Внутренний свет. Сборник психотерапевтических рассказов для самопознания и исцеления

Но невозможно было спрятать свои эмоции, ибо боль от потери близкого человека ранит так сильно, что в сердце остается огромная рана. Сердце кровоточит, ноет, дает сигнал организму, что ему очень больно, и слезы сами начинают литься из глаз, застилая собой окружающий мир. Конечно, можно игнорировать сердце, но тогда велика вероятность, что рана покроется гноем и еще долгое время будет давать знать о себе.

Боль продолжала душить Аделаиду, но она не хотела делиться ей с кем-то, не хотела выглядеть слабой. Все ее тело сотрясало, разум наполняли болезненные воспоминания. И тогда она не выдержала и решила отправиться в долину забвения.

В долине той, судя по слухам, могли сделать так, чтобы даже самые болезненные чувства, царапающие душу и разрывающие ее изнутри, могли исчезнуть. Аделаида решила избавиться от своих эмоций и отправилась в путь.

Дорога предстояла длинная, сначала несколько дней на поезде, а затем пешая прогулка в несколько километров до долины. Собрав все необходимые вещи и остатки сил, Аделаида направилась на вокзал.

Сойдя с поезда, девушка приступила к пешей части маршрута. Она шла, живя лишь надеждой, что все сможет быть как раньше, что она забудет о сильной потере, пожирающей ее душу, и наконец-то сможет жить счастливо.

Слезы продолжали катиться из ее глаз, боль продолжала удушающе давить и было ощущение что вот-вот она задохнется и упадет. Но даже это не пугало Аделаиду, она была готова остаться навсегда здесь, посреди мощенной дороги, лишь бы перестать чувствовать эту боль.

Внезапно на землю стремительными каскадами воды обрушился ливень. Мокрые волосы липли к лицу Аделаиды, одежда промокла, земля под ногами стала вязкой, и холод пробрал ее неспокойное тело, вызывая неприятную дрожь.

Но она продолжала идти.

«Неважно, что со мной произойдет, неважно, где я окажусь, главное – перестать чувствовать эту боль. Я просто хочу, чтобы эта боль остановилась и перестала меня душить», – думала про себя Аделаида, еле перебирая ногами.

Спустя несколько часов дороги Аделаида увидела желанную табличку «Долина забвения». В ее разуме даже на мгновение проскользнула радость, однако она быстро исчезла и дала свободу остальным, более привычным для Аделаиды эмоциям – горю, печали, ненависти и скорби.

Найдя нужное здание, Аделаида отправилась внутрь. На стойке администрации ее встретила молодая девушка, которая бережно и максимально детально объяснила ей, как проходит процедура забвения, а затем направила ее в нужный кабинет.

Зайдя в кабинет, Аделаида увидела темноволосого мужчину среднего телосложения. Он подготавливал инструменты и был повернут к ней спиной.

– Очередная жертва маркетинга, – мужчина перебирал инструменты, лежащие на столе. – Увидели рекламу забвения и решили, что это выход?

Аделаида не поверила своим ушам. Да что этот незнакомец о себе возомнил?

– Я думаю, что это не ваше дело. Просто выполняйте свою работу. Уверена, вам за нее хорошо платят, – едко ответила Аделаида, смерив спину мужчины яростным взглядом. Он так и не повернулся к ней лицом. Ее поражала наглость этого мужчины, однако у нее не было сил на выяснения отношений, поэтому она просто выплеснула маленький кусочек своей ярости на него. Пусть катится к черту вместе со своими упреками.

– Вы ведь в курсе, что стирая плохие эмоции, связанные с человеком, вы сотрете и все хорошее, что было с ним связано? – мужчина наконец-то соизволил повернуться к ней лицом, казалось, его небесно-голубые глаза видят ее насквозь.

– Конечно, я в курсе. Я с радостью сотру все. Этот человек не заслуживает моей боли, не заслуживает моих эмоций, как хороших, так и плохих, это просто нечестно! – вырвалось у Аделаиды. Слеза предательски начала катиться по ее лицу, обжигая распахнутые глаза, а к щекам подступила краска.

Она почувствовала укол ярости, которая вместе с кровью разливалась по всему телу, эта ярость была готова поглотить все вокруг. Снести все на своем пути. Аделаида не понимала, почему мир так несправедлив. Злость помогала ей справиться с этой несправедливостью, давала пусть и недолгое, но облегчение.

– Хорошо, – отстраненно сказал мужчина и устало потер переносицу. – Ложитесь на кушетку и приступим.

Процедура забвения прошла безболезненно. Очнувшись после нее, Аделаида и правда чувствовала себя намного лучше. Она помнила все, что произошло, помнила о смерти когда-то дорогого для нее человека, однако не испытывала более никаких эмоций.

Ранее пестрившая яркими красками картинка вдруг погасла и стала черно-белой и не вызывала теперь ничего, кроме скуки и утомления.

Аделаида выдохнула с облегчением, смерила мужчину равнодушным взглядом и, наполненная убаюкивающим чувством легкости, направилась домой.

Однако не знала Аделаида, что эмоции, особенно от такой сильной потери, как смерть близкого человека, невозможно стереть. Их можно лишь запрятать поглубже, в самые неприметные уголки души, где они будут разрастаться как плющ, заполняя собой все пространство. И рано или поздно, снова доберутся до сознания.

Так и произошло с героиней нашего рассказа. Пусть она и чувствовала себя лучше, эффекта от процедуры хватило ненадолго. Аделаида начала часто болеть и ее тело терпело одни неприятные симптомы за другими. Подавленные эмоции кричали, хотели, чтобы их услышали, но Аделаида так боялась вновь столкнуться с сильной болью, что не замечала этого.

Болезни тела она воспринимала как что-то обыденное. И игнорировала то, что их становится все больше. Точно также она воспринимала резкие слезы без повода в тех моментах, где прежде она никогда бы не стала плакать.

Через нестабильные эмоции и болезни ее скорбь пыталась вырваться наружу, она хотела, чтобы ее услышали. Но Аделаида игнорировала все признаки подавленной скорби, девушка была уверена, что смогла забыть все плохие эмоции и больше не вернется к ним. Но хотела она того или нет, они все сильнее и стремительнее возвращались к ней.

Со временем радость и счастье вовсе покинули Аделаиду. Она все чаще грустила, а жизнь начала представляться ей серой и мрачной. Однако девушка не могла понять из-за чего так происходит.

Все разговоры об ее близком, умершем человеке она сводила на нет. Аделаида уже не чувствовала той боли, что раньше, но чувствовала, что скорбь подбирается все ближе, дышит ей в спину и тянет свои извилистые, цепкие руки к ее сердцу.

Отрицание скорби помогло ей справиться с сильными эмоциями, но не помогло пережить утрату, пройти через нее и отпустить. Отрицание лишь оставило скопление печали и, горя внутри Аделаиды и теперь, они вырывались наружу и делали жизнь вокруг нее невыносимой. Создавали вокруг нее серую ауру, из-за которой все начинало казаться блеклым, неинтересным и бессмысленным.

В один из дней, когда Аделаида лежала, свернувшись комочком на своей кровати, она услышала резкий стук в дверь. Собрав последние силы для того, чтобы встать, Аделаида опустила свои чугунные ноги на пол и тяжелыми шагами направилась к орехового цвета двери.

Открыв дверь, она бы возможно даже удивилась, будь у нее на то ресурсы. Перед ней стоял мужчина, который несколько лет назад проводил процедуру забвения. Его голубые глаза цвета самых чистых озер тщательно изучали Аделаиду, не оставив без внимания ни один уголок ее тела. Аделаида помнила его грубость и не могла понять, зачем он явился? И как вообще нашел ее адрес?

– Здравствуйте, – на удивление мягко произнес мужчина, продолжая без стеснения ее разглядывать.

– Что вам нужно? – Аделаида смерила его таким яростным взглядом, на какой была способна, посильнее укутавшись в серый кардиган, словно он мог спрятать ее от пытливого взгляда незнакомца.

– Я здесь для того, чтобы получить обратную связь о процедуре забвения, – мужчина запустил руку в свои темные волосы, и Аделаиде даже причудилось, что по его лицу пробежала тень тревоги.

– Поэтому вы пялитесь на меня так, словно я кусок мяса?

– Изучаю ваше состояние после процедуры, – мужчина игриво улыбнулся.

– Хорошая процедура, помогла мне справиться с сильной скорбью, – зевая произнесла Аделаида. Этот разговор начал ее утомлять. Она стояла в старой, не самого приятного запаха одежде. Ее волосы торчали в разные стороны, и она не помнила, когда в последний раз расчесывалась. Но девушку это мало волновало.

– А по вам так и не скажешь, – мужчина смерил ее очередным пронзительным взглядом.

– А вы, я смотрю, все также вежливы и тактичны, – собирая остатки ярости, что в ней остались, сказала Аделаида. – Приглашать вас на чай не буду, отзыв получили, теперь можете убираться, – уже закрывая за собой дверь промямлила Аделаида, вяло почесывая макушку.

Однако мужчина остановил ее, поставив свою ногу между шершавой деревянной дверью и стеной. И, делая вид, что не замечает протеста Аделаиды, проскользнул внутрь квартиры.

– На самом деле, я здесь не ради отзыва, – произнес он и оглянулся по сторонам.

– А зачем же тогда?

– Я всегда понимал риски, связанные с процедурой забвения, поэтому я внимательно отношусь к каждому своему пациенту, и проверяю смог ли тот справиться со своими эмоциями. И, как бы печально не было признавать, я вижу, что ты не справилась, – мужчина с грустью в глазах посмотрел на Аделаиду.

– Не понимаю, о чем вы. У меня все прекрасно, и к тому же не помню, чтобы мы переходили на ты. Оставьте меня, пожалуйста, в покое, – последнее слово Аделаида практически выплюнула.

– Я решил отбросить все формальности. Послушай, у меня не так много времени чтобы тебе помочь, поэтому давай оставим язвительность на потом.

– Мне? Помочь? – ошарашенно спросила Аделаида. – Мне не нужна ничья помощь, я прекрасно справляюсь сама.

– Да, конечно. Только посмотри вокруг. Во что превратилась твоя жизнь? Ты хотела убежать от страданий и боли, но в итоге они все равно догнали тебя, пусть и в другом обличии, – мужчина закатил глаза, явно показывая, что он сам не в восторге от происходящего и шумно вздохнул.

Аделаида не хотела признавать правоту незнакомца. Однако она и сама чувствовала, что жизнь утратила былые краски, а все чувства будто бы вовсе заморозились и оставили за собой лишь апатию и усталость.

– Я вижу, подавление эмоций отнимает у тебя много сил, – осматривая квартиру, где повсюду валялись нестиранные вещи и грязная посуда, произнес мужчина. – На приборку ничего не остается?

– Подавление? – удивленно произнесла Аделаида. – Но я думала, что мои эмоции стерли, а не подавили! Меня обманули?

Хотела бы Аделаида дать этому наглому мужчине затрещину, да сил у нее едва хватало на то, чтобы держать свое тело в вертикальном положении.

– Если бы все было так просто. Наш организм устроен таким образом, что невозможно стереть или уменьшить эмоции, не выпустив их наружу. Но для того, чтобы их выпустить с ними нужно столкнуться один на один, чего многие боятся. Многие не могут посмотреть в лицо своему страху, своей злости, не говоря уже о скорби. И тогда они приходят к нам. Но мы не можем стереть эмоции, мы можем лишь спрятать их поглубже. Однако, как ты и сама уже понимаешь, они все равно рано или поздно вырвутся наружу, только с большей мощностью.

– Можно было предупредить заранее, – Аделаида смерила незнакомца недовольным взглядом. – В любом случае, не думаю, что смогу обнаружить скорбь в недрах своего разума и перестать ее… подавлять, – сказав последнее Аделаида поморщилась.

– Не сможешь или не хочешь? – спросил Аделаиду мужчина и заглянул ей в глаза.

Она замешкалась. Вопрос попал прямо в точку. Она могла найти свою скорбь. Скорбь каждый день поджидала ее за углом и просилась наружу. Желала выйти. Но Аделаида боялась скорби, она делала вид, что не замечает ее и продолжала удерживать плотину, чтобы все негативные чувства, что она когда-то запрятала внутри себя, не сшибли ее с ног.

Скорбь до дрожи в ногах пугала девушку и больше всего на свете ей хотелось впредь никогда с ней не встречаться.

Но разве эти пустые дни, лишенные красок, без чувств и эмоций с постоянной пустотой внутри, лучше встречи со скорбью? Пожалуй, нет. Аделаида была готова взглянуть в глаза пугающему чувству, лишь бы почувствовать что-то вновь, кроме пустоты.

– Что мне нужно сделать? – устало спросила она и облокотилась об стену.

– Встретиться со своей скорбью лицом к лицу. Отпустить контроль и отдаться чувствам. Прожить их, какими бы страшными и разрушающими они тебе не казались.

Ком вновь подступил к горлу Аделаиды. Она очень долгое время бежала от своих эмоций, и встреча с ними зарождала в ее сознании панику.

Незнакомец заметил страх в глазах Аделаиды и взял ее за руку.

– Не бойся. Я рядом и помогу тебе, – уверено произнес он.

Каждому из нас нужен кто-то, кто поддержит нас в трудную минуту и возьмет за руку. Пусть Аделаида совсем не знала этого человека, но его решительность помогла ей.

Она отпустила контроль.

Лавина чувств и впрямь сшибла девушку с ног, и они подкосились. Сознание начало медленно покидать ее. Комната начала кружиться. Не успев опомниться, Аделаида окончательно потеряла контроль над своим телом и ушла в небытие.

––

Очнулась девушка посреди открытого пространства. Ярко-фиолетовое небо с голубыми вкраплениями было полно звезд. Слева от нее шумел водопад, чьи воды каскадами спускались в пропасть, конца которой, казалось, не было. В пространстве вокруг витала волшебная пыль, переливаясь серебристыми и золотистыми бликами. Воздух здесь был свободный и чистый, дышать было легко. Почва под ногами была плотной и имела превосходный лавандовый оттенок.

Аделаида не понимала, где оказалась, но создавалось впечатление, что она где-то на краю вселенной. Осмотревшись по сторонам, вдалеке она заметила лавочку, которая стояла возле обрыва. На лавочке той сидел человек. Сама не зная почему, Аделаида почувствовала болезненный укол в сердце и невероятно сильное желание подойти к этому человеку.

Неуверенно шагая к лавке на краю вселенной, Аделаида все четче могла разглядеть сидящего там человека. Подойдя совсем близко, она поняла, кем он был.

Он сидел все такой же, как и прежде, при жизни, не утратив внешний облик человека. Лишь легкое серебристое свечение вокруг него выдавало, что он чем‑то отличается от Аделаиды. Взор его был направлен за пропасть, где расстилались еще несколько водопадов на фоне волшебного неба, полного сверкающих, словно драгоценные камни, звезд.

– Ты пришла. Я долго тебя ждал, – вдруг произнес он. – На самом деле, я уже начал думать, что ты никогда сюда не придешь, – казалось, его голос дрогнул и рассыпался на множество осколков.

– Ч-что ты здесь делаешь? Где я? Как я тут оказалась? – взволновано начала Аделаида, у нее было так много вопросов. Сердце начало бешено пропускать удары, слезы покатились из глаз, скорбь начала возвращаться и безжалостно наносить ранения.

– Прошу тебя, присядь рядом со мной, – мягко попросил мужчина.

Аделаида послушалась и присев рядом, смогла заглянуть в его серые глаза. Такие родные и одновременно чужие. Глаза ее отца.

– Папа… – вдруг начала рыдать девушка. – Я так скучала! Я так много не успела тебе сказать! Я так мечтала о том, что однажды смогу вновь тебя увидеть и поговорить! Почему ты ушел? Почему оставил меня? Почему не боролся ради меня? Неужели я была совсем тебе не нужна? – всхлипывая, произносила Аделаида, слезы градом падали с ее щек.

– Не говори глупостей, – мягко произнес ее отец. – Конечно, ты была мне нужна, как нужна и сейчас. Я, как и прежде, люблю тебя всем своим сердцем. Я не смог победить своих демонов, справиться с болезнью, которая оказалась сильнее меня, но это не значит, что ты мне не нужна.

– Я так винила себя за то, что не успела с тобой попрощаться. Не успела сказать, как сильно я тебя люблю, как сильно буду скучать. Так винила себя за то, что ни разу не приехала к тебе в больницу, прячась за своей обидой, а ведь ты нуждался во мне и моей поддержке. Ты ушел совсем один, в холодной больнице, среди чужих стен и имен. Я никогда не смогу себе это простить, –продолжала Аделаида, сбивчивым от слез голосом.

– Тебе не за что себя прощать, моя милая. Я сам пришел к такой жизни, сам выбрал такой путь. Сам не смог справиться с зависимостью, которая в итоге погубила меня. Это я должен просить прощения, за то, что не смог позаботиться о тебе должным образом, не смог защитить. Обязанность родителя заботиться о ребенке, а не наоборот. Знала бы ты, как сильно я горжусь тобой, тем, чего ты достигла. Когда я ушел ты была совсем малышкой, потерянным подростком, а теперь ты сильная и взрослая женщина. Тебе осталось лишь отпустить скорбь по мне, отпустить чувство вины, и идти дальше с легкостью, проживая свою интересную жизнь. Ты ни в чем не виновата. Не неси этот груз на себе.

– Но как же я могу, зная, что больше никогда тебя не увижу, никогда с тобой не поговорю? Я смотрю на твои вещи, смотрю на твои книги, и думаю о том, как было бы здорово обсудить что-то вместе, узнать твое мнение, узнать тебя… – голос Аделаиды стал совсем тихим. – Мне разрывает сердце лишь одна мысль о том, что я больше никогда с тобой не поговорю! Как же я могу жить с легкостью, осознавая это!

– Ты всегда сможешь со мной поговорить, моя милая, ведь я буду в твоем сердце, рядом с тобой. Я всегда буду любить тебя, свою единственную дочь, всегда буду гордиться тобой и наблюдать за твоими свершениями. Отпусти чувство вины, отпусти непосильную ношу, что воздвигла на свои хрупкие плечи. Чем лучше ты будешь узнавать себя, раскрывать свои черты и таланты, тем лучше ты будешь знакомиться и со мной, ведь у нас с тобой много общего.

–Ты правда не сердишься на меня, за то, что я не попрощалась с тобой? За то, что долгие годы обвиняла тебя и копила обиду?

– Конечно нет. Я все понимаю. Никто не виноват в том, что произошло, просто таков был мой жизненный путь. Тебе не нужно мое прощение, тебе нужно простить саму себя, – сказал отец Аделаиды и заглянул ей в глаза.

– Но я не знаю как, – растерянно произнесла Аделаида.

– Прими, что ты не должна быть идеальной, не должна всегда поступать правильно. Прими, что, когда я ушел ты была подростком и не знала, как правильно реагировать. Ты перенесла уже достаточно страданий, так отпусти же чувство вины и заполни это пространство благодарностью. Благодарностью за наши счастливые моменты, за то, что нам повезло провести время вместе, пусть и недолгое, но у кого-то нет и такого. Будь благодарна за наш совместный путь и прими, что я и дальше буду в твоей жизни, но не так материально, как хотелось бы.

Слезы продолжали литься из глаз Аделаиды, однако, от услышанного она почувствовала, как легкость разливается в ее теле. До нее неспешно начала доходить мысль, что виноватых и правда нет в этой трагичной ситуации. Это лишь жизненный урок, который ей       необходимо было пройти. А отец, он навсегда останется с ней в виде приятных воспоминаний и теплого взгляда серых глаз на фото.

– Я очень сильно люблю тебя, папа, – произнесла Аделаида, крепко обнимая отца.

– И я очень сильно тебя люблю и всегда буду любить, – мягко сказал отец, обнимая ее в ответ.

Но тебе пора идти, продолжать свою жизнь, а я буду наблюдать за тобой отсюда, – он указал на водопады, струящиеся напротив лавки, и Аделаиде показалось, что он видел всю ее жизнь сквозь них, всегда присматривая за ней и находясь рядом.

– Я не хочу уходить без тебя, – печальным голосом произнесла Аделаида.

– Ты и не уходишь без меня, помни, что я всегда рядом с тобой, в твоем сердце. Я всегда за тебя, всегда поддержу тебя и встану на твою защиту, не умаляй образ меня в своем сознании. Не пытайся спрятать эмоции, и я всегда буду рядом.

И ее отец был прав, ведь не столь важно, что происходит в реальном мире, главное, чтобы внутри нас всегда была образ любящего родителя. Ведь когда мы вырастаем, ответственность за нашу жизнь, за то, чтобы нас любили и защищали, лежит только на нас самих. Не на наших родителях.

– Знаешь, когда тебя не стало, мне показалось, что я потеряла часть себя. И так, пожалуй, было на самом деле. Я отказалась от той части себя, которая испытывает любовь к тебе, чтобы не чувствовать скорбь, отчего стала неполноценной. Но теперь я принимаю эту скорбь и боль, вместе с любовью в своем сердце и чувствую, что я наконец-то вновь цела.

Произнеся последнюю фразу, Аделаида почувствовала, как ее сознание мягко начало утекать куда-то далеко, мир вокруг начал вращаться, и она лишь запомнила доброе, полное любви, лицо отца, который провожал ее в настоящую жизнь, но не прощался.

– Ну же! Очнись! – вырвал из небытия Аделаиду резкий голос.

Открыв глаза, она увидела все того же незнакомца перед собой. Он волнительно оглядывал ее и пытался понять, все ли хорошо.

– Ты в порядке?

Резкая головная боль ударила Аделаиду, однако тело утратило прежнюю слабость и было полно сил и легкости.

– Да, теперь я и правда в порядке, – ответила Аделаида.

Она не знала, что произошло. Была встреча с отцом сном или чем-то паранормальным? Она знала лишь одно – он любил ее и ни за что не винил. А самое главное – она смогла отыскать любовь в своем сердце и перестала винить саму себя. Она выпустила скорбь, встретилась с ней лицом к лицу и прожила негативные эмоции благодаря встрече с отцом.

И вовсе неважно – была та встреча настоящей или нет, она всегда могла отыскать отца в глубинах своего сердца и поговорить с ним вновь. Она поняла, что он не ушел безвозвратно. Он всегда будет рядом с ней, просто в немного другой форме.

– Ты меня напугала. Я, конечно, ждал истерики и слез, но никак не ждал, что ты потеряешь сознание, видимо боль от утраты была слишком сильной. Хорошо, что ты смогла с ней справиться.

– Мне помогли, – улыбаясь и вспоминая отца, ответила Аделаида.

– Может выпьем по чашечке кофе? – вдруг спросила она. – Я знаю отличную кофейню тут неподалеку.

Незнакомец лишь согласно кивнул, и, взяв вещи со стола, Аделаида отправилась к двери.

Теперь она понимала, что ей не за что себя наказывать. Теперь она разрешила себе счастливую жизнь, полную приключений и радостных моментов. И пусть порой грусть от утраты снова возвращалась к ней, она приносила с собой и теплые воспоминания, греющие душу Аделаиды.

И только приняв все свои части, Аделаида смогла обрести счастье. Она сделала все, чтобы закрыть долину «Забвения» раз и навсегда. Чтобы и другие люди могли справиться со своим горем и отправиться дальше в путешествие под названием жизнь. Путешествие, которое, порой, бывает очень болезненным, но одновременно с этим преподносит и очень много подарков.