- -
- 100%
- +
Мейе выпрямился, поднимая скулящего сына, кутая его в плащ. Посмотрел на меня, мысленно признавая мою власть над ним.
Я оглядела всех собравшихся, и ударила по ним своей альфа-силой, заставляя биться в судоргах боли.
«Вы — собачьи отродья, а не волки. Слишком много себе стали позволять без последнего Альфы, он — единственный, кто был носителем капли крови богов среди вас. Я — дар ему, пришедшая с гор, чтобы божественная кровь не оставляла этот мир. Как только наш род прервется, вы больше не родите ни одного щенка. Этот мир будет принадлежать людям… Мой отец, Осеокут*, отвернется от вас!».
Оглядела их, ослабляя свою силу.
«Серые ублюдки, посмевшие убить моего мужа — Амере, должны заплатить кровью. Вы здесь собрались в надежде урвать кусок власти? Так вот вам власть, собирайтесь в поход! Всех серых волков, посмевших напасть на меня и сына — убить!»
Дала возможность всем подняться с земли.
«Все Беты и Омеги, желающие быть в моем личном распоряжении, могут остаться. Но — дав клятву на крови…», — ощерилась в оскале.
Потом подошла к Мейе, он протянул мне сына. Аккуратно перехватила его за шкирку и, не спеша, трусцой, пошла к видневшемуся замку. Я точно знаю — он нас ждет, меня и наследника Альфы, перворожденного, и первого из рода Осеокутов в этом мире.
Подошла ко рву, перекрывающему проход в замок, посмотрела на белую громадину. Он гулко вздрогнул, заскрипел ржавыми цепями, и начал опускать мост.
Я оглянулась: за моей спиной стояло три десятка воинов, и Мейе, он не сводил с меня взгляда, боясь пропустить что-то важное. Мысленно сказала ему не приносить клятву верности, ведь он уже дал ее моему сыну…
Все мужчины, поняв, что я остановилась в ожидании, положили свои вещи на землю и, достав из ножен кинжалы, начали зачитывать слова древней клятвы на крови. Затем, на последнем слове, полоснули себя по ладони и стряхнули кровь в снег.
«Клятва принята!», — произнесла я.
Мост позади меня опустился, и я, снова повернувшись, пошла по нему.
«В замке только бабы не хватало! Все зло — от них, придется терпеть, пока щенок не вырастет! — странный голос в моей голове занудничал. — Еще и толпу тащит с собой, корми их всех!», — внезапно догадалась, что это говорит замок… так вот о чем говорили волки — о том, что он живой!
Интересно, а он знает, что я его слышу?..
Едва я прошла сквозь ворота, снова скрипнули цепи. Этот гад решил поднять мост, не дожидаясь, когда зайдут волки…
В два прыжка оказалась на середине моста, он дернулся и застыл. Мужчины торопливо пересекали его, скрываясь под стеной замка. И как только последний из них покинул мост, я пошла за ними, не торопясь, провоцируя замок на эмоции.
«Смотри, какая догадливая, — буркнул он, — с ней явно будут проблемы, сейчас начнет командовать… А я сделаю вид, что не слышу! Пусть вон, волки ей служат! Я еще бы женщине не служил!», — сказал и затих, я прошла под стеной, мост, скрипнув, поднялся, закрывая вход в замок.
Двери мне уже открыли мужчины, и я прошла по холлу до лестницы, ведущий на верхние этажи. Было настолько пусто… словно замок ограбили, при этом вынесли все, кроме светильников на стенах. Посмотрела по сторонам, не понимая, что происходит, и поспешила наверх, мне надо срочно кормить сына.
Потом разберусь со всем остальным…
Добравшись до второго этажа, я потрусила к первой же двери, она распахнулась передо мной без каких либо усилий. Эта комната отличалась от пустоты за спиной, это видимо было когда-то гостиной, из мебели здесь были стол, кресло, стоящее напротив камина, и возле кресла лежала шкура огромного животного.
Двери за моей спиной закрылись сами, я положила малыша на шкуру.
Как вернуть свое тело?..
Закрыла глаза, вдох — выдох, и вот я уже стою в человеческом образе. Волчонок тут же обернулся в ребенка, и сразу закатился в требовательном плаче. Я стянула с себя платье через голову, скинула обувь, и, взяв сына на руки, села в кресло, положила его на колени.
На груди рубашка имела разрез, достаточно было потянуть за ленты, что были завязаны на горле, и тут же оголилось плечо. Ткань, которой я перетянула грудь, была размотана, и подложена под сына.
— Ну, сын, маленький Амере, давай начнем? — подняла его, приложила к груди. Пришлось ему помогать, он никак не мог найти источник пищи, сердился и терял терпение. Но вот желаемое было получено, и он жадно присосался, давясь, но не отпуская грудь.
— Ну вот, мы дома. Теперь бы разобраться со всем, что здесь есть… — произнесла вслух. — В комнате холодно, камин бы разжечь… и чаю горячего…
Но чуда не случилось, замок остался глухим и слепым к моей просьбе.
Это плохо, мало того, что мне придётся взять на себя непонятные обязанности Альфы, а еще и вредный замок в наследство достался.
Ах, да, еще я забыла про войну с серыми. Но, мне кажется, просто послать белых воевать не получится..., и у меня есть Беты, вот пусть и разруливают проблему.
Еще… Еще, я впервые убивала, нет, я не жалела о наказании, но не поторопилась ли я? Что-то странное промелькнуло в памяти Альфы, когда его хребет хрустел на моих клыках… но я об этом подумаю завтра…
Сын, наевшись, уснул, не оборачиваясь в волчонка. Я запеленала его в кусок ткани, уложила в кресло, с которого поднялась. Надев платье обратно, и снова натянув сапоги, вздохнула. Мне нужна своя комната, колыбель, и ванная… Одежда, еда, и много чего еще…
А с замком надо как-то разбираться…
Взяла сына, мне надо вернуться к воинам, есть подозрение, что они дальше холла не ушли.
*Осеокут – бог волков
***
Спустилась по каменной лестнице, снова удивляясь пустоте в замке.
Мужчины нашлись стоящими так же, в холле.
— Почему вы не ищите себе комнаты? — спросила у них.
— Замок не пускает, весь первый этаж — закрыт. Вход есть только на второй, но не одна дверь не открывается… — пояснил Мейе.
— Подержи, пожалуйста, — протянула сына ему, — я назвала его Амере, в честь отца. К сожалению, я точно знаю — он мертв, — мужчина аккуратно взял младенца в руку, укладывая удобнее, и придерживая второй.
Сын сыто икнул, и пустил молочные пузыри, у Мейе во взгляде мелькнуло одобрение. Переживает?..
Он аккуратно обтер уголком ткани губки малыша, и укутал в плащ. В замке было холодно.
Я огляделась, обнаруживая рисунок на каменном полу. Он был почти стерт, и едва виден и понятен. Но я, напрягая зрение, чтобы его разглядеть, внезапно перешла на магическое. Перед моим взором расцвело полноценное полотно. Волки — с три десятка, светила в середине над замком — это было круг в круге, кольца с рунами, их я насчитала семь.
Чем дольше я вчитывалась, тем ярче загорались для меня руны и знаки. В памяти всплывали их значения, потихоньку выстраивая текст — послание потомкам. Интересно, это мне дочь бога подсказывает? Или я сама это знаю…
«Я по-прежнему живу в чертогах отца — бога Осеокута. Так как моя пара мертва, мне больше нет места в этом мире. Поэтому я буду приходить только в крайних случаях, и только в волчицу. Твое тело — только твое, и ипостась волчицы - Альфы — тоже. Теперь это — твоя жизнь, и память будет подсказывать тебе, если ты будешь нуждаться в таких подсказках. Старайся меня не призывать, иначе у меня будет соблазн остаться здесь навсегда… рядом с сыном. Предвосхищая твой вопрос, почему ты здесь, я не могу на него ответить. Но ты вспомнишь, обязательно, — потом небольшая пауза. — Подари мальчику материнскую любовь, ту, что я не смогу дать…».
Ее голос в голове выбил из меня дух. Мне кажется, я даже перестала дышать, а когда очнулась, то вдохнула так глубоко, что закашлялась. Мужчины смотрели на меня с каким-то странным восхищением…
Видели, как приходила богиня? Это как-то проявилось внешне?
— Поднимитесь на второй этаж, освободите мне холл… — попросила я их. Дождалась, когда они соберут вещи и вступят на этаж.
Руны мне сказали, что для того, чтобы замок слушал хозяина - хозяйку, надо активировать вот эту пиктограмму под ногами. Подошла в середину, встала на нее, и, вытащив кинжал из ножен, снова напрягла зрение. Присев на корточки, порезала себе палец, и начала обрисовывать руны: как только я это делала, каждая загоралась. И так я сделала шесть раз, и выпрямилась, закрыла глаза и позвала.
«Умная, да? Странно… Я считал, что все баб… женщины — глупые создания, а уж сколько я их повидал! — замок огорчился моим действиям. — Чего изволит… мать Альфы?», — даже хозяйкой не признает, столько желчи в голосе. Ну, ничего, найдем его слабое место… оно есть у всех!
«Комнаты для моих Бет и Омег, спальню мне, и рядом комнату для Дядьки. Доступ к кухне, запасам, дровам… Мне — горячей воды в комнату, и одежду, и ткань для сына, на пеленки! Нагрей замок, холодно!», — надеюсь, что он выполнит мой заказ, а не выкинет какой-нибудь фортель.
«Как изволит… мать!», — яд прямо сочился сладкой патокой.
Меня даже передёрнуло от неприятных ощущений, видимо, он на меня проецировал свое недовольство.
Открыла глаза, в холле точно ничего не изменилось. А, вот, вижу открытые двери в большую комнату с длинными столами и лавками, видимо, едальня. Подошла ближе, там, в камине, вспыхнул огонь, я кивнула — прекрасно.
— Спускайтесь, сейчас будем смотреть дальше, — позвала мужчин, и первым делом забрала сына из рук Мейе.
Мы прошли в противоположную сторону, под лестницей обнаружилась еще одна дверь.
— Это — наш этаж с комнатами… — пояснил один из Бет. Надо будет, кстати, определить основных моих помощников.
— Если что-то нужно будет, сразу говорите! Так, теперь идем искать кухню и кладовку… — направилась к еще одной двери. Замок опять обдал меня неудовольствием.
Зайдя в кухню, поразилась ее размерам, тут можно готовить на целую армию.
— А где берут запасы? Где взять поваров, прислугу? — заглянула в еще одну дверь, что была прямо в кухне. Это была кладовка, в ней я обнаружила скудные запасы корнеплодов, круп, муки, еще чего-то в горшках и бочонках.
— Что-то сажаем сами, что-то покупаем в столице, когда весной приплываем туда. Продаем мех, обмениваем камни, что добываем в горах. Потом привозим купленное, и платим оброк, сюда, в замок, — пояснил все тот же Бета.
— Как тебя зовут? — решила, не откладывая, сделать его правой рукой.
— Гедель, леди! — он склонил голову.
— Ты в этом разбираешься — в оброке, закупках?
— Да, я справлюсь!
— Назначаю тебя… — замялась, не зная как назвать его должность. — Интендантом!
— Благодарю за доверие! — его в глазах загорел огонь интереса.
— Так, с этим определилась. Где взять прислугу?
— Весной из столицы можно будет привезти! — успокоил он меня.
— Хорошо, а сейчас кто будет готовить? С уборкой, думаю, мы справимся…
— Мы готовы приступить к готовке! Мы — повара, и были на обучении в городе, при кухне одного из человеческих лордов! — я прямо облегчение почувствовала, не люблю готовить, да еще на такую кучу народу.
— Эта должность — ваша! — кивнула я. — Теперь еще один момент. Я там перед замком начудила… — как хоть сказать правильно…
— Об этом не беспокойтесь. Дайте приказ, остатки преступивших грань дозволенного будут доставлены в каземат при замке. О мертвых не беспокойтесь, их сожгут на вечерней заре, согласно обычаям, — вперед вышел очень большой мужчина. Судя по его доспехам, нашивкам, шрамам на лице, он — воин.
— Подожди… Ты, Альфа, пришел служить мне? — оглядывала его.
— У меня нет стаи, почему нет? — он пожал плечами. — И нас трое, — за его спиной стояли еще две таких же глыбы мышц.
Всколыхнулось недоверие… А не желают ли они попасть в так называемые «мужья»?
Глава 6
Молчавший до этого Мейе вышел вперед.
— Они просто хорошие воины. Разберутся со всем, что происходит сейчас за стенами. Тебе только надо назначить двух командиров и одного начальника охраны замка. Двое нужно для того, чтобы, если один уехал с отрядом, то второй командовал остальными.
Ну, хоть кто-то что-то объяснил. Я оглядела их, и решила действовать, отбирая по возрасту. Двух более взрослых, соответственно, опытных, поставить командирами, а третьего, молодого, на охрану.
— Ты и ты — командиры, ты — на охране, — недовольства я не увидела, значит, все нормально. — Замок, слышишь, по приказу командиров или начальника охраны открывать мост! — посмотрела зачем-то на потолок. Мне кажется, он сейчас следит за мной оттуда.
«Слушаюсь и повинуюсь…», — было сказано с сарказмом, а мне почему-то привиделся джин из восточных сказок… Синий… едва успела опустить голову, чтоб скрыть улыбку.
— Еще что-то надо решить прямо сейчас? — вспомнила, что просила воду искупаться.
— Пока нет, — качнул головой Мейе.
— Присмотришь здесь за всем? — попросила его, внезапно чувствуя безмерную усталость. Словно заряд бодрости наконец-то закончился…
— Вам что-то нужно? — мужчины разошлись в разные стороны. Рядом остались Мейе и повара.
— Чаю, перекусить, и, если найдется, чего-нибудь сладкого, — посмотрела на мужчин, потом кивнула Мейе, прося пойти со мной.
Я пошла к лестнице и начала подниматься на второй этаж, меня слегка качнуло. Он подхватил меня под локоть, помогая подняться.
— Наверное, надо смазать рану, я что-то даже и не посмотрела…
— Ты обернулась, уже ничего, кроме шрама, нет. И он через десяток - другой оборотов может вообще исчезнуть, — мы поднялись на этаж, дверей было, наверное, шесть. Мини - гостиная, самая первая, а дальше — непонятно что. Первая дверь, которую я дернула, оказалась входом в апартаменты, явно женские, хоть и практически пустые. Посмотрев на дверь напротив, решила спросить.
— Нормально ли, если ты будешь рядом? — вдруг это будет против правил.
— Кто посмеет что-то сказать, это твое решение. Но мне самому будет некомфортно в таких комнатах. Я буду с остальными, ты всегда можешь позвать меня, — он постучал по виску. — Мысленно, ты же Альфа, теперь все, кто дал тебе клятву, связаны с тобой. Просто потренируйся, представь кого-то, и как только он откликнется, отдай приказ. Так же мы можем звать тебя, но зазря никто беспокоить не будет…, только, если это важно.
— Хорошо, но чуть позже, — кивнула ему. Он развернулся и пошел снова вниз, а я, закрыв двери, пошла осматривать свои апартаменты… Первая комната — что-то в виде гостинной, один диванчик, чайный столик, и все… даже ковра нет, ну или шкуры на полу.
Надеюсь, следующая комната порадует меня… Хотя бы наличием кровати и люльки. Открыв дверь, заглянула внутрь, чуть лучше. Первой увидела красивую резную люльку из дерева, посмотрев внутрь, обнаружила матрас, ткань и лоскутное одеяло с нашитым мехом какого-то белого зверька. Чистое белье, и достаточно тонкое, видно, что не простое, что сейчас на мне. Рядом стоял стол, на нем лежала стопка отрезов ткани, тонкие и толстые, теплые, и, неожиданно, детские вещи… Рубашки и вещи на улицу, что-то в виде кулька из меха, маленькие крошечные уги, штанишки…
Это так было мило, что я даже чуть слезу не пустила.
— Спасибо! — поблагодарила замок, он мне не ответил, видимо, ниже его достоинства.
Кровать тоже была с постельным бельем, меховым одеялом, на полу лежала, опять же, шкура, у стены стоял большой шкаф. Открыв его, с удивлением увидела его забитым одеждой, не уверена, что она новая, но придется покопаться, чтобы что-то найти…
— Сейчас пойдем купаться, — поцеловала в лобик проснувшегося сына.
В спальне были камин и жаровня, они оба сейчас давали тепло, поэтому смело можно идти купаться, если, конечно, вода есть. Осталось заглянуть в еще одну дверь.
Это было странное пустое помещение, посередине — большой деревянный чан, две жаровни, стопка ткани на столе, две плошки с какой-то кашицей на основе трав, и, видимо, мочалка: кусок грубой льняной ткани. Да, и кульминация… дыра в полу вместо туалета, над ней — деревянный стульчак. Я даже заглянуть побоялась…
Отдельно между жаровен стояли табурет и небольшое деревянное корыто.
Потрогав воду, обнаружила ее горячей, поэтому, размотав сына, я уложила его туда, прямо на кусок ткани, в которой он был. Он сжал кулачки, и закряхтел…
Я тщательно его вымыла, вытерла насухо, и, завернув в чистое, положила прямо на стол, обложив тканями. В спальню почему-то побоялась нести.
Скинув с себя одежду, я поднялась на приставленную табуретку, заметив внутри что-то в виде сидения, перекинула ногу и вступила в воду, села. Она была едва теплой, но мне было реально все равно…, я хотела смыть с себя всю грязь. Намочив голову, взяла кашицу из первой плошки, потерев ее между ладоней, увидела пену. Мне этого хватило, тщательно начала втирать в волосы. Смыла, нырнув, снова натерла, потом только взялась за тело. Рана на плече оставила только шрам, темных вен вокруг нее не осталось. Видимо, яд все же вышел…
Терлась льняной тканью, надеясь смыть с себя все, в том числе и чужую кровь. Мне внезапно показалось, что я чувствую ее запах…
Закончив с мытьем, вылезла из уже ледяной воды и, завернувшись в ткани, забрала сына и пошла в спальню. Уложив его в люльку, занялась поисками одежды. Мода в этом мире была странной… Простого удобного платья сразу и не нашлось… Выкинув в угол странное цветастое тряпье, я внезапно вспомнила, что оно мне напоминает!
Одежда гаремных одалисок!
Ах, ты ж, гад… белокаменный!
Сделав глубокий вдох и сильный выдох, успокоила себя. Криком делу не помочь, тут надо подумать. Продолжила выкидывать вещи из шкафа, которые просто были навалены кучей. Обувь, белье, верхняя одежда… Первой нашлась нательная рубашка, я уже обмотала грудь и бедра тканью, устав придерживать простынь на себе. Принюхалась к рубашке: чистая, чужим телом не пахла; натянув ее, облегченно вздохнула. Продолжила увлеченно рыться, а куча с цветными тряпками все росла. Наконец-то, в самом конце, начались вещи более приличного вида. Поэтому, найдя первое платье, правда, темно серого цвета, но с красивой серебряной вышивкой, сразу надела его. Дальше уже рылась в поисках сапог или угг, а не тапочек… или туфелек. Скоро нашлись и тканевые плотные штаны, а следом и красивые кожаные сапоги. Носков, я так понимаю, здесь нет, придется придумывать!
В итоге, еще нашлось восемь платьев, которые я аккуратно сложила на полку. С десяток чистых рубашек, еще пара сапог, одни унты, видимо, на разное время года. Закрыла дверцы почти пустого огромного шкафа. Посмотрела на цветное тряпье, пытаясь найти ему применение…
В дверь постучались, я подошла и открыла.
— Чай, и перекусить, — за дверью стоял один из поваров. — Запасов хватит дня на три, не больше. Завтра волки уйдут на охоту, потому что мяса нет совсем.
— Благодарю, — забрала поднос, мужчина окинул недоумевающим взглядом меня и комнату. В его взгляде мелькнуло сочувствие, но он его быстро спрятал, закрыл двери и ушел. Я подошла к столу, поставила на стол поднос.
— Мне, пожалуйста, кресло, гребней пару, хороших, и что-нибудь, чем завязывать - переплетать косу, — знаю, замок слушает, и следит за каждым шагом.
Возле меня оказалось кресло, а на столе появилась шкатулка, я открыла ее, там были два гребня и с десяток шнурков с камушками на кончиках, и разные цветные ленты. Хм… щедро, появилась мысль - догадка, но погожу ее высказывать…
Взяв серебряный гребешок, удивилась его красоте: усыпан камешками, подозреваю, тоже драгоценными. Но мне сейчас нужен обычный, деревянный, мне придется разбирать пряди, они спутались, и уже начали подсыхать. Взяв второй, начала с кончиков, постепенно распутывая и выпрямляя их. В промежутках, когда уставала, пила чай с медом и кусками хлеба.
— Можно мне зеркало? — надеюсь, оно здесь есть, иначе придется смотреться в воду. На столе появилось просимое, но меня снова обдало неудовольствием, вроде как, беспокою замок по пустякам. В красивой серебряной овальной рамке было зеркало, потрогав его, поняла, что оно не из стекла, а из чего-то другого.
Заглянула с какой-то осторожностью, ведь там не я, а та, другая…
На меня смотрела молодая женщина. Красивая, очень, волосы почти белого цвета с небольшим стальным оттенком на кончиках прядей. Небольшой носик, пухлые губы ярко-малинового цвета, черные красивые дуги бровей и пушистые ресницы, обрамляющие голубые глаза.
В люльке заворочался сын, внезапно я увидела каким-то внутренним взором, что он хочет обернуться. Пелёнки мешают, слишком плотно его держат, не дают простора для оборота. Размотав его, посмотрела, как его обволакивает туманом, и вот уже в кроватке лежит волчонок. Вынула его, не зная, что предпринять, куда его положить…
Взгляд упал на шкуру возле кровати, подтащив ее к камину, я уложила сына на тёплый и толстый мех.
Взяв свой нож, я решительно двинулась к цветной горе, она (без преувеличения) занимала большую часть угла. Обувь пока решила не трогать, возможно, что-то пригодится для ношения летом. Подтащив к камину все, что смогла унести за один раз, присела в кресло.
Внезапно почувствовала любопытство: ага, заинтересовался, значит. Взяв первую тряпицу, рассмотрела ее, это была полупрозрачная короткая рубашка.
Начала распарывать, разрезая на ровные куски, мой нож был настолько острый, что без проблем делал нужные надрезы. Ненужные части, (а это швы, или куски, что не нужны для моей задумки), я сразу кидала в камин. Кружева старалась отпарывать тоже, сматывая их в клубочки. Попадавшиеся пуговички тоже тщательно обрезала… Когда я пошла еще за одной партией, замок не выдержал.
«Что ты… вы делаете, мать Альфы?»
— Нитки и иголки есть? — ответила вопросом, на вопрос.
Рядом со мной появился небольшой столик, на нем встала большая квадратная плетеная коробка. Я откинула крышку, оглядывая невиданное богатство. Нитки разных цветов: шелковые, шерстяные, хлопковые, льняные. Небольшая подушечка, набитая разного размера иголками… и шокирующий предмет. Ножницы! Две пары, одни большие, портняжные, другие поменьше.
— Я буду шить белье… — расщедрилась я, надо же отблагодарить его.
«Белье? — фыркнул он, — что это, простынь, рубашка?»
— Как сошью, увидишь! — хмыкнула я. Ведь, если бы оно здесь было, то я бы наверняка его нашла в куче белья.
Замок тщательно пытался скрыть любопытство. Мне стало понятно: долго живет, скучно ему…
Глава 7
Так как вся одежда почти не имела швов, а соединялась лентами, шнурками, красивыми застежками, то справилась я быстро. По моей просьбе мне был выдан сундук, в который я аккуратно сложила всю ткань, оставив себе красивый набор полотнищ нежно - голубого оттенка. Плотная ткань, похожая на атлас, и близкий по оттенку шифон. Положила поверх ниток, и закрыла крышку коробки. Что-то я устала, а еще я точно начала чувствовать сына. Все его желания, вот сейчас он хотел есть, как волчонок — мяса сырого, и как младенец — молока.
Подняла его со шкуры, он тут же обернулся, получая вожделенную грудь. Смотрела на него, и внезапно поняла… мало того, что я теперь мать, так еще и Альфа целой волчьей стаи. Что дальше? Ведь чем больше проходит времени, тем яснее, что это не сон, и я не вернусь домой. Может, теперь это — мой дом?
А малыш красивый, погладила по его головке, светловолосый, такие же голубые, как и у меня, глаза…
Он наелся, я укутала его в ткань и вернула в люльку, сгребла специальной лопаткой угли из камина и насыпала их в жаровню. Подкинула дров, снова села в кресло, клонило в сон, но уснуть мне не дали, в дверь постучали.
— Обед, — зашел в комнату Мейе, снова неся поднос. Поставил возле меня, отодвинув коробку с шитьем.
— Что там, в замке, и за ним? — начала есть постную кашу из какой-то крупы с небольшим куском хлеба. Мда, на таком пайке долго не протянешь.
— Командиры выехали к воинам, сейчас собирают два отряда для объезда территории. Еще часть отобрана для охраны замка, два десятка, остальные распущены. Остатки отряда Альфы с южного ущелья отконвоированы в тюрьму, их всего пятеро.