стала рассеиваться, уступая место дневному свету. Солнце, наконец, пробилось сквозь тучи, заливая лес ярким светом.

Когда последний демон пал, оба тяжело дышали, но не отступали друг от друга. В воздухе висел запах гари и крови, и все вокруг было усыпано пеплом.

– Я выиграл, ты проспорила! – произнес Марк, его голос был полон самодовольства, он с гордостью смотрел на лисичку. Он понимал, что они убили равное количество демонов, но он просто хотел ее подразнить.

– Нечестно! – воскликнула Эльда, ее щеки покраснели от возмущения. Она знала, что он блефует, и это еще больше ее раздражало.

– Хе-хе, – пробормотал Марк, его глаза искрились озорством. Он не спешил отдавать сигареты, наслаждаясь моментом. Он достал пачку и, словно дразня ее, прикурил сигарету.

– Ты жулик! – прошипела Эльда, ее глаза метали молнии. Она кинулась к нему, пытаясь выхватить пачку из его рук, но Марк, словно тень, увернулся от нее.

Но внезапно, все их игры закончились. Марк резко закрыл рот лисички рукой, и, не произнося ни слова, быстро схватил ее на руки и побежал в глубь леса. Его движения были быстрыми и бесшумными, словно он сам превратился в тень.

Он остановился лишь тогда, когда они были достаточно далеко от места сражения. Прижавшись к стволу дерева, он присел на корточки, продолжая держать рот лисички закрытым. Его взгляд был напряжен, он прислушивался к звукам леса.

Мимо них, словно громадные тени, прогрохотали огромные демоны, их тела были покрыты броней, а когти были острыми, как лезвия. Их рычание сотрясало землю, а запах гнили и разложения был невыносимым. Они прошли мимо них, словно не замечая их присутствия, а затем исчезли в чаще леса.

Марк, убедившись, что опасность миновала, медленно убрал руку с ее рта. Он знал, что если бы они не спрятались, то были бы обречены.

Напуганное лицо Марка, сменилось каменной маской, в его глазах больше не было ни страха, ни веселья, лишь холод и решимость. Он поднялся, словно механическая кукла, его движения стали резкими и точными.

– …Идём, – произнес он, его голос был лишен каких-либо эмоций. Это не был тот Марк, которого она знала, это был воин, готовый к любой опасности. Он развернулся и пошел вперед, не оглядываясь на нее, словно она была его тенью.