Блуждающая точка равновесья. Стихотворения

- -
- 100%
- +

© И. Базилева, 1980–2021
© В. Бельский, оформление, 2026
Стихи и жизнь Ирины Базилевой
Актуальный гений непрошедших времён

Ирина Базилева (девичья фамилия – Кочнова) родилась в Москве 22 мая 1956 года, окончила школу № 5, которую любила, и факультет международного права МГИМО, который тоже любила и ценила. Потом, когда с первым мужем Владимиром Бельским, работавшим в советском посольстве во Франции, сразу же после института четыре года жила в Париже, поступила в Сорбонну на магистерскую программу по искусствоведению. Когда вернулась в Москву, окончила аспирантуру ИМЭМО, входила в творческую тусовку, участвовала в семинаре молодых поэтов. Техника стихосложения, придуманный ею приём тройной рифмы, уникальны. Аналога нет ни в русской, ни в зарубежной поэзии. Некоторые искусствоведы могут отнести поэзию Ирины Базилевой к концептуализму из-за пронзительности в передаче смыслов, другие – к метаметафоризму из-за укрупнённых образов, яркости красок, концентрации сгустков энергии.
«Книга Ирины Базилевой свидетельствует, что писание стихов было для неё жизненной потребностью, если не необходимостью, – пишет Олеся Николаева, тоже замечательный поэт, знавшая Ирину Базилеву с юности, они учились в одной школе (Олеся классом старше). – В них чувствуется характер автора, открывается её лицо. Редкое сочетание мужественной силы и женской хрупкости. И неслучайно здесь угадывается „цветаевская складка“, слышатся ее далекие отголоски. И – взыскательное и в то же время любовно-трепетное отношение к слову:
Остановитесь!Слово выпало из гнезда!Хочется в ладонях его согреть.Но в руки взять – не страшней ли птенцу беда:Мать уже не научит его петь…»Вернувшись из Парижа, Ирина Базилева работала в науке, потом в конце 80-х – начале 90-х – куратором первых галерей современного искусства в новой России. Организовывала художественные выставки в Москве, Берлине, Токио, Сингапуре и других городах мира. Работала в управлении изобразительного искусства Министерства культуры России. Входила в редакционный совет «Художественного журнала» (ХЖ). С презентациями по современному искусству доехала даже до Среднего Запада, где читала лекцию в Университете Маркетт и в художественном музее на берегу озера Мичиган в городе Милуоки в штате Висконсин. Ирина опубликовала более трехсот статей как об искусстве, так и о политических вопросах, маркетинге и проблемах менеджмента.
Занималась и переводами. В отличие от многих, кто делал это только для подработки в те непростые в материальном отношении времена, говорила (хотя деньги тоже были нужны), что любит переводить. И была на редкость трудоспособной, и в этом деле тоже. Быстрая, ладная. Переводила по тридцать страниц в день, а работать могла не восемь, а десять, двенадцать, четырнадцать часов. Из переводческого коллектива, участвовавшего в создании русской версии двух томов из трилогии Дэниела Бурстина «Американцы», вклад Ирины Базилевой был в разы большим, чем у других.
На велосипеде со вторым мужем Сергеем Базилевым путешествовали по стране (страна от слова «странствовать») на сотни и даже тысячи километров. Ездили в Киев, в Крым. Поездка в Крым стала даже свадебным путешествием, – тогда пышные свадьбы были не обязательны. А познакомились они с Сергеем Базилевым в Новом Свете в Крыму, куда Ирина ездила почти каждое лето. Жили на берегу моря, читали стихи, пили крымское вино, спорили об искусстве и о политике. «Ты помнишь, как всё начиналось?» Познакомились и не расставались. Это было накануне перестройки, которую Ирина Базилева ценила – считала, что с середины 80-х до распада СССР уже никого за взгляды не сажали и не притесняли. А когда открыли границы, с мужем, а иногда и с детьми объездили на машине Европу, путешествовали по Франции, Германии, Швейцарии, Австрии и другим странам.
Восхищаясь Парижем, по-настоящему любила Россию. Отличалась патриотизмом в ещё тогда не искаженном значении этого слова, интересом к истории страны, прошлому и настоящему. Читала исторические книги, ценила допетровскую Россию, даже «Домострой» хвалила. Любила работать на земле. На даче в деревне в Нижнем Алопово в Калужской области в советские годы, когда с овощами-фруктами было нелегко, имела огород размером почти в гектар. Говорила, что земля, труд на земле, успокаивает, что она чувствует землю. А выращенные кабачки раздавала благодарным друзьям. Эта любовь к своему краю нашла отражение в стихотворениях, вошедших в данную книгу. В лекциях о России и современной политике иной профессор, подчас даже не зная автора, нет-нет да процитирует строчки: «Не падай, мой ангел. Не складывай крыл». А это из стихотворения Ирины Базилевой.
После перерыва в работе, связанного с рождением второго сына Фёдора, в конце 90-х освоила компьютер. Работала веб-редактором, возглавляла интернет-направление в IT— и консалтинговых фирмах, а затем руководила там маркетингом и развитием бизнеса, став через несколько лет заместителем генерального директора в крупнейшей российской аудиторско-консалтинговой компании. Входила в число лучших маркетологов страны. Упорство Ирины – то, что по-английски называется stamina, – восхищало. Как сказано в стихотворении: «Я гребу, не покладая вёсел». Несмотря на препятствия и проблемы со здоровьем, защитила диссертацию, и с удовольствием – как всё, что делала, – преподавала в Высшей школе экономики.
У Ирины Базилевой была, да простят за использование ставшего клише словосочетания, активная гражданская позиция. В конце 70-х перевозила из Парижа запрещённые в СССР книги. Рассказывала, что в ещё доперестроечные времена, при обсуждении диссертации по международному праву, не пошла на попятную и не стала вносить в собственный текст изменения, с которыми была не согласна. Во второй половине 80-х в соавторстве писала статьи в поддержку консенсусного голосования как инструмента продвижения демократии. Была среди защитников Белого дома в дни ГКЧП в августе 1991 г. Сама впоследствии говорила, что, учитывая, как потом развивалась история, уже неловко об этом упоминать. Но не согласимся, этим надо ещё как гордиться! Уже в последние годы была сопредседателем Стратегического совета Союза женских сил. Много занималась благотворительностью. Поддерживала детские дома, ездила в приюты.
Была на редкость красивой, и внутренне, и внешне. С точёной фигурой. Читатели сами ещё раз убедятся в этом, увидев включённые в книгу фотографии и картины Сергея Базилева. Ирина служила источником вдохновения этого выдающегося художника, одного из трёх создателей советского гиперреализма, работы которого представлены в Третьяковской галерее и в других музеях мира. Ирина была предметом восхищения парней в юношеские годы на Николиной горе, где её мама Марина Кочнова снимала тогда дачу. Николину гору Ирина тоже очень любила. В те времена река была широкая и глубокая, компании большие и весёлые, заборы низкие, а просеки без шлагбаумов. Ирина была там всеобщим кумиром. И в недавние годы, когда приезжала туда в гости, выросшие парни её юности становились особенно обходительными.
Ирина Базилева была модной и стильной. Следила за всем новым, что появлялось в жизни, науке и искусстве. Любила современную музыку. В начале 80-х, давая всем желающим слушать магнитофонные записи, открывала знакомым и друзьям рок-оперу «Юнона и Авось». Была современной. Что называется, «в тренде». Даже склонна была полагать, что бумага уже не в цене и изданные типографским способом книги уступают место электронным. Но, по меткому выражению издателя Эндрю Нюрнберга, книги стали такие, «что их хочется съесть». И без книги стихов Ирины Базилевой нельзя обойтись. А видели бы вы, как Ирина танцует! Танцевала в детстве на Николиной горе. После пятидесяти записалась на курсы латины и с большим задором занималась сальсой. На шестидесятилетие, которое праздновали в кафе в Тимирязевском парке, приехала на полученном в подарок долгожданном самокате. Весной последнего года жизни с семьёй старшего сына Владимира с упоением каталась на горных лыжах в Красной Поляне.
Ирина была человеком не только глубоко верующим, но и воцерковлённым. Ходила в храм, исполняла обряды, соблюдала посты, была членом прихода. Каждый год на Крещенье окуналась в прорубь. Деревня Нижнее Алопово, где с мужем ещё в 80-е купили дом, неслучайно находится недалеко от Оптиной пустыни – часто ездили туда на службу и на праздники. Как сочеталось в одном человеке то, что она с мужем держала дом открытым для художников и поэтов и в те же годы собирала у себя на Пасху и в Рождество крестников и их родителей? И как её сверхсовременность соотносится с симпатией к допетровскому времени с его «Домостроем»? Не будет преувеличением сказать, что Ирина была человеком возрождения, – русского возрождения, начавшегося в 80-е. Возрождения в прошлом. Возрождения в будущем? Ирина ушла в самом конце 2021 года. Земную жизнь Ирина завершила – как хотела: с миром и радостью. Говорила, что у неё хорошее настроение. Встречалась с друзьями. Съездила с сестрой Катей в Черногорию и к однокласснице в гости в Подмосковье. Наматывала километры прогулок и продолжала вести занятия в Вышке до последних дней. Ушла осенью: в то время года, которое любила больше всего.
Друзья и почитатели таланта Ирины Базилевой мечтали, чтобы эта книга стихов увидела свет. Хочется верить, что книга останется не только как память. Но и людям удовольствие и наслаждение на века. Поэзия Ирины Базилевой – это «прокол к вечности».
Наталия Бубнова
Стихи

«Ни линий, ни царапин на ладонях…»
Ни линий, ни царапин на ладоняхНе удержать как знаков оправданья!Всё перечёркнуто, и ни один чертёжНе остаётся неизменной картой.И не проставить на морях бездонныхОтметок глубины, и гор названьяНе держат их высот. И не взойдёшь,Измерив путь от финиша до старта.Как съёжилась чистейшая из клятв,Когда дорога тысячью морщинРассыпалась от глаз к вискам и дальше…И нет давно загаданной опушки,Лишь по стволам скользит дрожащий взгляд.Что нас коверкает? Что мы вершим,Ложь пожиная, не посеяв фальши?И отсыревших закромов не сушим.Прости, родной, но раньше только смертьКазалась мне единственной разлукой.И та – на миг. А сколько их теперь!Крупинками по узкому столу —И на пол. А попробуй разглядеть!И в горсть смахнуть. Что будет мне порукой?Слова в кармане? – Вдруг они – за дверь?А может, притаились в том углу?И разве можно силу доливать,Как выдохшийся спирт, из пузырька?Так мы пытаемся её хранить,Но пол в следах, и в трещинах стена,Как и ладонь. И на кого кивать?На вечную судьбу, что не зорка?На высохшее море, на гранит,Песком покрывший очертанья дна?Я разве так хотела? Я из рукНе отпускала вёсла! Вспомни, какКазалось, что всё время виден берег!Но неужели вера – только круг,Черта, и невозможен даже шагВперёд без искаженья и потери?1988Гимн резине
Болезнь чужую кожурой – с рук.Дорожной грязи у порога совок.Резину славьте!: на живот – круг.Резину пойте!: на порок – сапог.От крови фартук – со стола вино.Резину совесть натощак жуёт.С резины пятна – со стыда виной.И плоть чиста – не прорастёт, не сгниёт.Как с кожи пластырь, целлофан – с чувств.Прочна резина, значит в грязь – путь!Пыль с каблуков или слова с уст,Раз есть резина, значит грязь пусть!В застывший ужас заточить смогСвой крик больной – под маской лени затих.И чуда нет: «Не замочив ног»!Раз есть удача – по колено зайти.Отходы века – разноцветный поток.Играя в краски, не остаться сухим!В резину память облачивший, потомСнимает кожу, как перчатку с руки!1985
Богуслав
Как мох на камне,Слово прорастаетдыханьем,Его прозрачность одевая в цвет,Как листья рост или вода теченье.Живые тканиРаспускают тайнысозданья,Расправившего плечи в естестве.Как чудом голоса кричит рожденье!Так эта славаСвета и теплаесть гимнПроросшему из семени в земле,Восставшему в своём подобье Слову.Мир солнце плавитВ массу для стекла. —Благим,Прозрачным духом в раскалённой мгле,Предстанет разноцветный прах былого.Движеньем чистымЗвонкий луч рекиизогнут,И камни разбивают на цветаПронзительную, чистую прозрачность.Желаний чьих-тоЖадные росткине сохнут. —Но их утех слепая суетаНе завладеет чудом жизни зрячей!И чудо Слова славит Богуслав!1980-еСчастье
Котёнок в узорах,мазки жёлтой краскисмягчают контрасты.На окнах узорысмещают пространствослепого простора.Ладони расписаны тонко, как листья,И только морщинкиложатсяпод утросовсем незнакомои не исчезаютот тёплого вздоха.Так тихо…И даже вода не торопится литьсяИз треснутой крынкикошачьей.В пол-ухадрожащий осколоквчерашнего спорапротикалсквозь сна неозвученный ролик,и ликисквозь сна развернувшийся веер —узоры.1984Разлука
Стынут ненужные вещи,углами уткнувшись друг в друга.И неуютно тела поджимают цветы.И увешангроздьями пыли луч, разрывающий кругатыл-свет и пыль. Руку тыль —ной, как будто свела обживать, а не стыть.Стонут простуженно двери,вздыхая открытыми ртами.Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.



