Путешествие в мир Толкиена

21

На следующее утро каждый занялся своим делом:

Хоббиты пошли бродить по эльфийскому волшебному лесу, нагуливая себе аппетит.

Леголас, Гимли и Боромир упросили эльфов показать им свои арсеналы и начали играться с оружием.

Все остальные собрались у Владык по вопросу дальнейших совместных действий.

Айв доложил о целях своего прибытия и поинтересовался, как смотрят уважаемые эльфы на задачи и цели, поставленные перед их экспедицией, на правах хозяев этого Мира и не идут ли они вразрез с существующей здесь моралью и традициями.

– Победить Зло, не уничтожая Кольца Всевластья? – в задумчивости промолвил Властитель Лориэна. – Это невозможно!

– Почему невозможно? – с тревогой за продолжение экспедиции спросил Айв.

– Пока цело Кольцо – Зло бессмертно!

– Бессмертно? – Айв сделал многозначительную паузу. – Ну и пусть себе живет!

Эльфы непонимающе посмотрели на Айва, а Арагорн спросил:

– Ты шутишь?

– Нет. – Айв загадочно улыбался и строил из себя великого дипломата. – Пусть живет на здоровье! И вообще какие-то вы все кровожадные?! Уничтожить! Убить! А ему тоже хочется жить…

Галадриэль, не отрывая взгляда от глаз Айва, все пыталась найти там семена предательства и лукавства, но тщетно, и ничего не поняв, в растерянности спросила:

– Но пока Зло живо, оно само будет убивать и уничтожать все живое и хорошее?!

– Правильно. – Айв еще больше расплылся в улыбке. – Значит, наша первейшая цель – не позволить ему это делать, и все!

– Но как этого достичь, не уничтожив Зла? – уже почти потерял всякое терпение сам Владыка и впился глазами в Айва.

– Надо его изолировать. – Айв сохранял спокойствие и невозмутимость.

– Мы уже это когда-то делали, и чем это кончилось?!

– Правильно, – нагло рассмеялся негодяй Айв, потерявший последний стыд и совесть. – Сослали в его заповедные места и предоставили самому себе! Вы бы ему еще оказали материальную помощь продуктами и вооружениями!

Властитель опешил от такой наглости и не нашел что ответить.

На помощь ему пришла Галадриэль:

– Дорогой Айв, у вас есть какой-то план?

– Плана у меня нет, – продолжал наглеть тот, – план мы еще будем разрабатывать, а есть кое-какие соображения, возникшие после непродолжительного, но продуктивного изучения природы Зла.

Никто его, конечно, не понял, и все с интересом приготовились к последующим разъяснениям.

– Зло надо изловить, – начал излагать свой безумный «планчик» Айв, – потом посадить в клетку, и все!

От разочарования все аж задохнулись, а Властитель строго спросил:

– И вы думаете, Зло можно удержать в клетке?

– Смотря какая будет клетка, и смотря как его удерживать! – спокойно и с чувством собственного достоинства ответил ему Айв.

– Ну и как? – Властитель тоже был упрям, что, в принципе, и должно быть в характере правителя.

– Вот этого я сейчас как раз и не знаю… – развел руками Айв и подмигнул Терминатору.

– Что ж тогда ты нам голову морочишь! – вскипел благородный Арагорн.

– Мы начали изучать природу Зла всеми доступными нам средствами, – уже серьезно начал Айв, – но столкнулись с определенными трудностями, и разрешить их нам могут помочь только наши благородные и мудрые хозяева Лориэна!

Эльфам было приятно, что их уважают, но все равно было ничего не понятно, и они благосклонно продолжали слушать настырного пришельца.

Киборги повесили на ближайшие деревья раздвижные стереоэкраны и поочередно стали давать пояснения к транслируемым Прелестью изображениям, графикам и таблицам, показывающим материально-энергетические характеристики, полученные при исследованиях Кольца Всевластья и недавно полученные данные о Кольце Черного Всадника.

Вскоре эльфы заинтересовались структурным анализом и к всеобщему восхищению и трепету, Галадриэль извлекла и благосклонно предоставила для ассортимента свое Кольцо, после чего начались уже бурные дебаты и расспросы, одновременно с исследованиями полей третьего Кольца. Юной Лорелее стало скучно и она, тихонько дернув за рукав Айва, прошептала:

– Давай сбежим отсюда?

22

Айв попал в дурацкое положение: вокруг волшебный эльфийский лес, рядом невообразимо прекрасная девушка, которая в меру своей юности и бесшабашной непосредственности мурлычет всякие глупости, а бедный и несчастный Айв прекрасно знает, что незримые камеры снимают каждое их движение, и чувствовал себя полным идиотом, которого раздели догола и выпустили на футбольное поле во время национальной трансляции финальных игр.

А Лорелея продолжала щебетать, и нельзя же было ей сказать, что их подслушивают, и сбежать от нее тоже не было никаких сил, а она иногда говорила такие вещи, что хоть ложись, хоть падай!

– А вон на том дереве живет белочка! – Лорелея потащила за рукав Айва в глубь леса – У нее в дупле гнездышко!.. (Белочка – это хорошо для телезрителей!)

– А вон под тем кустом живет ежик!.. (Ежик – тоже хорошо!)

– А ты женат?.. (Это уже хуже – семейное положение и другие сведения из биографии разведчика являются служебной тайной и не подлежат разглашению, – ст. 138, п. 463 Устава Межвременных Сил)

– Нет?.. Это хорошо!. (Мама!)

– У тебя есть любимая девушка?.. (Случайные знакомства во время прохождения службы и действия контракта запрещены, – ст. 138, п. 269 УМС)

– А почему нет? Ты такой симпатичный и с тобой так хорошо!.. (Сегодня же застрелюсь!)

– Я тебе нравлюсь?.. (Она еще издевается! Разве может настоящая фея не нравиться?!)

– Интересно, у эльфов и людей могут быть дети?.. (В этот момент все телезрители с нетерпением будут ждать практического исполнения этого небывалого эксперимента!)

– Жаль… (Только слез нам не хватало!)

– Расскажи мне о своем мире… (Вот это дело! На тебе платочек – вытри слезки и слушай!)

– А ты возьмешь меня с собой? Я буду хорошей девочкой… (Этого еще не хватало! Меня объявят вне закона сразу в двух мирах!)

– Мама меня поймет, а папу мы уговорим!.. (А кто уговорит начальство?!)

– Почему ты все время боишься, что нас кто-то услышит? Здесь никого нет!.. (Дошло наконец! А откуда она узнала, что я боюсь?)

– Я чувствую это! Я ведь все-таки дочь Властительницы Лориэна и от меня трудно скрыть свои помыслы!.. (Иметь жену, читающую твои мысли, – самая сокровенная мечта моего детства!)

– Я с тобой так откровенна, потому что ты влюбился в меня с первого взгляда и ты очень хороший человек, самый лучший, какого я встречала в жизни, и ты мне очень нравишься, я хочу быть с тобой!.. (Вот и все! Завтра из центра придет приказ вернуться, и пришлют замену! Прощай Лорелея – самая прекрасная и самая недоступная девушка на все миры и во все времена!)

– Ты боишься, что нас могут разлучить?.. (Нет, я радуюсь изо всех сил!)

– Никто в этом и в других мирах не сможет нас разлучить помимо нашей воли, не будь я Лорелеей Лориэнской, дочерью Галадриэль – Властительницы Лориэна! (Интересно, кто у нас в доме будет хозяин?..)

23

Когда они часа через два вернулись с прогулки, все им здорово обрадовались и начали наперебой рассказывать, что почти разгадали тайну Колец, и теперь им не страшен никакой враг, лишь только одна Галадриэль как-то странно и очень внимательно посмотрела на свою задыхающуюся от счастья и решительности дочь, и Айву стало очень не по себе – иметь такую тещу не всякому суждено!

Пока Прелесть докладывала о результатах исследований, Властительница Лориэна незаметно ушла с Лорелеей, и бедный Айв на секунду даже пожалел, что не приказал камерам последовать за ними, но потом здраво рассудил: что бы они там ни решили, хуже ему уже не будет, а вот если об этом никто ничего не узнает, будет лучше – совершенно точно!

Чтобы не портить себе настроение окончательно, Айв полностью отдался продолжению дискуссии, тем более что результаты были на самом деле обнадеживающими, и по предварительным оценкам их генераторы поля теперь будут иметь мощность противодействия на пять порядков больше, чем та, которой пользовался Хищник в битве с Черным Всадником!

А это значило, что теперь даже переносной генератор в одиночку может эффективно противостоять Всаднику, не говоря уже о стационарных и мощных генераторах.

Тут же был проведен эксперимент над уже почти очухавшимся Сауроном – из крепости Форт-Горлум был направлен в сторону Барад-Дура кратковременный импульс на полную мощность всех крепостных генераторов, в результате чего гелиоцентрическими спутниками было зафиксировано мгновенное падение мощности вражеского излучения, визуально, через оптику отмечена интенсивная суета обслуживающего Барад-Дур персонала, и уже без всяких приборов было видно, что небо на востоке начало светлеть, и в воздухе разлились еще более необычайная легкость и благодать!

Все радостно закричали, а Властитель Лориэна в ознаменование этого знаменательного события оказал Айву небывалую честь – лично и принародно обнял его, и в этот момент вернулась его жена со своей непутевой дочкой!

– Они уже обнимаются! – радостно, но все равно изумленно промолвила Лорелея. – А ты, мамочка, говорила, что с папой у нас будут проблемы!

– Конечно же будут, глупенькая! – засмеялась Галадриэль. – Они же обнимаются совсем по другому поводу!

– Но все-таки обнимаются?! – не унималась дочка. – И даже похлопывают друг друга по спине!

– Да, что-то сегодня происходит слишком много чудесного (читай – чудного!), – в задумчивости произнесла Галадриэль. – И наш папочка расшалился не меньше своей маленькой дочурки!

Подойдя к ликующим и частично обнимающимся, Властительница громко и строго спросила:

– По какому поводу такое бурное веселье?

Все наперебой начали рассказывать, а кое-кто, из механических, начал и показывать результаты их совместного ратоборства, и Галадриэль прониклась всеобщей радостью, хотя время от времени все равно строго посматривала на Айва, и от этих взглядов у того полностью опустилась ма… лейшая надежда на естественное завершение щекотливого положения, в которое он влип!

Властитель тоже почувствовал необычайное состояние своей супруги, и что это связано с их дочерью, и хотел уже было поинтересоваться причинам ее беспокойства, но тут вмешался во всеобщую радость неуемный Бродяжник:

– А может, Саурон мертв?!

Из-за разноголосого гвалта народ не расслышал первую часть вопроса, но зато хорошо расслышал его окончание, и еще более от этого взревел:

– Ура! Саурон мертв! Ура! Да здравствует Лориэн!..

Все начали обниматься и целоваться, а киборги даже стали качать на руках сопротивляющегося Айва, но восторг зрителей резко оборвала прагматичная Галадриэль:

– Кто сказал, что Саурон мертв?!

Все показали на Арагорна, хотя тот и начал робко отнекиваться, и Галадриэль, решив окончательно внести ясность в этот архиважнейший вопрос, подошла к своей волшебной чаше и, поколдовав, стала внимательно всматриваться в изображения, возникающие в глуби ее поверхности.

Остальные собравшиеся, потеряв последние крохи приличия, тоже робко заглянули в волшебную чашу, и близстоящим было отчетливо видно распростертое на каменном полу тело Саурона и метавшихся вокруг него слуг, пытавшихся привлечь к себе внимание отрубившегося Властителя Колец.

– А может и вправду помер? – робко, со спасительной надеждой спросил Арагорн.

– Нет, – сказала Галадриэль и отошла в сторону. – Еще живой!

Все отпрянули от чаши и с немым вопросом стали смотреть на нее.

– Но сдается мне, еще несколько минут, и мы бы его по теряли!

После чего Айв отдал строгий приказ больше не проводить таких экспериментов над самым ценным экспонатом его будущего «зверинца» и все, хоть и менее бурно, но всё же интенсивно, продолжили делиться между собой впечатлениями о произошедших в последнее время событий.

Айв посоветовал разработать стратегический план борьбы с Врагом, и все дружно начали работать, куя будущую победу и закладывая фундамент мира во всем этом Мире!

24

– Айв, можно вас на минутку? – раздался над самым ухом упомянутого тихий бархатный голос Галадриэли.

– Я всегда к вашим услугам! – ответил несчастный и приготовился умереть от позора.

– Давайте прогуляемся по этой аллее, – мягко, но настойчиво предложила Властительница, указав в глубь деревьев. – Мне кажется, у нас есть что обсудить…

Айв успел заметить, как тревожно посмотрела им вслед Лорелея, но не успел увидеть, что как только они скрылись за деревьями, та пошла вслед за ними, а когда и та скрылась за деревьями, вслед за всеми пошел сам Властитель, но стоило ему скрыться, как Арагорн тоже последовал им вслед, а потом и Робокоп, а за ним невидимая эльфийская охрана, а сверху полетела еще более невидимая Прелесть, так что международный скандал ожидался интересный и многообещающий!..

– Мне дочь все рассказала…

– Что – все?

– Что вы любите друг друга!

– Я ей этого не говорил…

– Об этом не надо говорить вслух дочери Властителей Лориэна…

– И что мне за это полагается?

– Вы уже интересуетесь размером ее приданого?!

– Я интересуюсь мерой ответственности…

– Соединить два совершенно чуждых Мира узами родства – разве может быть большая ответственность?

– Вы говорите как о свершившемся факте…

– Вы, люди – странные создания, боитесь часто признаваться даже самим себе, и лжете, и обкрадываете сами себя…

– Мы – люди, простые смертные…

– Мы тоже смертные…

– Но живете тысячи лет!

– Продолжительность вашей жизни тоже регулярно возрастает…

– Что наши полтысячи лет?!..

– Завтра будет больше…

– И генетическая несовместимость…

– Да… Но у нас были случаи, когда земная женщина рожала от эльфа…

– Да?.. Но я ведь мужчина!

– И такой однажды был случай…

– И кто же у них родился – эльф или человек?

– У женщины, конечно, человек, а от мужчины – эльф…

– Значит, у нас могут быть дети?

– Да…

– Но только эльфы?

– Вас это смущает?

– Нет, но мне странно, что вас это совсем не смущает!

– Я просто очень люблю свою дочь и уважаю ее достоинство!

– А что скажет папа?

– Папа?.. Ах, вы об этом?! Он ничего не скажет!

– Почему?

– Это наше женское дело!..

Тут из-за деревьев выбежала Лорелея и со всего маху бросилась матери на шею.

Айв начал оглядываться, ища куда бы сбежать, но уже из лесу спешил «папа», и Айв со страху и с перепугу сам бросился ему на шею…

Тут из лесу одновременно, но с разных сторон появились Арагорн и Робокоп и, сблизившись, тоже бросились друг другу в объятия, о чем Арагорн сразу и на всю жизнь пожалел, зато этим спас всю эльфийскую охрану, которая увидев, как бьется в предсмертных судорогах огромный сильный рыцарь, здраво поразмыслив, решила остаться в тени, под сенью деревьев, коими действиями спасла себя, не то стоило бы им появиться из лесу, как им в объятия бросилась бы Прелесть, то есть плюхнулась бы сверху на всех сразу и тогда наверняка имели бы мы отличные поминки… и салатика поели бы!..

25

К вечеру справили помолвку.

Эльфы долго пели, потом плясали, потом опять пели, гости тоже плясали, и это надо было видеть – Терминатор, Робокоп, Рэмбо и прилетевший по этому случаю отремонтированный Хищник (напугавший всех до полусмерти своим видом!) исполнили невообразимый танец всех времен и народов с такой машинной лихостью, что хорошо Прелесть предусмотрительно опустилась на землю и на время стала импровизированной танцплощадкой, не то бы эти механические чудовища вырыли своими ножищами такой глубокий котлован, какой бы при даже самой острейшей необходимости на хрен никому не нужен!

Айв сидел рядом с Лорелеей возле Властителей Лориэна и, находясь в центре всеобщего внимания, мучительно вспоминал все ранее перечисленные подвиги, которые ему надлежит совершить со дня помолвки до дня свадьбы, сообразуясь с эльфийскими обычаями.

Из самых легких можно было назвать сочинение трех величальных песен, посвященных Лорелее, Лориэну и родителям невесты.

Часть других тоже можно было легко исполнить при помощи новейшей техники и электроники, но были такие, где рассчитывать можно было только на свои силы, и вот здесь мог пригодиться тот опыт, который он получил в прошлых своих путешествиях, когда ему пришлось стрелять из несгибаемого турьего лука на скаку по движущейся мишени в приднестровских степях амазонок, состязаться в силе и ловкости с самим Гераклом в играх с дикими зверями, и дай Бог, чтобы все это ему удалось совершить и благополучно жениться на прекрасной Лорелее, а то узнает завтра об этом начальство и пришлет ему замену, и прощай буй-тур лук и милые дикие зверушки, и загонят его в какую-нибудь пыльную контору писать отчеты и строчить никому не нужные бумажки всю оставшуюся жизнь!

К тому же во всем этом безобразии была одна очень «приятная» деталь: по условиям конкурса, пардон, по существующей традиции теперь до самой свадьбы жених и невеста ни на минуту не должны разлучаться, в чем и заключается одно из самых страшных испытаний – быть рядом на расстоянии вытянутой руки в течение трех месяцев почти всегда наедине с самой красивой и желанной и не иметь возможности этим воспользоваться (в известном, конечно, смысле), но лучше совсем не дотрагиваться, а то будет как с моей бывшей подружкой – злой окабаневшей Мурзилкой: «Димик, не надо, а то захочется!»

На его несчастье, а может и к счастью, по эльфийским обычаям жених не мог прикасаться к невесте (опять же в известном вам смысле!) до свадьбы, не то при помощи подлых видеокамер был бы снят не один классный порнофильм, ввиду необычайной сексуальности невесты и строгих инструкций, требующих неукоснительно фиксировать все происходящее с разведчиком во время задания, и хотя эти съемки считались совершенно секретными и подлежали строгому складированию на века в архиве управления, кто мог дать гарантию, что какой-нибудь идиот-аналитик, имеющий допуск к секретным архивам, не надумает писать диссертацию на тему: «Типичные способы полового сношения, присущие культуре эльфов под влиянием земных традиций конца XXIII века», с вытекающими отсюда просмотрами, хотя и на закрытых, но необязательно малолюдных заседаниях!

А так у Айва было время в размере трех месяцев, за которое можно было прекрасно выполнить с лихвой всю программу экспедиции, вернуться с отчетом на Землю, а потом обратно, – уже не при исполнении и соответственно без камер в постели, спокойно справить свадьбу, если это ему, конечно, позволят!

Хотя его будущая теща твердо заявила, что не дай их земной Бог у ее любимого зятька возникнут малейшие осложнения на службе по причине их счастливой свадьбы, стоимость комплексных исследований Управления не без ее помощи возрастет в несколько раз и, предварительно ознакомившись с земными законами об охране собственности и сохранности в естественных условиях культурных ценностей, представляющих исторический интерес, пообещала закрыть доступ к очень многим древним предметам и волшебным секретам ее страны, что было весьма весомым аргументом для начальства – с его жадностью до денег и раритетов!

На счастье, Айв должен был перенести это испытание с известной долей спокойствия и выдержки, опять же из-за этих злосчастных камер – ну никак у них не получалось наедине!

Жаль было только прекрасную Лорилею, но с другой стороны, не мы выбирали эти дурацкие традиции, и будем надеяться – ее с детства к этому готовили!

26

К концу вечеринки, когда все уже были пьяные, пардон, усталые, молодых отправили спать…

Для этих целей посреди одной из прелестных лужаек был разбит огромный свадебный шатер, весь изукрашенный и устланный снаружи и изнутри цветами.

Посреди шатра стояла огромная царская постель с пологом из таких же цветов. Некоторые из них в темноте светились разноцветным неярким, но вполне достаточным волшебным светом.

Айв, оставшись наедине с Лорелеей в этом романтичном гнездышке, почувствовал себя Христом на Голгофе.

Лорелея же, небесное создание, или же ничего не понимала, или же притворялась, хотя вряд ли – эльфы не умеют притворяться, была счастлива от близости любимого, вся аж светилась и была даже слишком прекрасна!

Стоя посреди шатра, Айв совершенно не знал, что ему надо делать, а тут еще эти скрытые камеры и Лорелея с колдовски манящим взором!

Ужасно дурацкая ситуация!

И вот тут сработала многолетняя практика и тренировка, полученные за многие годы службы в разведке: Айв не спеша разделся до трусов, что было со всех сторон правильно, и видно, какой у него стройный и крепкий торс, с невозмутимым видом залез в необъятную постель и, улегшись на спину, распластал руки в разные стороны, аки Христос на распятии, и стал ждать продолжения пытки.

Лорелея, все это время порхавшая по шатру в замысловатом медленном танце в облаке неизвестно откуда сыпавшихся на нее цветов, будто этого и ждала: аккуратно собрала и сложила на ближайший пуфик одежду Айва. Потом она начала проделывать какие-то странные, но красивые ритуальные действия, сопровождая их мелодичным пением, которое почему-то не поддавалось переводу киберпереводчика, и все время медленно приближаясь к свадебной постели.

Айв с ужасом наблюдал, как она начала потихоньку скидывать с себя свои волшебные одежды, которых было почему-то слишком много, все ожидая, когда наступит критический момент и она тоже обнажит свой стройный и красивый «торс».

Он даже зажмурился и, когда почувствовал, что по кровати к нему кто-то лезет, начал про себя читать «Отче наш».

Лорелея, сама непосредственность, доползя до него с правого бока, как котенок, уткнулась носом ему в грудь и нежно обхватила одной рукой за шею, а другую подоткнула ему под плечо.

Бедный Айв машинально, не отдавая себе отчета в том, что он творит, обнял ее и – о, святые небеса – почувствовал под рукой нежнейшую эльфийскую шелковую ткань ее ночной рубашки!

Преисполненный безграничным счастьем от сознания своего чудесного спасения и благодаря способности к аутотренингу, Айв мгновенно заснул и беспробудно сладко проспал до утра.

27

На следующее утро после завтрака все собрались на Большой Совет.

На повестке дня стояло два вопроса: «О недостойном поведении во время брачной церемонии представителей расы хоббитов», умудрившихся съесть всевозможных продуктов больше своего веса и неспособных даже теперь, поутру, членораздельно соображать ввиду мучившей их желудочной болезни, и второй вопрос – «Что делать дальше?».

По первому вопросу было много разных предложений, но проголосовали за предложение Галадриэли: оставить их в покое, к вечеру они сами отойдут!

Когда закончили обсуждать хоббитов, приступили ко второму вопросу.

Здесь тоже было много разных мнений: храбрый Арагорн возжелал сразу двинуться на Барад-Дур и разобраться с Сауроном, не менее храбрый Боромир хотел того же самого, но только с заходом в Гондор, маленький Фродо робко предложил возвратиться к северным эльфам и посоветоваться с ними, Гимли ничего не хотел слышать, кроме как спуститься в Морию и отомстить оркам за Гэндальфа и гномов, его неожиданно поддержал Леголас, но не из солидарности, а мотивируя это тем, что заодно они покончат с одной из постоянных угроз Лориэну, и лишь мудрые правители Лориэна ничего не сказали, хотя никто не сомневался, что они имеют свое определенное мнение, что надо делать, а лишь вопросительно посмотрели на Айва и поинтересовались, что он думает по этому поводу?

За Айва должны были думать компьютеры, и минут через десять, беззвучно посовещавшись между собой и учтя все предложения и располагая всей информацией, о которой еще не знали местные обитатели, но почему-то знал Толкиен, Прелесть выдала на суд хранителей развернутый план осенне-летней кампании.

На стенном экране появилась подробная карта Средиземья и по ходу доклада Прелести на ней стала вырисовываться красная линия предполагаемого пути следования экспедиции Хранителей.

К удивлению всех она пролегала совсем в противоположную сторону от прежде намеченной конечной цели – Барад-Дура: через Морию к северным эльфам, вдоль Мглистых гор в Дольн, далее через Упокоища, по Западной дороге, с заходом в Брыль и через Древлепущу, прямо обратно по пройденному хоббитами пути и заканчивалась в Хоббитании.

– Ура, идем домой! – закричал Мэрри, но сразу же умолк под строгим взглядом Сэма.

– А почему домой? – удивленно спросил растерянный Фродо.