Ольф. Книга вторая

Пойду. Зло, как бы ни выглядело, не должно остаться безнаказанным. Наверное, рыжий прав, и Лаврик мне наврал. Выяснять у Челесты я не собирался, моя задача – помочь ей избавиться от чудовищных воспоминаний, а не ворошить их. Главное: Руслан давал слово, он гарантировал безопасность. Поручился. Головой. А слово свое не сдержал. За это и поплатится. Или будет прощен. Бог рассудит.

Мы полетели.

– Прости, – сказал я виновато, – не могу иначе. Мне нужно завершить дело. Не для кого-то и даже не ради кого-то, не будем показывать пальцем. Просто для себя.

Челеста уныло улыбнулась. Все поняла. Чего не поняла, но почувствовала. Сокровище, а не женщина.

Межконтинентальный прыжок прошел привычно незаметно. О том, что однажды в пути «бензин кончится», мне даже не думалось: корабль у меня умный и во многом самостоятельный. Если что-то пойдет не так, думаю, он даст мне знать или сам примет меры. Скорее всего, уже принимает, а владельцу о таких мелочах знать не надобно.

Оставив Челесту поскучать некоторое время в корабле над забором, за две минуты до нужного времени я стучался на стрельбище. Дверь, обычно открытая, оказалась заперта. Я внимательно поглядывал по сторонам: если Руслан устроит мне засаду с приятелями…

В ситуации с луком он слово сдержал. Другой удавился бы, но не отдал. Хотя… Лук и жена – вещи несопоставимые.

Скрипнул замок, из двери высунулась огненная шевелюра:

– Ты? Надо подождать. Или придется отложить, начальство прибыло, теперь пока не натешится…

– Сколько это удовольствие обычно продолжается?

Руслан пожал плечами:

– От часа до четырех. Я обязан присутствовать, мне за это зарплату платят. Давай, вечером. В девять.

– Будет темно.

– И что?

– Просто напомнил. Хочешь стрелять в темноте – пожалуйста.

– Мишень подсветим фонариком.

– Нет проблем. Где?

– У меня машина, мне все равно.

– За городом.

– Хорошо.

– Поворот на деревню Запрядье. – Другой местности я не знал настолько досконально, чтобы давать ориентиры. – Дальше будет развилка, поедешь влево, там встретимся.

– Куда выводит дорога?

– К реке.

– Договорились.

– Оружие, как понимаю – блочный лук с прицелом? Твое любимое?

– Блочник, – подтвердил Руслан. – На девяносто метров.

– Ско-олько?

– Ты сказал, класс оружия и дистанцию устанавливаю я.

– Хорошо.

На девяносто, по-моему, даже мишень не разглядишь.

Кивнув друг другу, мы расстались до вечера.

Челеста смотрела на меня с обидой. Естественно. Сначала вверг в кошмар, затем обещал помощь, а вместо помощи теперь скачу, как горный козел по равнине, со своими безумными тараканами в голове. Да еще воюю с ними – плечом к плечу.

– Все. – Я взялся за рукояти. – Больше никаких дел. Только ты, я и весь мир. Теперь можно и…

Взмыв в воздух, корабль пронесся над центром города. Вот внизу промелькнула громада крытого рынка…

Ударило, как лбом о стеклянную дверь в бутике: Нина! «Познакомлю с Красавиной, это секретарша Задольского. В пятницу к шести тебе нужно быть у центрального рынка, я встречу…» Время – тютелька в тютельку.

После случившегося – захочет ли? Да и нужно ли теперь? Я покосился на Челесту. Может, пусть все идет, как идет. Идет, в общем, неплохо. И если кто забьет меня ногами за такое сравнение, будет прав, потому что все просто офигительно.

А хочется, чтоб было еще лучше. Без решения проблемы моей невиновности мне покоя не обрести. Покой души – главная составляющая счастья, остальные составляющие без нее не работают, сколько бы их ни было под рукой.

Вот же черт, сколько их ни было, все – под рукой. Все! Кроме одной. И оттого я несчастен. Тоска…

Внезапное снижение вызвало у Челесты удивленное беспокойство. Я опять виновато развел руками. Опечалившаяся очаровашка полезла в будуар и отвернулась. Перед этим я успел заметить, как ее губы с обидой выставились, точно их прищепкой сжали.

– Это ненадолго!

Успокоить не получилось. Ну, потом развеселю как-нибудь. Придумаю как. Когда вернусь.

***

Нина стояла в оговоренном месте и нервно поглядывала на часы.

– Опоздал? – с тревогой спросил я.

– Думала, не придешь.

– А я думал, что Владлен стрелял в тебя. Шел сюда и не верил, что увижу живой и невредимой. Хорошо, что все обошлось. – Я не смог не задать главного вопроса. – Что Владлен Олегович узнал по поводу документов?

– Не знаю. Не рассказал. – Нина оглядела меня. – Нужно переодеться. В этом нельзя.

– Несолидно?

– Невозможно.

Я закусил губу.

– Ничего другого у меня нет.

– Нужно тебя приодеть. Возьмем такси и подберем что-то из костюмов Владлена.

– А время у нас еще есть?

– Немного.

– Тогда успею. Подожди. – Я бросился к припаркованному во дворах невидимому кораблю. Интересно, что подумала Нина: к кому-то в гости, или просто крыша поехала?

– Вот и я! Соскучилась?

Кажется, да. Челеста сияла, как надраенный медный таз прабабушки.

– Я же говорил, что ненадолго, – с твердой верой в свои слова соврал я, усаживаясь за ручное управление.

Недавнюю угрюмость Челесты как рукой сняло. Она выскочила из будуара и встала рядом со мной справа, чуть за спиной, как попугай пирата. Думаю, что будь у нее такая возможность, с удовольствием забралась бы и на плечо.

Наверное, когда ухожу, не стоит закрывать ей внешний обзор. Пусть хотя бы улицей любуется, а то с катушек слетит, в четырех-то стенах. Точнее, в одной, которая перетекает в другие.

Мы взлетели и через миг зависли у моего дома.

– Ю*. Костюм, черный. Блэк. Взять. Тэйк.

*(Ты. Черный. Взять)

Челеста пыталась вникнуть в задачу.

– Коза дэво прендере?*

*(Что должна взять?)

– Костюм для торжественных случаев. Пиджак, брюки, туфли, рубашку, галстук…

Карие глазки удрученно моргнули.

Не понимает. Переводить сказанное на язык жестов – сумасшествие и медленное самоубийство. Самому идти в дом нельзя. Плавали, знаем. Возвращаемся к плану «А».

– Зайди внутрь и снова открой окно. – Я достал ключ от квартиры. – Виндоу оупен. Си?*

*(Окно открыть. Да?)

– Комэ вольта скорса? Ва бе.*

*(Как в прошлый раз? Хорошо)

– Отлично.

Челеста отправилась по знакомому адресу, почти пританцовывая и не забывая поглядывать по сторонам – вдруг снова чужие традиции мордобоя в ответ на уважение?

Я направил корабль к окну. Интересно, кто запер окна. Кому-то же это понадобилось. Но тогда…

Додумывать стало некогда – на звук вставляемого Челестой ключа из мертвой зоны обзора проявились две мужские фигуры. Судя по позам, неизвестные были вооружены и готовы применить оружие. Они замерли в темноте по обе стороны двери.

Снова тело соображало быстрее застопорившегося сознания. Руки схватили лук. Выстрел…

Пробитое двойное остекление со звоном осыпалось. Стрела, пролетела комнату и прихожую и лязгнула о сталь входной двери. Хорошо, что в свое время я поменял хлипкую деревянную дверь на более крепкую, иначе моей смуглянке досталось бы.

Затаившиеся внутри квартиры здоровяки (таким, как они, хорошо бы работать грузчиками, или защищать страну, или тягать штанги на международных соревнованиях) вздрогнули, срикошетившая стрела на излете ткнулась в левого из них, донесся непечатный вскрик. Второй показал ему кулак. Все стихло.

Челеста – умница. Она правильно среагировала на шум. Дверь не открылась.

Две фигуры выждали несколько мгновений и начали действовать. Левый незнакомец показал что-то на пальцах и скрылся с прямой видимости, тень скользнула к разбитому окну, через миг край лица осторожно выглянул в мою сторону из-за боковины. Второй отпирал дверь с явным намерением преследовать визитера.

Только бы Челеста успела. Я подогнал корабль к подъезду как можно ближе. Внутрь вошла какая-то парочка, оттуда сразу же появилась моя засланка и, вращая ошалелыми глазами, помчалась туда, где высаживалась. Позади нее начала отворяться подъездная дверь…

Челеста взвизгнула, когда высунувшиеся из ниоткуда руки на ходу подхватили ее под мышки. Последнее, что я видел перед взлетом – недоуменно крутившего головой преследователя и безумный взгляд бабы Нюси, с открытым ртом застывшей за стеклом своего наблюдательного пункта. Интересно, станет ли она кому-нибудь рассказывать. Все-таки у нее репутация сплетницы вменяемой, в своем уме и здравом рассудке.

Челеста вцепилась в меня, как обезьянка в пальму на верхушке кроны. Наверное, это были объятия, но мне казалось, что могучий спрут решил пообедать моей персоной, а для начала выжать сок.

– Все хорошо, милая. – Высвободив руки, я стал успокаивать напарницу. – Ты поступила правильно. Абсолютно правильно.

Ладони гладили ее спину и вспотевший затылок. Вздрагивавшую макушку. Трепетно жавшуюся ко мне поясницу. Хотелось и ниже, очень хотелось. А почему нет? С нежностью и благоговением моя пятерня огладила упругий барабанчик. И соседний. И снова первый, по-прежнему медленно и заботливо, словно это нормально и по-другому просто не бывает. Наверное, Челеста так и поняла. Или, вся на нервах, не заметила. Что делать, если она заметит, я не знал. И не хотел знать, чтобы не рушить отношения, которые пока устраивали обоих.

Пока? Хм. Что скажет по этому поводу дедушка Фрейд?

Моя ладонь вернулась на спину и затылок.

Наконец Челеста отлипла.

– О мольто пауро.*

*(Я очень испугалась)

Корабль уже висел над центральным рынком.