Жгучий перец драконьего лорда

Я покачала головой.

— Как я его найду? Нортон сказал, что будет держать его при себе…

— Да не будет он держать его при себе, наверняка оставит где-то в комнате. А у меня кое-что есть.

Энджел достал из кармана какую-то ромбовидную пластинку и протянул мне.

— Это поисковик артефактов. С помощью него у тебя получится найти то, что нам нужно. Просто нажми на камень в середине, и он приведет тебя туда, куда нужно.

М-да уж. Главное, чтобы Нортон меня за этим делом не нашел. Но…

— Хорошо, давай, — сказала я Энджелу, про себя решив, что все-таки лучше попробую с Нортоном поговорить. Не про то, что он кого-то там убил, а про Глорию, про то, чтобы временно снять с нее блокирующие браслеты. Но когда я пришла в его спальню, обнаружила, что он уже ушел. Рафаэль, которого я отыскала, чтобы спросить, где Нортон, сообщил, что он уже уехал по делам.

Уехал, улетел… неважно.

— Когда он вернется? — уточнила я.

— Поздно вечером.

Ну капец.

Я покивала Рафаэлю и сделала вид, что возвращаюсь к детям, а на деле вернулась к нему в спальню. От того, что я просто сниму браслеты ненадолго с Глории, ничего плохого точно не случится. Во-первых, я сниму их только чтобы проверить, чем спровоцирован жар: и если дело действительно в них, у меня будет чем оперировать в разговоре с Нортоном. А во-вторых, если выяснится, что дело более серьезное, надо будет срочно девочку спасать.

Вспомнив слова Энджела, я нажала на камень, искренне надеясь, что успею найти то, что мне нужно, до прихода горничной. Артефакт взмыл с моей руки и полетел в сторону кровати, примагнитился к тумбочке. Я открыла ее, и…

Ее содержимое выглядело как витрина магазина для взрослых, и я быстро захлопнула дверцу, чтобы стереть это из памяти. На-всег-да. Зачем Нортону все эти игрушки?!

Оторвав артефакт от тумбочки, я резко развернулась.

И что теперь?

Повторное нажатие на камень привело к тому, что «помощник» Энджела примагнитился обратно. Вот только не говорите мне, что надо искать этот размыкатель-ключ среди всего того, что я увидела!

Сказать это мне никто, конечно же, не мог, но именно это мне и пришлось делать. Сжав зубы, я опустилась рядом с тумбочкой на колени и принялась перебирать все эти девайсы самой разной направленности, уже представляя в красках, как их можно применять. Красок было много, в частности, одна из них — у меня на щеках. В какой-то момент мне показалось, что план «найди ключ» провален, когда среди всех этих приспособлений я увидела совершенно неприметную штуковину.

Штуковина напоминала простую прямоугольную металлическую пластинку, и если бы я наступила на нее в коридоре, наверное, просто решила бы, что это мусор, и выбросила.

— Ну-ка, давай тебя проверим…

Я приложила артефакт Энджела к пластинке, и он к ней прилип. Наглухо.

— Есть!

Я сунула пластинку вместе с артефактом в карман, а после осторожно выглянула за дверь.

— М-м-м…

За дверью никого не было, ни с той стороны, ни с другой. Я быстренько нырнула в коридор, добежала до детской и улыбнулась охраннику.

— Завтрак уже принесли?

— Да, только что.

— Чудесно.

Я надеялась, что с Глорией будет все хорошо, а еще надеялась, что она хотя бы немного поест.

— Привет снова, — я прошла в комнату и огляделась. — А где Энджел?

— В туалете, — проскрипела девочка.

— Сейчас мы тебе поможем, — я опустилась рядом с ней на кровать. Надеюсь, я разберусь, как эта штука работает. — Давай ручки.

Глория протянула мне руки ладошками вверх, я достала пластинку… и получила такой удар по голове, от которого потемнело перед глазами. Ткнувшись носом в постель, я услышала, как что-то звякнуло, и поняла, что пластинки в моих руках уже нет. Сознание отказывалось функционировать исправно, но даже сквозь него я услышала голосок Глории:

— Рис, пожалуйста, давай оставим ее здесь?

— Спятила? Она знает, откуда перцы!

Меня рывком вздернуло в воздух. Сквозь плавающие перед глазами круги и звезды я услышала еще какой-то лязг, звон разбитого стекла, а потом мы взмыли ввысь. Я еще как-то видела стремительно удаляющийся дом и летящую рядом Глорию, а потом сознание и вовсе меня покинуло, оставив только густую липкую темноту.