Комната с белыми стенами. Никто не вправе осуждать тебя за твой выбор, особенно, если он оказывается решающим

ГЛАВА 3

Мальта. Город Сент-Джулианс. 19:20.

Подъехав к большому особняку, который скрывал в себе некую величественность, Мишель вышла с машины, и оглядела сверху донизу этот дом.

– Мне кажется, у тебя мания на что-то большое, – обратилась она к Роберто.

– Люблю то, что не имеет грани.

Неожиданно, из дома вышел пожилой мужчина с миловидной улыбкой и смешной одеждой. Напоминало лишь прошлый век, совместно с новой недавно пришедшей модой.

– Неужели через время мы тоже начнём так выглядеть, – тихо прошептала она Роберто.

Он лишь немного ухмыльнулся и подтвердил ее ответ небольшим кивком.

– Добрый вечер, господа, – произнёс мужчина, пристально разглядывая пару, – надеюсь, все вас устроило?

– Добрый вечер. Да, все в порядке. Благодарю.

– Тогда пройдёмте в дом, – предложил хозяин дома.

Взяв вещи, они направились за ним, заходя в дом. Роберто оценил его дом по существу и был очень сильно впечатлён, увидев результат своих поисков и долгих стараний. Он выкупил этот дом у Тэда, хозяина, который встретил их сейчас. И сейчас единственная задача заключалась лишь в том, чтобы Тэд благополучно отдал ключи и получил остаток суммы за дом, который по меркам города стоил достаточно дорого.

В самом доме царил уют и полное спокойствие, которое Мишель оценила однозначно.

– Здесь, крайне уютно, – сказала она.

– Да-а-а, – протянул Тэд, – усилий для этого было вложено не мало. Моей бывшей покойной жене тоже нравилось здесь находится, нигде она не чувствовала себя так хорошо, как в этом доме.

Мишель поняла, что продолжать эту тему будем слишком не этично, поэтому лишь с сочувствием отвернулась и посмотрела на картины прошлых веков, которые висели и привлекали внимание своей изящностью и чувством чего-то пропитанного прошлых времён.

Закончив со всем, Тэд пожелал удачи «молодой паре», которую посчитал молодоженами, и в последний раз посмотрев дом, покинул это место навсегда. Мишель лишь сумела разглядеть тоску и боль в его глазах, из которых скатилась слеза. На миг, ей стало очень жалко старика, но ничего сделать она не могла.

– Мне кажется, он очень опечален тем, что продал этот дом.

– В таком случае, он мог его не продавать. А хранить, как некую реликвию.

– Я думаю, этот дом приносил ему скорее отрицательные эмоции, чем положительные. Ведь он сказал, что у него умерла жена, а значит одному ему в этом доме находится было невозможно, потому что воспоминания о ней не давали радоваться жизни.

И в следующую минуту Мишель вдруг неожиданно вспомнила своего покойного отца. Теперь боль поглотила и её… От дурных мыслей, она почувствовала, что перестала владеть своим телом, а разум начинал мутнеть, точно также, как и краски мира. Сосредоточиться на чем-то было очень сложно.

– Мишель, – крикнул Роберто и подхватил падающую девушку. Она не отвечала.

Он, взяв ее на руки, положил на ближайший диван. Медицинского образования у него не было, но первичные навыки оказания первой медицинской помощи имелись.

Мишель пришла в себя довольно таки быстро. Но голова до сих пор кружилась и немного побаливала.

– Что с тобой? – испугано, спросил Роберто.

– Обычный припадок. Для моего заболевания – это нормальное явление. Не стоит сильно паниковать и создавать шум.

– Но это страшно. Я очень перепугался за тебя. Может мне стоит вызвать тебе врача?

– Не стоит. Ничего нового он мне не скажет. Лекарства я пью, по возможности прохожу курс терапии.

– Хотя бы скажи, что делать в следующий раз при таком припадке.

– Точно то же, что и в этот раз, – ответила тихо девушка и приподнялась с дивана.

– Нет. Нет, лежи. Отдохни, возможно, перелёт дался тебе очень тяжело. Прошу тебя, не вставай, отдохни.

– Как скажешь.

Девушка лишь опустилась обратно и закрыла свои глаза. Ей хотелось услышать саму себя, но мысли путались и не хотели собираться вовсе. Эта болезнь отнимает много сил у Мишель, и любое сильное впечатление, потрясение или обычное нервное состояние влияет на неё. Результат виден, и многих он пугает.

– Достаточно, – пролежав около пятнадцати минут, Мишель встала с дивана и направилась к своим вещам.

В комнату вошёл Роберто, узнав о ее самочувствие, он решил разобраться, наверное, с главным вопросом в этом доме.

– Выбери комнату в этом доме, где ты будешь спать.

– Хорошо. А какая цена то за комнату?

– Не волнуйся. Договоримся, – подмигнул он Мишель.

После чего она пошла на поиски комнаты «своей мечты». На самом деле, ей было глубоко все равно на это, но Роберто хотел решить этот вопрос сразу, для дальнейшего обустройства дома. И ей ничего не оставалось, как выполнить его просьбу.

Первая комната не впечатлила Мишель. Она показалась ей слишком не уютной, да и окна выходили на соседский двор, где виднелась не лучшая картина.

Вторая же вовсе вызвала отвращение своим не приятным цветом. Дизайн комнаты действительно оставлял желать лучшего, было видно, что хороший вкус обошёл эту комнату не только стороной, а в целом с большим удовольствием.

А вот же третья комната понравилась Мишель. Удобство, уют, цвет, расположение мебели, все детали были четко обозначены и выполнены на максимальном уровне. В комнате находилась двух спальная кровать, огромный белый шкаф, который мог вместить в себя одежду двух девушек, любящих шоппинг. Красивый стол у окна с немного изогнутыми ножками, подчеркивал не только свою важность, но и отличное дополнение в этой светлой комнате. Не так далеко от стола, стояло зеркало и тумба, на которой стоял искусственный букет роз. Но это совершенно не привлекло девушку. И, наверное, что действительно дополнило эту комнату настоящим вкусом – это книжный шкаф. И не просто шкаф с пустыми полками, а целый полностью забитый книгами шкаф. Девушка ахнула. И в ту же минуту, не раздумывая дальше, она выбрала именно эту комнату.

– Но там есть ещё комнаты. Дом большой, – сказал Роберто.

– Нет, мне не интересно. Я хочу остаться здесь.

– Ладно. Как ты скажешь. О цене поговорим позже. Располагайся, не стану тебе больше мешать.

После этих слов Роберто удалился с этажа. А Мишель занесла свои вещи уже в свою комнату.

«Подумать только, ещё вчера я была в Лос-Анжелесе и думала о смерти. А сейчас я нахожусь на острове, в шикарном доме с прекрасным видом. Можно ли уже назвать это изменением?» – подумала Мишель.

Она подошла к окну и поняла, что с видом она тоже не прогадала. Ей виднелась дорога, по которой мчались совершенно по разным делам автомобили. А за ней бутики с совершенно разной тематикой, в которые спешили дамы. Чуть дальше показалась крыша большого здания. Стало понятно – это местный госпиталь, больница. «Далеко ходить не придётся» – вздохнув, подумала Мишель. Она отвернулась от окна, с некой грустью, которая образовалась у неё весьма резко.

– Надо бы разобрать вещи, – произнесла она, и подошла к своим сумкам.

На это занятие у неё ушёл остаток всего вечера, но зато вещи все лежали на своих местах. Вздохнув, Мишель села на свою кровать и ещё раз оглядела комнату. Но неожиданно ее отвлёк деликатный стук в дверь.

– Входи, – сказала Шелли.

Дверь открылась, и за ней показался Роберто. Он был очень радостный, а его улыбка не сползала с его лица, чем немного обеспокоило Мишель.

– Как обустроилась? – спросил он.

– Вполне нормально.

– Не хочешь отметить наш переезд?

– В каком плане? – выгнув свою бровь, спросила девушка.

– Немного сладкого вина и вкусного ужина, который я приготовил.

– А ты умеешь удивлять.

Он лишь улыбнулся и смотрел на неё, ожидая ответ.

– Знаешь, я лучше откажусь. Настроение не лучшее.

– Именно так к тебе и приходят плохие мысли, потому что ты закрываешься от реальности. И это надо исправлять. Ты ведь хочешь этого. Иначе бы не решилась со мной полететь на другой остров.

– Не продолжай. Я просто устала, и, хочу спать.

– Это всегда успеется. Точно также как и погрустить в полном одиночестве. Поэтому, идём.

– Мне нужно переодеться, – сказала Мишель.

Он лишь кивнул и покинул ее комнату. Тем временем, девушка лишь томно вздохнула и закатила глаза. Было явно не то время для веселья, и Мишель совершенно не хотела этого делать. Но она понимала, что Роберто не услышит её, а значит, может назреть конфликт. Было уже пройдено на опыте у девушки, и не один раз.

– Может он и прав, – произнесла вслух Мишель. И принялась искать подходящую одежду.

Быстро переодевшись в бежевое платье, она медленно спускалась на первый этаж, где ее уже ожидал Роберто. Его взгляд проскользнул по девушке, начиная с её головы, до очаровательных ног. В секунду она залилась красным оттенком от смущения, но тут же подняла голову и поймала его взгляд собственным.

– Хорошо выглядишь, – сказал он.

– Спасибо.

Вечер проходил очень хорошо. Роберто приготовил вкусный ужин, который девушка оценила по высшему уровню. Ведь не часто встретишь мужчин, которые любят и главное умеют вкусно готовить. Было открыто красное полусладкое вино, которое немного дурманило трезвый разум обоих. Оно немного горчило, но сразу же разливалось внутри сладким вкусом, обжигая все. Обычный вечер, обычный ужин. Ничего, что напоминало бы флирт и похотливые мысли.

– Я очень рад, – прервал тишину Роберто.

– Чему?

– Что сейчас я не один. Я исполнил свою давнюю мечту, и сейчас я очень счастлив. А ты?

Девушка пожала плечами, неохотно говоря.

– Мои мысли и воспоминания прилетели со мной, ничего не изменилось, лишь единственное – сильное впечатление от моего поступка.

– По-другому никак. Ничего не делается буквально в момент, Мишель, для этого нужны усилия и старания. Твой первый шаг – сделан. Тобой можно гордиться.

– И всё же меня не покидает вопрос, для чего тебе это всё? Для чего тебе моё спасение? Или же я была права насчёт слов о том, как заканчивается девственная жизнь девушек?

– А ты что, не девственница? Прогадал, чёрт, – сделав расстроенную гримасу лица, он посмотрел на девушку. В следующий миг, девушка засмеялась, отчего Роберто больше не мог держать серьезность своей шутки и залился смехом сам. Как глупо вышло.

– Прогадал, Роберто, прогадал, – с улыбкой ответила девушка.

– Я подобного не допускал даже в мыслях. И отвечая на твой вопрос, я просто так хочу. Хочу спасти безвинную девушку и дать понять, что проблемы есть абсолютно у каждого и если все, у кого есть проблемы, пойдут бросаться в реки и моря, то население на этой планете снизится до минимума. А моря и реки вовсе возьмут себе название «кладбища».

– Это не ответ.

– Не ответ. Лишь моя мысль.

Глотнув вина, он поставил свой бокал на стол и посмотрел на Мишель.

– Я предлагаю найти тебе работу. Возможно, в школе, учителя везде востребованы. А здесь, без языкового барьера, не будет трудно это сделать.

Мишель лишь с улыбкой усмехнулась, а затем и вовсе рассмеялась. Роберто не понимал её странной реакции на его слова и взглядом попросил пояснить её.

– Это не смешно, Роберто. В школе мне делать нечего. Меня выгнали оттуда, забрали детей, то есть мой класс, и закрыли от меня двери очень надолго и весьма крепко.

– Двери закрыть от человека невозможно. Никогда. Слабый и неуверенный в себе человек именно так и скажет, – указав палец в её сторону, сказал парень, – а сильный и твердый духом, даже не допустит такой мысли. Он станет стучать, бить и тарабанить по этим дверям, не отступая ни на шаг. И, в конце концов, эти самые закрытые на крепкий засов двери, отворятся ему. Запомни, только ты сама вправе решать, приложить ли свои усилия или же отказаться от собственного желания из-за глупого предположения, что «от меня закрыли двери навсегда».

Слова заставили задуматься Мишель всерьёз. А Роберто тем временем продолжал.

– Мне говорили и не раз, что «зачем продолжать стучать в закрытые двери, если никто не открывает? Это лишь значит одно, что просто не судьба». Я всегда смеялся над ними, но моей иронии никто не понимал. А очень зря. Ведь я отвечал «а что тебе даст то, что ты плюнешь и перестанешь это делать? Сделает счастливым? Исполнит твою мечту? Наоборот, заставит задуматься о том, что ты можешь в этой жизни, а что нет. И доказательство – это отказ от того, что тебе было важно. Судьба? А неужели мы созданы на этой земле, чтобы жить по предписанному нам сценарию жизни Господа? Мы живём, и только мы вправе решать, что будет в нашей судьбе. И мы вправе изменить это. Поэтому, это лишь оправдание своего отказа, и не более того». Прошу, задумайся над моими словами дорогая Мишель.

– В школах спокойно выяснится то, что я болею и не имею права приближаться к детям.

– А ты начинай с больницы. Найди врача высшей категории, начни лечение, продолжи курс терапии. И никто не будет вправе отказать тебе в этом всем.

Словно иглой в сердце кольнули слова, и Мишель понимала, что она находится на грани срыва. Сильно сжав своё платье, она процедила.

– Я устала. Я пойду. Спасибо за ужин и наставления.

Она быстро встала, чем оставила Роберто в полном непонимании, так как девушка не желала ничего ему объяснять. А услышать ее, он очень хотел. Но настаивать не стал.

Мишель оказалась в своей комнате довольно таки быстро, защёлкнув замок, она уперлась своим лбом об деревянную дверь и с горестью закрыла свои глаза, из которых начинали капать слёзы. Хотелось кричать так, чтобы сорвался голос. Свобода требовала выхода. Как и ее эмоции.

Не справляющаяся с собственными эмоциями девушка, сжала кулак настолько сильно, что ее костяшки приобрели белый цвет… И в секунду направила его в сторону стены, ударяя со всей силы, но боль совершенно не чувствовалась. Она нанесла три удара об стену, чтобы хоть немного отвести свою душевную боль от себя. Посмотрев на кулак, она увидела кровь и содранную кожу. Она не понимала с какой силой она ударяла, и сколько ударов она сумела нанести, не чувствуя совершенно ничего.

Она не стала промывать раны, а лишь убрала свежую кровь платком.

– Плевать, – сказала она, посмотрев на руку. И ее взгляд устремился совершенно в противоположную сторону. Смахнув слезу, она побежала к кровати и мигом рухнула в неё, сжав мягкую подушку. Боль и слёзы снова не оставили ей попыток на спокойный сон в новом месте.

Воспоминания о смерти отца не оставляли в покое ее. Роберто не упоминал о нем за весь ужин, но слова о «лечении и курсе терапии» заставили ее вновь погрузиться в атмосферу последних дней папы, которые он провёл в больнице под нужным курсом терапии, которые были противопоказаны ему. Непредусмотрительность врачей погубила его, и с тех пор, Мишель не доверяет ни одному медику, ни одному лечению, что ставит он. С этим страхом, она боится лечиться сама, ведь она видела, с какими мучениями скончался ее отец. Но проблема в том, что лечить ее болезнь необходимо. И здесь ситуация обрела сложный характер.

К тому же сложная тема с ее работой тоже не заставила себя долго ждать. Это ее одна из сильных болей в жизни, которую она не смогла исправить. Безысходность сдавила девушку всю. И теперь, слушать наставления Роберто, как правильно жить, было невыносимо трудно. Ведь снова возникает ситуация, что ее никто так и не понимает. А значит, она снова осталась одна при себе.

– Это невозможно терпеть, – сквозь слёзы проговорила Мишель, – и зачем я уехала с Лос-Анжелеса? Ничего в моей жизни не изменится. Чёрт, не надо было слушать этого Роберто. Сколько можно…

До боли сжав подушку, она крикнула в неё, высвободив все скопившееся в ней. Но, к сожалению, и это не смогло ей помочь.

Лишь ближе к утру, девушка, наконец смогла найти в себе силы успокоиться и уснуть.

Проснулась девушка очень поздно, ближе к полудню. Недосып ночью дал о себе знать очень хорошо. Но, к сожалению, это время не дало возможности выспаться. А лишь наоборот, вызвало головную боль. Это было неудивительно.

Она открыла глаза и увидела за окном ярко светящее солнце, которое запускало свои летние лучи в ее комнату. Казалось бы, конец лета, погода уже должна снизить свои высокие температуры, а солнце перестать, так палить. Но этот год выдался весьма жарким, чем начало огорчать жителей. Мишель встала с кровати и, одевшись, направилась в ванную комнату.

Поглядев на себя в зеркало, она увидела совершенно не себя. Ведь Мишель так не выглядит… Красные, опухшие глаза, выдавали то, что девушка уснула очень поздно, а точнее рано. И, конечно же, никто не скроет, что слёзы смогли дать этот же эффект. В секунду ее взор упал на свою руку, которую она вчера так и не обработала. Засохшая местами кровь и содранная кожа, придали руке отвратительный вид, что даже Мишель поморщилась и принялась отмывать все это. Истерика – очередной раз случившаяся с девушкой на фоне нервного срыва из-за нескончаемых воспоминаний, которые и приводят к такому итогу.

Приведя себя в порядок, насколько это было возможно, она отправилась на первый этаж, дабы что-то перекусить. Спускаясь, она не увидела своего «спасителя» дома и очень удивилась, потому что куда он мог отправиться, она даже не имела понятия.

– Разберёмся, – сказала она и принялась готовить себе завтрак.

Поставив тарелку с кашей на стол и стакан воды, она не успела сесть, как в дом зашёл Роберто.

– Доброе утро, Спящая красавица, – посмеялся он, положив на диван какую-то чистую коробку, без надписей и пометок.

– Как понимаю, все, погостили и пора честь знать, – кивнув в сторону коробки, проговорила Мишель. Удобно усевшись за стол, она принялась есть.

– Нет. Это так… Не обращай внимания, пару вещей моих, забыл занести.

– Ясно.

Он подошёл к холодильнику и, взяв оттуда клубничный йогурт, сел рядом с девушкой.

– Твоя рука, – округлив глаза, воскликнул Роберто и схватил ее за запястье, – ты в каких боях участвовала? И когда?

Она резко выдернула руку, и продолжила есть своё приготовленное блюдо. И парень понимал, что ответа ждать бесполезно.

– А что с лицом? Ты плакала?

– Послушай, давай мы договоримся с тобой о том, что ты не станешь допрашивать меня каждое утро, поверь, ничего нового ты не услышишь.

– А вдруг услышу?

– Нет, – отрезала Мишель, – не услышишь. Это мое личное дело, и лезть не надо. Роберто, прошу.

Он лишь вздохнул и не охотно кивнул на ее слова, явно раздражённый от услышанного. Роберто в ее жизни не значил ничего. Она не воспринимает его больше, как знакомого. Безусловно, она вдалась в подробности ее жизни, рассказала ему немного о своём не простом прошлом. Но это было лишь сделано для того, чтобы хоть немного разгрузить собственную душу. Да, возможно, она сделала не правильно, но о чем ей сейчас жалеть? Верно, не о чем.

– Что мне сегодня приготовить? – спросила Мишель, – я как раз собиралась пойти за продуктами.

– Не утруждай себя в этом вопросе. Я могу заказать еду, или спокойно приготовить сам.

– Я не утруждаю себя. Мне нечем заняться.

– Правда? А как насчёт того, чтобы встать на учёт к врачу, поискать работу? Да, в конце концов, изучить город. Ведь он прекрасен. Море, тебе стоит побывать там. Воздух поможет тебе расслабиться, уверяю тебя. И кроме моря, здесь полно достопримечательностей.

– Ты прав. Но обед и ужин, я все же приготовлю. Схожу лишь за продуктами.

– Не сочти мой вопрос бестактностью, – неуверенно, произнёс Роберто, – но откуда у тебя деньги? Ведь ты уволилась, как я понимаю, давно. Расходы увеличиваются.

– После смерти отца, я подала в суд на врачей и больницу за их халатность и бездействие. Ох и громкое дело было. Но в общей сложности, я выиграла этот суд, и получила компенсацию в приличную сумму. Если тратить ее с умом и весьма экономно, то работать мне не нужно будет как минимум до конца года.

– Не знал, что такое возможно. Но в любом случае, ты молодец, что довела дело до конца.

– Я не могла поступить по другому, – ответив, Шелли встала из-за стола и убрала свою тарелку, дабы ее помыть.

Роберто тем временем подошёл обратно к своей тяжёлой коробке и понёс ее в свою комнату. Он нёс ее напряжённо, и девушка поняла, что в ней находится что-то очень интересное. И самый большой вопрос, откуда Роберто принёс её?