- -
- 100%
- +
– Майор, отдайте деньги – попросил Алистер – я задолжал неплохую сумму, на которую можно будет пить эль хоть каждый день по несколько бочек. Как мы вернёмся в крепость, в наш дом, я отдам долг из своих сбережений.
Дулрус уставился на пол. Нервно дыша, он начал слегка шатать головой и обдумывать. В итоге через короткое время дварф расстёгивает кошелек, достает заветную сумму и подходит к торговцу.
– На, жри – сказал майор – и открывай дверь.
– Все что угодно, пока в ваших карманах есть золотые – молвил Аврус.
Из кармана торговец достал кинжал:
— В Вэствинде есть поговорка "Не жонглируй ножами, проколешь глаз". Дословно она значит не испытывай судьбу и не рискуй, а иначе поплатишься дорогим.
Сказав это, Аврус вонзил острие кинжала в глаз нарисованному человеческую. Лезвие вошло как нож в масло. Медленно и не спеша полукруглая стена развернулась.
За ней следовал коридор, сильно отличающийся от тех, что были ранее. Вместо блочных стен теперь пошли каменные кладки, на которых в расщелинах между булыжниками были установлены факела. Правда, между ними было немаленькое расстояние, и светили они крайне плохо. До конца было непонятно почему от них исходит так мало света, ведь огню ничего не мешало, он горел как и должен. Ответа на это не было.
Пока герои гадали над рисунком, курьер и тролль успели удалиться, да настолько, что уже не было слышно и шагов.
– Что это? — не торопливо спросил Алистер.
— Катакомбы Вэствинда — сурово ответил Аврус.
— Разве в этом городе скуперядев когда-то они были? — спросил Дулрус, недоверчиво глядя в проход.
— Когда город только создался — начал Грилб — здесь жила королевская семья. Тут же планировали строить и замок, но после наплыва купцов было принято решение переселения. Приняли его поздно, когда пути уже выкопали. Ничего не осталось, кроме как замуровать их камнем.
— Идеальное место для Анимарума – негромко сказал Алистер — никто сюда не ходит и не знает о существовании.
Дварф схватил свою секиру и крепко сжал ее до такой степени, что казалось сейчас у него начнут вылезать кости из костяшек. Алистер же слегка опешил. По его телу пробежал какой-то холод, а в груди появилось странное ощущение пустоты, будто бы на мгновение его сердце просто пропало. Казалось, что темнота крадётся к его ногам, чтобы поглотить его всего полностью. Неужели это страх? Быть того не может, Алистер никогда не боялся ни тьмы, ни смерти, ничего. Но подобное чувство он испытал впервые, даже на своей первой охоте, когда им была поражена первая нечестивая тварь, капитан не ощущал подобного. Невольно в теле появилась дрожь, а кожа будто бы побелела.
— Трусишь? — сказал Дулрус, который заметил, что со Старогорном что-то не так.
— Нет, мое сердце полно храбрости, — произнёс Алистер – но.... Меня что-то настораживает, тело отказывается слушать.
— А так? — произнёс дварф и толкнул в проход капитана.
Тело сразу же оживилось, мышцы заработали и перестали быть узниками незримого ужаса. Кое-как капитан смог устоять и не упасть лицом вперед.
— Благодарю вас, майор — произнёс Алистер.
Тонкий слух легионера уловил шум. Что-то тихонько передвигалось прямо под ногами. Капитан подозвал к себе Авруса. Торговец нехотя подошел, осветив тусклый проход ярким светом лантерны. Под ногами Старогорна боком лежала бутылочка с кровью демона, которая выпала после толчка. Черная жидкость билась о стенки сосуда в сторону прохода и понемногу флакон катился вглубь.
— Кровь тянется к трупам... — тихо произнес Старагорн.
— Или к тому, кому она принадлежит... — также тихо произнес Дулрус.
Аврус с крайним интересом смотрел на это. Его все такое же серьёзное лицо не показывало какие эмоции он испытывал, но в глубине души он находился в ужасе. Его пугал факт того, что очень даже возможно он скоро встретиться с какой-то явно не слабой демонической тварью. Однако же его нисколько не тревожило то, что он стал виновником этого, ведь какие могут быть обвинения, если он продажей мертвечины нажил себе пару лишних тысяч золотых? Где-то сзади заинтересованно хрюкнул Сигим. Легионеры и торговец закрыли собой проход, отчего однорукому батраку не было ничего видно. Разными способами он старался вытянуть свою голову, встать на носочки или как-то протиснуть свое рыло между защищёнными латами плечами легионеров.
Аккуратно Алистер наклонился и взял в руки склянку. Жидкость начала биться активнее, указывая внутрь прохода.
— Идем куда показывает кровь — молвил Алистер — это будет наш ориентир.
Никто ему не возразил. Ширина прохода позволяла спокойно идти группе без особых проблем. Рисковать было нельзя, от чего лантерну пришлось потушить и снова идти на ощупь. Медленной поступью они двинулись, стараясь держаться стен.
Долгое время не было слышно никаких звуков. Абсолютная тишина пугала намного больше, чем если бы героям слышалось чавкание какой-нибудь твари, которая доедает последнюю косточку от огромной туши горной коровы. На счастье идущим, после первых нескольких десятков метров что-то зашумело. Хриплый, предсмертный стон разнесся по безмолвному проходу. Затем еще один, и еще. Через некоторое время, глазам группы предстали первые изменения.
Однотипные стены заменились на тюремные камеры без каких-либо удобств, одни лишь только сырые кирпичи. Тут явно кто-то есть, раз слышаться стоны. Клетки не были освещены, из-за чего было почти невозможно что-либо разглядеть внутри. Но тут же стон послышался буквально под самым носом Алистера. В паре метров от него, в заточении сидит то самое существо, нарушающее тишину. Дулрус зажег спичку, чтобы небольшой свет от горящей головки дал увидеть кто это. В слабом свете деревяшки увиделся изуродованный гуманоидный силуэт. У черной фигуры не было ноги, в плече было что-то продолговатое, а правый бок был будто бы откушен какой-то зубастой тварью. Дварф не боялся всего того, что было вокруг, отчего осмелился протянуть руку внутрь камеры, протиснув ее между прутьев. Свет спичечки, даже не смотря на скромный радуис, на который лучики могли протискиваться, позволил развидеть кто или что сидело у стены.
Вся камера была усыпана мертвыми телами в перемешку со скелетами. Зачастую трупы были человеческие и каждый был безумно изуродован. С кого-то стянули кожу, кому-то вспороли брюхо, а кого-то и вовсе пересобрали в непонятное создание, поменяв местами руки и ноги. Стонущая фигура оказалась растерзанным эльфом. В свету он выглядел еще ужаснее. Рваные куски мяса, которые кое-как держались на отрубленной ноге, валялись на полу. Продолговатым предметом оказался деревянный кол, который часто можно встретить в баррикадах. Этим же "орудием" эльф был прибит в стене, у которой сидел. Сияние спички явило и то, чего на силуэте было не видно – на правой половине головы отсутствовала какая-либо плоть, был лишь голый череп. При этом эльф еще жил, без магии это просто невозможно!
Появившийся свет заставил прищуриться полумёртвого узника, от чего свободной рукой он прикрыл свое лицо.
— Не надо свет... — тяжело произнес он — уберите его.... Не надо...
Голос был дрожащим, тихим, мертвецки глумящимся. Трясущиеся пальцы разошлись, и эльф своим темным глазом глянул на легионеров.
— Вы... — стараясь обезопасить себя от слепящего света произнес узник — вы... Я помню вас...
— Ты знаешь нас? — спросил тихо Алистер и приблизился к решетке — откуда?
— Твои стрелы... — молвил заключенный — я их продал сегодня днём... Продал тебе...
— Ты тот самый эльф? — произнес Дулрус.
— Да-а-а...— хрипя произнес – я Гирок.
— Как ты здесь оказался? — спросил Алистер — мы же тебя видели буквально несколько часов назад.
— На рынке ты наверно заметил... — начал Гирок — какой-то полурослик крайне активно рекламировал некий способ легкого заработка....
В голове Старогорна всплыло воспоминание. Действительно, он вспомнил, что какой-то оратор крайне активно рекламировал что-то. Он тоже причастен к Анимаруму?
— Это была ловушка....— тяжело произнес эльф — на назначенном месте тебя похищают и ведут сюда... А потом....
Горик громко закашлял. Из-за того, что голова была наполовину без какой-либо плоти, звук был необычным. Он одновременно был и привычным, но и неким полым.
— Потом тебя заводили в какую-то темную комнату.... — продолжил он— горами были накиданы высушенные трупы. У них есть некие.... Пытатели.... Они терзают похищенных только ради мучений. Готовится некий ритуал, для которого требуется напитать муками их лорда.... Лорда Тенебриса....
— Тенебрис? — переспросил Алистер — та Змея, когда читала заклинание, произнесла это слово.
— Это их темный лорд... — продолжил Горик — но он отличается от демонов. Он что-то вроде их.... Главного покровителя. Его безумно сильно питают муки живых существ... Мои страдания ему пришлись по вкусу... Заклинатели поддерживают мою жизнь, чтобы из раза в раз кормить их властелина...
По спине Алистера пробежался холодок. Дела ещё хуже, чем казалось. Это не просто кучка безумцев, которые отбили себе последние мозги и начали служить тьме, а целая сплоченная секта со своим владыкой! Однако имя Тенебриса капитан, как и майор, слышит впервые. Не может же это быть новый лорд демонов. По крайней мере, чтобы заработать этот титул нужно как минимум, чтобы живые боялись тебя, а чтобы боятся нужно, чтобы о тебе знали.
— Тебе еще что-нибудь известно об их повелителе? — спросил Дулрус, удерживающий спокойствие.
— Их лорд давно умер... — ответил хрипя Горик — они насыщают его дух муками и ритуалами... Я подслушивал разговоры прислужников. Готовится ритуал, чтобы воплотить владыку в плоть, явить физическое тело.
— Воскрешение умершего? — спросил Алистер.
— Я не знаю... — тяжело произнёс эльф.
— Ты знаешь кто может нас ждать? — поинтересовался Аврус, опасаясь разве что за свою жизнь
Пленник лишь отрицательно покачал головой. Героям было известно лишь о женщине змее и том тролле, который с ней был. Остальных же культистов пока не было видно.
— А ты что-нибудь знаешь о женщине в маске змеи? — поинтересовался Алистер.
— Да... — закашлявшись ответил узник — она одна из главных подданных лорда... Ее все здесь слушаются... Я знаю, что помимо нее есть еще двое главных, которые тоже ходят в звериных масках, но они никогда не выходят отсюда, из-за чего мне не приходило их видеть...
— Раз ты их не видел, то откуда знаешь о масках — справедливо заметил Грилб.
— Я слышал — ответил Горик — они.... Не люди.... Они рычат.... Скрежечут по стенам... Топают когда ходят...
Где-то в коридоре послышался рык. Трещащий как кости на морозе звук шел из темноты. Нечто было там, и возможно видело героев. Эльф сразу же произнес:
— Дальше зал? — спросил Алистер — Мы почти прошли этот коридор?
— Да...— хрипло сказал Горик — там центр.... Там зал... Ритуал....
Узник начал задыхаться. Голос становился все слабее, а движения тела менее живые. Сильно кашлянув так, что вся грудная клетка заболела, заключенный продолжил.
— Они воскресят его.... Сегодня..... Там... Его... Тенебриса....
Эльф выдохнул и наклонил голову в бок. Глаза замерли в одном положении и перестали моргать. Тело осталось недвижимым, холодным и не живым. Дух покинул плоть. Горик умер.
Дулрус достал религиозный символ веры в единого бога дварфов и гномов, бога Хиллиуна, а если точнее, то подвеску, олицетворяющую его. Он всегда носил ее на своей шее и ежедневно молился. Сжав круглый символ на цепи, на котором был вычерчен дварф, убивающий змея топором, Дулрус начал читать молитву небожителю, прося его, чтобы дух этого эльфа нашел себе пристанище. Алистер неровно дышал. Впервые за свою жизнь он видел именно такую мучительную смерть. До этого ему не приходилось встречать тех, кого убили, воскресили, еще раз убили и это все только ради мучений! Сигим перестал издавать какие-либо звуки. Он еще при первом виде трупов затих, опасаясь, что за лишний вздох он окажется среди холодных тел, пополнив коллекцию Анимарума. Авруса же не волновало ничего. Ему хотелось лишь уйти оттуда. Темные коридоры катакомб вызывали у него отвращение. В голове он прикидывал, за сколько можно было бы продать информацию об их местоположении.
Немного погодя, Алистер двинулся дальше, не молвив и слова. Свою руку он положил на рукоять меча, уперевшись в гарду. Он твёрдо сказал себе — если дальше его ждет прислужник, демон или еще какая-нибудь тварь, то он убьет ее без каких-либо колебаний. Старагорна взбесила кровожадность Анимарума, взбесило количество убитых. Уверенной походкой капитан шагнул в темноту. Дварф не стал ничего спрашивать и просто последовал за ним. У Грилба и его слуги в свою очередь не было выбора, кроме как тоже идти дальше, ведь один боялся умереть здесь, а другой, что все узнают о его торгах.
Камеры с узниками не кончались. Весь оставшийся коридор был полностью безжизненен, ни одной живой души им не попалось на глаза. Лишь трупов начало становиться только больше. Теперь они не устилали полы, а полностью забивали клетки до такой степени, что казалось невозможно будет открыть дверцу так, чтобы вся эта куча не повалилась на тебя. Многочисленные могильщики, серые мясные мухи и черви налипали на мертвой плоти. Самый настоящий пир для насекомых и прекрасная возможность плодиться. В теле Сигима появилась дрожь. Его не могло оставить в покое то, что он идет туда, откуда все мертвяки были притащены сюда. Остальные же были более решительны и в них ярче пылала уверенность.
В скором времени в конце коридора начал виднеться тусклый свет. Вдоль стен больше не было камер, остались лишь гладкие камни. Запах гниющей плоти начал отступать и постепенно его заменил странный аромат, похожий на гранатный, только более горький.
Первым, кто подошел к выходу из зловонного тоннеля, был Алистер. Капитан решил сначала не заходить, а сперва осмотреться. Прижимаясь к стене в коридоре, чтобы как можно сильнее минимизировать шанс обнаружения, капитан выглянул.
Его глазам предстало цилиндрическое помещение, в центре которого была отверстие, создающее кольцо. Такие же как и раньше серые камни сливались на фоне друг друга, а факт того, что в помещении не было абсолютно никаких предметов или мебели еще сильнее подчеркивал однообразие цветов. Но при этом комната не была пустой, прямо около отверстия, на стороне откуда пришли герои, стояли две фигуры в черных плащах с красной каёмкой. Те самые мантии, которые собирался продать Аврус! Верователи стояли плечом к плечу, спиной к капитану. Между ними, прямо в той стороне, куда были повернуты служители, был новый проход в совершенно такой же коридор, только он теперь вёл вниз. Из уст демоноверцев очень тихо исходили какие-то слова, плавно перетекающие из одного в другое. Молитва демону? Дулрус аккуратно подошел к Алистеру и тоже увидел эту картину. Дварф легонько подтолкнул капитана, чтобы тот повернулся к нему. Старагорн так и сделал. Только он повернулся, как майор провел большим пальцем по горлу, тем самым давая команду убить их. Алистер кивнул. Убивать из подтишка двуручным мечом настолько же гениальная идея, как посвятить ожившего скелета в паладины, от чего Старагорн решил достал один из свистунов из своего колчана, чтобы стрелой заколоть верователя, как клинком.
Аккуратной поступью легионеры начали приближаться к молящимся. Несмотря на стальные доспехи, звука шагов не было слышно. В лагерях Ривенгарда обучают быть не заметными, и беззвучная ходьба в тяжелых латах входит в курс обучения. Аврус и Сигим решили остаться в проходе, дабы не рисковать собой. Демоноверцы ничего не подозревали — они все также стояли и произносили свои непонятные слова. Дулрус крепко схватил свою секиру. Видимо, ему не ведомо, что такое "скрытное убийство". Одно мгновение и легионеры уже за спинами приспешников тьмы. Дварф приподнял руку, приказывая готовиться к удару. Пока Алистер готовился накинуться на цель, удушить и потом вонзить острие в шею, его напарник просто повернул секиру тупой стороной и подготовился к удару. "Гениальная идея" подумал капитан. Дулрус подал знак к действию и Старагорн мигом накинулся на противника, обхватив левой рукой шею и начав душить. От сильной давки на шею, прислужник начал беспорядочно махать руками в попытках выбраться и дать отпор. Не оставляя врагу времени одуматься, Алистер воткнул стрелу ниже кадыка и постарался как можно глубже всадить её. Со рта вырвались сгустки крови, запачкавшие мантию верователя. Очень скоро он умер. У Дулруса же было проще. Он как можно сильнее ударил тупой стороной секиры по затылку. Зная силу дварфа, пораженный ударом если не умрет, то точно отключится. Как и прогнозировалось, враг упал замертво, только вот тело начало падать вперед. Этого нельзя было допустить, поэтому своей мужицкой рукой майор схватил верователя за капюшон и дернул в свою сторону. Отключенный упал на пол у ног легионеров.
— Способ у тебя конечно необычный — тихо произнес Алистер.
— Зато действенный — негромко ответил дварф.
Капитан решил осмотреть тела. За плащами мантий скрывались два бритоголовых мужчины. Их кожа отличалась от обычной человеческой, она была серой, мертвецки серой. На лицо признаки сотрудничества с тьмой. Пальцы не имели ногтей, судя по следам их грубо оторвали от плоти. Новая особенность демоноверцев? Старагорн закатил рукав одному из служителей. Чуть ниже локтя на тыльной стороне был вырезан рисунок — практически полностью закругленный месяц, в центре окружности которого стояла точка, а от низа шли три ровные полоски. Из своей сумки капитан достал небольшой лист пергамента и принялся перерисовывать символ. Вполне возможно, что ученые Ривенгарда смогут разгадать его.
— Алистер, глянь на это — тихо произнес Дулрус, который уже стоял около края "кольца".
Легионер убрал зарисовку и ловко подскочил к напарнику. Наклонившись он увидел огромный пролет вниз. Еще несколько таких же этажей как этот были под ногами героев, а в самом низу, на дне, был алтарь. Жертвенник представлял собой чашу, вокруг которой квадратом выстраивались острые обсидиановые пики, больше подходящие на клыки саблезубых тигров. К острым концам были подвязаны свисающие вниз цепи, на которых держались малые чаши, предназначающиеся вероятнее всего для ритуальных компонентов. Вокруг алтаря и на кольцах битком стояли прислужники, хором читающие тексты. Легионерам стало не по себе, ощущение скопления тьмы начало щекотать их кожу. Аврус, заметя такую реакцию, тоже присоединился, так как и ему стало интересно что там. Сигима окутывал страх. Если в коридоре ему было крайне жутко, то в этой комнате быдо еще хуже, а смотреть туда вниз и восе смертеподобно.
С замирающим дыханием троица наблюдала за происходящим. В один момент все голоса хора затихли и казалось по всему подземелью воцарилась тишина. Где-то вдали послышались шаги. К жертвеннику подошла женщина-змея, а за ней следом две большие фигуры, размером примерно с плечистого орка. Алистер смог на них разглядеть маски — свинья и бык. Это лидеры, те самые, о которых говорил Горик. Змея шла вперед, а за ее спиной следовали те громадины. Неторопливо женщина развела руки и начала громко и отчетливо говорить:
— Восхвали Тенебрис всех присутствующих сегодня! В этот знаменательный день все мы: приспешники, жрецы и мученики вдохнем жизнь в нашего лорда, дадим пристанище его мятежному духу и явим миру настоящий лик ужаса! Мы долго готовились к этому дню. Мы похищали и пытали, собирали нужные нам компоненты, днями и ночами читали запрещённые тексты, ищя способ возродить властелина. Наши труды не были напрасны, сегодня мы достигнем того, чего так долго добивались!
В толпе демоноверцев послышались хриплые, но при этом радостные возгласы, в перемешку с ревом и неким рычанием. Змея подняла руки вверх.
— Да начнется ритуал! — произнесла она
Из темных углов к алтарю выдвинулись четыре служителя, держа в руках хорошего размера кувшины. Верователи встали каждый между зубий и синхронно принялись выливать в чашу содержимое ёмкостей. Из горлышек полилась темно-красная жидкость — кровь. В ней Аврус узнал свой товар. Густой жизненный сок до краев наполнил вместилище жертвенника. Молча и тише самой тишины, удерживая в подмышках опустевшие кувшины и скрестив ладони на груди, фигуры в плащах удалились. Где-то в зале глухо и однообразно застучал барабан. Из прохода, откуда пришли маски, вышел тот самый тролль, что был на сделке. Тяжело дыша, громила нес что-то весьма большое, замотанное в пожелтевшие ленты. Продолговатый груз, настигнув жертвенника, погрузился в кровь, все так же оставаясь в бинтах. Глубины "кровавой ванны" хватило на то, чтобы погрузить его полностью. На одну из висящих чаш Змея положила человеческий череп без нижней челюсти и с торчащими волнистыми рогами. Маски подошли с трех сторон к алтарю, оставив одну свободной. Снизу из одного из коридоров начали слышаться визги. Приспешники привели того самого полурослика, что агитировал недавно на рынке.
— Что вы творите! — визжал тот, постукивая своими необычными сапожками, пока его держат под локти двое служителей тьмы — Я столько всего для вас сделал! Если бы не я всего этого не было бы вообще!
— Пришло время тебе исполнить последнее поручение — холодно произнесла женщина-змея — после него мы больше не будем нуждаться в тебе.
Не ожидая очередных визгов полурослика, приспешники окунули его лицом в кровь, встав на незанятой стороне жертвенника. Пуская пузыри, коротышка начал захлебываться. Его ноздри и горло активно забивала красная жидкость. На короткое мгновение его вытащили оттуда.
— Жжёт, жжёт! — завизжал он и с его кожи обильно начал выделяться пар.
— Все готово — молвила Змея — киньте его туда, лорд будет голоден.
Фигуры в мантиях незамедлительно швырнули полурослика в центр чаши. Тот, то ли от не умения плавать, то ли от невероятного жжения, беспомощно бултыхался в крови. Маски скрестили ладони на груди, а за ними вслед и остальные члены Анимарума. Прозрачным звуком хор начал читать мантры:
— Dominus Tenebrys! — послышалось по залу — Et tu, puer, clamat ad te. Aiutatemi per favore, ho bisogno di questa versione! En sanguis eius exquiritur, hanc horam fac opus tuum! Serva filios tuos et plantabis radices malas in terra...
С самого верха, где сидели герои, из коридора с мертвыми узниками полетели сотни зеленых сгустков. Пролетая через отверстие, они влетали в зал и кружили вдоль стен цилиндрического помещения. За спинами легионеров послышался скулеж Сигима. Остальные же были более хладнокровны, но и их страх не обошел стороной. Ненароком у Алистера появилось подобное чувство, что было после пробуждения, а грудь начала бесчеловечно болеть. Дулрус угрюмо глядел на происходящее, а Аврус нервно стучал пальцами по штанине. Как только все сгустки вылетели и собрались прямиком над чащей, образовалась одна большая сфера. Медленно, светясь кислотно-зеленым цветом, она опустилась в центр жертвенника, полностью погрузившись. Во всем цилиндре воцарилась тишина, все ожидали того, что будет дальше. Легионеры, как и прислужники, затая дыхания ждали того, что сейчас произойдёт. Однако где-то с минуту ничего не происходило, кроме того, что полурослик сдался и погиб, потому что перестал барахтаться. Начали слышаться тихие шепотки, а маски озадаченно смотрели на чашу. Их ритуал провалился? Многие уже собирались спрашивать что и как, как тут же женщина-змея воскликнула:
— Он здесь... Наш лорд.
Несколько пузырьков появилось на красной глади. Резко рука скелета пробила насквозь тело полурослика и унесла на дно.
— Алистер, будь готов — тихо произнес Дулрус и схватился за топор.
Из кровяной массы высунулись две гуманоидные руки без какой-либо кожи — одни сплошные мышцы, не закрытые кожным покровом. Еще немного погодя показались такие же не защищённые кожным покровом голова и тело. Вид открытых сухожилий и мертвецки дерганные движения в напугали Алистера, а сердце начало болеть. Капитан не подал вида, но казалось, будто бы его "насос кровеносной системы" зажали в тиски и как только можно сильнее сжали. Оживший мясной труп встал во весь рост и начал смотреть на все вокруг, очень медленно поворачивая голову. Женщина-змея развернула некий свиток и начала делать жесты рукой, приговаривая себе под нос слова. Тело начало кричать криком боли и кровь, в которой оно стояло, начала впитываться. По всему помещению начали слышаться хлюпающие звуки. Легионеры, как и все прислужники, с интересом наблюдали за процессом. Как только тело осушило чашу, на нем начала появляться кожа, которая струилась из сухожилий. Как только мышцы оказались прикрытыми, вместо безобразного тела всем смотрящим предстал существо с человекоподобной прекрасной фигурой без гениталий. Атлетически сложенное тело, на котором виднелись накачанные мышцы, достаточно высокий с длинными пальцами, широкими плечами и мощной, будто бы не человеческой челюстью. Глаза были абсолютно черными — невозможно было увидеть есть ли у него зрачки. На всем теле не было какой-либо растительности — человек был полностью гладкий. Тяжело дыша, он встал и начал осматривать глазами где он.