Ярый. Девочка авторитета

Пиззздец полный.

Это все меняет! Если не очередная ложь.

Скорее всего, Филлип просто заметил ее на подиуме, особенно после того, как она упала к его ногам. Отодрать бы ее хорошенько за ту выходку.

Надо еще расспросить как вообще там оказалась и зачем.

Мой злейший враг положил на нее глаз и даже протянул свои грязные руки. Он не из тех, кто отступает и поэтому я заставлю его заплатить за то, что посмел притронуться к ангелочку.

Отворачиваюсь к окну, устало провожу по волосам рукой. Смотрю на полную яркую луну и думаю, бросая себе под нос мысли вслух.

– Черт, что мне с тобой делать?

За спиной слышно шуршание и следом летит мольба полная отчаяния.

– Прошу, только не рассказывайте отцу.

Вот теперь меня берет злость.

Рывком разворачиваюсь к ней, хочу сказать какую– нибудь гадость, чтобы посадить девчонку на место, чтобы этот случай стал для нее уроком, но мои губы будто воском склеенные не раскрываются.

Потому что я вижу ее во весь рост в своей рубашке.

Слегка запрокидываю голову назад, медленно прохожусь по девичьей фигуре.

Рукава длинные свисают по швам, не застёгнутая пуговица у воротника будоражит кровь, яркий контраст ее белой кожи с черной тканью рубашки. Длина как раз закрывает бедра до середины, но оставляет место фантазиям.

Адреналин кипит в венах, сглатываю тугой ком, вставший поперек горла, а голос в голове шепчет взять ее прямо сейчас. Прямо тут, не важно, на столе или на той же кровати.

В глазах темнеет и я делаю шаг в ее сторону.

Глава 15

Ярый

Дышу тяжело, прерывисто, что не остается незамеченным девчонкой.

Розовые щеки бледнеют, голубые глаза расширяются в испуге, делает неосторожный шаг назад от меня, но с подрагивающими губами спрашивает:

– В– вам не– х– хорошо?

Застываю.

Крепко жмурюсь, отгоняю горячие мысли из головы.

Девчонка и так перепугана до смерти, вон вся краска с лица ушла стоило мне не так посмотреть на нее.

Ладно, Джамиль, не время вести себя как варвар.

– Вот что, ангелочек. У меня нет времени возиться с тобой. Отвезу тебя к отцу и расскажу все как было.

Собираюсь, наконец, выйти из комнаты, которая, кажется, напрочь пропиталась ее запахом. Но когда я прохожу мимо, она хватает мою руку, крепко, и смотря на меня снизу вверх умоляющим тоном щебечет:

– Прошу, вас…, – светлые бровки сходятся в отчаянии. – Если отец узнает…он меня накажет.

Теперь хмурюсь я.

– Чего? Накажет? – может я не так расслышал ее слабый голос, однако она кивает в ответ. Ощущаю ее гладкую нежную кожу и чисто рефлекторно хочу сжать ладонь, но останавливаю себя в последний момент.

Смотрю на ее тонкую ручку, которой она сжимает мое запястье и которую она спешит разжать, заметив мой взгляд.

– Как это?

Дженни горько вздыхает и смотрит на меня нерешительно.

– Отец думает, я учусь на факультете международных отношений. Брата не смог заставить пойти по своим стопам, вот и взялся за меня…А я…Я поступила в Академию Моды. Вот первый курс скоро начнется.

Слушаю эту пламенную речь и внутренне поражаюсь смелости маленького ангелочка. Значит, папаша вообще не в курсе чем его дочь занимается. И как у нее получается скрывать все?

– Учеба там платная, естественно.

– И откуда ты достаешь деньги? Сомневаюсь, что просишь у отца, – отрицательно качает головой.

А у меня проносится мысль, что возможно, за этим она и пошла на подиум. Обучение нужно как– то оплачивать, вот и шанс найти себе богатого папика.

Но нет. Дженни в очередной раз поражает меня не в бровь, а в глаз.

– Продаю дизайнерам эскизы, которые придумываю сама. Шить я умею. Ну, кое– что получается. Но мне все равно нужны курсы для повышения квалификации. Все, что я знаю, научилась у мамы. У нее всегда был утонченный вкус.

Ее губы расползаются в мечтательной улыбке, словно она вернулась в прошлое. Во времена, когда ее мама была рядом.

Надо бы разобрать и эту тему тоже.

– То блядское платье тоже сама сшила? – моя колкость заставляет улыбке исчезнуть. Растерянно моргает пушистыми длинными ресницами, отчего меня снова заносит.

– Не блядское оно! – топает ножкой недовольно, а меня пробивает на смех. Странно слышать с ее уст матерное слово. – В общем– то, да…Сама сшила. У меня есть мечта – стать известным дизайнером. Я столько красоты нарисовала и сшила! – вскидывает руками совсем как ребенок, смотрит на меня с загоревшимися живыми глазами.

М– да. Старик ошибся с предложением.

Она совсем не годится на роль моей жены. Слишком наивная. Слишком юная. Слишком…привлекательная.

Ей всего восемнадцать. Прекрасное время, чтобы познавать мир, а не становиться собственностью человека на многим старше нее. И опытнее.

– Отец не разделяет мою любовь к моде, – тяжелый вздох возвращает мое внимание к ангелочку. – Если он узнает о том, что было…Я просто не знаю что произойдет. Он накажет всех! И водителя моего тоже. А его нельзя увольнять! Он оплачивает ипотеку за квартиру, в которой живет с матерью. Она тоже у нас работает. На кухне.

Слушаю одним ухом тираду длинных слов и вспоминаю парнишку – водителя.

Ага. Вот его наказать как раз нужно. Все произошло из– за его ошибки. Не должен был отпускать молодую девушку в таком наряде, да еще и в таком месте одну.

– Ладно, хватит. Поехали уже. По дороге расскажешь мне все: о том, как на подиуме оказалась, как поступила без ведома отца.

Не оборачиваясь, шагаю в коридор, уверенный в том, что ангелочек идет за мной.

Вспоминаю про маску, оставленную в бардачке машины. Думал отдать ее девушке, но кажись уже передумал.

Раз она забрала мой пиджак и рубашку, то я заберу себе ее маску.

Глава 16

Дженни

В машине повисла тишина, нарушаемая лишь тихим звуком мотора. Я сижу уже на переднем сидении, отвернувшись к окну, и могу лишь догадываться о буре, бушующей внутри Ярычева.

Меня раздражает это молчание, воцарившееся после того, как я выложила все про подиум. Однако спросить о чем– либо еще я не осмеливаюсь. Что– то в его словах заставило меня почувствовать себя…виноватой.

До нашего особняка мы доехали быстро, поскольку живем в соседнем районе. Оказывается!

Я просто молюсь, чтобы этот большой и грозный мужчина, в руках которого сосредоточен весь город, умолчал о моей маленькой шалости перед отцом, и мы просто разойдемся как в море корабли.

Единственное…

Сделка.

Брак.

Отец правда так поступит со мной? Как с какой– то вещью ради выгоды?

Я тут не знаю, как оправдаться за свой внешний вид и появление Ярычева рядом.

Охрана издалека светит фарами, проверяет номера машины и запускает нас внутрь. В этот раз люди авторитета с нами не поехали.

Мужчина выключает двигатель, припарковавшись прямо перед подъездом. Громко хлопнув водительской дверью, он обходит свой мощный внедорожник из люксового класса автомобилей и открывает дверь с моей стороны.

Смотрит на меня безучастно своими каре– зелеными глазами и протягивает руку.

С сомнением смотрю на большую ладонь и все же вкладываю в нее свою. Лучше он мне поможет, чем будет наблюдать за моим голым задом в попытках спуститься. Рубашка и так в сидячем положении бессовестно задралась!

Клянусь, отныне я буду носить под своей одеждой защитные шортики!

Прикосновение к горячей мужской коже вызывает мурашки по всему телу, но мою руку быстро выпускают стоит мне оказаться на земле.

Туфли взять мне не разрешили, поэтому прохожу по мощеной брусчатке босая. Быстро перебираю ногами, чтобы успеть за широким шагом Ярычева.

У входа нас помимо охраны отца встречают еще люди. Скорее всего, охрана Ярого. Тот отходит в сторону и перебрасывается парой фраз, пока я оглядываюсь по сторонам, выискивая отца.

Мне нужно привести себя в порядок. Нельзя перед отцом показываться в таком виде.

Спешно подхожу к лестнице, хватаюсь за перила, другой рукой удерживая край рубашки, чтобы ничего лишнего не было видно.

Поднимаю взгляд, вступая на первую ступеньку и замираю на месте.

Отец уже там. Смотрит на меня с самой верхушки и хмурит брови, когда медленно проходится по мне.

Стоит неподвижно, спрятав руки в карманах классических брюк.

Сбоку еле различаю разговоры мужчин, а затем и вовсе вздрагиваю, когда рядом проходит мощная широкая спина Ярого.

Он молча окидывает меня взглядом, и я понимаю, что мне следует пойти за ним.

Пусть он ничего не расскажет отцу! Пожалуйста! Иначе света белого мне не видать.

Отец приглашает авторитета к себе в кабинет и меня бросает в озноб от чувства дежавю. Все произошло именно из– за того, что подслушала то, что не следовало.

Ярый проходит в кабинет, но не садится в кресло. Он встает напротив длинного дорогого стола из чистого дерева, за который уже уселся отец. Скрестив пальцы в замок, родитель выжидающе смотрит на меня.

Не выдерживаю его осуждающий взгляд и смотрю куда– то в пол.

– Вам следует усилить охрану своей дочери, мистер Астрид, – ровно спокойно как будто мы тут обсуждаем само собой разумеющиеся вещи, говорит Ярычев.

Папа стреляет в меня недобрым блеском.

– Что произошло? Ты в такой спешке уехал, что я толком и не понял ничего. И…Дженни, – обращается уже ко мне. Покорно поднимаю свои глаза на отца. – Почему ты…в таком виде? – он подозрительно смотрит на меня, затем косится на Ярого и снова на меня.

– Решил познакомиться со своей будущей женой, – от заявления мужчины меня словно хлыстом ударили. Нервно жую губу, смотрю в пол, вытаращив в страхе глаза.

Отец как– то чересчур галантно кашляет, поднимается со своего кресла и поправляет идеально сидящий жилет.

– При всем моем понимании, Джамиль, ты не должен был трогать ее до свадьбы.