Упёртая пара для риндалца

Шастерр Элш. Академия Содружества планетарных государств

Естественно, я не смог дозвониться до одного вредного доктора, чем я занялся, как только ушёл из столовой, где встретил Анжелу. От неё исходило столько негодования, печали, злости, обиды…

Написал Нику сообщение о том, что он поступил по отношению к Анжеле отвратительно. Додумался провернуть подобное прямо перед ответственным экзаменом! В том, что это его рук дело, я ни капли не сомневался. Ведь ему ничего не стоило подговорить девушку, с которой Криф чаще всего уединялся, отправить сообщение о его местонахождении, потому как при входе в медкабинет коммуникаторы положено сдавать до завершения обследования. А ему, судя по поднятым мною данным, часто делали разнообразные расслабляющие мышцы, что б его, процедуры.

Свернул было к лифту, чтобы добраться до четвёртой палубы, но остановился. Да, за мою пару обидно, с одной стороны. Но если посмотреть на эту ситуацию с другой стороны? Да, друг совершил диверсию, открыв глаза Анжеле на её партнёра прямо перед экзаменом. Но именно его наличие мне и мешало открыто заявить ей о том, что она моя пара. Хм… Только это также развяжет руки и другим её одногруппникам. Я видел, как некоторые из них на неё смотрят. Среди них немало представителей её расы. Даже единственный варлиитиец на её потоке, и тот питает к ней определённую симпатию, что для его расы расценивается как потенциальная пара, с которой можно создать семейный союз. И что мне со всеми ними делать? Не вызывать же каждого на бой по обычаям Риндала… Это ж всё равно, что избиение малышей. Р-р-р!

«Ник, когда я до тебя доберусь, то тебе точно не избежать поединка!»

Тут я увидел, что моё сообщение прочитано, и получил ответ:

«Немного отпустило? Я рад! Не благодари. И расскажи Лариной, что она уже почти как полгода твоя невеста. А то, как целоваться с инопланетником, так это, пожалуйста. А то, что это может для него иметь определённые последствия, так мозги не работают. Что до поединка, я не люблю драться. Поэтому, пока на свадьбу не пригласишь, ко мне на приём можешь даже не записываться. У меня очередь на год вперёд».

Ответ друга заставил грустно улыбнуться. Поцелуй… Для риндалцев поцелуй – сокровенный процесс, который может происходить только в семейном союзе. Именно поэтому, даже когда представители моей расы ходят в дома удовольствий, чтобы получить немного женской ласки, никогда не позволяют себя целовать. Как и трогать уши. А Анжела тогда, нарушила два этих правила…

Решив для себя, что даже после её выпуска я постараюсь сделать всё, чтобы она рассмотрела мою кандидатуру построения семьи, направился к себе, довольно улыбаясь. Только непонятно почему, но встреченные мной курсанты выглядели испуганными. Да и неважно!

Анжелика Ларина. Академия Содружества планетарных государств

Я просидела почти половину ночи за симулятором. Для сна мне оставалось только несколько часов. Но оно и к лучшему, быстрее сдам экзамен, быстрее смогу вернуться в свою каюту и спрятаться там ото всех. Интересно, а как новость о разрыве помолвки воспримет мой папа?

Глаза снова предательски защипало, но я быстро смахнула набежавшую слезу, радуясь, что ночью в коридорах никого не встретишь. Как отстреляюсь, так сразу звонить звонить. С этой мыслью я и уснула.

***

Проснулась за пару минут до будильника. Быстро расчесала волосы и убрала их косу. Надела майку, китель и штаны, которые заправила в ботинки. Ещё раз глянула на себя в зеркало, хлопнула по щекам, пытаясь придать им лёгкий румянец, чтобы не выглядеть как бледная поганка, и подмигнула себе, скорчив рожицу. Я всё смогу! Обязательно! Всем назло себе на радость! Должно же быть хоть что-то хорошее?

Чтобы добежать до ангара, у меня оставалось ещё тридцать пять минут. Пока торопливо шла по коридору к ближайшему лифту на седьмую палубу, где располагались наши шаттлы, получила от Ами пожелание удачи и лёгкого полёта.

Поворот, лифт и пятиминутный спуск вниз. Уф! Неожиданно мне прилетели сообщения от Сорна и Менара с пожеланиями лёгкого полёта, а потом и ещё от пары одногруппников.  Поблагодарив их за пожелания, я резко затормозила у входа в ангар. Так, соберись, Лика! А в голове, словно эхо прозвучали слова капитана Шастерра:

«Все посторонние мысли оставьте у входа в ангар. Дальше есть только вы и космос, а он не прощает ошибок».

Вдох, выдох и вперёд. Приложила коммуникатор к панели и, едва дверь открылась, проскочила внутрь. Возле шаттлов уже вовсю кипела работа. Инженеры при помощи роботов осматривали шаттлы и помечали в своих планшетах информацию об их состоянии.

– О! Уже первый курсант для прохождения экзамена прибыл.

– Доброе утро, Малф, – улыбнувшись, поприветствовала старшего механика. Седовласый, но довольно крепкий мужчина любил шутить и всегда подбадривал курсантов. Особенно когда предыдущего преподавателя, капитана Сандерса, сменил капитан Шастерр.

– Держи карамельку, – Малф протянул мне карамель со вкусом апельсина и подмигнул. – Готова к полёту? А?

– Да. Соскучилась по космосу! – Я быстро развернула фантик и зажмурилась от удовольствия, когда во рту появился любимый кисло-сладкий цитрусовый вкус.

– Курсант Ларина? – голос капитана, заставил меня вздрогнуть, выдёргивая в реальность.

– Здравия желаю, капитан! – вытянувшись в струнку, ответила я, резко развернувшись на голос.

– Эм… Не ожидал, что придёте сюда даже раньше меня, – мне показалось или на губах капитана впервые на моей памяти промелькнуло что-то наподобие улыбки.

– Вы сказали, чтобы я прибыла сюда в шесть тридцать и ни секундой позже. Я прибыла раньше.

– Что ж, идём на борт, – капитан прошёл вперёд, но возле шлюза замер, вопросительно посмотрев на меня. Я постаралась как можно незаметнее выдохнуть, набрала комбинацию и открыла шлюз. – Считай, что меня нет, и ты пилотируешь шаттл в одиночку. Я буду только давать задачи и наблюдать за их исполнением, занимая место второго пилота. Ясно?

– Так точно, капитан!

Этот шаттл боевого типа был рассчитан на двух пилотов. Довольно манёвренный, но на вооружении было оружие пока ещё старых образцов. Однако, как говорил Малф, старое иногда бывает гораздо надёжнее нового.

Капитан Шастерр проследил за тем, как я устроилась на своём месте, пристёгиваясь ремнями и краем глаза смотря за тем, чтобы это сделал и он, ведь он занимает кресло второго пилота, как-никак. Потом начала проверку количества топлива в баках, положение переключателей, навигацию, отрапортовала диспетчерам о том, что я готова к вылету и получила добро. Всё это происходило в полной тишине, и только капитан что-то отмечал в своём планшете.

Я выдохнула ещё раз и стартанула, выводя шаттл в открытый космос. Из кабины пилота открывался просто фантастический вид на звёзды, и я бы ими обязательно полюбовалась, но услышала:

– Отлично, курсант Ларина, держи курс на тренировочную зону.

– Есть, сэр.

Ввела координаты и направила шаттл к ближайшему поясу астероидов. Нет, близко к нему мы не подходили, но именно здесь была возможность отточить часть нештатных ситуаций, а также боевые навыки в почти реальных условиях. Только вместо противника у нас были небольшие метеоры, которые мы потихоньку расстреливали. Вреда от этого особого не было, зато мы на практике могли увидеть плюсы и минусы некоторых видов оружия. Да и симулятор, каким бы он был высокотехнологичным и классным, не позволит ощутить в полной мере той гаммы чувств, которые испытываешь, вылетая в космос.

Сначала всё было как обычно. Я быстро добралась до нужной точки, периодически выполняя команды, отдаваемые капитаном. И на удивление, мне давалось всё достаточно легко. Но тут сканеры засекли подозрительные намёки на наличие сигнатуры какого-то технологического объекта на одном из астероидов впереди, где в принципе ничего не должно быть. Это не мог быть маяк, которыми размечаются астероиды.

– Приблизь, – скомандовал капитан, напрягшись.

– Уже… – Я сделала сканирование выделенного участка, и бортовой компьютер сообщил о том, что этот объект с наибольшей вероятностью является разведывательным ботом румдалцев.  Услышав отчёт, среагировала мгновенно: усилила накачку щита, перевела вооружение из тренировочного режима в боевую и убедилась в том, что бортовой компьютер отправил сведения об обнаруженном объекте ИскИну академии. Капитан Шастерр тоже связался с руководством академии, сообщая о нештатной ситуации.

– Адмирал Л’Маара, в секторе А75 замечен бот румдалцев, просим подкрепление. Повторяю… – В этот момент бот отцепился от астероида и, видимо, собирался податься в бега. – Бот пытается уйти, наши действия.

– Срочно возвращайтесь на базу! Мы уже выслали боевое звено.

Неожиданно чуть в стороне появилось несколько крейсеров, которые сняли маскирующие поля и начали накачку щитов. Один из них был носителем дронов, которые он и начал выпускать.

– Курсант, я беру на себя контроль систем ведения огня. На вас пилотирование.

– Так точно, сэр, – я рванула в сторону, уходя с линии огня, подныривая под один из дронов и тут же уклоняясь от следующего. Как бы сейчас страшно мне ни было, я старалась максимально сосредоточиться на бое. Выплакать страх смогу потом. Сейчас от меня зависят наши с капитаном жизни.

С каждой минутой напряжение нарастало, бои шли просто нереальные. Отовсюду были видны вспышки залпов орудий, взрывы, я даже вдела, как из самой академии стали вылетать спасательные капсулы.

Я вертелась, как могла, периодически совершая манёвры, благодаря которым мне удавалось иногда сталкивать дроны между собой.

В какой-то момент преследующих нас дронов стало слишком много, и не оставалось ничего другого, как уйти от них в атмосферу близлежащей планеты, на манёвр к которой они не были рассчитаны. Манёвр был правильный, но незадолго до того, как мы смогли оторваться, нас достала-таки одна из ракет, повредившая часть двигателей, а с оставшимися выйти снова на орбиту у нас бы не получилось, поэтому теперь мне предстояло совершить аварийную посадку и надеяться на чудо.

Анжелика Ларина

Момент падения для меня словно растянулся во времени. Я старалась выровнять шаттл, хотя сделать это было крайне сложно. Его то и дело кренило влево, а мощный ветер, дующий с той стороны, только мешал, так как я была нацелена на то, чтобы приземлиться на песок, чтобы хоть немного смягчить посадку. Отказ второго двигателя незадолго до приземления всё испортил.

Шаттл вместо плавного скольжения по песку врезался в него, пропахав какое-то расстояние, и наконец-то остановился.

От удара мне показалось, что у меня что-то треснуло. Уж настолько было больно от впивающихся в тело ремней безопасности. Я услышала щелчок со стороны капитана, но вот мои ремни никак не хотели выщёлкиваться. И пока я пыталась от них избавиться, услышала гневное шипение:

– Курсант Ларина! Кто вас учил такие кульбиты вытворять?!

– Эм… – я ненадолго замялась, глядя на то, как капитан разворачивает своё кресло в мою сторону и окидывает меня хмурым взглядом, явно собираясь встать, а потом дословно выдала: – Если хочешь выжить – крутись, как хочешь, делай, что хочешь, но приземлись так, чтобы хоть кто-то из команды выжил.

– Да уж… – хмыкнул капитан, – и ведь не поспоришь. Мы выжили. Оба. Спасибо.

Он всё-таки встал со своего места, осматриваясь, а я, наконец, избавилась от ремней безопасности. Но тут наш шаттл издал странный звук, словно начал куда-то проваливаться.

– Курсант, я за маяком и сумкой с предметами первой необходимости, с тебя аптечка.

– Есть, сэр.

– И будь осторожна. Если что, двигайся к аварийному выходу, – он направился к хвостовой части шаттла, пострадавшей больше всего, осторожно перешагивая через провода.

Одна из аптечек находилась недалеко от моего кресла, и поэтому забрать её не составило труда. Конечно, я её открыла и быстро просмотрела содержимое. Потом встала и дошла до второй аптечки, которая располагалась со стороны второго пилота. Её содержимое полностью дублировало набор первой. Уже хорошо. Попыталась запустить бортовой компьютер, но экран даже не включился. Да уж…

Плохо, что мы оказались на закрытой для посещения планете. За это можно и попасть здорово… Но мы хотя бы выжили. А как там другие? Ами? Надеюсь, с подругой всё хорошо… И не только с ней. В носу предательски защипало, а глаза начали гореть от непролитых слёз. Так, Лика! Пока не время реветь. Нужно держаться. Хорошо бы осмотреть рёбра…позже…

Внезапно шаттл заскрипел и дёрнулся вперёд, отчего я чуть не упала, но успела ухватиться за кресло. Сейчас я видела, что мы проваливаемся. Иллюминатор уже погрузился наполовину в песчано-глинный грунт. Плохо дело…

– Курсант? – послышался немного напряжённый голос капитана из хвостовой части шаттла.

– Аптечки у меня. Всё в порядке.

– Я тоже всё собрал.

И снова крен вперёд, только сильнее, чем до этого. Я услышала, как со стороны, где находился капитан, что громыхнуло, а его фонарь слегка замельтешил и что-то коротнуло.

– Капитан? У вас всё в порядке?

– Да… Ух… Двигайся к запасному выходу.

Я начала осторожно пробираться вперёд, включив на подошве магниты, чтобы было удобнее добраться до аварийного выхода. И вот что интересно, только сейчас поняла, что капитан всегда выбирал тёмные цвета в одежде, и сейчас, в полумраке нутра нашего шаттла, под мерцающими красными аварийными огнями, он был едва заметен.

Если мы провалимся хотя бы ещё немного, то аварийный выход будет заблокирован… Капитан дёрнул рычаг, и дверь, немного отъехав в сторону, стопорнулась, зато нам в лицо ударил песок, занесённый ветром.

Капитан навалился на неё всем весом, и она поддалась, выпуская нас из плена консервной банки, в которую превратился шаттл. Стоило нам спрыгнуть на песок, как он ушёл в дыру, которую мы пробили при приземлении. Вот только…

Позади нас раздался душераздирающий вой-вопль, и мы с капитаном, не сговариваясь, обернулись. Закрытая к посещению планета кипела жизнью. И не всё тут было милым и дружелюбным. Например, вот этот несущийся на нас арвезар относился к группе потенциально опасных существ. А то, куда мы только что чуть не ухнули, было норой такого вот пустынного монстра. И, кажется, его приятель не был рад гостям, потому как из дыры, оставшейся от шаттла, послышался второй вой-вопль и мелькнула тень, которая начала, по всей видимости, крушить шаттл.

– Курсант, прикрывай спину, – рявкнул капитан, начав стрелять из ручного бластера по арвезару. И это привлекло внимание того, кто был в норе. Я тоже вытащила бластер из кобуры на бедре и, переведя в боевой режим, приготовилась стрелять. Бежать от этих монстров бесполезно. По крайней мере, тогда, когда они находятся так близко. Как только из норы показалась морда арвезара, я сделала пару метких выстрелов ему по глазам, а потом и чётко в раскрытую пасть с двойным рядом зубов. Монстр упал. Бронированное чудище. Вот как бы я его назвала. Он и на занятиях по ксенобиологии пугал своим внешним видом, а вживую так вообще.

– Курсант, бежать сможешь? – услышала голос капитана.

– Конечно, – я не сводила внимательного взгляда с арвезара, надеясь на то, что смогла его убить. Становиться чьим-то обедом, после того как удалось выжить в сражении и при падении, не было ни малейшего желания.

– У меня готов.

– Второй тоже.

Вдалеке послышались новые вопли.

– Тогда вперёд. Нам надо добраться до леса до того, как нас нагонят другие арвезары.

Капитан поправил поудобнее рюкзак, мельком глянув на меня, и рванул вперёд. Я за ним. Мы бежали до противного медленно. Вернее, арвезары могли развивать весьма хорошую скорость. Сейчас нам играло на руку два фактора. Первое, я смогла посадить шаттла рядом с лесной зоной, а второе – другие арвезары находились от нас далеко. Теперь нам надо добраться до леса и немного углубиться. Эти твари обитают исключительно в песчаной зоне планеты, а я об этом, увы, не подумала…

Капитан бежал впереди, я за ним, стараясь не сбавлять скорость, хотя и давалось мне это не так тяжело, как должно было бы. Впереди замаячила зелень. Лес на планете тоже не особо приятен, но лучше уж он, чем арвезары… Поэтому, Лика, давай! Ты сможешь. Ещё немного!

Вои-вопли арвезаров становились всё громче и отчётливее, однако я откровенно боялась обернуться. И, пожалуй, только эти зверюги и были моим основным стимулом добежать до лесной зоны.

Даже когда мы вбежали в лес, не сбавляли скорость ещё какое-то время, чтобы уйти подальше от пустыни. Но, видимо, адреналин потихоньку начал сходить, и боль в рёбрах стала сильнее, из-за чего я начала отставать от капитана. А тот, словно поняв, что я больше не могу бежать, сам остановился и обернулся.

– Курсант Ларина. Нам надо ещё немного углубиться.

– Я не смогу бежать… – рвано дыша, призналась я, а капитан нахмурился.

– Что с вами?

– Мне кажется, у меня сломано ребро, возможно, пара. Я смогу идти.

– Хорошо. Но нам обязательно нужно пройти чуть дальше, чтобы мы смогли устроить привал и осмотреть друг друга. Не отставайте.

С этими словами он развернулся и пошёл вперёд, исчезая за стволом огромного дерева. Рёв за спиной, доносящийся, кажется, от границы леса и пустыни, заставил волосы на затылке зашевелиться. Сколько же их там собралось? Мотнув головой, поспешила за капитаном. Надеюсь, мы действительно скоро остановимся на привал. Что ж, первую битву я пережила, теперь бы выжить на этой закрытой планете и дождаться спасателей, если, конечно, с маяком всё в порядке и от нашей академии что-то осталось…

Капитан Шастерр остановился на небольшой поляне, окружённой несколькими деревьями с крупными стволами, рядом с которыми росли растения, напоминающие земные папоротники, вот только их широкие резные и продолговатые листья были цвета морской волны. А ещё в самом центре этих папоротников имелся длинный стебель, украшенный ярко-оранжевым крупным цветком, похожим на тигровую лилию и источающим сладковатый аромат. Не неприятный, но весьма необычный.

Преподаватель положил рюкзак и поясную сумку, которую я до этого момента даже не заметила, а потом снял с себя китель, оставшись в чёрной водолазке, облегающей его тело, словно вторая кожа, повторяя очертания каждого мускула. А он весьма хорошо сложен…

Я всё ещё пыталась перевести дыхание и привести бешено скачущие мысли в порядок, наконец-то до конца осознавая, что нам удалось оторваться от арвезаров. Здесь не было слышно даже их воплей. И это не могло не радовать.

Между тем капитан положил китель прямо на землю, устланную бледно-зелёной короткой травой, расправил его полы и похлопал по нему.

– Курсант, привал. Надо осмотреть вас. Потом займёмся маяком, – услышала я.

– Я сама справлюсь… Спасибо, – выпалила, немного замявшись.

– Никаких: «сама справлюсь», – тут же последовал безапелляционный ответ. – Мы оказались не в самой удачной ситуации, но сейчас, кроме друг друга нам положиться не на кого. Поэтому сначала я провожу ваш осмотр, чтобы убедиться, что вашей жизни ничего не угрожает, потом вам придётся осмотреть меня и кое-что сделать. Если неудобно сидеть, то могу осмотреть вас стоя.

Капитан прав. Нам нельзя подвергать жизни друг друга ещё большей опасности, чем есть. Но всё же… Немного неудобно оголяться перед тем, кто постоянно меня пытался завалить и постоянно был недоволен моими ответами! И вообще, вся эта ситуация… Словно насмешка судьбы.

– Курсант, всё настолько плохо? – услышала голос капитана, очень близко и слегка вздрогнула, тут же поморщившись.

– Нет.

В пару шагов дошла до кителя, расстеленного под деревом, и, осторожно наклонившись, положила одну из аптечек на рюкзак. Вторую решила оставить в руках, потому как садиться на китель капитана в мои планы не входило. Лучше пусть осмотрит меня стоя или… Вот! Я подошла к пню, который заметила среди двух густых папоротников и, сняв свой китель, положила на него. Высота пня позволяла сесть на него и встать без проблем, да и осмотр того, кто выше тебя на голову с лишним, будет удобнее делать.

– Готовы? – Капитан снова бесшумно оказался за моей спиной. Он перемещается, словно призрак.

– Да.

Я развернулась к нему лицом и села на пень, приподнимая майку.

– Курсант, я так ничего не вижу, кроме вашего живота, или у вас болят нижние рёбра? – Тёплые, немного шершавые пальцы коснулись нижней пары рёбер, вызывая странные мурашки, расползающиеся по коже со спринтерской скоростью.

– Вы предлагаете мне снять майку? – Я наконец-то подняла взгляд на капитана, встречаясь с серыми, как штормовое небо, глазами. Он, не разрывая зрительного контакта со мной, без проблем снял свою водолазку, оставаясь в одних штанах. А я непроизвольно сглотнула, увидев располосованное плечо и бок.

– Я жду.

– Капитан, давайте сначала займёмся вашими… – но фразу так и недоговорила. Капитан приподнял бровь, строго глядя на меня. Ну и ладно! Злясь на этого упрямца, я осторожно приподняла майку до спортивного топика и отвернулась.

– Курсант, вы на медосмотрах также себя ведёте?

– Там врачи, а тут…

– Как же с вами сложно, – вздохнул капитан и принялся ощупывать больное место. – Тут болит?

– Да… – прошипела в ответ от смеси странных эмоций. Боль, конечно, была самым ярким ощущением, но ещё появилось и какое-то дурацкое волнение от прикосновений капитана. Всё же решила посмотреть на него. Он сосредоточенно ощупывал повреждённый участок и хмурился. А я про себя невольно отметила, что у него, оказывается, длинные чёрные ресницы, красивой формы брови и прямой аристократический нос. А ещё его татуировки сейчас словно подсвечивались изнутри, раскрывая невероятный узор на коже рук, лица и… – Ай! – вскрикнула я, когда капитан надавил на пару рёбер, находящихся под топом. А потом достал из аптечки небольшой сканер и, приподняв топ, провёл им по коже. Неужели сразу нельзя было им воспользоваться? Р-р-р!

– Хорошие новости – нет внутренних повреждений, – сказал капитан, как только устройство пикнуло. – Плохие – действительно, перелом двух рёбер, но неосложнённый, что радует, – капитан достал что-то из аптечки и добавил: – Сейчас уколю обезболивающее, а вот для ускорения регенерации, извини, пока попридержу.