Привет, Валера!

Привет, Валера!

Не в ресурсе

Все началось с того, что мой домик «унесло». Я умею брать ответственность на себя, поэтому смело могу сказать, что злой и хитрый волк тут абсолютно не при делах. Однако с какого-то перепугу, вдруг и внезапно все стало выглядеть совсем не так, как выглядело раньше. Вот дела.

Домик был хлипким. Поверьте. Всякие мечтания и ложные надежды и не могут быть надежным основанием. Короче, в один прекрасный момент я оказалась без желания ходить на работу и вообще взаимодействовать с окружающим миром. Как бы там сейчас сказали: «Ба! Да ты не в ресурсе». Вот такая загогулина, понимаете, получилась.

Редкие оставленные окружающие стали задавать мне странные вопросы, больше похожие на анкетки для определения клинического случая. Ну задайте себе эти вопросы, попробуйте. Вслух. Сядьте просто на стул в каком-нибудь незахламленном помещении и начните: «Кто ты? О чем ты мечтаешь? Кем ты хочешь быть? Что ты хочешь? Каковы твои достижения?». В общем, мне не помогло.

Кроме ощущения абсолютной безнадежности, меня накрыла собственная несостоятельность. В детстве я хотела быть космонавтом. Меня прельщали безлюдные просторы непонятных галактик и надежда на «ты не один». Космос выбрал не меня по разным стечениям обстоятельств, зато без людей я смогла оказаться по собственному желанию. И оказалась.

Вопросы, а также житейская мудрость: «думай о хорошем – не думай о плохом» тоже как-то отвалились.

Я не переживала. Первые месяца три вообще все было хорошо. Подглядывала за пенсионерами, штурмующими полки в магазинах. Перенимала «тактику», так сказать. Искала товары по акциям. Квасила капусту. Ведрами. Обошла врачей. Позвонила пару раз в ЖКХ. Выкинула старый холодильник. Переклеила обои. Не выходила из комнаты. Много раз. Вспомнила И.Бродского, не ошиблась ни разу. И поняла: «жить в моменте меня категорически утомило».

Дальше было волевое решение. Я помыла голову, придумала причину и пошла к людям. С этими людьми я работала какое-то время. Надежным и любимым мной в своей предсказуемости. Ждут! Непременно ждут. Сам себя не успокоишь, никто ведь не успокоит, как говорится. Не ошиблась, хотя, возможно, у этих людей нашлось достаточно такта, чтобы сделать вид, что мне рады. Они тоже сделали вывод, что я «не в ресурсе», я даже подтянулась на стуле в этот момент. Это умные люди, к тому же они хорошо меня знают, поэтому обошлось без глупых вопросов для определения клинического случая. Догадались сами. Я знала, куда идти. Потом они дали мне совет по существу, так сказать. Идти к людям. Ну, наверное, им виднее, где-то есть эти исключительные люди, к которым можно прийти. А это просто не те люди. Бывает. Я даже не расстроилась ни разу, только всплакнула по пути домой. Но у меня теперь так часто бывает. Просто так. Хорошо, что больше нет суровых зим, а то бы сопли да слезы потом замаялась от лица отдирать.

Совет дан – совет принят! Я даже раздеваться не стала, пришла домой, включила комп. Запрос «где найти людей, к которым можно прийти» выдал мне ссылки на какие-то сайты знакомств и домовые чаты. Пришлось уточнить, что «вживую». Мне надо-то конкретно там пару-тройку человек, к которым я просто могу прийти. Очевидно ногами. Без вот этой всякой долгой и нудной «твоя моя не понимать» переписки. Фитнес-клубы, мастер-классы, однодневные туры уже были. Поэтому и этот запрос пришлось уточнить «где найти людей, к которым можно прийти вживую нетрадиционно». Вы что-нибудь слышали о каддл пати? Обнимательные встречи? Да ладно. Я тоже раньше не слышала. В каком-то помещении собираются 10-12 «теплых» человек. Им объясняют «теплые» правила, происходит знакомство, а потом много обнимашек, лимитированных по времени. Нет, я конечно люблю обниматься. Но не до такой же степени.

Это натолкнуло меня на мысль: «где найти людей, к которым можно прийти вживую и чтоб они обнимались с деревьями». Окей, яндекс – Мамониха, поселок в Пинежском округе нашей необъятной Архангельской области. Учитесь, грамотный запрос – это, считай, половина дела. Вижу цель – не вижу препятствий. Да и с деревьями я обниматься люблю. Ничего не подумайте. Просто они не убегают. И где вы видели деревья, которые обнимают, обнимают года так полтора, веточками там с листиками своими нашептывают, а потом такие «прости и пойми, ты, конечно, можешь иногда позвонить, но где найти на всех ресурсы». Теперь я все понимаю. Ресурсы – дело такое. В общем, я собралась в путешествие!

2. Эй, Валера

Не знаю, когда конкретно это началось. Возможно, в пандемию. Говорят, что привычка формируется за 21 день. Согласитесь, у нас было достаточно времени, чтобы сформировать новые устойчивые привычки. Например, заказывать еду. Сама по себе привычка весьма безобидна. Ну что такого, скажете вы, одно только удобство. Лежишь себе, кнопочки жмешь. Однако «от осинки не родятся апельсинки», нет, не то, «за деревьями леса не видно». О названии привычки пускай думают социологи или историки. Я скажу по-простому – «шарахаться от людей». Началось-то все, конечно, не в пандемию, но коронавирус легализовал и ускорил процесс социального отчуждения. Призыв И.Бродского «не выходить из комнаты, не совершать ошибку» вышел из среды интеллектуалов и прочно завладел умами и чаяниями масс. В общем, по какому-то фантастическому сценарию всех заперли, а обратно открыть забыли. По крайней мере официального призыва начать всем дружно общаться и оттачивать грани своей сложной и уникальной личности об острые углы окружающих я не слышала. Может, поэтому мы теперь столь неумеренно и неуместно категоричны?

Курьеры стали зарабатывать больше директоров заводов, каждый второй прошел какие-то курсы медиации. Экономисты кричали о разбалансированности экономики. Каждый, кто мог себе позволить психолога по моральным понятиям и финансовым причинам, завел два. Часть вернулась в церковь. Вошли в моду молчаливые публичные чтения. И никто не мог друг с другом договориться. Началась эпоха посредников.

Но мы ели. Я наяриваю за троих. Когда сидишь дома, становишься более подвержен синдрому вечно открытого холодильника. Подойдешь, откроешь дверцу, заглянешь в него, а он в тебя. Представляю свое лицо: сначала воодушевленное и заинтригованное, глаза выпячены, слюни подтекают, ну я утрирую, а потом разочарованное, уголки губ опущены, прям до пупка свисают. Вот умора. Понимаешь ведь умом-то своим, что холодильник не скатерть-самобранка, но почему-то проверяешь каждый час, это точно. С этим надо что-то делать. И мы делаем: заказываем еду, чтобы заполнить внутреннюю пустоту холодильника. И я тоже вкладываюсь в развитие новой профессии курьера. Уж если я не развиваюсь, то пусть развивается что-то другое. Приятно быть причиной чего-то. Успокаивает.

Перед путешествием нужно особенно подкрепиться. Поэтому я начала с традиционного ритуала: устроилась удобно на диване, зашла в приложение и начала выбирать еду. Спешить-то ведь, право, некуда. Традиционная корзина продуктов с наступлением эпохи доставки еды претерпела колоссальные изменения. Чтобы ее собрать, необходимо выполнить три условия: во-первых, уложиться в сумму, которая гарантирует бесплатность доставки; во-вторых, заказать то, что тяжело тащить самому; в-третьих, обеспечить минимальный набор продуктов для приготовления нескольких блюд. Как правило, это выглядит примерно так: яйца, хлеб, бедро курицы, картофель, лук, морковь, молоко, творог, рис или спагетти, пророщенные семена физалиса, королевские креветки в количестве трех штук и восемь килограммов сахара. Как квест, честное слово. Но я всегда укладываюсь.

Сама доставка теперь максимально клиентоцентрированная. О качестве продуктов заботится магазин или склад, а вот всякие плюшки придумывают в самом сервисе доставок. Говорят, сервис обзавелся недюженым штатом социологов, чтобы вовремя выявлять новые запросы клиентов. Наконец-то ребятки нашли работу. Пока обнаружено и введено в эксплуатацию пять функций: обычная; оставить продукты под дверью и позвонить; провести занимательную беседу на 20, 30 или 40 минут; выгулять домашнее животное; посмотреть вместе кино. Дополнительно всегда можно выбрать пол курьера, уровень его образования, цвет переноски (а то были случаи нервной аллергии на фиолетовый ящик), заказать праздничную доставку к какому-нибудь мероприятию с песнями, плясками и медведем. И поле «иное» для специальных заказов: кран подтекает, починить, например. Мне по душе вариант «оставить под дверью». Меньше взаимодействия. Я заказала и начала ждать.

Не знаю, как так получилось. Имя, может быть, сменить. Погоняло «Кактотакполучилось». Вот я стою перед дверью, вот я затаскиваю за ноги «труп, наверное» к себе в квартиру. В промежутке туман: возможно я слишком резко и сильно не вовремя распахнула свою железную дверь навстречу лбу курьера. Интересно, зачтут как аффект? Яйца опять же разбились. Как проверить? «Эй, Валера, ты жив?». Это мой дядя все время так снисходительно ко мне обращался, когда становилось понятно, что дело дрянь и исключительно по моей инициативе: «Эх, ты, Валера». Говорят, самый страшный страх умереть, но вы пробовали кого-нибудь убить? Вот это самый центр ужаса, воронка, тайфун, цунами, армаггедон, тюрьма, а сухари некому принести. Но я собралась. В конце концов я всегда собираюсь.

Парень оказался жив. Мы привели в порядок его немного набекрень нос, отмыли с лица последствия столкновения с дверью, расчесали соломенного цвета волосы. Получилось ничего так, красиво. Но это если внешне. С внутренним состоянием парня случилась беда еще большая, чем отсутствие ресурсов. Уж поверьте. Эти его испуганные, ничего не понимающие голубые глаза. Вся прошлая жизнь с ее морочащими и манящими воспоминаниями теперь уже Валеры осталась по ту сторону моей двери. Надеюсь, временно. Вот как правильно надо начинать новую жизнь. Хряп головой о железную поверхность, и ни тебе сожалений, ни обид.

3. Все не так и плохо

Пока мы сгребали яичную скорлупу и липкие остатки яиц с пола, я рассказала Валере о людях, которые обнимают деревья, что к ним можно просто прийти, что они помогут разобраться мне с моими ресурсами. Он сказал, что пойдет со мной. Вариантов у него нет: телефон не разблокировать, голосовой набор паролей он не помнит; куда идти, он не знает, денег нет, и, может быть, эти люди помогут и ему.

Денег не было и у меня. Я же без работы. Но я почувствовала себя виноватой и обязанной, поэтому согласилась: «Пошли». На проводника у меня точно хватит, с едой разберемся. Гречка, соль в наличии. «Понесешь еду», – это я так люблю делегировать.

С тех пор как людей захлестнул деревнинг и избинг, появилось достаточно людей, предоставляющих услуги по доставке тебя до точки твоего отдыха. Вот их и назвали проводниками. В регионах с большой плотностью населения и маленькими расстояниями они не так востребованы, зато к нам приехали все, кто мог. Специальная федеральная организация аккредитует людей, оформляет допуски. Чтобы получить такой допуск, необходимо предоставить разработанный маршрут, а лучше несколько. И желательно иметь свой катерок, вездеход или что-нибудь в этом роде.

Маршруты классифицируются по уровню удобства, ну и по тому, насколько ты смел и беден. Обычно самые бедные оказываются самыми смелыми. Активно работу предоставляют и в рамках пробации. Эта такая государственная политика, направленная на поддержку бывших заключенных. Даже курсы специальные разработаны по актуальным темам: что съесть в лесу и не отравиться; как правильно взаимодействовать с диким медведем; 100 тем, которые можно обсудить с клиентом у костра; формирование и сплочение группы; решение конфликтов; определение сторон света по мхам; как побороть панику, если заблудился; чтение бумажных карт и прочее. У бывших заключенных личный транспорт встречается редко, но на высоте навыки выживания в любых условиях, поэтому стоят они недорого и до места доводят в 90% случаев. Надежно. Про 10% я стараюсь не думать. Это философский вопрос стакана. Либо он наполовину полон, либо наполовину пуст. Либо ты дойдешь, либо нет.

Добраться нам надо до поселка Мамониха, как раз там и проживают эти самые люди, обнимающие деревья. В общем, все не так уж и плохо. Самостоятельно мы сможем добраться до Карпогор. Послезавтра. А оттуда пешком 134 километра с проводником. За три дня управимся. Если в среднем за час человек проходит 4-5 километров, то подсчитать несложно. Учительница математики мной бы гордилась. Обменять еду можно будет в Верколе и Суре. Теперь так всегда делают, что-нибудь из магазинов обменивают на «живую» еду: свежий горошек, домашние закрутки, соленые бочковые огурчики. Те, кто принципиально не хочет жить в городах, переехали в пустующие деревни. Они там живут совсем натуральным хозяйством. Отказались от денег, едят продукты собственного производства. Говорят, даже коров держат, хоть в моде и растительное молоко. В комментариях в социальных сетях все пишут, что это миф. Не знаю, не видела, врать не буду.

Спросила у Валеры, видел ли он когда-нибудь живую корову. Ответил, что в ближайшие несколько часов его новой жизни видел только меня и если я не корова, то нет, не довелось. Что ж, справедливо. Мы купили билеты в общий вагон по маршруту «Архангельск – Карпогоры». Сварили макароны с зеленым горошком, захомячили и улеглись спать.

– Валера, ты спишь?

– Не.

– Как ты думаешь, мы увидим корову?

– А как она выглядит?

– Ну, такая большая и грустномордая. Ты че, Валера, даже этого не помнишь?

– Замечу, скажу тебе обязательно. Спи.

– Сам спи.

Я еще немного помечтала о встрече с людьми, к которым можно прийти. Ну так, чтоб был кто-то рядом. Чтоб ждали. Все же хорошую идейку мне подкинули. Грамотную. С этими мыслями я и заснула.

4. Лесинг

Лесинг вытеснил избинг или деревнинг (в ходу были оба варианта) довольно быстро. Ровно в тот момент, когда часть горожан решила стать деревенскими свободными жителями, оккупировала пустующие дома и, разумеется, принесла с собой привычку «шарахаться от людей». Один раз мне удалось совершить свой собственный деревнинг. Не знаю, что толкает остальных на такие экстремальные виды отдыха, но я тогда заколебалась. Возможно, очень многие очень сильно заколебались в тот момент. Может, эта общая заколебанность и расшатала этот мир.

Мы стали очень много работать. Моя бабушка работала сплавщиком леса, зарабатывала больше дедушки, воспитывала детей без какой-либо помощи. Я в ее возрасте не успевала поесть. Честное слово. Она тоже не успевала, я уверена. Но отсутствие возможности поесть в моем случае вызывало много вопросов. Я – дитя автоматической стиралки, посудомойки, персональных компьютеров, искусственного интеллекта наконец, одна, работающая по 10 – 12 часов в сутки, включая выходные за очень скромную зарплату. Мой девиз – некогда! Я получила два высших образования и два раза переучивалась. Честное слово, я думала – дело во мне.

Начались очень тихие замечания, типа, а не бредом ли мы все занимаемся, товарищи? С таким бурным технологическим развитием, который мы наблюдали в конце XX – начале XXI века, мы должны были работать от силы часика 4 в день, даже 4 дня в неделю. Поручить большую часть домашней работы персональным домашним помощникам и заниматься творчеством. Но нет, даже освободившееся время, положенное на домашние дела, мы отдали работе.

В деревне было хорошо. Деревнинг не был отдыхом. Это был процесс получения справедливого и видимого результата, напрямую зависящего от приложенных усилий. На время ты получал в распоряжение какую-нибудь избу без удобств с прилегающим участком, возможно даже с проживающим там деревенским человеком. Полол травку, носил воду, колол дрова – делал нормальные осмысленные вещи. В первый и последний мой опыт деревнинга я чуть дуба от страха не дала, когда подумала, что полностью ликвидировала свеклу. То есть баба Тамара, у которой я тогда жила, отправила меня на огород на прополку, а как свекла выглядит, не показала. Хорошо хоть ее можно было закопать обратно. Баб Тамара сказала тогда, мол, сделаем вид, что ее пересадили и все будет хорошо.

Потом много городских решили в деревне остаться. Хорошо, если не повернутые на экопитании или обрядовых праздниках солнцестояния, в таких случаях деревенским приходилось несладко. Других городских эти новообращенные деревенские жители тоже перестали пускать на порог. Избинг сошел на нет.

Городские повздыхали немного и стали ходить в лес. За осмысленным сбором трав или грибов. Траванулось и заблудилось тогда много людей. Вот тогда-то и появился лесинг. В отличие от стихийного деревнинга – чисто государственная задумка. Перемещение от точки до точки с обученными проводниками. Походные условия! Палатки! Чтоб люди просто так в лесу не торчали и всякое там непонятное в рот не пихали, лесным прогулкам придали цель. «Просто выбери две точки на карте и соверши захватывающее приключение в мир природы!» Собирать и есть в лесу ничего не разрешалось. Костер разводил проводник, набор продуктов подбирался под каждый маршрут индивидуально. В знак протеста появились лесные банды. Они собирали и ели в лесу все, до чего могли дотянуться, и иногда портили вещи туристов, поэтому проводникам выдали еще и оружие. Такая катавасия развернулась. Даже протесты были. В интернете в комментариях под официальными постами. Интересно, это может считаться современной формой протеста? Выступали за свободу выбора между самостоятельным хождением в лес и лежанием на диване; рассуждали о возможности возвращения в маркетплейсы новых желтых резиновых сапог и старых керзовых, кстати, тоже; защищали права ущемленных граждан, живущих исключительно лесными дарами, и прочее. Но лесинг остался.

5. Заливает

Получить аккредитованного проводника можно было только через специальный центр Лесвласть – «Надежное сопровождение в мир дикой природы». Все как в нормальных структурах: заходишь, получаешь талончик, немного ждешь и попадаешь к оператору, менеджеру прогулок по лесу. Мы с Валерой так и сделали.

– Говорить будешь ты, – я сразу определила и закрепила наш функционал, а также потрафила немного своей социофобии.

Валера не возражал, аккуратно вытер подошву о коврик (профдеформация – не иначе) и потянул на себя дверь.

Центр располагался в здании краеведческого музея. Нас встретили красный, повидавший много ног ковер, чучело гагары, пустой гардероб и смотритель, протягивающий талончик с номером 4. На бейджике у него красовалась надпись «Заботник». Человек, заботящийся об окружающих. Заботники заменили искусственный интеллект, который вконец надоел всем своими вопросами и вот этим: «а уточните». Какой у вас вопрос? Уточните ваш вопрос. Выберите верный вариант из предложенных 5 вариантов ответов. К сожалению, вас не может принять этот менеджер. Могу ли я вам чем-нибудь еще помочь? Оцените наши услуги по десятибалльной шкале. Ага. Надоело. Люди нервничали, пинали терминалы с установленными программами. Где-то там наверху решили отмотать все назад. Очеловечить взаимодействие. Вернуть кому-то нервы, кому-то работу.

– Проходите к окошку номер 4. Вон в ту белую дверь, – смотритель ткнул пальцем налево на табличку «Флора и фауна».

Мы вошли. По ощущениям, как в нафталиновый шкаф, не иначе. Под облезлым чучелом медведя за массивным и явно тяжелым столом сидела женщина. Весь ее вид говорил о том, что главный навык современного человека – гибкость. Вчера ты – младший научный сотрудник, сегодня – мелкий чиновник новой организации. Короче, она была тощая, с непрокрашенными седыми корнями волос, вооот такими толстенными окулярами, оленями на свитере под пиджаком с бейджиком Наталья. И ручкой приписано – Эдуардовна.

– Можно просто Наташа, – начала весьма бодро Наталья Эдуардовна. – Мы можем предложить вам чудесный отдых по морю Белому, от острова до острова Соловецкого архипелага на берестяных лодках. Или пешую прогулку по чудесным непроходимым лесам Леееешсу…

И тут она как-то в одно мгновение сдулась, под очками набухла огромная и мокрая слезинка, две даже. Вообще, конечно, неловко. По опыту знаю, что в такие моменты посторонним лучше молчать и вежливо изучать потолок. И стены. И шкафы. И мебель. И шторы. Когда же она уже закончит! И чучела. Потолок в разводах. Неужели на втором этаже тоже рыдают?

– Заливает, – сказал Валера, остановившись, видимо, тоже в районе потолка.

– Да, бывает, – всхлипнула Наталья Эдуардовна. – У меня так бывает. Раза три – четыре в день. На пустом месте буквально. На работе не так часто, но вот по утрам или вечером, когда иду домой, обычно реву. Я уже и мяту заваривала и магний В6 пропивала, не помогает. Ой, простите. Только не снижайте мне оценку за обслуживание, пожалуйста, а то меня уволят.

Я не осуждаю, сама нет-нет, да и да-да. Чего греха таить. Мы рассказали, куда собираемся и зачем. Заполнили анкету по аллергическим реакциям и согласие, что никто не виноват, если вдруг окажемся в 10 процентах тех, кто из путешествия не вернулся. Пока компьютер обрабатывал данные, чтобы получить список вещей, которые нам пригодятся в походе, и подбирал проводника, Наталья Эдуардовна поделилась, что она никогда не выезжала за пределы города. Она боялась заблудиться или того, что, когда она вернется, ее никто ждать не будет, что с ней случится вся неведомая доселе фигня, а фигня с ней случается часто, и она вообще по ней почти главный специалист. Так себе, конечно, компетенция. Но Валера почему-то предложил ей пойти с нами. И Наталья Эдуардовна почему-то согласилась.

– Только платить за себя будете сами, – мне всегда нужно сказать последнее слово.

6. Телячьи нежности

С Натальей Эдуардовной мы договорились встретиться на вокзале за полчаса до отправления поезда. До этого времени успевали купить предметы согласно списку: спички, репелленты от комаров, мошки, клещей, две палатки, керзачи Валере (у меня были), дождевики, спальники и остальную походную белиберду по мелочам. Я закинула в общий рюкзак пару килограммов гречи, ну не выбрасывать же. К тому же, ее можно просто замочить кипятком, ну так делают не от хорошей жизни, конечно.

– Сядем на дорожку, – это у меня от мамы.

Она всегда, куда бы мы ни ехали, предлагали посидеть на дорожку. Мы сидели тихо и прислушивались. Мама говорила, что в каждом доме живет домовой, надо обязательно застолбить какой-нибудь стул, как бы спрашивая домового о возможности ухода, передать ему тем самым ответственность за квартиру, чтоб газ в порядке был, воры не залезли ненароком. Если в несколько минут молчания что-нибудь шмякнется на пол, ехать нельзя. Я думаю, что таким способом она просто пыталась перебрать в тишине перечень самого необходимого в поездке. Пока я не болтала. Но история топовая. Бабушка, однако, рассказывала другую версию, которую ей передала ее бабушка, а той другая бабушка. Давняя история. Что, мол, таким образом обманываются темные духи, они верили, что люди просто присели, отдохнуть или что-нибудь поделать у двери на чемоданах, начинали заниматься своими делами (темными очевидно) и упускали тот момент, когда необходимо было выйти вместе с путешественником наружу.

В общем, вместо того чтобы поверить маме, бабушке или бабушке моей бабушки на слово, я не смолчала, за несколько минут выложила эти истории Валере и проверила гипотезы на собственной шкуре. И что мне мешало молчать? Может, не было бы того, что случилось дальше. А может, я выбрала не тот стул? А может быть это я такая, и всякая неведомая доселе фигня – это и мой путь и моя компетенция. Но что сделано, как говорится, обратно не переделаешь.

Это я забегаю вперед. Хоть и говорят все больше, в основном философы, что время не линейно, что прошлое и фантазии – это вещи одного порядка; нечто создаваемое и пересоздаваемое в голове. Когда, например, в прошлом происходит Событие и ты к нему постоянно возвращаешься в настоящем. Еще и меняешь его немного. Это в свою очередь каким-то образом влияет на твое будущее. Прям не формально на вещественный мир, а на собственное восприятие надвигающегося будущего. И если сосредоточиться в настоящем на выбор положительных моментов из прошлого, то это качественно изменит твое будущее. В настоящем ты сможешь сделать правильный выбор. Короче, разделенность прошлого, настоящего и будущего – это миф или просто правила любого языка, грамматика. А так мы живем все время в трех временных измерениях. Вот такая малина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.