Развод. Бес в ребро в 50

Глава 5

– Лен, ты меня не слушала, что ли? – я удивленно смотрю на подругу.

Перед кем я тут битый час душу изливала?

– Всё я прекрасно слушала, – невозмутимо отвечает она, – и повторяю, разводиться нельзя!

– Здрасьте, то есть ты предлагаешь засунуть поглубже мне мою гордость и продолжать жить с ним, как ни в чём не бывало?

– Ну, придётся, но Жень, это не навсегда. Ведь он правильно сказал, что ты будешь делать с половиной бизнеса и половиной квартиры? Ты останешься ни с чем! Верка, как думаешь, почему к тебе приперлась, а не к Роману?

– Чтобы я подала на развод, – догадываюсь я.

Я и сама задавалась этим вопросом, но тогда в раздрае не смогла догадаться, поэтому решила, что она просто дура.

– Вот! – восклицает Лена. – И что? Ты готова отдать им трешку и бизнес? А сама с узелком по миру пойти?

– Нет, конечно! Но как с ним жить после этого?!

– Придётся потерпеть, подруга, – Лена кладёт руку мне на плечо. – Надо сделать всё по уму. Тебя никто не заставляет с ним спать или стирать ему носки.

– Да какой спать, – вздыхаю я. – Давно уже не было ничего. Видимо, для Лерки всё копит. Просила, просила: то голова болит, то желудок, то давление. Для него этот ребёнок, видимо, как лебединая песня под старость. Ты бы видела как он распетушился! Орлом себя чувствует!

– Ну тем более, сейчас мы придумаем с тобой план. Чтобы и ты не осталась ни с чем, а то он половину заработанного на свою лядь тратит, а ты значит на работу иди, чтобы свадьбу дочери оплатить. Ну и козёл!

– Козёл, – соглашаюсь я.

Ленка заразила меня своей решимостью, и мы с энтузиазмом принимаемся составлять план действий. Через час у нас все готово. Я смотрю на результат нашего мозгового штурма, исписанную и исчерченную бумажку. План конечно бредовый, но именно из-за этого он может сработать! У Романа не хватит мозгов догадаться, что я затеяла!

Вот я знала, что вместе с ней мы найдём выход. Пока я страдала, она разобрала всё по косточкам и заставила меня посмотреть со стороны. И она права, не стоит рубить с горяча, а действовать осторожно.

На секунду мне стало не по себе, получается я собираюсь обмануть собственного мужа и оставить его ели не голым, то сильно пощипанным. Но я тут же себя одергиваю, не я собиралась менять старого мужа на молодого и делить нажитое, наоборот, я себе отказываю во всём, а он содержит девку! Справедливость должна восторжествовать!

– Так, это готово! А завтра мы идём в клуб! – весело заявляет Лена.

Я не поспеваю за ходом ее мысли. Какой еще клуб? Зачем?

– Ты что?! Какой клуб? Я туда сто лет не ходила! – возражаю я. – Да я уже и забыла, как танцевать!

– Женька, это для дела! Как ты собираешься провоцировать Романа?!

– А может, в кафе посидим, а я скажу, что в клубе была? – с надеждой спрашиваю я.

– Нет! Это сразу считывается! Когда женщина приходит натанцевавшись и навеселившись, у неё глаза горят. А какой ты после кафе придёшь? Разве только объевшаяся и сонная! Идём в клуб и точка!

– Ладно, пошли, – киваю я, – для дела так для дела!

– Жень, но тебе нужно в парикмахерскую, – осторожно говорит Лена.

Это ещё что за новости? Сговорились что ли все?

– Волосы резать не буду! – заявляю я. – И не пытайся!

– Да ты что! – машет на меня руками подруга. – Зачем их резать, у тебя шикарные волосы! Их нужно немного затонировать и убрать посечённые концы. И укладку сделать! Именно в парикмахерской!

– Да что, я сама с феном не справлюсь, что ли?! И покраситься я сама смогу, наловчилась уже!

– Ты не понимаешь, когда ходишь в парикмахерскую, и кто-то тебе наводит красоту, то самооценка повышается! Тебе сейчас без самооценки никак!

– Да всё я понимаю, только вот денег жалко! Я ж теперь безработная!

– Это легко поправить, если будет самооценка, будет и работа. Хочешь, я тебе дам?

– Нет, нет, что ты, потрачусь уж, ты права. Я с этой свадьбой совсем себя забросила! А зачем? Разве дочь меня меньше любить будет, если я ей меньше денег дам? Ну если так, то как мать я не состоялась! Заодно и линзы куплю, давно хотела!

– Вот! Вижу настрой! – Ленка радостно хлопает в ладоши. – Только ты уж платье подбери, клубное. Такое, чтоб блестело! И не в пол! У тебя идеальные ноги, грех их не показать!

– Ладно, поищу в Лизином шкафу, – ворчу я, хотя плохо представляю себя в платье с блёстками. Всё-таки я бухгалтер, человек серьёзный. Но раз для дела…

– Пойду я, спасибо, Лен, – я поднимаюсь и горячо обнимаю подругу.

– Завтра вечером, часов в восемь, чтобы была готова! – говорит мне Лена на прощание. – Я закажу такси бизнес, вдруг твой будет из окна смотреть. А ты выходи и садись на переднее сиденье.

– Хорошо, – смеюсь я. – Тебе бы в разведчики пойти!

– Хотела, не взяли, – вздыхает Ленка.

Я возвращаюсь домой, из комнаты тут же выходит Роман.

– Где ты была? – спрашивает он с ноткой недовольства.

– Какая тебе разница? На свидании, – бросаю я.

– А если честно? К подружкам бегала? – прищуривается он.

Я неприятно удивляюсь, как хорошо меня знает мой муж. То есть то, что у меня может завестись любовник, он даже не допускает. Неужели я стала такой не сексуальной?

Глава 6

Утром я просыпаюсь от запаха чего-то горелого. Впервые за долгое время я не поставила будильник, надеясь хорошенько выспаться. Но не тут-то было.

Видимо, муженёк мой, не привыкший к домашнему хозяйству и готовке еды, решил приготовить себе завтрак.

Я прислушиваюсь к громкому чертыханию и звону посуды на кухне. В душе начинает расти раздражение. Он ведь знает, что я ещё сплю, какого фига громыхает?

Ответ очевиден – чтобы я встала и помогла ему с завтраком. Я натягиваю одеяло до подбородка. Ну уж нет. Я и так за ним ухаживала полжизни. Хватит!

Как киноплёнку проматываю нашу жизнь. Ничего особенного, наверное, всё как у всех. Свои маленькие радости, свои заботы. Ни взлётов, ни падений особенных не было.

С детства приученная, что за мужем нужно ухаживать, я взяла всю домашнюю работу на себя, считая, что так и должно быть. Так живут все. А теперь он даже яичницу себе пожарить сам не в состоянии. Я уж не представляю, как он справится со стиралкой и пылесосом.

Наконец он не выдерживает.

– Женя, я на работу опаздываю, – слышу его недовольный голос.

Тяжело вздыхаю, накидываю халат и выхожу.

– Что тебе надо, что ты шумишь?! Ты не видишь, что я сплю?! – рявкаю я на Романа.

Опешил, глаза выпучил. Раньше я бы, как заведённая, носилась по квартире, гладила рубашки, галстуки. Пекла бы блинчики или жарила яичницу и подавала бы на тарелочке с голубой каемочкой.

– Я тороплюсь! И ещё не завтракал! – Роман всё-таки справляется со своим удивлением.

– А я причём? – возражаю я.

– Ты всё ещё моя жена, и ты должна…

– Стоп! – жестом останавливаю его. – Ничего я тебе не должна! С той самой минуты, как ты завёл себе другую.

– Вообще-то я деньги зарабатываю, а ты безработная! – прищуривается Роман.

Ага, с козырей пошёл, гад!

– Так я и к тебе в домработницы не нанималась, – пожимаю я плечами. – Хочешь жрать – готовь себе сам. А еще лучше сядь на диету, а то скоро и Лерке секса хватать не будет.

– Ты… ты… – Роман задыхается от возмущения.

– Если это всё, то я пошла, у меня ещё дела. Вечером не жди, буду поздно, – я дерзко улыбаюсь и посылаю Роману воздушный поцелуй.

Я захлопываю дверь спальни и плюхаюсь на кровать. Как же тяжело мне играть в эту игру. Я привыкла говорить всё, что думаю, прямо. Привыкла к своей честности. Сейчас чувствую себя какой-то ехидной.

Только… она никому не нужна, моя честность. Я нужна была как прислуга: приготовь, принеси, подай. Ещё и денег заработай, потому что уже год этот старый шизоид содержит любовницу и её ребёнка.

Значит, я выдержу, нужно играть, буду играть, но я его так проучу, что на всю оставшуюся жизнь запомнит!

Слушаю, как громко хлопнула входная дверь, и иду смотреть на размер бедствия. Ну конечно, грязная посуда горой в мойке, в сковородке несчастные, скукоженные, горелые яйца. Полотенца, заляпанные, валяются на столе.

Я собираю всю посуду и сковородку в том числе и тащу всё это великолепие к Роману в комнату. Там тоже бардак, постель разобрана. Рубашки, носки валяются. Ну и свинья, когда только успел?

Вываливаю грязную посуду ему на кровать и иду варить себе кофе.

Как хорошо, никуда не торопиться. Непривычно, но очень приятно, сидеть и медленно пить свой кофе, глядя в окно. Погода сегодня обещает быть ясной и морозной. Что ж, тем приятнее будет прогуляться в парикмахерскую.

– Что будем делать? – деловито спрашивает меня молодая девушка с синими волосами, едва я сажусь в кресло.

– Я хочу покраситься и подстричь посеченные концы, – говорю я.

– Вам шатуш, балаяж или айртач?

Я смотрю на неё через зеркало, ощущение такое, что она внезапно заговорила на китайском.

– Эм… – делаю паузу, словно раздумываю.

Стыдно, но я совсем отстала от моды. Вот что ей ответить? Что я не знаю, что это такое? Что я бабка дремучая?

– Зай, я сама, – стильная женщина постарше отодвигает девчушку от кресла.

По тому, как она держится, я понимаю, что она хозяйка салона.

– Добрый день. Меня зовут Инга, – приветливо представляется она.

– Очень приятно, Евгения, – отвечаю я.

Её я тоже разглядываю через зеркало. Красивая, стильная, очень уверенная в себе и в то же время веселая, на что указывают лучики в уголках глаз.

Лет тридцать-тридцать пять, – решаю я про себя.

– Итак, рыбка моя, что мы с вами будем делать? В какой цвет покраситься хотите?

Я тихонько выдыхаю. Ну уж это-то я знаю.

– В свой, – отвечаю я, – в блонд, просто немного освежить и закрасить седину.

– Отличный выбор, рыбка моя! – восхищенно говорит Инга. – У вас шикарные волосы, и цвет отличный. Я бы добавила немного такого жемчужного блеска и передние пряди сделала бы чуть светлее. Это называется контуринг.

– Хорошо, делайте, – соглашаюсь я.

– Развод? – деловито интересуется она, нанося краску, – Если не хотите, не говорите, не обижусь.

– Да почему же, – вздыхаю я, – развод. А как вы догадались?

– По взгляду, – коротко отвечает она.

Я смотрю удивленно.

– У нас у всех взгляд уязвленной женщины, когда нас предают. У всех боль отображается. Но это проходит.

– Значит, и вы…

Я не договариваю, Инга кивает.

– Три года уж, – она радостно улыбается, – и знаете, что я вам скажу? Это лучшее, что со мной случилось в жизни! Я открыла свой бизнес, похудела, помолодела. Угадайте, сколько мне лет?

– Тридцать пять?

– Неа, – она смеётся. – На десяточку больше.

– Не может быть, – вырывается у меня.

– Конечно, без косметолога не обошлось, пришлось и витаминчики поколоть, и массажик, и уход подобрать. Но зато у меня на это есть время сейчас. Я живу полноценной насыщенной жизнью и не трачу время на стирку чужих носков и трусов.

Глава 7

Инга занимается моей головой и попутно рассказывает мне, как делается та или иная техника окрашивания. Просвещает, так сказать.

Теперь я знаю, что значит шатуш, балаяж и айртач. Ещё я узнаю много нового о своих волосах и как правильно за ними ухаживать.

Волосы всегда были моей гордостью, распущенные они неизменно притягивали повышенное внимание мужчин и завистливые взгляды женщин. Только когда я их последний раз распускала? Уже и не вспомнить!

На работе я предпочитаю ходить с аккуратным пучком. Дома просто собираю в гульку, чтобы не мешали, на ночь заплетаю в косу, чтобы не запутались.

Сегодня обязательно распущу и пойду в клуб!

– А вы можете мне потом их немного уложить? – прошу я Ингу. – Я в клуб иду.

– Вот здорово! – радуется она, как будто это достижение какое, – это правильно, это нужно! Надеюсь, не просто так? С пользой?

– Какая польза может быть от ночного клуба? – удивляюсь я. – По-моему, только наоборот.

– Как же! – восклицает Инга. – А мужчины? Там куча молодых, горячих парней!

– Да какие ещё мужчины? Ну, нет, спасибо! Мне одного хватило, – категорически отказываюсь я.

Меня в дрожь бросает от страха, что я могу оказаться в объятиях другого мужчины. Всё-таки двадцать пять лет брака за одним.

– Но почему нет? Вы здоровая молодая женщина! Это нормально, что мужчины захотят с вами познакомиться!

– Нет, что вы, это как-то… стыдно, в моем-то возрасте.

– В нашем возрасте, милая, стыдно только бояться жить, – наклонившись ко мне, говорит Инга и подмигивает в зеркало. – А ещё терять шанс быть счастливой!

Я смеюсь. Её оптимизм заразителен. Только, конечно, ни с какими мужчинами я знакомиться не планирую. Потанцую и всё.

– В чём вы пойдёте? – спрашивает меня Инга.

– Посмотрю у дочери что-нибудь…

– Плохой вариант, – качает она головой. – Нужно платье, которое ваше. Понимаете, такое, родное. Когда надела и осознаешь: «Моё!»

– Ну, нет у меня таких платьев, – вздыхаю я. – Всё больше костюмы.

– Моя сноха работает в отделе женской одежды. Подойдете к ней и скажете, что от меня. Она подберёт вам недорого и скидку сделает, – сразу предлагает Инга. – Будете конфеткой!

Я тут же соглашаюсь. А и правда! Должна же я хоть иногда себя баловать, раз никто больше этого не делает.

– Готово! – Инга поворачивает мое кресло лицом к зеркалу, и я пораженно смотрю на себя.

– Вот это да! – восхищенно выдыхаю.

Мои волосы стали ещё стве́лее и наполнились каким-то нереальным жемчужным сиянием. Я качаю головой, и копна волос плавно перетекает. Это просто какой-то жидкий шелк, я такие только в рекламе видела.

– Нравится? – спрашивает Инга.

– Очень! – искренне восклицаю я. – Я пять лет скинула.

И это правда, с распущенными волосами такого изумительного цвета я кажусь моложе, а серые глаза стали ярче и выразительнее.

– Вот, а когда подкраситесь и оденетесь красиво, все десять скинете!

– Пожалуй…

Я все еще рассматриваю себя в зеркало, трогаю волосы, шелковистые и мягкие.

– Тогда вперёд, покорять ночной клуб! – шутливо провозглашает Инга.

– Будет сделано! – в том же тоне отвечаю я.

Я расплачиваюсь и выхожу на улицу. В теле появляется какой-то очень знакомый, но давно забытый зуд. Не сразу я понимаю, что это предвкушение. Предвкушение покупки нового платья. Такого, в котором я буду действительно сексуальной и красивой.

Я отправляюсь в торговый центр, нахожу нужный отдел.

– Я от Инги, – говорю я молоденькой продавщице.

Она приветливо улыбается.

– Прошу прощения, у вас тоже развод? – спрашивает она.

– Инга уже позвонила? – удивляюсь, – Быстро она.

– Нет, – смеётся продавщица. – Она ко мне всегда дам после развода отправляет. Удивительным образом у нас они находят платье мечты.

– Ну, скоро Новый год. Чудеса случаются, может и мне повезёт, – улыбаюсь я.

– Конечно, даже не сомневайтесь. У нас даже такая стойка есть с платьями, которые между собой зовем “разводными”.

– И чем они отличаются? – интересуюсь я.

– Смелостью, – отвечает девушка, ведя меня куда-то вглубь отдела. – Женщина которая решилась так кардинально поменять свою жизнь достойна самого лучшего платья!

– Разумно! – соглашаюсь я.

Она подводит меня к стойке, и я сразу вижу его. Моё платье!

Глава 8

Я провожу рукой по гладкой ткани. Великолепное! Прямое, чуть выше колена, простого кроя, но из шикарного мерцающего черного шелка. Просто мечта!

– Хотите померить? – спрашивает улыбаясь продавец.

– Конечно, – выдыхаю я.

Как давно я не надевала таких шикарных вещей! Их просто некуда было носить. В те редкие наши выходы в свет я старалась одеться поскромнее, поприличнее, как бы подчеркивая статус жены, матери, серьёзного человека.

А сегодня я хочу быть просто женщиной, хочу танцевать и веселиться. И это платье как нельзя лучше подойдёт.

Аккуратно надеваю на себя это великолепие. Смотрюсь в зеркало.

– Это не я! – вырывается у меня.

На меня смотрит все еще стройная, платиновая блондинка с сияющими серыми глазами и вполне аппетитной фигурой. Еще достаточно молодая, чтобы ходить в клуб, и достаточно взрослая, чтобы позволять себе всё, что захочется.

Платье не вульгарное, но очень деликатно подчёркивает изгибы фигуры. Надо же, и грудь у меня ничего, и попа. Это всё мои занятия йогой, видимо. Начинала я их для снятия напряжения, а они и фигуру мне подтянули здорово.

– Да вы красавица! – всплескивает руками милая девушка, когда я выхожу из примерочной.

Смущённо улыбаюсь, кручусь перед зеркалом. Давно забытые ощущения. Когда-то я любила наряжаться, любила быть красивой. Роман и полюбил меня такую. Яркую, веселую, сексуальную.

Но после свадьбы он незаметно и мягко вложил мне в голову мысль, что я теперь должна быть скромнее. Он жутко ревновал. И я, чтобы лишний раз не провоцировать, старалась стать незаметной для других мужчин.

Когда родилась дочь, и вовсе не до красоты было. Помогать мне некому, а Лиза росла беспокойной, вот и забила на себя совсем!

– Беру! – решительно говорю я. – А ещё подберите мне туфли, бижутерию и сумочку.

Стараюсь не думать, сколько я потрачу денег и что скажет Лиза, когда узнает, что на свадьбу ей не так много осталось. Безработная мать, сошла с ума и накупила нарядов!

Я беру пакеты с покупками, оказалось не так уж и дорого, и иду за линзами. Ну не идти же в ночной клуб в очках.

Рядом с отделом с оптикой натыкаюсь на отдел нижнего белья. Ну это мне сейчас совсем ни к чему, – говорю я себе, – но ноги сами несут в царство гипюра и шелка.

Повинуясь порыву, я покупаю красивый комплект под платье. Ну это всем известно: если на женщине дорогое нижнее бельё, она чувствует себя увереннее.

– У нас есть вот такие замечательные чулки под ваш комплект, – вдруг предлагает девушка-консультант.

– Чулки? Мне? – я чуть от неожиданности не роняю свои пакеты.

– Да. А что? – хлопает глазами девушка, не понимая, что меня так шокировало.

Ну чулки мне точно ни к чему! Обойдусь колготками.

«И правильно, чулки тебе зачем, дура старая. Кого соблазнять собралась?» – вдруг звучит в голове голос Романа.

– Беру! – решительно говорю я.

Подбираю себе линзы и ещё немного прогуливаясь по торговому центру. Как хорошо, оказывается, посвятить день себе. Ходить по бутикам, нюхать селективный парфюм, рассматривать всякие безделушки. Никуда не торопиться, выпить чашечку кофе и съесть десерт.

Крайне довольная, я иду домой.

– Теть Жень, – вдруг слышу, когда уже почти вошла в подъезд.

– Лера?! Что ты здесь делаешь? – холодно удивляюсь я.

– Я пришла поговорить, – смотрит нагло, дерзко.

Она с коляской, в которой спит маленький бутуз.

– Говори, только быстро, мне некогда, – я демонстративно смотрю на часы.

Внутри всё переворачивается, глядя на неё. Веру остаётся только пожалеть, если бы у меня была такая дочь, я б удавилась. Хотя, если бы ко мне пришла Лизка и заявила, что родила от мужа моей подруги, я б для начала такого ремня бы ей всыпала, а потом от стыда бы провалилась.

И уж точно у меня не хватило бы наглости, припереться к обманутой жене и требовать алименты.

– Отпустите Рому, – с места в карьер. – Мы с ним любим друг друга!

– Ещё что? Квартиру вам отдать? – руки просто чешутся, так и надавала бы мерзавке по наглой роже.

– Квартиру, само собой, – на голубом глазу заявляет она. – Вы всё равно одна. А у нас маленький. У нас семья.

Вот это заявление!

– Нет, дорогая, семья у нас. А ты так, отхожее место, куда престарелый мужик иногда захаживает! Ты думаешь, если бы Роман хотел жить с тобой, он бы не ушёл? А раз не ушёл, делай выводы. Хотя куда тебе…

Я смотрю, как на молодой испорченной мордашке проступают красные пятна.

– Он… он просто вас жалеет, не хочет, чтобы вы одна на старость лет остались! – выкрикивает она.

Это заявление настолько веселит меня, что даже злость утихает.

– Ты глупее, чем я думала, – смеюсь я. – Это старая отмазка всех мужей, которые не знают, как от назойливых любовниц отделаться. Мужчина, если любит женщину, ничего его не остановит, чтобы быть с ней. Жаль, что мать тебя не научила! Так что иди лесом, дорогая, ни Романа, ни квартиры ты не получишь!

– У меня ребёнок от Ромы, – в отчаянии восклицает она.

– Кстати, денег ты тоже больше не получишь. Роман платил тебе за молчание, а раз теперь я всё знаю – иди в суд, устанавливай отцовство и подавай на алименты.

– Он всё равно уйдёт, – упрямо говорит Лерка.

– Тогда чего ты ко мне приперлась? Сиди и жди, – пожимаю равнодушно плечами. – Всё, твоё время вышло.

Я разворачиваюсь и иду домой, не обращая внимания на отборный мат мерзкой девки. Еще чего, пришла мне тут командовать! Роман уйдет только тогда, когда я решу и с тем что я ему отдам!

Глава 9

Захожу домой. Роман снова копошится на кухне. Стискиваю зубы и прохожу в свою комнату. Поубивала бы и его, и его крысу, и всех вокруг. Адреналин струится по венам, требуя немедленного выброса ярости. Делаю несколько глубоких, медленных вдохов и выдохов. Беру себя в руки.

«Спокойно, Женя, спокойно, у тебя есть план, следуй ему!» – говорю я себе.

Сейчас не время заводить скандал. Ругань только взбесит Романа, а вот холодное равнодушие заставит его напрячься и пожелать вернуть потерянное.

Они за всё ответят, только позже! Мартышка уже получила свой урок жизни, и сейчас, наверное, рыдает на груди у мамаши, такой же неадекватной. А на Романа у меня другие планы!

Я надеваю платье, которое купила сегодня. Настроение немного улучшается. Оно словно придаёт мне уверенности.

– Жень, – муж скребётся в дверь, в голосе вина и раскаяние.

– Что тебе? – распахиваю дверь.

– Ого! – он оглядывает меня с ног до головы. – Красивое платье, только куда его носить? Оно слишком откровенное.

Я игнорирую его выпад и, не удостоив взглядом, прохожу мимо на кухню.

– Жень, ты прости за бардак на кухне. Я торопился. Но я всё убрал. – Преданно заглядывает мне в глаза. – Женя, ты сегодня очень красивая. Прости, и платье супер. Я… я просто растерялся.

Просто душка! Он всегда так умел состроить из себя раскаявшегося, что я всё прощала.

С горечью понимаю, что на самом деле это манипуляция. Что ни в чём этот человек не раскаивается. Просто сейчас ему очень не хочется лишаться сытой и вольготной жизни. Удобную понимающую жену он не хочет менять на взбалмошную молодую дуру, у которой ещё мать всегда рядом.

Я молча наливаю себе чаю и сажусь за стол, словно приглашая к разговору. Муж тут же усаживается напротив.