Невероятное путешествие Леньки и Интуты в страну Мифов

–Ты слишком самоуверен, мой мальчик. Тебе уже пора думать прежде, чем совершать поступки, иначе ты хлебнешь горя. Сам окажешься в беде и подведешь других.

Но Фаэтон в ответ весело смеялся, целовал мать и убегал к друзьям. Однажды его приятель по имени Эпаф, с которым он поссорился, презрительно сплюнув, сказал ему:-С чего это ты решил, что Гелоис твой отец? Может от тебя исходит сияние? Тогда освети нам эту комнату и мы поверим. Ты просто лгун и задавака. И, взглянув на него, презрительно добавил:»Вот теперь ты действительно покраснел, как солнце, но это еще не доказательство родства с ним.» Мальчишка захохотал и, довольный собой, побежал домой.

–Зря он так сказал,-снова перебил рассказчика Ленька,-обычно это приводит к глупым поступкам.

–Ленечка!-Всплеснула руками Интута.-Кто бы говорил. Ты то всегда говоришь и поступаешь правильно. Не так ли?

Ленька насупился и замолчал.

–Ты прав, малыш,-воскликнул Амфитрион,-Фаэтон так разозлился, что бросил вслед Эпафу камень, валявшийся на дороге.

–И попал?-всполошился Ленька.

–Нет, не попал. Но Эпаф начал прыгать, как обезьяна, он приложил к затылку растопыренные пальцы, изображая лучи солнца и скрылся за деревьями. Рассвирепевший Фаэтон прибежал к матери и закричал сквозь слезы:

–Ты говорила мне, что я сын солнца. Но, где тому доказательства? Мальчишки смеются надо мной! Я не могу так жить!

–Сын великого бога Гелиоса плачет потому, что над ним посмеялся смертный?-Грустно спросила Климена.-Твои кони быстры и до восхода ты сможешь домчаться до дворца отца. Передай от меня привет. Он будет счастлив увидеть тебя.

Не дослушав мать, Фаэтон бросился из дома, заряг лошадей и колесница, словно стрела, пущенная из лука, понеслась на восток к тому месту, где на высоченной горе стоял величественный дворец его отца. Высокую крышу из белой слоновой кости подпирали колонны из огня, а на золотых воротах, выкованных искусным богом-кузнецом Гефестом были изображены земля, небо и море. Города, люди, птицы и звери населяли этот мир и в лучах переливающегося света казались живыми.

–Как интересно вы рассказваете,-зачарованно произнес Ленька.

–Нас в школе учили ораторскому искусству,-произнес польщенный Амфитрион,-песнь должна услаждать слух. Но слушай дальше. Фаэтон после некоторого колебания вошел во дворец и ахнул. Яркое сияние ослепило его и он прикрыл глаза руками. Лишь после того, как глаза привыкли к свету, он огляделся и увидел трон, от которого исходило божественное сияние, на которое не мог смотреть не один смертный.

–Вы знаете,-проявил эродицию Ленька,-когда разливают сталь-на нее тоже невозможно смотреть, а еще на электросварку.

–Надо одеть черные очки и никаких проблем не будет,-как всегда нашлась Интута.

Амфитрион перевел дыхание и с интересом взглянул на Леньку.

–Оказывается и в двадцатьпервом веке есть такие боги. Тогда тебе все будет понятно. Ладно, слушай дальше. Гелиос сидел на золотом троне, усыпанном бриллиантами и самоцветами. Он повернул голову к Фаэтону, встал и лицо его засияло прекрасной улыбкой.

–Здравствуй, сын мой,-ласково произнес бог, идя навстречу Фаэтону,-я рад видеть тебя. Что-нибудь случилось? Я постараюсь помочь тебе.

–И мой папа тоже,-радостно подтвердил Ленька,-всегда говорит:»Ну, выкладывай, какие у тебя заботы. Одна голова хорошо, а две лучше.»

–Фаэтон, услышав эти слова, стоял потрясенный,-не обращая внимания на Леньку,-продолжал Амфитрион,-постепенно под ласковым взглядом отца он оживился. К нему стало возвращаться спокойствие.

–Светлоликий отец мой,-обратился он к Гелиосу,-есть смертные, которые сомневаются, что ты мой отец!

Гелиос нахмурил золотые брови и в зале сразу же потемнело.

–Скажи, что я должен сделать,-мягко произнес,-чтобы все поверили тебе и я сделаю это. Клянусь громовержцем Зевсом.

Юноша замер.Наступил тот счастливый миг, о котором он давно мечтал. Он вздернул вверх подбородок и хриплым от волнения голосом произнес:

–Дозволь мне один раз проехать по небу на твоей колеснице. Все увидят, что я еду в ней и больше уже ни у кого не будет сомнений.

–Одумайся, Фаэтон,-в ужасе воскликнул Гелиос,-ни боги, ни смертные не решатся выехать на моей колеснице. Только я могу управлять крылатыми конями.

–Я тоже смогу!-Заявил строптивый юнец.-Разве любой смертный может управлять моими конями?

–Ты ошибаешься,-продолжал настаивать отец,-мои огненные кони привыкли к твердой руке. К тому же ты не знаешь дорогу. Попроси у меня что-нибудь другое.

–Я твой сын, мой великий отец,-заносчиво произнес Фаэтон,-а то, что по силам тебе-должно быть по силам и мне.

–Я сдержу свое слово,-произнес Гелиос,-и очнь сожалею, что дал его, но последний раз прошу тебя, чтобы ты отказался от своего безумного намеренья.

Но Фаэтон только упрямо покачал головой.

–Чего они спорили?-Удивилась Интута, у которой вегда было готовое решение.-Прокатились бы вместе и дело с концом.

–А разве нельзя было ехать вдвоем,-спросил Ленька,-как мы с вами?

Амфитрион замолчал и задумался. Он с удивлением посмотрел на Леньку.

–У каждого своя судьба,-наконец глубокомысленно произнес он,-никто ничего не может сделать, если Мойры уже предрешили твою судьбу. Слушай дальше и не перебивай.

Понуро Гелиос вышел из дворца и медленно пошел к колеснице. Стенки и ее колеса были из чистого золота, вся она была украшена драгоценными каменьями. Подойдя к ней, Фаэтон засиял от счастья. Такую красоту можно было увидеть только в волшебносм сне. Восемь служителей вывели прекрасных крылатых коней, Гелиос вынул банку с божественной мазью и намазал ею сыну лицо, шею, руки, чтобы жар не спалил их.

–Это антизагарная мазь,-пояснил Ленька,-у нас тоже продают такую.

Амфитион недоуменно пожал плечами и продолжал:

–Огненные кони рванулись вперед, Фаэтон натянул поводья, но крылатые животные не слушались его. Только теперь Фаэтон понял, какую опасную игру он затеял. Юноша взглянул вниз и закричал от страха.Услышав крик, кони рванулись в сторону, Фаэтон выпустил вожжи и в ужасе вцепился в борт колесницы.

–Слабак,-невольно вырвалось у Леньки,-я бы не выпустил вожжи.

–Да, уж конечно,-иронически поддакнула Интута,-интересно, для кого все это рассказывается?

–Ты преувеличиваешь свои возможности,-усмехнулся Амфитрион,-кони достигли зенита, гигантский Скорпион нацелил в юношу свое ядовитое жало, Бык, словно на корриде наклонил в их сторону острые, как вилы рога, кони рванулись вверх и их обдало космическим холодом. Затем колесница помчалась вниз и пролетела почти над землей, сжигая все на своем пути. У жителей Африки закипала в жилах кровь и с тех пор они навсегда стали черными. Казалось, что наступил коней света. Но, когда бог подземного царства Аид сказал Зевсу, что в царстве мертвых светло и тепло как на земле, Зевс решил вмешаться. Он взял самую большую молнию и метнул ее в колесницу И она разлетелась на мелкие части по всей земле.

–И там, где они упали, появились залежи полезных ископаемых,-подвел итог Ленька.

–Наверное,-согласился Амфитрион.

–А его отец бог Гелиос что сделал?-спросил Ленька.

–Опечалился бог солнца,-пояснил Амфитрион,-и в первый раз в жизни не поехал на своей колеснице. И, каждый раз, когда он печалится о сыне, не появляется на небе.

–И тогда происходит солнечное затмение-это известно каждому школьнику,-тоном учителя возвестил Ленька.

–Не говори глупости,-одернул его Амфитрион,-лучше учись как следует управлять лошадьми.

Через час Ленька уже уверенно управлял колесницей. Лошади почувствовали его руку и были послушны.

–Молодец,-похвалил его царь,-станешь великим воином. Не каждому дано управлять моей колесницей.

Они подъехали ко дворуй, где их ждал Геракл.

Как дела, брат?-Лукаво спросил он.-Научился ли ты управлять колесницей или нам придется нанять слугу?

–Таких смышленных юношей наперечет,-вновь похвалил Леньку царь,-на него можно положиться. Он очень быстро добился больших успехов.

Глава восьмая о том, как Ленька и Геракл убили Лернийскую гидру.

-Тогда поехали,-улыбнулся гигант,-Лернийская гидра ждет нас.

–А где она живет?-поинтересовался мальчик.

–В болоте. Проклятое богами место. Садись за возницу. На этой колеснице мы доедем быстро.

Послушные кони, красиво изогнув шеи, споро примчали друзей к болоту.

–Молодец,-похвалил Геракл зардевшегося от похвалы Леньку,-хорошо ты управляешь колесницей. Я бы взял тебя в поход возничим.

–Не заносись,-тут же вставила свое слово Интута,-а то ты знаешь чем это кончается.

Они осмотрелись. Болото было похоже на огромное ржавое поле. Бесконечные ряды кочек, покрытых ядовитой растительностью, тянулись к горизонту. Иногда среди кочек желтели листья осоки и чернели ветки низкорослых кустиков. Время от времени пузыри газа поднимались вверх, разбрасывая вокруг себя красный мох.

–Это метан-горючий газ. Он образуется на любом болоте,-пояснил Ленька.

–Это дыхание богини земли,-поправил его Геракл,-она предупреждает нас об опасности. Но разве мы имеем право отступать?

–Нет,-выпалил Ленька,-не имеем. Дал слово-держись!

–Хорошо,-удовлетворенно кивнул головой Геракл,-отъедь подальше, а я пойду поищу гидру.

Он сделал несколько шагов по болоту и тут же провалился по пояс. Ругаясь и проклиная все на свете, Геракл выкарабкался на твердую землю, стряхивая с себя налипшую грязь, мох и пиявок.

–Надо увеличить площадь опоры,-подсказала Интута,-тогда уменьшится давление и он сможет идти по болоту.

–Слушай,-произнес Ленька,-у нас во время войны партизаны могли проходить по болоту в тыл врага. Для этого они из веток плели подстилки, привязывали их к ногам и шли по кочкам.

Геракл подошел к кусту, росшему на краю болота, и с корнем вырвал его.

–Что с ним делать дальше?-с интересом спросил он.

–Надо наломать много длинных веток и переплести их между собой, чтобы получились длинные узкие коврики.

Друзья взялись за работу и через некоторое время они изготовили две огромные лыжи. Геракл встал на них, а Ленька привязал их веревками к ступням великана.

–Ты хочешь сказать, что это поможет,-засомневался Геракл.

–Конечно, если ты будешь идти по кочкам, а не по воде.

Геракл опоясался священным мечом, подаренном ему на свадьбе Гермесом, и сделал первый шаг. Кочки тотчас просели под его тяжестью, но ноги остались на поверхности болота.

–Ну и голова у тебя,-восхитился Геракл и медленно зашлепал по болоту.

Под огромной тяжестью гиганта все болото заходило ходуном. От запаха ядоитых трав и газа у Геракла заружилась голова и он не заметил впереди себя небольшое озерцо, подернутое зеленой ряской. Он сделал один неверный шаг и начал погружаться в трясину. Силач схватился за хилое деревце, подвернувшееся под руку, но оно хрустнуло словно хворостинка.

–Смотри, он тонет,-закричала Интута,-надо помочь ему.

Ленька спрыгнул с колесницы и бесстрашно сделал несколько шагов по болоту.

–Назад, бестолочь!-Заорала Интута.-Немедленно вернись! Так ты ему не поможешь и погибнешь сам!

–Сам погибай, а товарища выручай,-отрезал Ленька.

–Только зря время теряешь,-огрызнулась Интута,-никому твое геройство не нужно. Брось ему вожжи и возьми лошадей под уздцы.

Геракл уже погрузился в болотную жижу по горло. Он боролся из последних сил, но бездонное болото не отпускало его.

–Прощай, Ленька,-прохрипел он,-не лезь сюда, мне уже не поможешь.

Ленька выскочил на дорогу, схватил плоский камень, привязал к нему конец вожжей , прицелился и закричал:

–Лови, Геракл, Я сейчас вытащу тебя.

Он ловко бросил камень. Тот упал рядом с великаном, обрызгав его лицо грязью. Силач схватился за спасительный конец и потянул его к себе.

–Держи лошадей, олух царя небесного!-Затопала ногами Интута.

Ленька рванулся к лошадям, схватил их под уздцы и медленно потащил за собой по дороге. Сильные кони с трудом шли следом, их копыта скользили, а ноги разъезжались. Огромные лыжи, приязанные к ногам Геракла, превратились в тормоз.

–Пусть попробует освободиться от лыж,-посоветовала Интута,-видишь, кони выбиваются из сил.

–Геракл,-крикнул Ленька,-постарайся сбросить лыжи, они нам сейчас очень мешают.

–То одень, то сбрось,-проворчал гигант,-сейчас попробую.

Он напряг мышцы ног и веревки лопнули словно нитки. Почуявшие свободу кони рванулись и Ленька повис в воздухе, вцепившись в уздечку. Немного пробежав, лошади остановились. Геракл, оказавшись на твердой земле, немедленно вскочил на ноги. С него ручьями стекала грязь. Нарвав травы, он стирал с себя ядовитую слизь и негромко ругался. Ленька, выбившись из сил, сидел на дороге, закрыв глаза.

–Что с тобой? Что-нибудь случилось?-Забеспокоился Геракл.

–Нет. Устал немного,-пробормотал Ленька.

–Открой глаза,-затормошила его Интута,-смотри, кто это?

Ленька открыл глаз и вздрогнул.

–Геракл!-В отчаяньи закричал он.-Смотри, вон она!

Геракл обнажил меч и оглянулся.Из редких зарослей тросника по поверхности болота легко скользило отвратительное чудовище.Это была Лернийская гидра с девятью змеинными головами. Мерзкая гадина шипела как компрессор, а ее раздвоенные языки болтались в воздухе как концы плеток. Геракл сделал несколько шагов вперед и кочки снова начали проваливаться под ним.

–Геракл, назад!-Крикнул Ленька.-Так ее не победить.

Извивающиеся змеинные шеи, перепутанные в клубок, катились к герою, готовые ужалить и утопить его. Размахивая мечом, Геракл вновь вышел на доргу. Как только он ступил на сушу, страшилище немедленно скрылось в тростниках, выдавая себя раздраженным шипением.

Геракл оглянулся на колесницу. Он увидел дрожащих от страха коней и мальчика с обезумевшими от ужаса глазами. Побелевшими губами он что-то шептал будто читал молитву.

–Ленька, Ленька,-затормошил его Геракл,-не бойся, я прогнал ее.

Он схватил кувшин с водой и плеснул в лицо мальчику. Ленька медленно приходил в себя.

–Ну и чудовище,-наконец пршептал он,-не в сказке сказать, не пером описать.

–Раз стихами заговорил-значит ожил,-подвела итог, белая как мел Интута,-ясно, что голыми руками этого монстра не возьмешь.

–Серьезную задачку нам задал Эврисфей,-мрачно произнес Геракл,-на болоте мне ее не достать.

–Значит надо выманить ее на сушу,-посоветовал Ленька,-тогда ты с ней справишься.

–Это понятно, но как ее выманить?

–Как индейцы,-напомнила Интута,-когда надо было выгнать врагов из прерий, они поджигали траву со стороны ветра и ждали врага с другой стороны.

–Надо поджечь тростник,-небрежным тоном порекомендовал Ленька,-она сама прибежит к тебе.

–Умница,-радостно заорал Геракл,-возьми огонь Прометея и подожги болото с другой стороны.

–Хорошо,-кивнул головой Ленька,-но ядовитые испарения могут быть очень опасны. Надо сделать простейший противогаз.

–Скажи, что я должен сделать и я сделаю,-беспрекословно подчинился Геракл.

–Надо взять материю, сложить ее в несколько слоев, намочить в чистой воде, прижать к носу и привязать за ушами. Вся гадость будет оседать на наружной поверхности.

Геракл оторвал от плаща два куска материи, сложил их в несколько слоев, намочил в кувшине. Одну повязку протянул Леньке, другую повязал себе и, показав рукой куда ехать, улыбнулся мальчику одними глазами. Ленька тронул вожжи и кони радостно помчались от опасного места.

–Лень,-осторожно напомнила о себе Интута,-мы одни. Давай подожжем болото и домой. Мы ему ничем помочь не сможем.

–Интута,-возмутился Ленька,-бросить Геракла в таком положении-это подлость.

Он сердито засопел, а затем спохватившись, виновато посмотрел на Интуту. Объехав вокруг болота, Ленька соскочил на землю и почувствовал, как у него от страха и переживаний дрожат руки. Он сел на пень, глубоко вздохнул и медленно выдохнул, одновременно считая до десяти. Немного успокоившись, Ленька достал спички и поджег сухую траву. Пламя радостно побежало по болоту, оставляя за собой черный шлейф. Ржавая вода вскипала, а выделяющийся из болота газ вспыхивал синим пламенем, пожирая вокруг себя все, что способно гореть.

Чудовищное пламя и желтый едкий дым медленно ползли по болоту. Ветер, словно по заказу, гнал его к тому месту, где пряталась Лернийская гидра. Монстр, почуяв дым, прижал к земле свое бугристое тело, но когда на него пахнуло огнем, рванулся из убежища и помчался вперед, мотая из сторны в сторону девятью головами, с легкостью перескакивая с кочи на кочку. Подгоняемая огнем и страхом, гидра выскочила на сушу, где ее поджидал Геракл. Он поднял над головой меч, прижал ногой мерзкую голову, которая кралась к нему по земле и одним ударом отсек ее. Но оставшиеся восемь голов на длинных змеинных шеях раскрыли отвратительные пасти и, обнажив ядовитые зубы, набросились на героя. Словно канатами они оплели его тело, яд ручьями стекал по панцирю. Смертоносные зубы скользили по металлу, не причиняя вреда Гераклу. Силач не знал усталости . Его меч разил без промаха. Одна за другой, словно головки репейника. отлетели еще семь голов гидры. Казалось еще немного и можно будет праздновать победу, но девятая голова была бессмертной. Самая большая и злобная, она старалась вцепиться Гераклу в лицо.

Меч уже несколько раз проходил сквозь голову не оставляя на ней даже следа. Тогда Геракл изловчился, схватил ее за горло, пытаясь задушить, но в это время остальные восемь шей вытянулись и, как по-волшебству, к ним приросли отрубленные головы. Вновь закипел бой. Геракл рубил и рубил, а головы приростали обратно. Скоро он почувствовал, что силы его на исходе. В это время колесница, управляемая Ленькой, возвратилась к полю боя. Он бросил поводья Интуте и побежал к Гераклу.

–Назад,-прхрипел тот,-одной капли яда достаточно, чтобы убить тебя.

–Но она боится огня,-пробормотал Ленька,-ты же видел как она удирала.

Он наклонился, поднял большую смолистую ветку, сунул ее в огонь. Она сразу же занялась ярким пламенем. Ленька побежал к Гераклу, размахивая веткой и увидел страх в глазах гидры.

–Она боится,-радостно закричал он,-руби ее, Геракл.

Ленька подскочил к гидре и начал хлестать ее горящей веткой. В этот момент снова отлетела голова чудовища, Ленька случайно опалил ее шею. Кожа на ней зашипела и сморщилась. Голова рванулась к шее, но не смогла к ней прирасти и мертвая свалилась на землю.

–Молодец, Ленька,-обрадовался Геракл,-жги ее, сейчас мы победим.

Он отрубал гидре головы, а Ленька прижигал ей шеи. Вскоре восемь голов валялись поверженными на земле. Перепуганная гидра попыталась убежать, но Геракл схватил ее за оставшуюся девятую шею и потащил к скале. Чудовище отчаянно извивалось и отбивалось, но силач приволок гидру к огромному нагромождению камней и завалил ее ими. Уже огромная гора возникла над Лернийской гидрой, а гигант все носил и носил обломки скал.

–Геракл,-окликнул его Ленька,-из-под этой пирамиды выбраться невозможно.

Только тогда остановился силач, сбросил с себя доспехи, подошел к мальчику и обнял его.

–Если бы не ты, малыш,-растроганно произнес он,-мне бы никогда не справится с ней. Ты герой, но не задавайся, а то уподобишься Нарциссу.

–Кто такой нарцисс?-поинтересовался Ленька.

–Цветок у нас на даче,-пояснила Интута.

–Давай-ка присядем на этот камень,-кивнул головой Геракл на огромный плоский валун, поросший мхом,-я немного отдохну и расскажу тебе эту историю.

Глава девятая о том, как был наказан Нарцисс.

Геракл обмыл в ручье шлем и доспехи, отчего трава и кусты внизу по течению сразу же почернели, положил их сушиться на солнце, а сам сел рядом с Ленькой.

–Жил-был на свете сын речного бога и нимфы по имени Нарцисс,-начал рассказчик,-был он очень красив, но холоден и спесив. Никогда никого не любил и не уважал. Всегда задавался и думал, что все может.

–Как Фаэтон. Мне о нем рассказывал Амфитрион,-перебил его Ленька.

–Куда там,-простодушно произнес Геракл,-во много раз хуже. Ну, ладно, слушай. Однажды он заблудился в лесу. Его увидела и полюбила нимфа по имени Эхо, наказанная богиней Герой. Эхо сама не могла ничего сказать, а только повторяла концы чужих фраз.

–Кто тут?-Крикнул Нарцисс.

–Тут,-громко повторила Эхо.

–Иди сюда,-позвал он, положив руку на рукоятку кинжала. -Сюда,-отозвалась нимфа.

Огляделся Нарцисс и никого не увидел.

–Естественно,-подтвердил Ленька,-он и не мог никого увидеть. Эхо-это всего лишь отражение собственного голоса.

–Эхо-это нимфа, всезнайка,-твердо произнес Геракл,-не перебивай.

–Где ты прячешься?-Закричал Нарцисс.-Иди ко мне.

–Ко мне! Ко мне!-Радостно закричала Эхо и выскочила из леса, но Нарцисс оттолкнул ее от себя. Ни она, ни другие девушки были не нужны гордому юноше.

Тогда одна из нимф обратилась к богине любви Афродите.

–Сделай так,-попросила она,-чтобы этот гордец влюбился до безумия, а ему никогда никто не ответил взаимностью.

Афродита исполнила ее просьбу. Однажды ранней весной, когда просыпается природа, Нарцисс подошел к небольшой заводи. Вода в ней была чистой и прозрачной как зеркало. Нарцисс оперся рукой о камень, наклонился и увидел свое отражение. Тотчас сын прекрасной Афродиты Амур пустил стрелу в его сердце. Сильная любовь овладела юношей.

–К самому себе?-Удивился Люсик.

–В этом-то все дело,-усмехнулся Геракл,-хочет Нарцисс уйти от ручья, но не может оторваться от своего изображения. Не ест, не пьет, смотрит на себя и слабеет.

–Прощай,-прошептал он своему изображению.

–Прощай,-грустно откликнулось Эхо.

Упал Нарцисс на траву. Склонились над ним и заплакали прекрасные молодые нимфы, а вместе с ними плакала Эхо. Громко причитая, вырыли они для юноши могилу, но когда пришли за его телом, то нашли на этом месте белый душистый цветок, который обычно с тех пор сажают на могилах.

–Здорово!-Восхитился Ленька.-Как красиво ты рассказываешь. Вот бы нашим учителям так. Да, сказка твоя поучительна.

–Сказка-ложь, да в ней намек-добру молодцу урок,-без запинки процитировала Пушкина Интута.

–Нам пора,-вскочил на ноги Геракл. Он обмакнул кончики стрел в яд Лернийской гидры, сложил отсеченные головы в сумку и, весело улыбнувшись, произнес:

–Вперед в Аргс к Эврисфею. Он нас уже похоронил, наверное.

Глава десятая о том, как Ленька и Геракл встретили кентавров.

Ленька тронул поводья и застоявшиеся кони понеслись.

–Геракл, расскажи за что Гера наказала нимфу Эхо.

–А что о ней рассказывать,-отозвался великан,-однажды Зевс приказал нимфе, чтобы она отвлекала разговорами его супругу Геру в то время, пока он любезничал с другими нимфами. Узнав об этом Гера рассвирепела и изрекла:

–Пусть навсегда умолкнет твой поганый язык, который обманывал меня!

С тех пор несчастная Эхо может повторять только окончания чужих слов.

–А у нас Витька Болоболкин,-поделился своими знаниями Ленька,-когда не знает урок, училке заговаривает зубы. А она его слушает, слушает, а потом говорит:

–Если бы я была богиней Герой то наказала бы тебя , как нимфу Эхо. Только никто не знает, что это значит, а я теперь знаю.

–Вон дворец Эврисфея,-кивнул головой Геракл,-останови коней.

Он взял мешок с головами гидры и подошел к стражнику.

–Доложи своему царю, что я принес ему головы гидры. Пусть посмотрит.

Эврисфею очень хотелось посмотреть на головы гидры, но страх оказался сильнее. Он вышел на порог и сердито замахал руками.

–Убирайся отсюда вместе со своими головами,-закричал он срывающимся голосом.

–Это не его головы,-невозмутимо поправила Интута,-а головы гидры. Царь совсем обезумел от страха.

Но Ленька не обратил внимание на ее слова, он знал, что сейчас царек придумает им новое задание. И тот, топнув ногой, ткнул в Геракла пальцем и взвизгнул:

–Подстрели страшного Эриманского вепря.

Тяжело вздохнув, Геракл швырнул мешок с головами гидры в кустарник и направился к колеснице. Два дня друзья прошагали по тропам, устраиваясь на ночлег на деревьях, пока путь не привел их к облачным вершинам гор. Они выпили всю воду, которая была у них в запасе и теперь внимательно прислушивались к тому, не слышно ли плеска ручья или шума водопада.

–Если подняться еще выше,-тяжело дыша произнес Ленька,-то на вершине может быть снег, мы его растопим и напьемся.

–Это дары данайцев,-пробурчал Геракл.

–О чем ты?– Вяло полюбопытствовал Ленька.

–Когда греки после длительной и безуспешной осады Трои поняли, что им не взять ее, хитромудрый царь Одиссей предложил изготовить полого деревянного коня, залезть во-внутрь небольшому отряду, дождаться, когда троянцы втащат коня во-внутрь города. А ночью, когда все будут спать, выскочить из коня, перебить стражу и открыть ворота для войска. Так они и сделали. Вот теперь и говорят:»Бойся данайцев дары приносящих»

–А я-то причем?-Удивился Ленька.

–При том, что на вершине такой холод, что мы превратимся в сосульки раньше, чем напьемся. Твой совет сродни данайскому коню.