Дело о пяти сольдо. Роман

Часть 2. Главное начать

Иван с Дэвидом в этот же день поехали в Хамовники, где находилось посольство Дании. Шенгенская виза у него ещё не была просроченной. С оформлением помог Дэвид. Ему было проще. Он подданный Королевы Великобритании. Иван подумал, – появление Дэвида – это судьба или простое стечение обстоятельств? На удивление быстро документы на въезд им дали без проволочек. Бывает же такое в жизни.

Оставалось заказать билеты на поезд до Берлина. Добираться на поезде из Москвы в Копенгаген на поезде не совсем удобно, потому что прямых рейсов нет, и придется сделать пересадку в Берлине. Стоимость билетов в одну сторону – примерно триста евро. Из Берлина до Копенгагена на Чешском жёлтом автобусе Student Agency с главной автобусной станции (ZOB), платформа 13.

После разговора с Ирмой Ивана терзали сомнения насчёт поездки. Найдут ли они того журналиста? Не проще ли поехать в Ватикан? Но и там без достаточно веских оснований их не допустят в архивы. К тому же проблема с итальянским языком. А может прежде заглянуть в Университет к друзьям этого историка. Ведь должны же у него быть друзья.

Прощание на Белорусском вокзале было недолгим, но грустным. Вечерний мелкий дождь дополнял картину расставания. Лицо Ирмы было мокрым то ли от слез, то ли от дождя. Иван рационально рассуждал в мыслях, что эта поездка авантюра, но было поздно поворачивать назад и стоял, скрестив на груди руки. Дэвид же вёл себя так, будто бы ехал на пикник. На глаза Ивана навернулись слезы. Он ещё долго стоял в тамбуре и курил, наблюдая мокрые перроны, серые дома с жёлтыми окнами, а поезд набирал ход и уходил в темноту русских просторов. Потом отринув грустные мысли решил, что надо вести дневник, который ляжет в описательную основу будущего сценария, чем он незамедлительно занялся, создав в планшетнике документ под аналогичным именем.

По пути следования они пересекли границы четырёх стран. В порту Гамбурга автобус въехал в жерло гигантского парома Viking Line шедший по направлению Путтгартен-Родбю. Плаванье занимало около пяти часов. В вагоне было объявлено по громкой связи об окончании данного этапа поездки, в вагонах выключился свет и открылись двери. Часть пассажиров улеглось спать, а друзья на лифте поднялись на пассажирскую палубу и начали осмотр судна. На пароме было множество кафе, магазинов «Дьюти фри», где они предусмотрительно запаслись несколькими бутылками спиртного «на всякий случай» и пивом, благо по совету соседей за сущие копейки, точнее евро центы, можно было приобрести сразу 24 банки. Потом за столиком небольшого кафе с Wi-Fi и видом на залив, стали внимательно штудировать карту Копенгагена на планшетнике, и не заметили, как вскоре на горизонте показались очертания города. В кафе Дэвид познакомился с группой студентов, датчан. Он просто не мог жить без общения с посторонними. А постоянное общество Ивана его вводило в тоску, да и можно было расспросить об особенностях жизни в Датском королевстве. Выяснилось, что они собираются ловить дельфинов на Фарерские острова.

Позже, усевшись за столик к Ивану, который все это время что-то писал, он решил поделиться деталями. – Ты знаешь, оказывается у них в Дании есть варварская традиция, ловить дельфинов и убивать их. Это как-то связано с их историческими корнями. Вроде как посвящение в мужчины по их викингским традициям. Я с ними селфи сделал. Сейчас вывешу это безобразие в Фейсбуке.

– Бред какой-то – задумчиво пробормотал Иван, будучи погруженный в творческие мысли. Он поначалу не придал этому факту значения.

А в это время на посте в Фэйсбуке Дэвида появилась информация о том, как датчане на Фарерских островах занимаются убийством дельфинов, подтверждаемая ссылками на разные источники. Можно привести выборочно следующие: – «В Дании с новой силой вспыхнули споры по поводу безжалостной ловли калдеронских дельфинов (гриндов), известных своим интеллектом. Кровавая резня дельфинов происходит ежегодно на Фарерских островах, являющихся автономным регионом Королевства Дании. В частности, как уточняют датские СМИ, в августе 2012 года было поймано около 240 дельфинов. По оценке представителя экологической организации по сохранению Земли (Earthrace Conservation Organisation) Руни Нильсен, всего число захваченных дельфинов в этом году достигло 500. По словам очевидцев, в ходе жестокого кровавого побоища дельфины испускают душераздирающий крик, схожий с плачем новорожденного ребёнка. Дельфинов часто убивают целыми семьями, причём это является своего рода обрядом: после такой кровавой процедуры подросток считается взрослым мужчиной».

В Копенгагене шёл мелкий противный дождь. Руководствуясь навигатором в планшетнике, они сразу поехали разыскивать университет. Версия с друзьями почему-то казалась более реальной.

Google Map довёл их до приличного здания, построенного, по всей видимости, в старые добрые времена, как и большинство домов в исторической части Копенгагена. Около часа они бродили по университетским коридорам. В секретариате им сказали, наконец, где находится исторический факультет. Вскоре они уже были у двери кабинета декана. Декан, как и все деканы в мире был достаточно благообразен и любезен. Он действительно знал такого студента, но прошёл год, как он закончил. Где он жил последний год до смерти деканат информацией не располагает, да и если бы располагал, то такую информацию они не дают. До него, по словам декана, доходили слухи, что этот парень, да кстати, звали его… (после поиска в бумагах) – Вот, нашёл, – звали его Ахмад. Да это ужасно, ужасно, и странно. Хотя так как он был иностранец, по-моему, из Албании, то была версия, – знаете, как у нас в Европе относятся к выходцам с Востока, тем более он был албанец и эмигрировал сюда по непонятным причинам. Большинство считает, что это они сами между собой чего-то не поделили.

Иван хотел было спросить ещё, но понял вовремя, что декан, ничего конкретного не скажет. Необходимо было найти друзей этого Ахмада. Но тут декан сам задал вопрос – а почему вы им интересуетесь? А затем дальше, опомнившись – и кто вы вообще такие?

Странно, что спросил так поздно. Друзья представились, но вот объяснить, почему они интересуются Ахмадом было труднее, и Иван, понадеявшись на образованность декана, рассказал о цели своего визита. Дескать снимают фильм про жизнь молодежи в разных странах. Это как ни странно прокатывало. Декан после небольшой паузы сказал, что это выглядит довольно цинично и странно, но поверить можно.

Выйдя из кабинета, они немного потолкались в коридоре и затем зашли в соседнюю дверь. В просторной комнате сидело несколько женщин, которые разнообразно проводили свой рабочий день. Подойдя к самому крайнему столу, который занимала наиболее молодая и симпатичная девушка, на первый взгляд аспирантка, они, стараясь произвести как можно более приятное впечатление, завели разговор о том, что они, дескать, историки из Праги, приехали по обмену опытом и хотят найти студенческий городок. Девушка по—видимому сразу смекнула, что с ней хотят познакомиться, с милым датским акцентом сказала на ломаном английском, что если молодые люди подождут её, то она проводит их в этот городок.

– Это здесь неподалёку, но так просто не расскажешь – участливо пояснила она

У Ивана до этого момента было впечатление, что из коренных датчан в университете только вахтёр, да и тот, судя по виду, немец. Через какой-то час они уже вместе шли по территории кампуса. Дождь закончился, подул ветер, кроссовки быстро промокли. Ветер трепал льняные волосы аспирантки. Дэвид решил познакомиться поближе с обладательницей таких прекрасных волос. Оказалось, её звали Магда, или как она разрешила, просто Ма.

– А меня Дэйв.

Ма мило так улыбнулась, и Дэвид разглядел ещё более милые, как ему показалось, веснушки. Юбка трепыхалась на порывистом морском ветру, открывая крепкие прямые ножки в шерстяных гетрах, и её приходилось постоянно придерживать, что очень смущало Магду и веселило Дэвида.

– Вот мы и пришли – сказала она, разведя руками – вам в этот подъезд. Я сама живу чуть подальше.

Дэвид сразу понял намёк, – может мы увидимся сегодня вечером?

– Ну, я не знаю, – на секунду задумавшись, сказала Магда – давайте часов в девять на углу этого дома, вы же наши гости. Это вас устроит?

– Нас всё устроит. Мы будем рады – сказал Дэвид, и посмотрел на Ивана. Иван был занят своими мыслями и, казалось, не слышал вопроса.

– Тогда до вечера, надеюсь, вашему другу не будет у нас скучно? – И упорхнула. Юбка её развевалась, открывая все те же крепкие полноватые ножки, но теперь почему-то она её не придерживала.

Они зашли в здание общежития, прошли, не обращая на охрану внимания, будто они студенты, и спросили у первого попавшегося скелетообразного юношу, где здесь комнаты, где живут жители из Турции. Он пробормотал что-то про пятый этаж и, сгорбившись, побрёл дальше. Искать долго не пришлось, так как взгляд сразу остановился на обшарпанной двери с надписями на арабском языке.

– Говорят, что арабский такой же трудный, как и русский – почему-то сказал Дэвид. Будем надеяться, что хоть английскому их здесь учат.

– Согласен. Видимо мы пришли – остановился у замызганной двери Иван.

Они постучались. Дверь открыл бородатый парень. Он подозрительно их оглядел, – Что вам нужно?

– Вы знаете, мы ищем кого-нибудь, кто знал Ахмада.

– Полиции я уже всё рассказал.

– Мы не из полиции, – поспешил успокоить Иван, – мы приехали издалека, так как заинтересовались этой историей в творческом плане, хотя это выглядит немного кощунственно. Хотим снять фильм о проблемах иностранных студентов. Может быть, всё-таки вы нам поможете?

– Да, на копов вы не похожи, но в наше время их не разберёшь. Столько разных служб… Ну, заходите. И освободил им проход. Уже в комнате он представился, – меня зовут Мехран.

– Ух ты! Твоя комната похожа на ту, в которой я живу в Москве. Планировка видимо Европейского Союза – сказал Дэвид. – А девушки в Копенгагене нам уже нравятся.

– Так что вас интересует? – Переспросил Мехран. – У нас на родине несколько другое отношение к женщинам.

– Собственно, дело касается, как ты понимаешь, вашего погибшего друга Ахмада – сказал Иван, и далее рассказал то, что ему было известно об этом.

– Нас об этом уже многие расспрашивали. Полиция думает, что это связано с террористами и даже Аль-Каидой. Но мы к ней не принадлежим и думаем иначе, чем наши патриоты. Тут Мехран улыбнулся, взял со стола чётки и начал их перебирать, – он у нас год назад ударился в христианство и даже, по-моему, принял обряд крещения. Все наши друзья отнеслись к этому спокойно.

– Скажи, где была его комната? – Спросил Иван.

– Ахмад жил на квартире. Но вам туда нет смысла ходить. Там ничего нет из его личных вещей. Что-то забрал его друг, а в основном полиция. Они отдадут вещи только родственникам.

– Вы сообщили о его смерти на родину?

– Да, но пока никто не приехал.

– И где можно найти хоть что-то от его существования?

– Наверное вы хотите посмотреть вещи? Зачем они вам? Я так понимаю, что вас интересуют его работы по библиотеке? Ими интересовался один местный журналист. Потом он ещё статью написал. По-моему, полный бред. Тогда он ещё несколько дней после следователей тут всё разнюхивал. Так вот, некоторые материалы могли остаться в другом месте. Он последнее время здесь редко появлялся, но и там полиция, наверное, уже все забрала.

Иван прошёлся по комнате и подошёл к письменному столу, стоящему у окна напротив двери. Под стеклом лежали фотографии, вырезанные из журналов, слова на арабском языке. Большое фото выпускников исторического факультет, судя по надписи в углу, привлекла его внимание. Кто же из них Ахмад?

– Начинаются трудности, а всё так шло хорошо, – проворчал Дэвид.

– Кто из них Ахмад? – Спросил Иван, всё ещё разглядывая фотографии.

– Справа, длинный и бородатый.

– Выглядит он старше, чем все остальные.

– Жизнь его была длиннее. Но он ничего не рассказывал о своём прошлом. Потому-то и про родственников ничего не известно. Говорил только, что они живут в Албании. Учёба ему давалась с трудом.

– Видимо мы ничего больше не узнаем. Спасибо тебе, Мехран. Кстати, а что это за другое место, про которое ты упоминал.

– Это у его девушки. Но я про неё ничего не знаю. Знаю, что просто девушка у него была, с которой он жил какое—то время.

– Врёт – подумал Дэвид.

Ребята вышли из здания и остановились, не зная, куда идти дальше. Какое—то время они топтались на месте.

Возможно, нам поможет тот журналист, раз уж он так рьяно взялся. Не идти же в полицию, – подал голос Дэвид. – Ты мне всего этого, кстати, не говорил. Что это за история? Дело пахнет миллионом долларов? Или мы ищем клад?

– Нет, всё видимо гораздо прозаичнее. Думаю, что по ходу дела ты сам всё поймёшь, а может, окажется, что и я.

Было около шести часов вечера. Налетел ветер, принёсший запах прелой морской травы.

– Ты не забыл о свидании с фрау Магдой? Нам ещё три часа где-то болтаться. Может, возьмём пивка и посидим в парке? – предложил Дэвид.

Они так и сделали. Выйдя с территории кампуса взяли «Старовар» вместо местного. Сидя на лавке, Иван что-то ожесточённо записывал. Дэвид развязал кроссовки и, развалившись, попивал уже вторую бутылку. Он везде себя чувствовал, как дома. Стемнело. Зажглось несколько фонарей. Но вообще было темновато и неуютно, несмотря на то, что двор был университетский. Современный ландшафтный дизайн вокруг был представлен несколькими небольшими туями и кустарниками, росшими на обильно разбросанных камнях. Воздух в сквере был спёртый, пахло какой-то химией. Видимо недалеко располагался химический факультет или лаборатория. Но зато стало значительно многолюдней. Студенты потянулись в места своих вечерних тусовок.

– Ну, покурили – и пошли, – сказал Иван, – пока дойдём, уже будет нормально.

– Девушки всегда опаздывают, а курить можно и на ходу. Ты сам себе противоречишь, – пробурчал Дэвид.

Они поднялись и пошли к углу дома, где договорились встретить Магду. Магда, как и многие девушки опоздала минут на двадцать. Это ниже, чем бельгийский коэффициент, поэтому друзья её простили.

– Ну, так как вы гости предлагаю пойти в наше популярное место отдыха – клуб «The Dubliner», – прощебетала она.

Дэвид заметил, что Магда переоделась. Теперь на ней был не поймёшь какой свитер с рисунками на тему культуры майя и длинная юбка с длинным разрезом, первое, на что собственно и обратил внимание Дэвид, ну а на ногах модные жёлтые ботинки фирмы «Cat» для походов выходного дня. Волосы цвета пшеничной соломы развевались под порывами свежего датского ветра.

Дэвид посмотрел на свои блестящие в некоторых местах джинсы и, поправив на плече сумку, сострил, – Нам лишь бы красивых девушек там было побольше.

Иван с грустью взглянул на него и вспомнил об Ирме, обнаружив, что до этого момента он о ней не вспоминал вовсе.

Они шли втроём по тёмным аллеям, куда-то постоянно сворачивая, пока не вышли на улицу с машинами, фонарями и магазинами. Дома были всё больше трёхэтажные, какие-то миленькие, уютные, непохожие на московскую историческую застройку, вечно в строительной зелёной сетке, с деревянными переходами.

Заведение «The Dubliner» было зданием, вполне вписывающимся в архитектуру улицы. Несмотря на то, что была среда, народу у входа стояло много. Магда объяснила этот факт скидками в будние дни для студентов. Пройдя танцпол, они спустились вниз в подвал, где находился бар, выполненный в ирландском стиле, о чем гласила вывеска.

В баре звучала какая-то местная радиостанция. Дэвид отпросился в туалет. Магда и Иван присели за свободный столик. Иван заботливо поинтересовался, что Магда будет есть, на что она ответила отказом и что выпьет какого-нибудь коктейля, но мол, мальчики должны что-нибудь съесть. Это бы им не помешало, тем более, кроме пива и сигарет они ничем больше не подкреплялись. И Иван поэтому заказал официантке, эдакой плотненькой и невысокой, но очень симпатичной, в синей фуражечке с буквой «D», картошки, сосисок, молочный коктейль, русской водки и пива.

Они сидели напротив друг друга, не зная, как завязать разговор.

– Вы к нам надолго приехали? – Наконец—то отважилась Магда.

– Не знаю, как пойдут дела, – уклончиво ответил Иван, рассеянно глядя на оседавшую в кружке пену.

– Вы скорее всего на стажировку? У нас учёные приезжают со всего света. Даже русские есть.

– Ну, это ещё не так далеко. Вот я слышал, что теперь китайцев очень много приезжает в Европу.

– О, китайцы теперь повсюду, впрочем, как и арабы – оживилась Магда.

– Почему вы заговорили об арабах? – заинтересовался Иван.

– Вы знаете, всегда думаешь, что культура другой страны экзотичнее и интереснее. Люди едут на Амазонку, в Африку, в Бутан. Лезут в горы. Даже не знаю, чего здесь больше, науки или жажды путешествий. Я сама филолог и тоже изучала творчество американских писателей, работающих в жанре антиутопии. Ездила в Америку и даже набралась храбрости встретиться с Куртом Воннегутом. Это была чудесная встреча. Так вот потом понимаешь, что люди везде одинаковы и везде встречаются подлецы, трусы.

– Да, понимаю. У меня в России осталась девушка, кстати, тоже филолог. Но вот среди нас, русских одни добряки и весельчаки. Не то, что среди англичан – взглянул он на Дэвида.

– О, англичане мне кажутся такими чопорными.

– Судя по моему другу этого не скажешь. А вы должно быть неплохо знаете литературу.

– Всю её знать нельзя, но так как это моя специальность, приходится интересоваться чуть больше, чем другие. Да и школе мы проходили. А на историческом факультете я подрабатываю лаборантом.

– Вы местная?

– Да, я датчанка. Но здесь недавно. Мои родители сейчас живут в Хёльсингере, на границе с Финляндией.

Тут подошёл улыбающийся Дэвид.

– Сидим? Скучаем?

Магда выразительно посмотрела и мило ему улыбнулась.

– Жрать мне заказал? – обратив взор уже к Ивану.

– А ты там провалился что ли? Заказал того же, что и себе, – ответил Иван, – надеюсь, у тебя нет язвы, хотя, судя по характеру, она у тебя с рождения.

– По твоему хамскому разговору сразу можно сказать, что ты режиссёр – парировал Дэвид, придвигая стул рядом с Магдой.

Магда почувствовала себя немножко одинокой при таком вальяжном общении. Ребята сразу это поняли по её обескураженному лицу.

Тут появилась официантка и принесла заказ. Дэвид оценивающе посмотрел на неё. Она смущённо улыбнулась. Дэвид же, не обращая внимания, придвинул тарелку с дымящейся картошкой к себе.

– Давайте выпьем за встречу, – добавил он и поднял рюмку с водкой.

Все поддержали тост звоном посуды.

– Так вы не историк? – Вдруг спросила Магда Ивана.

Иван посмотрел на Дэвида, – Нет, но интересуюсь некоторыми вопросами, ответ на которых находится в стенах вашего университета.

Историк это я, в некотором роде – попытался оправдаться Дэвид, а он – сочувствующий.

Иван продолжил, не обращая внимания на реплику Дэвида – вот скажите Магда, мы читаем о сказочных персонажах в романах. Откуда они берутся в головах писателей? Насколько реально их существование? – Спросил Иван.

– Наверное, по-разному берутся. Что-то пришло к нам из саг викингов, как у нас в Дании. Мифология викингов, создавалась ещё в V веке до нашей эры, до принятия скандинавскими народами христианства. Основным источником о ней являются тексты древнего эпоса «Старшей Эдды», а также «Эдды» С. Стурлусона. Да и в более поздние времена сказки были частью нашей жизни. У нас в Дании к сказкам особое отношение. В Копенгагене жил сказочник Андерсен. Его сказки «Русалочка», «Снежная королева», «Дюймовочка», и многие другие известны нам с самого детства. Чаще писательский талант предвосхищает появление чего-то. Стоит это назвать своим именем и это материализуется.

– Да, я понимаю. Кстати, в России сказки Андерсена знают и очень любят.

– О! Глянь, старые знакомые, – сказал Дэвид, повернув голову в направлении входа.

И действительно, Иван увидел входящих в бар Мехрана с группой юношей и девушек. Мехран кивнул им.

– Место популярное у историков, – сыронизировал Иван.

– Вы с ними уже познакомились? – Спросила Магда, посмотрев в ту же сторону.

– Было дело – таинственно протянул Иван, закуривая «Rothmans».

Между тем арабы подошли к стойке бара. Судя по мимолётным поворотам головы в сторону нашей троицы, разговор шёл о них. Тут зазвучала волынка и зазвучал голос Enia. Дэвид пригласил танцевать Магду. Они вышли в центр и начали топтаться недалеко от арабов. Иван остался один пить пиво. Его занимала мысль, как они найдут журналиста и вообще, надо ли его находить. Вырезка была у него с собой, и по планшетнику можно было найти адрес редакции. Он развернул статью и прочитал имя автора – Улаф Густавсон, криминальная хроника. Кинув взгляд на танцующих Магду с Дэвидом, Иван заметил, что в их знакомстве наступает заметный сдвиг, судя по более тесным объятьям.

– Уже спелись, – подумал Иван, – вспомнив почему-то Ирму.

Между тем началась другая песня, более ритмичная, но Дэвид предложил Магде продолжить. Она согласилась, посмотрев в сторону Ивана, а затем на Мехрана.

– Вы знакомы? – Спросил Дэвид.

– Да, немного. В университете все друг друга знают, – Уклончиво ответила Магда.

Дэвид решил не продолжать эту тему. Между тем Иван со скуки выпил и начал разглядывать окружающих. Подошел Мехран. – Отдыхаем? – Спросил он, садясь на стул.

– Да. Решили посетить ваши заведения. Хочешь выпить?

– Я не пью спиртное.

– Религия не позволяет?

– Да. Ваш друг уже успел познакомиться с Ма?

– Ты её знаешь?

– Университет – это большая деревня.

– Если ты не пьёшь, то как расслабляешься?

– Немного курю травку, играю в футбол, но главное это женщины. Они – моё хобби.

– По тебе не скажешь, – удивился Иван, уже более внимательно разглядывая собеседника. – Ты вроде не похож на Кевина Костнера, только бородой разве.

– Европейским женщинам часто нравятся восточные мужчины. Им надоели их голубоглазые друзья.

Ивану эта фраза не понравилась. – У нас на курсе была девушка, которая говорила, что голубые глаза – это признак человека. Вкусы бывают всякие, но оценивать человека по глазам?

Мехран понял подвох, но вида не подал. Только стал нервно улыбаться. Потом грустно добавил – и, наверное, вашим девушкам совсем не нравится, когда мужчины много пьют. После этого он встал и пошёл к своей компании, видимо на что-то обидевшись. Иван проводил его взглядом и обратил внимание на танцующих Магду и Дэвида. Они, казалось, уже никого вокруг не замечали. Ему это наскучило, и он выпил ещё, потом добавил ещё…

Открыв глаза, он обнаружил, что лежит на кровати одетый и хочет пить. Стараясь не трясти головой, Иван подошёл к холодильнику, где обнаружил банку пива. Потом вспомнил, что находится в Копенгагене и это уже второй день их пребывания. Сделав большой глоток из банки, он направился к окну. Перед его взором торчали черепичные крыши, какие-то шпили с флюгерами. Вдали серело море. Утро было пасмурным. Дэвида почему-то не было. Самое непонятное было то, что он не знал где находится? Телефона в комнате нет, но судя по обстановке, скорее всего это гостиница. Иван опять опустился на кровать.

– Не надо было мешать пиво с водкой, – подумал он.

Вскоре пришёл Дэвид и в хорошем настроении.

– А друг значит умирай в одиночестве и похмельи?

– Я тебе ещё пива принёс. Мы с Магдой…

– Надо же, вы с Магдой?!

– Да нет, ты же просил найти журналиста?

– Когда?

– Да вчера! Ты что, не помнишь ничего?

– Нет.

– А вроде был с виду трезвый.

– Ты у Магды что ли ночевал?

– Что ли, что ли. – Уклончиво пробормотал Дэвид, почёсывая затылок – Ты не понял насчёт журналиста?

– Ну.

– Что ну – это рядом. Он всех уже в городе достал. Собирает местные сплетни.

– А где мы вообще?