- -
- 100%
- +
Когда-то очень давно в детстве, когда еще была жива мама, я мечтала о брате. Но сейчас он мне уже ни к чему. Да и какой он мне брат? Сын мачехи, не более.
– А как его зовут? – решаю спросить. Врага следует знать в лицо, поэтому мне нужно узнать необходимую информацию.
Отец подозрительно прищуривается. Пытается разгадать, что я задумала. Правильно, папа. Ты сам меня учил наводить справки о человеке перед первой встречей с ним. Но добродушная Елена, естественно, ни о чем таком не подозревает, поэтому радостно сообщает:
– Максим. Он твой ровесник. Всего лишь на один месяц старше. У тебя 25 мая день рождения, а у него 25 апреля. Кстати, через неделю. Он в моей родной Россоши живет.
Спасибо, Елена. Мне хватило бы и одного имени, но чем больше информации, тем лучше. Фамилию я уже знаю: видела ваш паспорт.
– И когда он приедет?
– Скорее всего, с нового учебного года, – отвечает мачеха.
Дожевав кусок мяса, я максимально невозмутимо спешу удалиться из кухни под предлогом большого количества домашнего задания. Не успеваю я дойти до своей комнаты, как телефон в кармане завибрировал. Смс от папы:
«Что ты задумала?»
«Ничего такого, чему бы ты меня сам не научил;)»
«Мои уроки к семье не относятся»
Мне не нравится слово «семья» по отношению к мачехе и ее сыну. Как-то больно укололо в сердце. Я все еще искренне считаю, что наша с папой семья – это только мы вдвоем.
«Всего лишь хочу навести о нем справки»
«Спроси Елену. Она тебе все о своем сыне расскажет»
«О, нет, папа. Так неинтересно. А я легких путей не ищу) Поверь, я узнаю о нем больше, чем даже его родная мать о нем знает)))»
На это отец мне ничего не отвечает.
А в моем распоряжении больше четырех месяцев, чтобы найти Максима Самойлова во всех соцсетях и досконально изучить его жизнь. И не только по его страничкам, но и по аккаунтам его друзей. Также несколько поисковых запросов в Яндексе «Максим Самойлов Россошь» или «Максим Самойлов Воронежская область» предоставляют мне полную информацию о его спортивных и учебных достижениях.
Я смотрю все доступные видеозаписи с его соревнований. Их немного, но мне хватает, чтобы прочувствовать физическую силу Максима даже через экран компьютера. Каждое движение рук и ног, каждый выпад, каждое нападение на соперника – отточены до миллиметра. Преимущественно он бьет ногами. Я мало знаю о каратэ, но мне точно известно, что в этом боевом искусстве работают и руками, и ногами. Тем не менее Максим почему-то всегда делает упор именно на ноги.
Взять хотя бы его последнюю победу на региональных соревнованиях, видео которой я просматриваю сейчас. Соперник делает на Максима выпад рукой, но он успевает пригнуться, а затем резко выпрямляется и дезориентирует противника ногой.
И в этот момент я испытываю дурацкое чувство дежавю… Как будто именно этот прием и именно в исполнении Максима я уже однажды видела, но никак не могу вспомнить, где. Я пересматриваю этот момент несколько раз, пока мне вконец не надоедает это дебильное ощущение, когда у тебя что-то крутится на языке, а ты все никак не можешь вспомнить. Я совершенно точно не ходила ни на какие соревнования по каратэ и в общем-то никогда не была свидетелем драк. Разве что пару раз в детстве, но я их очень плохо помню. Может, я видела такой прием в каком-нибудь фильме? Скорее всего так и есть.
К моменту приезда сводного братца, который на удивление не хотел ехать в Москву и все же согласился на уговоры матери только к середине октября, у меня уже есть его полный портрет: от физических параметров роста и веса до имен девушек, которые в него влюблены и которых он френдзонит.
Самойлов Максим Алексеевич. Рост 185 см, вес 78 кг. Черный пояс по каратэ, трехкратный победитель областных соревнований и двукратный призер. Круглый отличник, но не ботан. Учится на пятерки не потому, что сильно старается, а потому что само так получается. Любимый предмет в школе – алгебра. Не любимый – химия. Победитель районных и областных Олимпиад по русскому языку, обществознанию, физике, алгебре. Лучший друг – Стас Рябов. Вместе ходят на каратэ, но учатся в разных школах. Ближайшие друзья из школы – Алексей Толстов и Роман Миронов. Первый – одноклассник, второй из параллельного класса. Со вторым также вместе был в детском саду и живут в соседних домах.
Любимый фильм Максима – «Бойцовский клуб». Как символично для каратиста. А вообще он любит все фильмы Дэвида Финчера и Кристофера Нолана. Хороший выбор. Из книг читает только классику. Бизнес-литературой не интересуется от слова совсем. Хобби – каратэ, книги и машины. Да, он уже умеет водить механику. Ходит почти на все вечеринки и тусовки своего города, но нигде не пьёт алкоголь. Не курит даже кальян.
Скучно.
В восьмом классе Максим был влюблен в девочку по имени Яна Сафонова, но она его зафрендзонила. Об этом так красноречиво говорит их совместная фотография в ее Инстраграме с подписью «Не имей 100 рублей, а имей 100 друзей».
Начиная с 9 класса, он сам стал объектом внимания женской части своей школы. Это очень легко понять по тем картинкам, которые они ему кидали на стену в ВК. К слову, его стену я пролистала до момента регистрации парня в этой социальной сети. И проанализировала лайки каждого поста. А потом и аккаунты лайкнувших.
В августе он начал встречаться с Анной Репревой. Она на год младше. Конечно, они не ставили никаких семейных положений и даже не выкладывали совместных фотографий. Но вот двоюродная сестра этой девушки была отмечена на фото с Максимом и Анной. И, конечно же, мне обо всем поведала подпись: «Сладкая парочка Самойлов-Репрева и третий лишний».
Спасибо, люди добрые, что так много фотографируете и пишите о других. Без вас я о своем новоявленном братце и половины бы не узнала.
Глава 21. За неделю до встречи с тобой
POV Кристина
За неделю до встречи Максима и Кристины
Я сижу в своей комнате и уже в который раз всматриваюсь на экране ноутбука в лицо Максима Самойлова. Темные волосы, карие глаза, слегка смуглая кожа, добрая улыбка. Я видела эту фотографию уже тысячу раз, но все равно при каждой свободной минуте захожу на его страницу и впиваюсь в нее глазами. Будто она скажет о нем что-нибудь новое. Но больше, чем я уже о нем знаю, я смогу выяснить только при личной встрече. А она, к сожалению, все ближе и ближе.
Я не хочу, чтобы он приезжал. Не хочу впускать в свой дом и в свою жизнь чужого человека. Мне эта Елена никто, почему я должна принимать ее сына? С отцом я приезд Максима за все это время так и не обсудила. На это у меня было две причины: первая – папа уже для себя все решил, а у меня нет желания его переубеждать, вторая – меньше, чем через год я уеду из России. И гори оно все хоть синим пламенем.
Ну, не все, конечно. Папа и наш бизнес пусть останутся. А на остальных по фиг. Когда я уеду, этот Максим лишь останется в моих воспоминаниях. На одной полке с Егором и Викой.
Звонок в дверь. Я поспешно закрываю браузер, опускаю крышку ноутбука и иду открывать. Егор на пороге с огромным букетом моих любимых нежно-розовых пионов. И где только достал в начале октября? Сезон-то в июне.
– Вау, Егор, какая красота! – Я искренне восхищена цветами.
Он проходит в дом и крепко целует меня в губы. Ставлю цветы в вазу и опускаюсь рядом с парнем на диван. Он тут же спешит заключить меня в объятия.
– Малыш, я скучал, – мычит мне в затылок.
– Мы виделись в школе.
– Ты не разрешаешь мне целовать тебя там при всех.
Что правда, то правда. Ненавижу проявление эмоций на людях.
Егор находит мои губы и настойчиво целует. Жадно, томно, будто он задыхается, а я его последний глоток воздуха.
– Я люблю тебя, Кристина. Только тебя одну, – шепчет мне в губы.
Я улыбаюсь и накрываю его новым поцелуем. Это хороший ход, когда не можешь сказать человеку слова взаимности, а он ждет от тебя каких-то действий.
– Егор, я должна тебе кое-что сказать, – отрываюсь от его рта и смотрю прямо в лицо.
– Что такое, малыш? – Он мягко проводит по моей щеке ладонью.
Я глубоко вздыхаю, предчувствуя тяжелый разговор.
– Через неделю к нам переедет сын мачехи. Он наш ровесник и будет учиться с нами в школе.
Невозмутимость и спокойствие Егора, как рукой сняло.
– То есть, с тобой тут будет жить какой-то парень?
– К сожалению, да.
Егор поджимает губы и отворачивается к окну. Молчит, о чем-то напряженно думает. Мне кажется, я слышу, как двигаются шестеренки в его голове.
– Его приезд можно как-то предотвратить? – наконец выдает и серьезно смотрит на меня.
– Боюсь, что нет. Отец твердо решил, что вся семья должна быть вместе. Так что у меня теперь появится брат, – на этих словах я искренне хмыкаю.
– Он тебе такой же брат, как и я, – Кузнецов пытается сдерживать эмоции, но я слышу в его голосе панику.
Ну да, как же рядом со мной теперь будет кто-то еще мужского пола кроме отца и самого Егора.
– Да мне в принципе глубоко по фиг на него, – спешу успокоить парня, – я, конечно, не в восторге от того, что мачеха притащит своего отпрыска, но по большому счету мне наплевать.
– А где он будет жить?
– Не знаю, наверное, в одной из гостевых комнат. Я не думала об этом.
И тут я осеклась. Мне что, придётся делить с ним мой личный второй этаж???
Мы оба замолкаем, думая каждый о своем. Хотя я на 100% уверена, что думаем мы сейчас об одном. Я – о том, что у меня нет ни малейшего желания иметь под своей крышей и на своём этаже бедного родственничка. А Егор – о том, что на меня теперь кто-то будет пялиться в стенах родного дома. Даже не знаю, кому из нас двоих сейчас тяжелее.
– Ладно, – наконец прерывает молчание Кузнецов, – может, еще все не так плохо. Может, он окажется нормальным и действительно примет тебя, как сестру. Может, у него вообще есть девушка, которую он любит так же сильно, как я тебя. В конце концов, я вижу, ты радости от его приезда не испытываешь и друзьями с ним становиться не собираешься.
– Не собираюсь, это точно, – спешу заверить парня.
И девушка у него действительно есть. Вот только вряд ли он любит ее так же, как меня Егор. Иначе бы никогда от нее не уехал. Но этого я ему вслух не говорю.
– Ну, поглядим на него и на его отношение к тебе. В любом случае бить ему морду сразу я не буду. Может, даже получится подружиться с ним. Как говорится: держи друзей близко, а врагов еще ближе! В конце концов, я знаю, как сложно добиться твоей взаимности. У меня на это ушло три года.
– Егор, я только твоя, ты же знаешь, – спешу его заверить.
– Скажи это еще раз, – он довольно улыбается и приближается к моим губам.
– Я твоя, – шепчу и отвечаю на поцелуй.
«Вот только меньше, чем через год, я от тебя с радостью свалю», добавляю мысленно.
У Егора прекрасно получилось успокоить самого себя.
Вот только кто бы теперь успокоил меня?
Глава 22. Дежавю
POV Кристина
Вот уже час я нервно переминаюсь с ноги на ногу, стоя у окна своей комнаты, которое выходит во двор. Я понимаю: от того, что я гипнотизирую ворота, машина быстрее не приедет, но все равно не могу заставить себя отойти от окна и заняться делами. Минуты тянутся предательски медленно, и я уже теряю терпение.
Где они так долго едут? Захожу в Яндекс, пробки 8 баллов. Понятно.
Еще 40 минут, прежде чем они приезжают, длятся, как 40 часов. Я сама не знаю, почему жду их. Свою мачеху и ее сына. Какое мне дело до того, что они сегодня появятся? Я, наоборот, должна сейчас смотреть сериал, или читать книгу, или слушать музыку. Что угодно, но только не гипнотизировать двор.
Но вот ворота открываются, машина въезжает, и я наблюдаю, как из нее выходит Елена с сыном. С тем, кого искренне терпеть не могу. Отец распорядился выделить ему комнату почти напротив моей. Хотя, по-моему, этому Максиму подошла бы самая дальняя в конце коридора: 12 метров, кровать, стол, стул, шкаф. Хватило бы с него и такой. Но нет. Новоявленному сыночку нужно побольше места.
«Доча, вот эта комната, напротив твоей, 20 метров, Максим в ней жить будет». Спасибо, пап. Я теперь буду каждый день сталкиваться с ним лбом.
В холле на первом этаже слышен шум, и я тихонько спускаюсь по лестнице, стараясь не привлекать к себе внимания. Они снимают верхнюю одежду, здороваются с отцом, он зачем-то предлагает Максиму называть его папой. Бред.
Я стою в тени, и у меня хорошо получается рассмотреть профиль Максима. В жизни он еще выше и сильнее, чем на фотографиях. Очень крепкая спина, руки, шея, ноги. Прямой нос, подбородок слегка выпирает вперед. Он напряжен. Как будто почувствовал угрозу, но не подает вида. Неужели заметил меня боковым зрением? Хотя я со своими 170 см и 53 кг вряд ли представляю для него физическую опасность.
– Здравствуй, Кристина, – говорит мачеха, замечая меня в углу лестницы.
– Добрый вечер, – отвечаю ей абсолютно безразличным голосом. Не ты мне сейчас интересна.
– Это мой сын Максим, – она указывает на него рукой.
Вот теперь он поворачивает ко мне голову.
– Привет, – произносит вполне дружелюбно.
Секунда – и наши взгляды встречаются. В жизни его карие глаза еще ярче, чем на фотографиях. На снимках они просто темные, а вот в реальности, да еще и при хорошем освещении нашей гостиной, они имеют глубокий шоколадный цвет.
Я отрываю взгляд от его глаз и скольжу дальше по всему телу, которое теперь могу рассмотреть не только в профиль. Сильная грудная клетка, сильные плечи.
Красивый, ничего не скажешь. Представляю, какой потерей стал его отъезд для всех деревенских девчонок. Мысленно рисую картину, как сейчас его девушка Анна Репрева наверняка льет слезы, и мне становится смешно. Я стараюсь сдержать этот порыв, но губы все равно предательски вытягиваются в ухмылке.
Кажется, я слишком задумалась и затянула с приветствием. Киваю ему головой. Хватит с него и этого. «Добрый вечер» я уже только что сказала его матери.
– Ну, раз все в сборе, прошу к столу. Вы с дороги, наверное, проголодались, – отец решил разрядить обстановку.
Не спеша, иду на кухню, пока мачеха с сыном проходят в ванную мыть руки. Сажусь на свое место.
– Кристина, только давай без фокусов, – серьезно предупреждает отец.
Я не успеваю ему ничего ответить, потому что на кухню возвращается Елена, а следом и Максим.
Ну что ты, пап, какие фокусы. Всего лишь обозначу новоявленному братцу его настоящее место.
– Давайте за встречу по бокальчику вина. Детям, думаю, уже тоже можно. Почти совершеннолетние, – обращается отец к своей пассии и тянется разливать алкоголь по бокалам.
Интересно, останется ли Максим верен своему принципу не пить? Или решит не смущать отца и согласится на бокал вина? Думаю, второе.
– Извините, я не пью. Профессионально спортом занимаюсь, – отвечает, когда папина рука тянется наполнить его бокал.
Непроизвольно от удивления поднимаю на него голову. Ха! Надо же. А свои принципы он все-таки жестко соблюдает. Мог бы ради приличия и сделать сейчас глоточек.
Отец, оказывается, не знал, что Максим профессионально занимается каратэ. Странно, что Елена ему не рассказывала. Папа с искренним интересом расспрашивает его об успехах, а Максим с огромным удовольствием хвастается ими. Позер.
Затем отец переходит к вопросам о дальнейшем обучении и выборе профессии.
– Я бы хотел быть корпоративным юристом, который занимается сопровождением сделок компаний. – Говорит папе Максим. – Желательно международных. Желательно сделок слияния и поглощения.
Меня очень удивляет ответ Максима, и я вскидываю на него взгляд. Обычно все провинциалы, которые хотят поступить на юридический, планируют становиться следователями или прокурорами. За пределами Москвы такие понятия как «сопровождение сделок компаний» и «сделки слияния и поглощения» мало кому известны.
Хм, а он действительно не глуп.
Отец наконец-то заканчивает восхваление Максима и начинает рассказывать про работу. Я уже заждалась. Мэрия не дает разрешение на строительство нового объекта. Пока я обсуждаю с отцом предстоящий проект, боковым зрению замечаю, как меня изучает Максим.
Мне почему-то неприятен его взгляд. Я чувствую, как он скользит по моим волосам, скулам, губам и даже груди. И, как назло, на мне обтягивающая майка-алкоголичка с глубоким вырезом до самого лифчика.
Хватит на меня пялиться, придурок!!! Я тебе не клоун в цирке!
– Кристина, а покажи Максиму дом. Что да где тут у нас, – неожиданно выдает отец.
Признаться, меня эта просьба застала врасплох. Я резко бросаю взгляд на Максима, потом на отца. Кажется, за эти несколько секунд я испытываю всю существующую гамму негативных эмоций. Пристально смотрю папе в глаза. В них читается твердость и непоколебимость. Мгновение мы ведем с ним немой диалог, а после я сдаюсь и надеваю на себя привычную маску безразличия. Отвечаю, как можно мягче:
– Конечно, пап, без проблем, – и даже получается улыбнуться.
Мы выходим из кухни, Максим следует за мной. Я затылком чувствую его пристальный взгляд. Мне хочется съежиться. Это вызывает во мне какие-то неприятные ощущения.
– Тут холл и гостиная, ты их уже видел, – не глядя на него, машу рукой в правую сторону. – Тут под лестницей ванная, – мы идем дальше по коридору первого этажа. – Здесь библиотека, а там спортзал. – Снова указываю руками в разные стороны, а затем резко оборачиваюсь к нему и смотрю в глаза.
И тут меня накрывает странное чувство дежавю. Как будто я уже так стояла с ним и смотрела ему в глаза.
Что за черт?
Некогда сейчас с этим разбираться. Я быстро шагаю мимо него обратно к холлу и поднимаюсь на второй этаж. Он идет сзади, и я шкурой чувствую его взгляд.
– Вот это твоя комната, – указываю на первую дверь второго этажа, – дверь, следом за ней, – ванная. Можешь ею пользоваться. Вот эти три двери – гостевые.
– А вот эта? – Он кивает в сторону моей, располагающейся по диагонали от его.
– Это моя комната. Без стука не входить. А лучше вообще никак не входить. – Снова пристально смотрю ему в глаза и снова чувствую дежавю.
Бред какой-то.
– Не буду, – он слегка усмехается. Ну посмейся мне, посмейся – А что на третьем этаже?
– Там комната моего папы и твоей матери, а также рабочая зона отца: кабинет и переговорные для встречи с партнерами. В рабочую зону нельзя подниматься никому.
– Даже тебе? – Максим вскидывает бровь. Кажется, мальчик решил со мной пошутить, но не на ту напал.
– Мне в этом доме можно все. Но даже я знаю меру, – чеканю сквозь зубы и рывком открываю дверь его комнаты. – Располагайся, родственничек. Тут для тебя все по высшему разряду.
Максим ничего мне не отвечает и проходит в свою комнату. Смотрит по сторонам, подходит к окну и пытается разглядеть вид. Но его сейчас не рассмотреть, потому что на улице темно, а в комнате горит яркий свет, поэтому он просто пялится на меня в окно словно в зеркало. Затем Максим резко оборачивается и смотрит мне в глаза. Довольно дерзко и самоуверенно.
Мне этот взгляд не нравится. Что он о себе возомнил?
Приближаюсь к нему вплотную и произношу:
– Думаю, нам следует обговорить правила совместного проживания.
Он молча смотрит мне в лицо, и я продолжаю:
– Правило №1: мы с тобой никакие не брат и сестра. Правило №2: ты не треплешься в школе о том, что живешь со мной в одном доме. Правило №3: ты не суешься в мою компанию. Правило №4: ты не разговариваешь со мной на людях. Правило №5: когда ко мне приходят гости, ты не высовываешься из своей комнаты. Правило №6…
– Я столько не запомню, – смеется мне в лицо.
И вот снова меня накрывает. Снова чертово дежавю. Как будто я раньше слышала этот смех. Что за фигня происходит???
Я злюсь. Я очень сильно злюсь. Начинаю быстро дышать, пытаясь умерить ярость.
Мне не нравится это чувство. Несколько раз в жизни оно у меня бывало, но не такое сильное. Сейчас же от присутствия Максима дежавю меня накрывает целыми волнами.
Быстро беру себя в руки и холодно чеканю ему:
– Правило №6: ты на меня не пялишься.
– Когда это я на тебя пялился? – Он искренне удивился.
– На кухне, когда папа рассказывал про свою работу. Думаешь, я не заметила, как ты на меня глазел? Аж забыл, как жевать! – Буквально выплевываю эти слова. Я хочу поскорее убраться из его комнаты. Мне не нравится то, что я испытываю рядом с Максимом.
– Слушай, а ты пялилась на меня, когда я зашел в дом. Причем ты тихо спустилась с лестницы и затаилась, как кошка, рассматривая меня со стороны. Я заметил тебя боковым зрением задолго до того, как мать с тобой поздоровалась.
– Я в своем доме могу смотреть, на кого захочу и сколько захочу. А ты не забывай, что находишься в гостях.
На этих словах я резко разворачиваюсь и направляюсь к выходу. Громко захлопываю за собой дверь и буквально лечу к себе в комнату. У меня нет сил добраться до кровати, поэтому я просто спускаюсь по стенке.
Меня трясет, чувствую, как на лбу выступает испарина. Пытаюсь отдышаться, будто после долгой пробежки. Что это за фигня со мной происходит в его присутствии? Откуда это дурацкое дежавю? Мы совершенно точно с ним никогда не встречались. Почему же у меня ощущение, что я его уже видела? Может, я слишком долго сталкерила его в соцсетях?
Да, наверняка поэтому. Полгода наводила о нем справки. Навела, молодец. Дура! Какая же ты дура, Кристина! Полгода была им одержима. Вот теперь расхлебывай.
Отец распорядился, чтобы в школу мы с Максимом ездили вместе. Зашибись, ничего не скажешь. Вот только моя машина в ремонте, и я сейчас езжу с Егором.
– Садись назад, – цежу сводному братцу, вместе с которым мы подходим к автомобилю Кузнецова. За эти несколько дней ничего не изменилось, и меня все так же накрывает дежавю в его присутствии.
Егор недоуменно вертит головой.
– Сын мачехи. Будет учиться с нами, – сухо отвечаю на немой вопрос моего парня.
Лицо Кузнецова озаряет понимание, и он оборачивается к Максиму, приветливо протянув руку. Видимо, всю неделю до приезда Максима Егор настойчиво занимался самовнушением, что появившийся у меня сводный брат не несет для наших отношений никакой угрозы. Иначе я не могу объяснить, почему Кузнецов так приветливо с ним общается.
Вике я про Максима не говорила. Как, собственно, и про Елену. Она очень сильно любила мою маму, поэтому новость о том, что ее в нашем доме теперь кто-то заменил, может плохо отразиться на Викином состоянии. Распереживается, начнет вспоминать маму, сорвется. Не надо пока. Рано ей знать.
На Самойлова Степанова ожидаемо запала. Сыплет вопросами, чем дико меня бесит. Я не хочу, чтобы Егор и Вика заводили дружбу с Максимом. Мне достаточно его в моем доме. Еще и в своей компании я его видеть не хочу.
Но не тут-то было. Егор с Викой словно сговорились и везде тянут Максима с нами. Меня это бесит. Даже не столько потому, что он вливается в мою компанию, сколько потому, что в его присутствии я постоянно испытываю ненавистное дежавю.
Я не могу на него не смотреть. Кажется, моя успеваемость в школе скоро ухудшится, потому что на всех уроках я не могу удержаться от того, чтобы каждые 10 минут не окидывать Максима взглядом. Не всматриваться в его лицо, в движение рук, головы. А когда он сосредоточенно смотрит на доску, прищурив взгляд, дежавю накрывает меня словно цунами.
Нужно прекращать эти гляделки, пока Егор не заметил и не надумал себе чего. Кажется, одноклассница Оля Олейникова меня уже спалила. Еще начнет трепаться, что «Морозова не сводит глаз с новенького, запала, наверное». Хотя она вроде за сплетнями никогда не была замечена. Но все же. Мы с ней не подруги, поэтому ей нет смысла держать в тайне эту пикантную информацию.
Я учусь в этой школе с 6 класса, и с самого первого дня моего пребывания в ней никто никогда не обходил меня ни по одному предмету. Даже в параллельных классах.
Никто, кроме Максима Самойлова. Он уделывает меня на каждой контрольной по алгебре. А еще он явно лучше меня понимает физику и геометрию. Если бы не его почти полное отсутствие знания английского, он бы стал лучшим учеником всей параллели, потеснив меня.
Какого черта?
– Кристиночка, подойди ко мне, – обращается ко мне однажды после урока учительница по алгебре.
– Да, Ирина Александровна? – я сажусь на первую парту прямо перед ее столом. Алгебричка внимательно смотрит на меня поверх очков, будто собирается объявить что-то страшное.
– Я еще не успела проверить все тесты вашего класса, поэтому результаты сегодня не озвучила. Но твой и Максима Самойлова я посмотрела. – Она делает драматическую паузу. – Кристина, новенький мальчик справился лучше тебя. У него 99 баллов, а у тебя 94.
Я молчу, пытаясь переварить эту информацию. Я знаю, что для многих людей оценки и баллы в школе – это всего лишь цифры. Может быть, это действительно так. Но у меня есть свое маленькое правило: я должна быть лучшей и первой во всем, за что бы я ни взялась. Потому что если я буду проигрывать в такой ерунде, как школа, то потом буду проигрывать и в бизнесе.