Лучшие вещи рождены болью. Том 2

Глава 3

Хантер проснулся от холода, когда по его телу, которое сегодня болело ещё больше, чем вчера, забегали морозные колючки. Пошевелившись, он понял, что в кровати один. Но буквально в следующую секунду услышал тихий гитарный перебор, доносившийся откуда-то снизу.

*Knockin’ on Heaven’s Door – Avril Lavigne*

Укутавшись в одеяло, Хантер сполз с кровати, игнорируя ломоту протестующих мышц, и вышел на лестницу в помещение склада, где было ещё холоднее.

Сквозь высокие грязные окна кое-как пробивались первые рассветные лучи, падая мягкими солнечными полосами на деревянный пол, но совсем не освещая большое тёмное помещение, посреди которого на перевёрнутом боком узком книжном шкафу спиной к лестнице сидела Северина с гитарой в руках. Она была совершенно обнажена, и только тоненькая полосочка трусиков расчерчивала её поясницу.

– Мама, забери у меня мой жетон. Я больше не могу его использовать. Становится темно, слишком темно, чтобы видеть. Такое чувство, что я стучусь в небесные врата. Тук, тук, пытаюсь достучаться до небес.

Облокотившись о перила, Хантер слушал и не мог поверить. Это была она. Та девушка из тёмной аллеи, чей голос так манил его и вселял уверенность. Голос, так непохожий на голос Алессы, когда она просто говорила, но теперь вполне узнаваемый в интонациях Северины.

– Мама, закопай моё оружие в землю. Я больше не могу из него стрелять. Та большая чёрная туча опускается всё ниже. А у меня такое чувство, что я стучусь в небесные врата. Тук, тук, пытаюсь достучаться до небес.

Это было так красиво и одновременно так грустно. Она как будто действительно сдалась. Как будто ей уже не хватало сил идти дальше. Или желания.

Хантер пытался как можно бесшумнее спуститься вниз, чтобы не прерывать её, но допев до конца и продолжив просто перебирать струны, Северина тихо произнесла:

– Можешь не прятаться. Я услышала, как только ты вышел.

Он сел позади неё верхом на шкаф так, что она оказалась между его ног, и оставил лёгкий поцелуй на её лопатке, от которого Северина вздрогнула.

– Опять пытаешься заморозиться? – его губы проложили горячую дорожку до позвоночника, а потом вверх к шее. И он почувствовал, как она напряглась. – Значит, это опять была ты… Той ночью.

– Значит… – Северина начала наигрывать мелодию их первой встречи и еле слышно подпевать слова, которые тогда проникали в самую его душу. Слова, которые стали для него поддержкой, когда он был готов опустить руки и послать к чертям это задание, а вместе с ним и свою работу.

Хантер слушал её и не мог перестать думать о судьбе, в которую раньше никогда не верил. Ведь не просто же так Северина появилась там в столь нужный ему момент. И ему начинало казаться, что она ещё задолго до этого знала, где именно должна была оказаться.

– Почему ты пришла туда именно в тот вечер… Почему пела именно эту песню? – он нежно провёл замерзающим носом вдоль её позвоночника.

– Я уже говорила тогда, что не знаю… Просто захотелось… Просто казалось, что так надо…

– Чертовски вовремя, если честно. Как спасение. Видимо, ты всё-таки мой ангел-хранитель.

Северина легко рассмеялась от его слов:

– Только если с чёрными крыльями за спиной.

– С очень колючими чёрными крыльями… – отстранившись, Хантер пальцами медленно нарисовал два силуэта на её лопатках. – Ты хоть немного спала?

– Нет. Не могла уснуть. Я… не привыкла делить с кем-то кровать. Тем более такую узкую.

– Придётся привыкать, – Хантер укутал Северину в своё одеяло, укладывая голову на её правое плечо, пока она наигрывала следующую мелодию.

– Слушай… это всё не так просто… И я не уверена, что…

– Ты умерла вчера… Твоё сердце не билось… И я доставал тебя с того света не для того, чтобы ты продолжала жить прошлым, – прошептал он ей на ухо, только сильнее прижимая к себе, чувствуя, как согревается её кожа. – Оно осталось там, на дне того бассейна. Так что забудь о нём. Потому что мне плевать на всё то, что было до этой ночи. Мне плевать на то, что ты никого не подпускаешь к себе. Не подпускай. Но я уже здесь. Вот он я, обнимаю и целую тебя. И я знаю, что тебе это нравится. Сегодня ночью я чувствовал, насколько тебе это нравится. Сегодня ночью ты была настоящей, – он всё говорил, а от его слов по её телу бегали толпы мурашек. – Я не прошу каких-то ответных шагов. Просто не отталкивай меня. Я хочу, чтобы рядом со мной ты могла быть настоящей. Позволь себе это. Позволь нам это.

Северина зажмурилась, крепче стискивая гитару.

– Я бы так хотела…

– Просто будь.

– Я не знаю, как… – её голос сорвался на едва различимый шелест, в котором была только боль и сожаление, и Хантер ещё сильнее прижал её к себе.

– Просто позволь себе чувствовать… Впусти в себя моё тепло… – он забрал у неё гитару, аккуратно опустил её на пол, прислоняя к шкафу, и уже полностью накрыл плечи Северины своими руками, кутая её в уютный кокон одеяла. Её всю трясло. Он чувствовал, как внутри неё всё дрожит. – Ш-ш-ш… Просто позволь мне попробовать…

Северина внезапно вывернулась в его руках, разворачиваясь и крепко обнимая Хантера за шею, а потом он услышал и её тихие всхлипы, накрывшие его волной нежности к ней.

– Это ничего не значит… Я… Мне просто…

– Тебе просто сейчас это нужно. Я знаю.

Она впервые при ком-то плакала. Впервые позволила кому-то увидеть её слабость. И впервые ей становилось от этого легче. Как будто эти сильные руки, обнимающие её с таким трепетом, действительно были способны своим теплом укрыть её от всего мира, даже от её прошлого, которое уже не приносило столько боли. Оно просто было. Где-то там, на задворках её искалеченной души.

Хантер почувствовал, как она успокаивается, затихает, уткнувшись холодным носом куда-то под его ухо. Как расслабляются её объятия, а её дыхание выравнивается. Он подхватил её одной рукой под колени, второй придерживая за спину, перекинув ногу, спустился со шкафа и осторожно понёс её наверх в маленькую комнатушку, где опустил на кровать и укрыл одеялами.

Присев на корточки, Хантер погладил её по растрёпанным коротким волосам и легко улыбнулся, когда Северина открыла сонные, покрасневшие от слёз глаза.

– Об этом месте точно никто не знает? Ты здесь в безопасности?

Когда она еле заметно кивнула, Хантер оставил невесомый поцелуй на её лбу:

– Попробуй немного поспать, пока меня не будет. Я вернусь через несколько часов.

Натянув на себя не успевшие высохнуть пижамные штаны и футболку, он выскользнул из здания, всё время оглядываясь по сторонам, и плюхнулся на кожаное сиденье машины, заводя двигатель.

Хантер не хотел оставлять Северину одну, но им нужны были вещи, еда и кое-какие медикаменты, чтобы обработать как его, так и её раны, особенно после грязной воды бассейна. Он лишь надеялся, что для этого ещё не слишком поздно.

Наскоро приняв дома душ, он затейпировал спортивными пластырями больное плечо, наконец-то оделся в сухую тёплую одежду, покидал в одну большую сумку всё необходимое, не утруждая себя наведением в ней порядка, скинул туда же свой Сиг с несколькими магазинами и вышел из дома, собираясь по дороге заехать в продуктовый магазин в другом районе.

Когда он вернулся, кое-как подняв в их временное убежище всё, что принёс, Северина всё ещё спала. И Хантер снова опустился на корточки перед кроватью, просто рассматривая её. Но стоило ему наклониться к ней для поцелуя, как в его висок упёрлось дуло пистолета, а Северина резко распахнула глаза.

– Ты будешь каждый раз меня так встречать? – усмехнувшись, Хантер убрал от себя её руку с Глоком и всё-таки коснулся её губ своими. – И где ты, чёрт возьми, его взяла?

– Это моё убежище на экстренные случаи. Здесь много оружия, – Северина отодвинулась от него, поглубже заворачиваясь в одеяло. Даже после этой ночи ей было неуютно от того, как бесцеремонно он нарушал её личное пространство. И с приходом дня это ощущение только усилилось.

– Когда я уходил, в кровати его точно не было.

– Я взяла его, когда вставала, чтобы включить бойлер и нагреть воды. Безумно хочется в душ, – она схватила Хантера за запястье, разворачивая к себе циферблат его часов, и застонала. – Но ещё час точно придётся ждать.

– М-м-м так здесь ещё и душ есть. А я уже собирался ночью отвезти тебя в гостиницу, – Хантер поиграл бровями, расплываясь в своей обычной нагловатой улыбке, на что Северина только скорчила ехидную рожицу. – Я принёс кое-что из своей одежды, если ты не сильно привередлива. Пока твоя не высохнет.

– Очередная твоя клетчатая рубашка?

– Нет, – Хантер расхохотался, нагибаясь за сумкой, и достал из неё флисовый спортивный костюм светло-серого цвета с плюшевой подкладкой и капюшоном. – Кое-что потеплее, – а следом он выложил на кровать аптечку, и Северина фыркнула.

– Ты серьёзно?

– Вполне. У тебя рассечена бровь и губа, да и мало ли что мы могли подцепить в той воде.

Северина нахмурилась, обдумывая его слова, а потом указала на ящик под большим окном, выходящим на склад, который Хантер сразу и не заметил:

– Достань там коробку.

А когда он выполнил её просьбу, усаживаясь на кровать рядом с ней, Северина откинула металлическую крышку и достала из мягких углублений две прозрачные ампулы, шприцы и жгут, которым тут же перетянула свою левую руку выше локтя.

– Что это за хрень? Опять наркотики? – Хантер прищурился, хватая её за запястье, чтобы она ничего не могла сделать, и вчитался в надпись на одной из ампул. Но там была указана только химическая формула, которую он не знал.

– Я говорила уже, что не принимаю наркотики. С тех пор ничего не изменилось, – Северина вырвала руку и, сколов с ампулы головку, набрала прозрачную жидкость в шприц. – Эту штуку выдают каждому агенту на такой вот случай. Чтобы избежать заражения крови, когда нет возможности сразу промыть раны, ну или когда это уже слишком поздно делать. Разработка умников МИ-6.

Поработав кулаком несколько раз, она нашла вену на внутренней стороне локтя и, не задумываясь, воткнула в неё длинную иглу, даже не поморщившись. Хантер с сомнением наблюдал за тем, как, надавливая на шток, она впрыскивает непонятную жидкость в свою кровь.

– Давай руку, – сдёрнув жгут, Северина потянулась к нему, но Хантер только скептически выгнул брови. – Не доверяешь мне? Если бы я хотела тебя убить, то уже сделала бы это.

– Ненавижу иголки, – буркнул он, отворачиваясь, но всё-таки позволил ей вколоть лекарство и в его вену.

– Ну вот, – улыбаясь, Северина захлопнула коробку с ещё несколькими оставшимися в ней ампулами и отставила её в сторону. – А ты боялся.

Хантер был удивлён тому, как ловко она сделала укол, потому что он практически ничего не почувствовал. Хотя обычно его чуть ли не наизнанку выворачивало от ощущения иголки в своей вене. Пожалуй, это было единственное, что он не переносил на физическом уровне, стараясь всячески избегать.

– Ладно, если с этим мы закончили, пора бы и позавтракать, – он подтянул к себе большой пакет с разномастными ланч-боксами, раскладывая их между ними на кровати.

– Ты собрался всё это съесть за один раз? – брови Северины поползли вверх.

– Нет. Хотя после такой ночки неплохо было бы восстановить силы, – Хантер протянул ей упаковку с одноразовыми приборами. – Просто я не знал, что ты любишь, кроме холодного кофе, – он кивнул на тумбочку позади неё, где стоял её мятный фраппучино, и Северина чуть ли не замурлыкала от удовольствия, откидываясь назад, чтобы схватить стакан. – Поэтому набрал разного.

– И как ты всё это затащил сюда? Я надеюсь, тебя никто не видел?

– Как-то. И я был осмотрителен. Давай ешь, а то вон худющая какая. Надо тебя немного откормить.

Северина прыснула от смеха, разворачивая приборы, и подтянула к себе бокс с салатом с курицей.

– Я думала тебе нравится, – она хитро прищурилась на него, всё ещё посмеиваясь.

– Нравится. Но пару килограммов не помешает.

– И не надейся, – Северина пальцами выудила из салата кусочек курицы и уже протянула было руку в сторону от кровати, как тут же помрачнела, чертыхнулась и кинула его обратно в свой ланч-бокс. Она по привычке хотела подкормить Вождя, как делала это всегда, когда ела, отдавая ему вкусности. А Хантер и до этого сегодня видел, как иногда её рука опускается вниз как будто в попытке нащупать собачий загривок или ошейник.

– Мне жаль, правда…

– Не надо, – Северина как-то особенно обречённо вздохнула, накалывая на вилку листья салата. – Я бы хотела похоронить его сегодня ночью. И тогда смогу уйти.

– Что значит уйти?

Глава 4

– Что значит уйти? – Хантер с непониманием уставился на неё, как будто она заговорила на непонятном ему языке.

– Мне больше нечего здесь делать. А точнее, мне слишком опасно находиться в этом городе, – как-то уж слишком равнодушно сказала Северина, с ещё меньшим аппетитом ковыряясь вилкой в своём салате. – Ты сам сказал, я мертва. Это мой шанс начать жизнь с чистого листа где-нибудь в другом месте. В другой стране.

– Мертва. Но это же не навсегда, – Хантер нахмурился, прямо руками отрывая кусочек от своего стейка. – Тебе просто придётся немного переждать в безопасном месте, пока я не засажу Тео и остальных за решётку.

– И как же ты собрался это сделать?

– Соберу как можно больше информации, и мы их накроем.

Северина усмехнулась, поднимая на него глаза. Потому что задавая вопрос, она уже заранее знала на него ответ:

– Ты много узнал за эти несколько месяцев, что был с нами?

– Нет. Но я и не состоял в банде. Теперь же…

– Что?

– Вчера Тео сказал, что принимает меня и собирается прислать официальное приглашение. А значит, я буду посвящён в дела. Хоть в какие-то. От этого и смогу плясать. Да и если ты расскажешь мне то, что знаешь – а я уверен, ты знаешь практически всё – я смогу взять их с поличным в момент разгрузки.

– Ты просишь меня сдать тебе мою семью, ты понимаешь это? – Северина расстроено опустила глаза. – Неужели не достаточно того, что я и так предала их, выгородив тебя?

– Как ты можешь называть семьёй и защищать людей, которые пытались тебя убить? И заметь, у них это практически получилось, – Хантер не понимал её. И его это жутко раздражало.

– Тейшейра пытался убить меня. На него и Чейза мне плевать. Они оба отморозки, помешанные на убийствах, – кутаясь в одеяло, Северина вскочила с кровати и начала нервно расхаживать по комнате. – Хотя и Тео сделал для меня в своё время очень много.

Хантер только скептически хмыкнул в ответ на это заявление.

– Но Ноа и Кара… – Северина наконец остановилась и посмотрела на Хантера в упор. – Ты же знаешь их. Ноа хороший парень. Ему пришлось влезть во всё это с самого раннего детства, потому что, оставшись единственным мужчиной в семье, он должен был позаботиться о матери и младшей сестре. Он же нравился тебе. А Кара… чёрт, ну ты же её видел. Её интересуют только краски, красивые шмотки, ночные клубы и развлечения. Ей вообще всё равно на то, чем занимается Тео, – заламывая руки, она сейчас выглядела так, как будто умоляла его одуматься и не трогать их.

– Ты же прекрасно понимаешь, что они погрязли во всём этом по уши. И я не смогу засадить одних и отпустить других. Это дело о наркотиках. О крупных поставках, от которых поголовно умирают люди по всей стране.

Северина рухнула на кровать, упираясь локтями в колени, и спрятала лицо в ладонях.

– Мир не чёрно-белый, Хантер. Нет абсолютно плохих или абсолютно хороших людей.

– Я этого и не говорил. Но ты не можешь отрицать того, что убийства это, чёрт возьми, плохо, – Хантер сцепил зубы, чтобы не сорваться, произнося это. – Это против общественных законов. И карается судом.

Северина расхохоталась в ответ на его слова, но снова вскочив, практически сразу перешла на яростное шипение, от чего её британский акцент только усилился, и ткнула пальцем себе в грудь:

– Тогда почему же ты до сих пор не арестовал меня? Или ты забыл, что говоришь это снайперу, который сбился со счёта от того количества людей, которые умерли от его выстрела? Говоришь это той, кто при тебе прострелил голову человеку. И не важно, что это была самозащита, потому что тот чёрный парень, не раздумывая, убил бы тебя или меня. Факт же остаётся фактом, я убила и его, и ещё до хрена людей. И, значит, тоже должна понести за это наказание.

– Ты, чёрт возьми, знаешь, почему я этого не сделал! – Хантер тоже вскочил на ноги, становясь прямо перед ней, сжимая кулаки и пылая гневом. Вот же упрямая девчонка! Да ещё и с абсолютно стёртыми границами морали.

– И почему же? – скрестив руки на груди, Северина, не мигая, смотрела прямо в его глаза.

– Потому что тогда выдал бы себя с потрохами! Потому что ты была нужна мне, и я рассчитывал, что ты поможешь мне с этим делом! Поможешь засадить эту хренову шайку в тюрьму!

– Я ведь тоже состою в этой хреновой шайке. Состояла, – Северина отшатнулась от него. – Говоришь, был настоящим со мной? – она разочарованно покачала головой, но в следующую секунду уже снова шипела на него полным презрения голосом. – Вот он ты настоящий. Тебе лишь бы дело закрыть, а как ты это сделаешь, и что при этом будут чувствовать другие, тебе плевать. На причины поступков других людей тебе плевать. Ты готов был забраться ко мне под кожу, лишь бы выполнить своё задание. Готов был связаться с девчонкой, которая тебе противна. И не надо пытаться меня переубедить, – всплеснула руками она, видя, что Хантер собирается возразить ей, – потому что я знаю, как выгляжу. Знаю, что я сделала с собой, лишь бы парни даже не подумали лезть ко мне. Я видела, как ты смотрел на меня тогда на пляже. И видела, как ты смотрел на Кару, – Северина обошла его, с силой схватила спортивный костюм, который он ей принёс, и направилась к небольшой двери в углу у входа.

– Проклятье, Северина, я не это имел ввиду… – Хантер застонал, сжимая пальцами переносицу. Да какого же хрена он сказал ей это. Сказал то, что она восприняла так неправильно. Так, как жизнь заставила её воспринимать всё происходящее вокруг. – Ты же знаешь, что это не так…

– Ты просто наконец-то сказал правду, – и хоть Северина давно уже смирилась с таким положением вещей, но сейчас боль от этого в голосе у неё скрыть не получилось. – Я её приняла. Думаю, на этом наши пути разойдутся. Прости, но я не буду тебе помогать. Хватает и того, что благодаря мне ты попал в банду, чего и добивался всё это время. Просто уходи. Только оставь мне машину на несколько часов. Я пригоню её к твоему дому, когда похороню свою собаку. А потом исчезну, как и собиралась.

Дверь душевой за ней захлопнулась совершенно бесшумно.

– Блять! – Хантер со злости саданул кулаком по стене. Как же он мог так облажаться. Ведь это действительно звучало так, как будто её снова использовали. Как будто он её использовал.

И ведь она больше никогда теперь не поверит ему. Не подпустит к себе, решив, что он очередной из тех, кто её обманывал. А ведь он действительно им был. С самого начала планировал именно это. И, по сути, она права. Он и добился того, чего хотел. Причём получив всё и сразу. И в банду попал, и девчонку в постель затащил. Да и как затащил. Так, что это было невероятно охренительно, несмотря на все обстоятельства. Да и если бы дело было только в сексе.