- -
- 100%
- +
– Если Лесник спросит, что произошло, что ему расскажем? – Хава вытянула руку из воды, осматривая ногти, которые за долгое путешествие выглядели, мягко говоря, не очень, она поморщилась и опустила руку обратно в воду.
– А как ты думаешь, сестра? – Хилини оглянулась на сестру – Я думаю, ты согласишься со мной, что мы расскажем правду.
–Да, правда, – Хава приподнялась и села в ванне, – Ину и остальные повержены, Тахир тоже пал, думаю, на этом все, жалкий оставшейся Древний, который за все время не связывался с нами, пусть теперь призадумается. Я не думаю, что он представляет какую-либо опасность для нас.
Хилини потянулась к столику, стоявший пред зеркалом, и взяла баночку с мазью. Открыв ее, она начала втирать мазь аккуратно в кожу на груди. – Расскажем, что Древние мертвы и посмотрим на его реакцию. А там подумаем, что делать, Лесник силен своим Капитулом, за столько лет он создал мощную организацию, его вера распространилась очень далеко.
– Если понадобится, мы сможем наведать к нему лично, – ответила Хава. – Мы сильны сейчас, как никогда.
***
Наступил вечер и в назначенное время Сестры уже находились на своих законных местах, на двух больших каменных тронах, высеченных из одного куска камня в большом зале дворца. Зал был ярко освещен факелами на стенах, и железными чашами что стояли повсюду. Большие колонны, украшенные каменными змеями и высеченными на стенах рисунками со сценами человеческих жертвоприношений, ярко освещались огнем. Возле Сестёр стоял Гомати, в ритуальных одеждах жрецов Кадру, а вдоль зала стояла охрана, вооруженная копьями и круглыми щитами.
– Пусть заходят, – лениво качнула рукой Хава, и один из стражников, в другом конце зала, открыл высокие двери из дерева.
В зал зашел гонец, присланный Капитулом, в окружении двух человек. Они шли чуть позади, одетые в рясы с капюшонами, а на поясе у них звенели железные обереги, инструменты магов, что усиливали магию и придавали им сил. Сам же гонец оказался высокого роста мужчиной, с резкими чертами лица, в неброской походной одежде, из оружия только короткий меч, украшенный драгоценными камнями, только он показывал, что это не простой путник.
В зале стояла полная тишина, были слышны только шаги, идущих по направлению к сидящим Сестрам, людей, и треск огня от факелов. Подойдя ближе, гонец коротким кивком поприветствовал Сестер и начал говорить:
– От имени Капитула приветствую вас, благословленные светом Кадру, его дочери. Те, кто правят сильной рукой и холодным умом. Как вам сказали, я прибыл чуть раньше вас с посланием от моего повелителя Лесника.
Хава подняла руку, прервав его речь, спросила:
– Ты не представился гонец, кто ты?
Гонец, не теряя самообладания, прервался и ответил ей:
– Я – один из его слуг, мой имя неважно. Я – Видящий. Мы те, кто находимся ближе всех к повелителю. Его воля ведет нас.
– Вот как, что ж, продолжай, безымянный Видящий, – Хава откинулась назад на троне, а Хилини, сидевшая рядом, улыбнулась краешком рта.
– Наш повелитель знает, что произошло в землях песка. Он знает, что вы повергли в прах наших общих союзников и того, кто томился в курганах. Еще он знает, что вы привезли кой кого оттуда, человека.
Хава услышав, что говорит гонец, напряглась, а ее руки сжались в кулаки. Хилини же сидела спокойно и так же спокойным тоном она спросила:
– Мы и не думали ничего скрывать, хотели рассказать вашему повелителю Лестнику, что произошло, но раз уж он все знает, тогда с какой целью он прислал тебя? Что надо было сделать, сделано, а то, что наши «общие» союзники мертвы, что ж… – она улыбнулась. – Они решили нас убить, за что и поплатились.
Видящий выслушал слова Хилини, и ответил:
– Наш повелитель предвидел ваши слова, и просил передать вам, за то, что сделали, должны преклониться перед ним и отдать человека, которого привезли с собой. Вы не ровня Древним и то, что сделали с ними, должно караться смертью. Но, он так же понимает, что вы помогли убить Тахира, и поэтому вы сможете остаться в живых служа ему.
Стоящий возле тронов Гомати услышав, что сказал гонец, покраснел от ярости и, сделав шаг вперёд, выкликнул:
– Как ты, смеешь говорить такое самим дочерям Кадру? За одни только слова с тебя сдерут кожу заживо, и за то, что ты сказал, тебя предадут мучительной смерти.
– Оставь, Гомати, – Хилини все так же оставалась спокойной, привстала на троне и посмотрела прямо в глаза Видящему. – Значит, не ровня Древним, говоришь? Это слова твоего жалкого хозяина? Жалкой твари, что сидит, спрятавшись не понять, где сотни лет? Он упустил Тахира, так как он копил по крупицам силу, чтобы вырваться и обмануть нас. Всего лишь старик, вот кто твой повелитель! Не осталось у него не силы, не власти. И раз уж он так сказал, да будет так. Тогда мы придем за ним и покажем, кто мы такие, и что мы умеем.
Воины, что стояли в зале, слышали разговор, но ничего не делали, пока Гомати не подал им знак. Не спеша, они стали окружать стоявших людей, направив копья в их сторону. Видящий сделал шаг назад и оглянулся по сторонам, увидев как их неспеша окружают, он посмотрел на сидящих Сестер, и улыбнувшись, сказал:
– Повелитель это тоже предвидел, и теперь он накажет вас за вашу дерзость.
Вытащив меч из-за пояса, он резко прыгнул, вперед и, легко отбив удар одного из воинов, пронзил его насквозь. Левой же рукой он что-то достал из кармана возле груди, похоже на браслет из черных платин. Он прикоснулся ими ко лбу, прошептав что-то, после чего они засветились странным черным светом, отведя руку назад, сделал шаг в сторону сидящих Сестер, и проговорил:
– Лестник – наш повелитель, и его воля едина для всех.
Один из магов, откинул капюшон, открыв бледное лицо с выбритой наголо головой, покрытой символами. Он сел на пол и, закрыв глаза, начал говорить слова. Второй же, обойдя собрата, встал перед ним, достал легкий острый боевой серп. Провел над ним рукой и лезвие засветилось зеленоватым пламенем.
Все это было сделано буквально за минуту и совершенно неожиданно. Гомати отступил на пару шагов, глянул на Сестер. Хава подняла руки и захлопала в ладошки.
– Ты посмотри на них, сестра, – она, смеясь, обратилась к Хилини: – Собаки хозяина решили исполнить его волю. Наказать и показать нам, что будет за непослушание.
Хилини, все так же спокойно сидела на троне, и встретившись взглядом с сестрой, коротко ей кивнула головой.
– Развлекайся, сестра, – И Хава взорвалась багровой фигурой.
За секунду подлетев к Видящему, она схватила его за горло и швырнула его далеко к самому входу. Отлетев, его фигура ударилась о закрытые ворота, оставив в них вмятину, и упала, меч покатился из его руки и Видящий застыл без сознания. Хава же перевела свой взор на мага, что стоял с серпом, и прыгнула в его сторону. Но он уже ждал наготове и, несмотря на скорость, с которой она двигалась, ему удалось уйти в сторону, ударив серпом.
Зашипев от боли и неожиданности, Хава отпрыгнула в сторону и посмотрела на рану. Глубокий порез на руке, от вида которого, маг скинул капюшон и хрипло рассмеявшись, сплюнул на пол.
– Грязные ведьмы! Вам со мной не справиться! Сила нашего бога питает нас, – он навел серп на Хаву и сказал: – Я порежу вас на куски!
Хилини видела, что происходит, и решила вмешаться.
–Гомати! – она позвала старого жреца, что стоял возле трона и наблюдал за схваткой
– Да госпожа, – ответил ей жрец.
– Забери солдат и уходите отсюда, вы здесь ничем не поможете. Идите в казармы и убейте всех солдат, прибывших сюда с ними.
Гомати склонил голову, отдав распоряжение, двинулся с солдатами ко входу в зал. Хилини достала маленькую бутылочку, выпила его содержимое, потом она прыгнула туда, где ее сестра сражалась с магом с серпом в руках.
Он был силен, отбивался от них с удивительной скоростью, в то же время, у него получалось наносить удары в ответ. Но через некоторое время дыхание его стало тяжелее, он начал уставать. И в один момент Хава перехватила его руку и, выдернув из нее серп, воткнула его в живот человеку, заставив того согнуться от боли. Медленно ведя лезвие, она довела его до груди, и дернула вверх. Тело мага пошатнулась, после чего, он упал мертвым на пол.
– Он был неплох, – усмехнулась Хава, и они с сестрой посмотрели на второго.
Пока они были заняты схваткой, от него не осталось почти ничего. Оплавленная фигура, в которой было мало чего человеческого, он слабо шевелил конечностями и светился зеленоватым светом.
Хилини выругалась, увидев это.
–Сейчас нам будет очень тяжело – Фигура же бывшего мага зашевелилась и села на полу. Повернув оплавленное безглазое лицо, существо громко заревело и начало вставать
– Лестник, все продумал, – Хилини сделала шаг назад. – Это его сущность, практически он сам, сестра нам надо попытаться его убить.
Хава прыгнула вперед, ударив обеими руками, но поднявшийся на ноги монстр, даже не покачнулся. Слабые полосы зеленого света протянулись по его лицу и исчезли за секунду. Существо открыло рот, зеленый сноп света ударил в опешившую, Хаву отбросив ее в сторону к тронам, где она врезалась в один из них, и тяжело закричала от ярости и боли.
Хилини понимала, что существо было очень сильным, начала кружить вокруг него, уворачиваясь от потоков магической энергии, что извергал из себя монстр. Подхватив лежащее копье возле мертвого стражника, она провела над ним рукой, и копье покрылось черным налетом, потом прыгнула и ударила существо, попав ему в район шеи. Удар был неожиданным, существо упало на одно колено, попытавшись выдернуть застрявшее копье. Хилини же, не дав ему прийти в себя, вытащила кинжал и ударила в живот, заставив упасть его на спину.
– Не так быстро, ведьма, – услышала она сзади голос, но не успела среагировать.
Видящий, который был без сознания, пришел в себя и присоединился к схватке. Единственное, что успела Хилини, чуть уйти в сторону своим телом и клинок вошел ей в бок, пронзив насквозь. Махнув рукой наугад и почувствовав, как удар попал по Видящему, она чуть отступила назад. Он же, встряхнув подбородком, улыбнулся и, вытянув меч, пошел в атаку.
Хава лежала возле разбитого трона и чувствовала, как удар, нанесенный ей призванным существом, серьезно повредил ее тело. Она посмотрела на рану и внутренне выругалась, обгорелая плоть устрашала, а нога еле двигалась. Раздался крик сестры, она оглянулась, Видящий рубил ее своим мечом, и она еле держалась.
Хава поднялась, и не смотря на поврежденную ногу, побежала к сестре. Видящий не ожидал, что она придет на помощь, и полностью сосредоточился на Хилини, рубя ее мечом. Когда Хава появилась сзади, он даже не заметил. Она схватила его за голову и просто сломала ему шею. Безвольное тело упало на пол, рядом же упала Хава, потратив все свои силы.
Пока они сражались, существо пришло в себя, поднявшись на ноги, подошло к лежащим сестрам. Казалось, что его расплавленное лицо, излучало злорадство, видя их состояние.
– Мы все-таки недооценили его, сестра, – Хилини усмехнулась. – Он сильнее, чем Ину, и явно умнее, – она взяла в руку ладошку своей сестры. – Думаю, мы проиграли.
Подобрав валяющееся копье, существо с силой ударило, лежащую Хилини, пригвоздив ее к полу, Хава же так и осталась лежать без сил. Последний рывок Хавы окончательно повредил ее ногу. Она лежала не в силах что-то делать.
В зале настала полная тишина. Было слышно только дыхание сестер, а существо стояло молча разглядывая их. Решение был принято, и оно стало открывать пасть, чтобы нанести удар. Со стороны трона послышались легкие шаги, и монстр остановился, услышав их. Он развернулся, к ним не спеша шел Кальд, обычным шагом, осматривая все происходящее, только взгляд его был необычным. Глаза Кальда были открыты, и в них не было видно ничего, белая дымка закрывала все.
Существо открыло рот, зеленый луч ударил в мальчика, но тот выставил руку ладонью вперед и луч, отразившись от нее, ударил в потолок, повредив его, заставляя куски камня упасть на каменный пол. Кальд же, подойдя в упор к существу, прикоснулся рукой к его оплавленному лицу, вызвав явно страшную боль. Оно отшатнулось, принимаясь руками скрести свое лицо, где остался отпечаток детской ладони. Вскоре, упал на пол, катаясь и ревя от боли, где затихло. Сестры ошеломленно смотрели на происходящее, ничего не понимая, а Кальд повернулся к ним, сделал пару шагов, падая без сознания.
– Он спас нам жизнь, – Хава смотрела на лежащего без сознания мальчика. – Я не знаю, как он это сделал, но его сила была просто гигантской, ты почувствовала, сестра?
Хилини пыталась вытащить копье, проткнувшее ее насквозь, наконец, у нее получилось и она, отбросив его в сторону, сказала:
– Этот мальчик полон тайн и загадок, – она села на каменном полу и, вытянув руки вдоль тела, облегченно вздохнула. – Когда он коснулся морды этой твари, я почувствовала, такой сильный всплеск магии, и теперь понимаю, что ты имела ввиду. Одним движением он выбил Лестника с этого тела.
– И Лестник, кажется, знает про него. – Хава начала вставать с пола.
– Верно, только вот мы не знаем, что это за сила и откуда она у него? – Хилини усмехнулась. – И, кажется, мы только что начали войну с Лестником.
– Мы справимся, – Хава тоже усмехнулась. – С такой силой справимся уж точно.
Ворота во внутренний зал начали открываться, впустив отряд солдат под предводительством Гомати. Увидев, в каком состоянии Сестры, он запричитал, вскидывая руки:
– Не надо было нам уходить, повелительницы. Посмотрите, что с вами стало.
– Гомати! – повысив голос, сказала Хава. – С нами все нормально. Что с солдатами, которые прибыли вместе с ними? – она кивнула головой на лежащие трупы Видящего и двух магов.
– Они все мертвы, – склонил голову жрец. – Никто не выжил,
– Это хорошо, – Хава довольно кивнула головой. – Мальчика унести в наши покои, пусть лекари осмотрят его. Выставить охрану, за него все отвечают головой. Мою сестру тоже, ее ранили, и сама она идти пока не может. Я останусь пока здесь, мне надо кое-что выяснить. Пришлешь мне в помощь двух молодых рабов.
– Я вас понял, Госпожа, – Гомати развернулся, раздавая распоряжения. – Что-то еще?
– Да, – Хава посмотрела на всех стоящих воинов и жреца. – Капитул объявил нам воину своей выходкой, начинайте готовиться. Это только начало.
***
Кайден спал и ему снились кошмары. Что-то непонятное пришло в его сны, что-то темное. Он пытался проснуться, но у него ничего не выходило. Страх проник в самое сердце, и черные руки во сне крепко его держали в своих объятьях. Он попытался закричать и проснулся от того, что его пытались разбудить. Он широко раскрыл глаза и, вытащив нож, попытался ударить темный силуэт, висевший над ним в темноте. Крепкая рука перехватила его за запястье, и знакомый голос позвал его:
– Кайден, Кайден, хватит!
Его взгляд начал проясняться, и он расслабился, опустив руку с ножом.
– Что происходит? – спросил он.
– Все нормально, просто тебе приснился видимо плохой сон. – Сержант отодвинулся от него. – Последние два дня всем снятся плохие сны, не только тебе.
Кайден приподнялся и сел, оглядевшись: они спали возле потухшего уже костра, была темная ночь. Устин с Радимом лежали рядом с другой стороны. Сержант обернулся в сторону заброшенного храма.
– Тахир уже давно там, никого не пускает и не принимает. Говорит, что это важно для всех. Анджун засияет звездой в тысячу раз сильнее, чем раньше. Сказал, что сегодня все получится, говорит, что скоро плохие сны уйдут, это Древние, их души, они пытаются помешать ему.
– Надеюсь, – Кайден снова начал разжигать костер. – Если это так, то поскорее бы это уже закончилось.
Сержант тихо рассмеялся. Костер разгорался, потрескивая ветками, и одновременно с ним со стороны храма раздался тихий гул, похожий на тот, что они слышали раньше. Он нарастал, становился все громче, волна воздуха резко ударила со стороны храма, раздувая пламя костра. Ударила раз и затихла, потом второй раз, третий.
Проснулись Устин и Радим, ничего не понимая, они тоже начали смотреть в сторону храма. Наступила тишина и яркий луч ударил в звездное небо. Купол его засветился, свет разлился во все стороны, люди вскочили на ноги, потрясенно смотря на все это.
Садди, что спали возле храма, убежали от него, и, собравшись небольшой группой, сидели, возбужденно переговариваясь между собой. Ворота храма распахнулись при свете, что шел изнутри него, стали видны, стоявшие в глубине, человеческие силуэты. Они стояли, не двигаясь, а потом из храма вышел Тахир.
– Возрадуйтесь! – вскричал он. – Мои сестры и братья вернулись во плоти. Источник вернул их! – он поднял руки и развернулся к стоящим фигурам.
***
– Здесь не опасно? – недоверчиво смотря на узкий лаз в камнях, спросил Акиф.
– Боишься, что ли, брат? – насмешливо на него посмотрел Джума. – Не хочешь идти?
Они стояли возле того места, откуда вернулся Джума, спустя много дней. Когда он потерялся, все уже думали, что он не вернется.
«Его съели волки», – говорили взрослые. – «Он пропал, потому что так захотели боги», – продолжали они.
Но Тахир говорил, что он вернется, успокаивая своих сестер и братьев. Сидя вечером в своем доме на краю деревни, когда они, собравшись кружком возле костра, ели нехитрый ужин, он успокоил их:
– Я знаю, что он жив, – Тахир улыбался, обводя взглядом всех. – Боги решили испытать нас, и его тоже. Надо просто верить, и все будет хорошо.
И действительно, Джума пришел однажды вечером, полный сил, как будто и не пропадал. Он зашел в дом, и это казалось чудом. Он рассказал, что он нашел, там в пещерах. Озеро спасшее ему жизнь, вода, в котором излечила его. Он сказал, что несколько дней провел там, ища путь обратно, и каждый раз, когда он терялся, возвращался к озеру. Пил снова и чувствовал себя по-другому после каждого глотка. Голова его стало ясной. Руки и ноги его стали очень сильными, и однажды, после очередной попытки найти выход, он в ярости ударил в стену, вставшую перед ним, после чего пошла трещинами.
Не веря своим глазам, он ударил еще раз, и камень начал рассыпаться как песок. Джума своими кулаками пробил себе выход наружу. Ему не поверили, пока он не позвал всех наружу, подойдя к большому камню, который лежал возле их дома много лет, не разбил его. И он сказал, что волшебные воды подземного озера сделают лучше и сильнее всех братьев и сестер. Если бы не Тахир, никто не пошел бы с ним. Сестры посчитали его проклятым, опасаясь его. Оставив их с младшим братом Шимуном, они втроем пошли проверить то, о чем говорил, Тахир и Акиф. Тахир был единственный, кто верил ему и его словам.
– Почему ты считаешь, что эти воды сделают нас такими же, как и ты? – Тахир спускался в узкую расщелину вслед за братьями глубоко вниз.
– Когда, раз за разом, возвращался обратно к озеру обессиленным, падая возле него, я засыпал уставшим. И во сне ко мне обращался голос, он говорил мне, чтобы я не сдавался, что у меня все получится. И еще он знал про то, что у меня есть вы. Он сказал, что когда я выберусь, то должен привести вас к озеру, чтобы вы испили воды, если мы будем вместе, то сможем стать великими.
Акиф испуганно посмотрел на него.
– Что за голос с тобой говорил? Только демоны могут давать такие силы и нашёптывать легкие пути.
– Это не демон, я знаю, – Джума ободряюще посмотрел на брата. – Демон бы сожрал мою душу и не выпустил бы меня. Или бы обратил в своего слугу.
Тахир шел позади них, освещая факелом пещеру, через которую они шли, сказал им:
– Я думаю, Джума прав, это боги решили подарить нам свою силу, мы живем, почитая их, и они захотели возблагодарить нас.
– Может быть ты и прав, Тахир, – Акиф оглянулся на него. – Но я все равно пока не верю, в это.
Они вышли к берегу озера, спустя некоторое время. Свет факелов отражался от воды. Тени, метавшиеся от света среди каменных пик, рисовали чудные образы. Стояла полная тишина, и братья остановились, не зная, что делать дальше. Наконец, Джума прервал ее своими словами:
– Идите к озеру. Испейте воды.
Тахир и Акиф, переглядываясь, подошли к самой кромке воды, воткнув свои факелы в каменистый пол пещеры сели.
– Вместе? – спросил Тахир, глядя на брата.
Тот утвердительно качнул головой и они, нагнувшись, набрали в ладошки воды, сделав по глотку. Потом еще и еще, ничего не происходило. Прекратив пить, они повернули свои лица к Джуме.
– Ничего не происходит, брат, – Акиф усмехнулся. – Я же говорил, это все зря!
Тахир сидел рядом, понимая, что брат прав, это все пустышка, обычная вода. И внезапно он что-то почувствовал, какое-то покалывание в теле. Это чувство усиливалось, и он, подняв руки, посмотрел на них, они светились ярким светом.
Тахир поднял взгляд на брата и увидел, что тот тоже светится ярким светом. Джума, стоявший позади них, начал смеяться громким смехом. Братья вскочили на ноги и смотрели в ужасе друг на друга, ставшими двумя яркими силуэтами. Покалывание ушло, вместо него пришла боль. Их тела, как будто, горели заживо изнутри, пытаясь избавиться от нее братья начали кататься по земле, но это не помогало. Тахир не выдержал, первым прыгнув в озеро, вода накрыла его с головой, за ним прыгнул Акиф. Вода бурлила, принимая их в себя, не выпуская на поверхность, и вскоре снова наступила тишина.
Джума наблюдал за всем происходящим со странным выражением лица. Эмоции, от ужаса и страха до радости, пробегали по нему.
– Теперь вы поймете, поймете, какого это, стать силой, – прошептал он. – Голос говорил правду, вы вернетесь теми, кто сможет изменить мир.
Прошло несколько часов, Джума сидел на берегу, молча ожидая своих братьев, между двух погасших факелов. И только редкие капли воды, падающие с потолка пещеры, оживляли своим звуком пещеру.
Прошло несколько дней с тех пор, как они ушли в горы, искать пещеру, о которой говорил Джума, а их сестры уже прокляли тот день, когда он вернулся. Они ушли, и по деревне поползли слухи, что проклятье на их семье, и что они принесут несчастье на всю деревню. Когда они ходили за водой к колодцу, держа за руку маленького Шимуна, люди начинали бросать на них косые взгляды и шептаться за спиной.
Сидя вечером Байян расплакалась, а Даад даже не знала, как ее упокоить, она просто обняла ее, покачиваясь старалась, успокоить. Рядом сидел их младший брат, не понимая, что происходит.
Откинув ткань, что закрывала проход в их хижину, зашел Джума, а за ним зашли Тахир и Акиф. Их лица лучились радостью, увидев, как плачет их сестра, а другая ее успокаивает, Тахир сказал:
– Боги одарили нас своим даром, Джума был прав. Завтра мы все вместе пойдем к озеру, и вы, мои сестры, и даже наш маленький брат, – он посмотрел на Шимуна, сидевшего на земле и увлеченно чертившего что-то палкой. Завтра мы, а вместе с нами весь мир изменится.
***
Кайден с Сержантом смотрели, как утихает свет, что шел из храма во все стороны, было видно, как Тахир повернулся ко входу и что-то говорит находящимся там его силуэтам.
– Он действительно вернул их обратно! – возбужденный голос Устина раздался за их спиной.
Они обернулись, посмотрев на него. Устин стоял возле костра, взгляд его был преисполнен сумасшедшей радостью.
– Легенды об этом разнесутся повсюду, – сказал он. – Это чудо! Все, что он делает это чудо. И мы находимся подле него.
– Что ж, – Кайден обернулся снова к храму, – если это так, то действительно чудо. Думаю, он познакомит нас со своей семьей.
Сержант хмыкнул в ответ, говоря Радиму:
– Он обещал вылечить твою ногу? Да. Сказал, что его сестра умеет это.
Радим сидел, наблюдая, как и все, за всем происходящим и только слегка улыбнулся на слова Сержанта. Но никто, включая Тахира, так и не подошел к ним за ночь. Они просидели возле костра, разгововаривая между собой. Тахир ушел внутрь храма и ворота за ним закрылись. И когда настало утро, он вышел из храма, а позади него шли двое мужчин.
Подойдя к сидящим людям, он широко улыбнулся, обведя всех взглядом, сказал:
– Хочу познакомить вас кое с кем, – он отступил в сторону и двое мужчин вышли вперёд.
Один из них, высокого роста, страшно широкоплечий, одетые в кожаные доспехи поверх рубашки из ткани с железным остроконечным шлемом на голове. На поясе у него висел длинный изогнутый скимитар. Лицо было закрыто, искусно сделанной из серебра, маской, и длинная черная борода выглядывала из-под нее. Он посмотрел на людей и Кайден почувствовал его тяжелый взгляд, заставивший медленно сжать рукоятку меча у себя на поясе. Он подметил, что так же, как у Тахира, у Джумы не было видно зрачков, темная пелена также закрывала его глаза сквозь прорези в маски.
– К сожалению, возвращение моей Семьи оказалось не таким легким, как я ожидал, и можно сказать, что они еще не конца вернулись. Их внешность может вызывать удивление, но не стоит обращать внимание, скоро они придут в себя, – Тахир стоял рядом, внимательно наблюдая за общей реакцией. – Они плохо помнят, что с ними произошло, и не могут говорить на современном языке. Как вы поняли, наверное, тот, кто на вас смотрит, это Джума мой – старший брат, и он же великий воин. Все, что касалось военного искусства и защиты от врагов, было его делом.