Метод снежинки. Как написать свой первый роман?

Randall Ingermanson. How to Write a Novel Using the Snowflake Method

Copyright © 2014, Randall Ingermanson

© Евгений Шлапаков, перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2025

Глава 1

Нецелесообразная мечта

Златовласка всегда хотела написать собственный роман.

Читать она научилась еще до того, как пошла в детский сад. В начальной школе она все время утыкалась носом в книгу.

В средней сверстники считали ее весьма странной, поскольку ей и вправду нравились все те древние замшелые книги, которые проходили на уроках литературы.

В старших классах не было ни дня, чтобы она не мечтала о том, что когда-нибудь возьмет и сядет за роман.

Но когда настал момент подумать о высшем образовании и будущей профессии, родители настояли на том, чтобы она выбрала что-нибудь… целесообразное.

Златовласка эту целесообразность ненавидела, но, к сожалению, была девушкой послушной, поэтому сделала все так, как ей велели родители, и получила степень по маркетингу, что было очень целесообразно с ее стороны. Но все это время втайне продолжала читать романы.

После университета она нашла работу – настолько нудную, что она доводила девушку до слез. Зато, по крайней мере, целесообразную.

Потом она вышла замуж и через пару лет родила двоих детей – девочку и мальчика. Ей пришлось уйти с работы и посвящать заботе о них все имеющееся у нее время.

Пока дети росли, Златовласка нашла отдушину в том, что рассказывала им истории, которые сама очень любила читать в их возрасте.

Когда в школу пошел младший, она снова задумалась о том, чтобы найти работу. Однако в резюме зияла дыра длиной в семь лет, а навыки, обретенные в университете и на предыдущей работе, устарели.

Оставалось рассчитывать разве что на не самую притязательную должность с минимальным окладом.

И в этот момент она внезапно поняла, что стремление к целесообразности, которой были одержимы ее родители, превратило ее в невероятно несчастного человека.

Повинуясь порыву, Златовласка решила сделать то, чего она хотела больше всего в жизни, – наконец-то сесть и написать роман.

Ее не волновало, что это нецелесообразно. Плевать, пусть даже никто не прочтет его. Она собралась сделать это просто потому, что хотела.

Впервые за столько лет она преисполнилась решимости сотворить нечто для себя самой.

И никто не смог бы ее остановить.

В одно чудесное сентябрьское утро Златовласка отправила детей в школу, села за компьютер и создала новый файл. Она твердо решила написать захватывающую историю, в которой романтика соседствовала бы с крайне напряженной атмосферой. Главными героями станут красивый мужчина и бесподобная женщина, которые противостоят злодею в один из самых трудных периодов истории – последний год существования Третьего рейха.

На экране появилась первая буква романа: «В».

Златовласка остановилась. Уставившись на экран, она поняла, что у нее миллион вариантов второго слова и миллион следующего за ним.

Возможности были безграничны.

Но другие слова на экране так и не появились. Выбор оказался слишком велик.

Златовласка не давала себе права на ошибку. Двинься она в неверном направлении, впоследствии ей пришлось бы дать задний ход и отказаться от всего, что она написала. Такая перспектива выглядела ужасно.

Она слишком долго ждала шанса написать этот роман. Он должен был стать идеальным, особенным. Позволить себе провалиться Златовласка просто не могла.

Битый час Златовласка таращилась на экран компьютера. На ужасный, жалкий, глупый предлог «В».

Она знала, что способна писать и что у нее есть талант. История буквально бурлила внутри, но она понятия не имела, как вытащить ее из своего сознания и переместить на страницу.

Поэтому Златовласка просто закрыла файл и зарыдала.

Она рыдала около пяти минут.

Потом вытерла слезы и сделала глубокий вдох. Она так отчаянно хотела воплотить свои идеи в жизнь, что не собиралась отступать из-за недостатка навыков.

Все, что ей было нужно, – это наставник, который смог бы направить ее.

Златовласка открыла браузер и стала искать лекции или семинары по написанию романа.

Наверняка найдется тот, кто поможет ей осуществить мечту.

И оказалось, в ее городе будет конференция, посвященная писательскому мастерству, и начинается она завтра.

От восторга она разволновалась настолько, что едва могла вздохнуть. Златовласка тут же записалась. Завтра ей откроется секрет, как написать роман.

На следующий день точно к назначенному времени Златовласка приехала в конференц-центр. Припарковавшись неподалеку от кофейни, она вышла из машины и буквально вомчалась в здание, прихватив на входе пакет с набором участника. Она заранее просмотрела программу занятий и нашла семинар, который был ей необходим, – «План романа без особых усилий – как создать фабулу».

Златоваласка поспешила в зал, где должно было проходить занятие.

Там уже сидело около сотни интересующихся.

Она нашла себе место в задних рядах.

Преподавателем оказался большой медведь, который представился как Папа-Медведь.

– Я преподаю писательское мастерство уже сорок лет, и многие из моих учеников опубликовали свои романы. Секрет написания романа заключается в том, чтобы сначала составить его план. Моим лучшим учеником был Роберт Ладлэм[1]: он неплохо справился.

Златовласка начала делать заметки в блокноте.

Она узнала, что план романа не похож на те планы, которые она училась делать в третьем классе – с римскими цифрами, заглавными буквами и множеством отдельных строчек с разной длиной отступа[2].

Узнала, что когда писатели говорят о плане романа, они имеют в виду синопсис – краткое содержание, рассказывающее об основных моментах сюжета.

И что опытные писатели, работающие по такой методике, часто делают пять или даже десять синопсисов, которые шлифуют снова и снова до тех пор, пока окончательный вариант не будет идеально выверен.

И что синопсис может представлять собой рукопись объемом от пятидесяти до ста страниц, а то и больше.

Златовласка решила пропустить следующий семинар и пошла в кофейню прямо рядом с центром. Она купила себе латте, села за столик в тени в уединенном заднем дворике и начала писать свой синопсис. В запале она напечатала три страницы, а затем остановилась, чтобы прочитать написанное.

И не смогла поверить в то, насколько ужасно это выглядело. История показалась ей скучной.

Но она отказывалась сдаваться. У нее было три страницы, оставалось всего лишь девяносто семь.

Златовласка продолжала печатать до самого обеда. Когда она перевела дух и посмотрела, насколько далеко смогла продвинуться, оказалось, что она написала всего лишь одиннадцать страниц.

И в этот момент она возненавидела свою историю.

Ей не хотелось больше никогда думать о ней.

Златовласка чувствовала себя ужасно. Она ведь теперь знала, что для многих писателей планирование с помощью синопсиса является хорошей рабочей схемой.

Роберт Ладлэм – отличный писатель, и многие из его романов Златовласке по-настоящему нравились.

Однако в ее случае такая методика не работала.

Она отказывалась верить, что слишком глупа.

Она знала, что у нее есть талант к писательству.

Она знала, что у нее есть история.

Но способ, предложенный Папой-Медведем, оказался для нее чересчур нудным.

Во время обеда Златовласка вновь пролистала программу и увидела семинар, который показался ей гораздо более интересным. «Пишите роман органично – как раскрыть свое внутреннее „Я“».

Златовласка побежала на семинар и оказалась на месте за несколько минут до начала.

Преподавателем оказалась большая медведица с мягкими и теплыми шоколадными глазами, которая представилась как Мама-Медведица. Она улыбнулась Златовласке, спросила ее имя и что она пишет. К моменту начала семинара Златовласка поняла, что нашла подругу.

Мама-Медведица объяснила, что секрет написания романа заключается в том, чтобы просто позволить ему выплеснуться из вашей души. Не нужно заранее планировать то, что вы будете писать. По ее словам выходило, такой вариант хорош разве что для нудных писателей-бухгалтеров – тех, которым нужна система из шести ступеней, чтобы поцеловать собственную жену.

Слушатели рассмеялись.

После долгого напряжения Златовласка наконец расслабилась. Да, это именно то, чего она хотела. Органичное письмо показалось ей очень естественным способом работать над своей идеей.

Мама-Медведица целый час рассказывала о преимуществах органичного письма, или, как некоторые писатели называют это, «письма по наитию».

– Многие научились этому у меня, – сказала Мама-Медведица. – Именно так и пишет Стивен Кинг. Здесь нет ничего такого. Просто садитесь за текст и следите, как история разворачивается в вашем сознании, и записывайте.

Златовласка не могла дождаться, когда сможет выйти с семинара, чтобы начать писать органично.

Как только семинар завершился, начинающая писательница помчалась обратно в кофейню, открыла новый файл и начала неистово печатать. История выплеснулась из ее души.

Одной буквой.

«В».

Златовласка ждала с нетерпением. Закрыла глаза и стала ждать момента, когда из души начнут выплескиваться другие слова.

Она подождала.

Подождала еще немного.

Но ничего не произошло.

Златовласка захлопнула крышку ноутбука и начала ходить взад-вперед.

Может, с ней что-то не так?

Но она знала, что нет.

Ей было известно, о чем она хочет писать, пожалуй.

Она была уверена, что придуманная ею история хороша, судя по всему.

Но сюжетная линия в ее голове так и не обрела явных очертаний, и она боялась просто начать писать какую-то бессмыслицу.

Ее не покидало ощущение, что сначала нужно выяснить, в каком направлении движется ее история, прежде чем приступать к работе.

Органичный метод письма Мамы-Медведицы показался ей слишком зыбким и туманным.

Златовласка вытащила расписание и в который раз просмотрела его, испытывая неподдельное отчаяние.

Ей бросилось в глаза название одного из главных семинаров конференции: «Как написать роман, если вы ненавидите планирование с помощью синопсиса и органичное письмо».

Казалось, этот семинар проводится специально для Златовласки.

Она запихнула все вещи в рюкзак и поспешила в аудиторию.

До места она добралась прямо к самому началу и остановилась в дверях в поисках свободного места.

Осталось только одно – в первом ряду.

Торопливо входящая Златовласка приковала к себе внимание буквально всех присутствующих.

От такого внимания ее уши загорелись. Она поспешила к свободному креслу, села и ссутулилась.

В одном она была абсолютно уверена.

Пока не попадется метод, подходящий ей, она будет продолжать пытаться.

Она никогда не откажется от мечты написать собственный роман.

Никогда, никогда, никогда.

Глава 2

Ваша целевая аудитория

Преподавателем оказался мелкий энергичный медведь, представившийся Медвежонком.

Златовласка подумала, что ростом он вряд ли выше метра, и в голове промелькнул вопрос, почему же организаторы конференции наняли столь молодого и неопытного преподавателя.

Тем временем Медвежонок задал вопрос:

– Скольким из вас уже довелось составить план-синопсис своего романа и возненавидеть его после этого?

Несколько участников, включая саму Златовласку, подняли руки.

– А сколько из вас пробовали работать по принципу «органичного письма» и не смогли? – продолжил Медвежонок.

Другая группа участников подняла руки.

Златовласке стало интересно, является ли она единственной, кто успел попробовать сразу оба метода.

– Это занятие – первое в курсе, который будет продолжаться до конца конференции, – сказал Медвежонок. – Я расскажу вам про метод, которым пользуются десятки тысяч писателей по всему миру. Он может оказаться очень полезным для вас, а может и нет. Все писатели разные, и ваша первая миссия как романиста – найти метод, который лучше всего подходит именно вам.

Златовласка непроизвольно выпрямилась. Ей понравился сам факт того, что этот медведь не давал никаких смелых обещаний.

– Нужен доброволец, который поможет мне провести наше с вами первое занятие, – сказал Медвежонок. – Кто мог бы мне помочь? Нужен кто-то, кто много думал о своей истории и хочет начать писать, но никак не может.

Первой подняла руку пожилая женщина, сидевшая рядом со Златовлаской.

– У меня есть история о старушке, которая открыла буфет, а он оказался пуст.

Медвежонок прищурился, глядя на ее бейдж.

– А, миссис… Хаббард. Вы работаете в жанре женской прозы, так?

Миссис Хаббард покачала головой.

– Нет, не думаю. Я не знаю, что представляет собой женская проза. Моя история в основном посвящена буфету. Он совсем пустой, понимаете ли. Это все, что мне известно о своей истории на данный момент.

– Мне очень жаль, мэм, но я ищу добровольца, который продвинулся немного дальше, – сказал Медвежонок.

Он указал на очень крупного свина, сидящего во втором ряду.

– Что за роман пишете вы, сэр?

Свин встал и поправил черный галстук-бабочку.

– На самом деле, я не столько сам пишу свой роман, сколько хочу найти соавтора, который поможет мне перенести на бумагу историю молодой трудолюбивой свиньи, которая вырвалась из нищеты и стала могущественным и богатым игроком бизнеса. – Он потер очки о галстук. – Это в какой-то мере автобиографическая история, но сам я не писатель. Мне просто нужен кто-то, кто поможет облечь ее в слова. Она так и просится.

Медвежонок прочитал на бейдже имя собеседника.

– Что ж, мистер Поросенок, вы можете просто найти себе соавтора здесь, на этой конференции, но я ищу добровольца, который на самом деле пишет. Кого-то, кто уже начал работать, но застопорился.

Златовласка почувствовала, как ее щеки горят. Она закрыла лицо руками.

– Вы подняли руку, юная леди?

Златовласка застыла от страха. Рассказать всем этим умным, искушенным людям о своей истории она просто не могла. Было бы слишком унизительно.

Медвежонок подошел к ней и взял ее руки в свои теплые пушистые лапы.

– Какой роман вы пишете?

– Я… не совсем понимаю, как определить мою историю, – тихо сказала Златовласка. – В ней есть красивый мужчина. И красивая женщина. И мерзкий злодей. А действие происходит во время Второй мировой войны. Это будет захватывающая история.

Медвежонок кивнул и потянул ее за руку.

– Очень хорошо, с этим мы сможем работать. Подойди к моему столу и расскажи о ней.

– Но… все эти люди, – сказала Златовласка. – Они смотрят на меня.

Медвежонок подвел ее к стулу у своего стола, усадил на него, а затем вскочил и сел на стол, свесив короткие лапы через край.

– Давай притворимся, что здесь никого нет, кроме тебя и меня. Расскажи мне подробнее о своей истории. Это любовный роман?

– Не совсем… – сказала Златовласка. – Они влюбляются друг в друга, но там не только романтические отношения. История разворачивается прямо перед высадкой в Нормандии, и происходит очень много всего. Диверсионный отряд на важной миссии и… – Она вздохнула. – Я не знаю, как объяснить.

– У тебя все хорошо идет, – отметил Медвежонок. – Это остросюжетный роман?

– Я не очень понимаю, что это.

– В остросюжетном романе на первом плане обычно находится интрига. Должно произойти нечто ужасное, а главный герой призван это предотвратить. Или должно произойти нечто прекрасное, и герою предстоит сделать все, чтобы так и случилось.

– Ну… это чем-то похоже на мою задумку, но не совсем, – сказала Златовласка. – Моя героиня – француженка, живущая в деревеньке, оккупированной немцами. А герой – американский диверсант, который десантируется в тыл врага с важной миссией, но, приземлившись, ломает ногу в саду этой француженки.

– И они сходятся? – спросил Медвежонок.

– Да, в первой главе. Она заботится о нем, он рассказывает ей о своем задании, и она хочет помочь ему, но он влюбляется в нее и боится, что нацисты могут ее убить, но она возражает, что одно лишь его присутствие в ее доме уже подвергает ее опасности, а она вдова с маленькой дочерью и…

– Стоп, стоп, стоп! – Медвежонок поднял мохнатую лапу. – Да у тебя просто фантастическая история! И сколько ты уже написала?

Златовласка почувствовала, что ее лицо снова становится красным.

– Не так уж и много…

– Ну мне нравится! – Медвежонок повернулся к аудитории. – Скажите, скольким из вас понравилась ее задумка?

Руки подняли все присутствующие без исключения. Миссис Хаббард подалась вперед и глядела на Златовласку так, словно та была какой-то известной личностью. Поросенок откинулся на спинку, изучая ее.

Медвежонок спрыгнул со стола и уставился на Златовласкин бейдж.

– Думаю, нам стоит немного откатиться назад и познакомиться. Тебя зовут… Златовласка. – Он пристально изучал ее лицо. – Ты выглядишь очень знакомо. Ты когда-нибудь бывала на моих занятиях прежде?

Златовласка покачала головой. Единственный раз, когда она видела медведя, похожего на Медвежонка, был давным-давно, в один совершенно ужасный день, который ей очень хотелось бы забыть раз и навсегда.

– Я только начинаю учиться писать.

– Что ж, очевидно, у тебя есть талант.

– Правда? – спросила Златовласка.

– Безусловно! – ответил Медвежонок. – Главная цель художественной литературы – дать читателю то, что я называю ярким эмоциональным опытом. И твоя книга, похоже, способна вызвать самые разные яркие эмоции.

Златовласка почувствовала, как сердце в груди забилось чаще.

– Когда я была ребенком, меня все постоянно критиковали за то, что я чересчур эмоциональная.

Медвежонок посмотрел на нее долгим испытующим взглядом.

– Почему тебя волнует то, что о тебе думают другие?

– Потому что это важно! – воскликнула Златовласка.

– А почему важно?

В ответ Златовласка только раздраженно покачала головой.

– Потому что важно, и все тут.

Должно быть, сейчас все подумали, что в споре с медведем она выглядит очень глупо.

Медвежонок просто пожал плечами.

– Для писателя быть «чересчур эмоциональным» зачастую оказывается очень даже хорошо. Ведь твой эмоциональный опыт – то единственное, что ты должна предоставить читателю.

Все в аудитории закивали.

Златовласка ощутила, как внутри нее разливается тепло. Похоже, остальным она все-таки понравилась. Они ее поняли. В ней теплилась надежда, что никто из них не придал значения ее недостаточно хорошо уложенным утром волосам.

Медвежонок начал ходить взад-вперед.

– Итак, Златовласка, ты пишешь романтический остросюжетный роман, действие которого происходит во время Второй мировой войны. Это то, что мы будем называть его жанром.

– А это почему так важно? – спросила Златовласка.

Медвежонок ухмыльнулся.

– Когда книжный магазин получит экземпляры твоей книги, его работникам необходимо будет понять, на какую полку их поставить. Как только они узнают, к какому жанру он относится, они смогут сориентироваться.

Златовласка никогда об этом не думала.

– Я хочу, чтобы ты вообразила себе ситуацию: твою книгу опубликовали. Теперь она находится на соответствующей полке в местном книжном магазине. В магазин заходят шесть человек: мужчина и женщина пожилого возраста, мужчина и женщина помладше, мальчик и девочка. Представила?

Златовласка кивнула.

– Кто из них проявит интерес к твоей книге? – спросил Медвежонок.

– Ну… полагаю, каждый, – ответила Златовласка. – Я хочу, чтобы мой роман стал бестселлером. Хочу, чтобы его прочитали все.

– Позволь мне рассказать тебе побольше об этих людях. – Медвежонок посмотрел на нее и продолжил: – У мужчины постарше на голове кепка, какую обычно носят рыбаки. На женщине постарше – садовые перчатки. Мужчина помладше одет как типичный бухгалтер. У женщины помладше двое детей, которые держат ее за руки, те самые мальчик и девочка. Кто из этих шести будет больше всего заинтересован в твоей книге?

– Женщина с детьми, – недолго думала Златовласка. – Все остальные наверняка пришли за научно-популярными книгами, но именно она определенно захочет прочесть мой роман. К тому же для детишек он не по возрасту.

Медвежонок потер лапы.

– Превосходно! Эта женщина представляет собой то, что мы называем целевой аудиторией. Ты напишешь книгу для нее и только для нее. Она прочтет твой роман, и он ей понравится, потому что подарит ей яркий эмоциональный опыт. Расскажет другим, и некоторым из них тоже может понравиться твоя книга. Однако никто из них не полюбит ее, как она. Ты не против, если эта прекрасная особа станет твоей самой большой поклонницей?

– О, это было бы замечательно! – воодушевилась Златовласка. – Я прекрасно понимаю, что она чувствует и о чем думает.

Поросенок встал и громко топнул копытами по кафельному полу.

– Все это выглядит как убийственное решение с точки зрения бизнеса, – произнес он.

Медвежонок повернулся и посмотрел на внезапного собеседника.

– И почему вы так считаете? – спросил он вежливо.

– Современный бизнес требует снижения затрат, – сказал Поросенок. – Чтобы получить максимальную прибыль, вам нужно продать максимальное количество товарных единиц с минимальными издержками. А это подразумевает создание продуктов, ориентированных на как можно более широкую аудиторию. Именно так я заработал состояние – и именно такой я собираюсь сделать свою книгу.

Медвежонок почесал мохнатый подбородок и посмотрел на тех, кто сидел в зале.

– Кто из вас хочет, чтобы вашу работу оценили миллионы?

Все подняли руки.

– А кто скажет, какая серия романов является самой продаваемой в мире за последние двадцать лет? – спросил Медвежонок.

Миссис Хаббард нахмурилась.

– Наверняка те ужасные книги о ребенке-колдуне Харви Поттере. Ведьмы, волшебники и всякое зло, – поморщилась она.

– Очень глупая книга, – прорычал Поросенок. – Я бросил читать после первой страницы, когда увидел, как эта авторша нелицеприятно отзывается о почтенных Дурслях.

– Кто-нибудь может мне сказать, кто целевая аудитория серии книг о Гарри Поттере? – спросил Медвежонок.

Все промолчали.

И только Златовласка робко подняла руку.

– Может быть… мальчики одиннадцати лет?

Медвежонок подпрыгнул и начал хлопать своими пухлыми лапками.

– Да, действительно, одиннадцатилетние мальчишки. Самая узкая ниша рынка, которую вы только можете себе представить. Все знают, что мальчики такого возраста обычно не очень любят читать. И абсолютно точно никогда не возьмут в руки книгу, которую написала женщина. И все же…

– Пфф! – фыркнул Поросенок. – Многие читали серию книг о Гарри Поттере. Хотя одному богу известно, зачем кому-то читать подобную чушь.

– Автор писала свои книги для очень узкой аудитории – одиннадцатилетних мальчиков, – почесывая ухо, сказал Медвежонок. – Но книги привели этих мальчиков в дикий восторг, и поэтому они рассказали о них одиннадцатилетним девочкам. Те тоже остались под впечатлением от прочитанного и рассказали об этом двенадцатилетним знакомым. Знакомые, в свою очередь, рассказали тринадцатилетним. И так далее, пока об этих книгах не стало известно во всем мире. Что же стало причиной успеха?

– Недобрые чары? – предположила миссис Хаббард.

– Великолепный маркетинг некачественного продукта, – уверенно ответил Поросенок.

– Хорошая история, которая пришлась по вкусу целевой аудитории? – сказала Златовласка.

– Совершенно верно! – сказал Медвежонок. – Поэтому, когда вы собираетесь писать свою историю, не пишите ее для всех и каждого. Вам необходимо выбрать целевую аудиторию и определить ее настолько точно, насколько это возможно. Вы должны понимать, что написать историю следует так, чтобы она порадовала вашу целевую аудиторию. Мнения всех остальных не должны вас волновать.

– А что, если другие люди… возненавидят… то, что я напишу? – робко спросила Златовласка. Для нее мысль о том, что кому-то может не понравиться ее роман, была абсолютно невыносима.

– Вас. Это. Волновать. Не должно!

Медвежонок настолько перевозбудился, что начал бегать мелкими кругами.

– Единственные люди в этом мире, которых вы должны сделать счастливыми, – те, кто входит в вашу целевую аудиторию. Если остальным не понравится, наплюйте.

– Это самая жуткая чепуха, что я когда-либо слышал, – фыркнул Поросенок.

– Но… среди тех, кто читал про Харви Поттера, были ведь не только одиннадцатилетние мальчики! – сказала миссис Хаббард. – Но и люди, которые лучше соображают.