Как же теперь жить?!

ПАРАД

История, рассказанная ниже, берет свое начало во времена советской эпохи, демонстрации, приуроченной к весеннему празднику. А если быть совсем точным – речь пойдет о поведении и политическом самосознании участников сего торжественного события, включая не только людей, но и представителей животного мира.

Не подумайте, будто наш район в те годы был отсталым захолустьем. Напротив, у нас имелся полноценный свиноводческий совхоз. Имелись и пасеки, и птицефермы, и откормочные хозяйства. Но, видите ли, в ту пору культура измерялась исключительно свиньями – с пасеками до Европы не добраться.

Свиньи же – совсем другое дело! Они являлись символом стремления к цивилизации. Так учили нас, учеников 48-й средней школы, учителя, стремясь втиснуть зерно сознательности в наши забитые колхозной действительностью детские головы. И хотя мы подозревали, что свинья – существо не из благоухающих, все же гордились: культура, мол, к нам заглянула – хоть и в хрюкающем виде.

Отец мой к этому культурному прорыву относился с брезгливостью. «Кто наступит на свинячий след, тому мыться в сорока ведрах воды», – говаривал он. А про тех, кто не наступал случайно, а еще и шашлык ел из свинины, рецепт очищения: водкой. Утверждал Акбар алкаш, причем строго «внутреннего применения».

Хоть районные власти и гордились успехами свиноводства, сами жители совхоза знали: у цивилизации свой аромат – хрю-хрю с примесью навоза. Писали жалобы, мол, свиньи портят воздух, воду и почву. Но власти сочли: деревенский народ не понимает высокой культуры, и поручили агитаторам и учителям воспитывать в них дух «свиной просвещённости».

Мы, конечно, гордо называли это место свиносовхозом, чем очень расстраивали интеллигенцию. Но, увы, названия животным даём не мы.

Совхоз был гордостью района, и, соответственно, школьники этой местности практически освобождались от сбора хлопка. Да, пару дней в сезон их выпускали в поле, ради справедливости. Но всё равно, весь их школьный сбор уступал паре мешков, которые мы с Салимом набивали за день.

Весна снова постучалась в двери – и вместе с ней в район вернулись хлопоты: приближался Первомай. Ответственным за проведение демонстрации был назначен второй секретарь райкома партии – товарищ Носир ака. Он же и созвал подготовительное совещание.

Сам я на этом сборище присутствовать не мог – о перипетиях события поведал мне позже Бадир ака, когда я, осознав себя будущим журналистом, поехал поступать в Ташкент на журфак. Меня тогда отшили, мол, подай нам десять опубликованных статей. Я вернулся в деревню с носом и тут-то Бадир ака – бывший комсомольский вождь, а ныне – калошный магнат с собственным кооперативом, и рассказал, как всё было.

– Товарищи! – начал свою речь Второй, на том самом легендарном совещании. – День международной солидарности не за горами.

С этими словами он уставился, как лягушка на муху, в угол зала, где на паутине покачивался паук. Видно, было что он пытается вспомнить вчерашнюю передовицу из газеты – красивые, возвышенные обороты. Ночью зубрил, как школьник стихотворение Лермонтова. Но теперь – пустота. В голове – сквозняк, как во дворе после субботника.

Пришлось Второму переходить на привычный, деревенский диалект:

– Короче, как всегда, намечается демонстрация. Сверху поступило указание: каждый район пусть покажет свои достижения, каждая отрасль – свою продукцию. Всё ясно? Шевелитесь! Сгоните с полей тракторы, с гор – коров, с пастбищ – быков и свиней, детей с огородов, продавцов с базаров, учителей из-под мотыги, чабанов из-под водяных драк… Всех – на парад!

Руководители всех хозяйств района согласно закивали. Но один, встал, почесал затылок и спросил:

– Всё это хорошо, товарищ Второй, но вот скажите – чем мы, откормочники, будем участвовать?

– Продукцией своей! – отчеканил Второй.

– Бычками, что ли?! – встревожился глава откормочного совхоза Раим ака. – А у них глаза налились кровью, да и вся демонстрация в красных знамёнах, лозунгах – не кинутся ли?!

– Да придумайте что-нибудь! – вспылил Второй. – Из-за ваших быков знамёна на белые менять не будем! Нас за это самих из политической жизни отлучат! Мы, когда в армии были, нам в кисель кое-что подмешивали, до сих пор действует! Политика – она, брат, не щадит никого… Такое снадобье найдёте, напоите бичков своих.

– Простите, но быков с вами сравнивать нельзя, – осторожно заметил Раим ака и тут же пожалел.

«У быков, может, и разум есть!» – прошипел кто-то сзади. Но на трибуну фраза не долетела. В зале лишь несколько душ хихикнули сквозь страх – волна народной радости так и не прорвалась наружу.

– Конечно, не сравнить! – взвился Второй. – Я, между прочим, один из руководителей района!

– А мы-то с чем выйдем? – поднялся с места пухлый лысый человек с лицом, полным сомнений. Это был Даврон ака – директор свиноводческого совхоза. – Наша продукция не совсем подходит для праздников… может запятнать торжество…

– Почему это? Свиньи у вас исхудали, что ли?

– Не в том дело… Просто имя у них… ну, как бы сказать… неблагозвучное. Хрю-хрю – и весь праздник пошёл прахом.

– Ой, ну что за отсталость мышления! – вспылил Второй. – Мы с этим самым «Партия тридцатилетия» совхозом – лидеры области! Свинья – наш флагман! В области наш район только по свиньям и вспоминают!

– Ну, вы, выходит, звезда всех собраний, а?! – нашептал кто-то с заднего ряда.

– О нас не раз говорят! – гордо парировал Второй. – Хлопка у нас мало, учёба – еле-еле, коммунисты разве что по женской части лидируют, быки ленивы, ветеринары за них уже всё делают… Но! Свиноводство – это наше всё! И областной центр приедет, и сверху прикажут – тут уж извините, любая свинья становится политической фигурой!

– В прошлом году мы двадцать передовых свиноводов провели на параде. Может, и в этом так обойдёмся? – тихо предложил Даврон ака.

Но Второй, едва назначенный, жаждал новых решений, и поступил, как ревнивый муж после свадьбы бывшей жены:

– Что было – то было! Теперь – по-новому. Вы, товарищ директор, из-за своей расхлябанности ни разу не сдали ни яйца, ни шерсти. Коммунисты ваши вместо планов – за юбками бегают. Вот и куры перестали нестись, и коровы телиться!

По его разумению, провести на параде десяток свиней – значит, автоматом выполнить все планы.

Даврон ака, подавленный, сел. И всё же, мямля, не сдержался:

– Трудно это – свиней на демонстрацию… Политически, знаете ли, рискованно… Имя у них, всё-таки…

Он знал, что говорил. Чтобы стать директором, ему пришлось пройти через кишки и навоз. Пять лет он карабкался по скользкой дорожке – и вот теперь…

– Найдите способ! – гаркнул Второй. – Сидите тут, как вожди, а простое дело решить не можете! Не справитесь – уйдите, желающих полно.

Директор побледнел.

– Погнать их гуртом можно… Но это ж не овцы – разбегутся… Но мы… мы что-нибудь придумаем.

– Вот и придумайте! Вы на этом месте для этого и сидите! – Второй победно замолчал.

А Даврон ака поднял голову с достоинством и уставился в потолок: мол, я не просто директор – я режиссёр свиного парада!

***

Подготовка к празднику кипела. Нас, двадцать отличников из школы, после уроков выстраивали в колонны, учили шагать, махать руками и, главное, кричать: «Ура!» – в нужный момент. Обещали, что именно мы, цвет будущего, примем участие в самой демонстрации на центральной площади. Гордость переполняла грудь, хотя и знали: пока другие уже дома, мы в пыли и гаме маршируем до заката.

Но однажды разнеслась новость: в соседнем совхозе к демонстрации готовят… свиней!

Наше достоинство мигом опустилось ниже хвоста. Свиньи? На параде? Это же нас унизили! Мы, отличники, и – рядом с хрюкающими скотинами? Подумали: может, это слух, распущенный теми, кто в парад не попал. Послали четерёх всадников – на двух ослах – в разведку.

Вернулись с подтверждением. Оказалось, заместитель директора по культуре лично гоняет стадо туда-сюда по главной улице, приучая их к публике, лозунгам и карнавальной дисциплине. Хотел даже, чтобы под каждый лозунг они трижды дружно хрюкали – «хрю-хрю-хрю!» Но свиньи, увы, отказывались исполнять даже культурные указания, предпочитая рыться в грязи и искать еду.

После этого у нас отпала охота к «урам» и маршу. Но и отказаться мы не могли – зрелище хотелось увидеть своими глазами. Уговаривали себя: ну что ж, бывает, праздник с участием разной живности тоже может быть весёлым.

Настал долгожданный день. Я надел белую рубашку, коричневые брюки, новые туфли. В кармане – жёлтая банкнота в один сум. Всё как полагается. Только вот…

– Эй, пугало, не мог рубашку погладить?! – заорал издалека наш учитель Рахим ака.

– Да она новая! – удивился я. – Зачем её гладить?

– Вот-вот, деревенщина ты и есть, – проворчал учитель. – Вон, на Рустама посмотри!

Рустам и впрямь выглядел опрятно, только на его белой рубашке красовалось жёлтое пятно в форме треугольника. «След от утюга», – гордо заявил он.

Нас двадцать человек загрузили в маленький синий фургон с надписью «Техпомощь». Он был явно не предназначен для перевозки людей – грязный, промасленный, внутри – разобранное колесо, железяки, пыль. Устроились, кто как мог. Самым ловким досталось место на покрышке.

Когда мы, как герои невидимого фронта, прибыли в центр района, выглядели как трактористы после суток ремонта: один – в мазуте, другой – в пыли, третий – с помятым флагом. Прыгнули из машины.

– Эй, ишак, не зевай! – снова окликнул Рахим ака. – В строй становись! Ты, свинья, отряхнись! Ты, обезьяна, чего лицом вымазался? Ты, телка весенняя, не стреляй глазками!

Хотя он преподавал русский язык, а не биологию, зоологию знал прекрасно и в каждом из нас видел какого-нибудь зверя.

Мы выстроились, как учили. Направились в сторону площади. Учитель шёл сбоку и тыкал пальцем в тех, кто сбивался с шага.

– Учитель, – прошептал вдруг Кулмурод, – кто-то испортил воздух…

– Тихо! – шикнул тот. – Вы, свиньи, парада не заслуживаете! Забудьте деревенские привычки!

– Учитель, там и правда свиньи! – вдруг воскликнул Кодир, гордо шагая в колонне, невзирая на пыль на спине.

Мы обернулись. И точно – у обочины стояла длинная машина с полуприцепом, полная свиней. Запах шёл оттуда.

– Они, по крайней мере, стоят смирно, – сказал Рахим ака. – Вон как ровно, мирно, с достоинством. Не таращатся, как вы.

Свиньи, действительно, стояли впритык. Только их пятачки, торчащие из прицепа, шевелились – в поисках еды.

Кажется, организаторы решили, что главное богатство района – это дети. Мы шли первыми. У каждого в руках был портрет какого-то бородатого дедушки. Кто он, мы не знали. Впереди – табличка: «Школа №48 имени Николая Островского».

Мы шагали под гул фанфар, под хоровое «ура!». Слева – трибуна. На ней – десяток костюмированных господ с галстуками. Несмотря на жару, они морщили лбы, словно только что отведали кислого ревеня. Смотрели с досадой.

Позже, уже учась на журфаке, я узнал, что же происходило на трибуне. Об этом мне рассказал бывший первый секретарь комсомола – Кобил мулла, ныне – имам в мечети.

– Почему они так медленно идут? – спросил областной представитель Второго. – Ни капли энтузиазма!

– Жарко, – оправдывался тот.

– А что это у них на лицах и рубашках? Мазут?

Внизу мы, школьники 48-й школы, старательно кричали «ура!»

– Это символично, – быстро сориентировался Второй. – Мы хотели выразить, что это – будущие трактористы! Так сказать, метафора!

Он, слегка помахав проходящим правой рукой, продолжил свою речь:

– У родника я местечко приберёг, там прохладно, свежо.

– А что за родник?

– Это, – расплылся Второй, – на источнике для вас всё готово: и шурпа, и компот, и даже молодой барашек на вертеле. Я лично проследил!

– Хорошо, – пробормотал представитель. – А к шурпе я бы добавил армянского коньяка…

Пока наверху обсуждали баранину и выпивку, внизу завершался проход школьников. На арену вышли тракторы, комбайны и… та самая машина с хрюкающей элитой!

– Да здравствует гордость нашего района свиноводческий совхоз! – раздался голос диктора. За ним запись восторженного «Ура!»

Прицеп дрогнул, свиньи заворочались.

– Пффф… Что за запах?! – зажал нос представитель. – Это что, химическая атака?! Или, может, буржуазные страны газ пустили?

– Нет-нет, – поспешил Второй. – Это наши гордые свиньи входят на площадь.

– На параде – свиньи?! – лицо представителя сморщилось, как сапог в жару.

– Вы же сами сказали: показать гордость района. Вот – показываем!

– И вы считаете это гордостью?

– Конечно! Благодаря свиньям мы выполняем мясной план! Правда, шерстяной план хромает… но это потому, что у свиней, в отличие от овец, шерсти нет. Я вот думаю, может, учёные выведут когда-нибудь свинью с шерстью…

– Гордость – это ветераны войны, люди с орденами! – нахмурился представитель.

– Да вы что?! – Второй вытаращил глаза. – Что ж, ошиблись мы малость… Первый раз, всё-таки. В следующем году исправим! Политика – для нас новинка.

– Так вы бы хоть свиней вымыли! Пахнут – на километр!

– А что вы хотите? Это же не пионеры. У них сознания нет. А вот пионеры, вы заметили, какие они радостные? Это – наша работа!

– И свиньи – тоже ваша работа…

И тут – бах! Прицеп раскрылся. Свиньи, визжа, повалились на площадь. Наступил политически сомнительный, но невероятно зрелищный момент праздника.

Толпа ринулась врассыпную. Люди прыгали, падали, убегали от вепрей, которые, как ни странно, считались гордостью района.

А я смотрел на трибуну – и впервые понял: у тех, кто внизу, и тех, кто наверху, чувства – диаметрально противоположны. Пока мы кричали «ура!», они сидели, как лимон поглотили. Зато теперь, когда мы паниковали – они улыбались.

Самое счастливое событие всего парада – то, что арендованные у местного населения быки так и не рванулись в бегство. Представьте: толпа в галстуках, с флажками, а навстречу – пара тонн рогатого энтузиазма. Тут уж не то что сорок вёдер – всей речки не хватило бы для очищения.

Одна из свиней, к несчастью, пробежала мимо меня – и я почувствовал, как её аромат в буквальном смысле прилип к моей новой одежде. Вернувшись домой, я решил следовать отцовскому завету: омовение в сорока кружках воды. Но на восемнадцатом кружке мне в глаз попала мыльная пена, и я сбился со счёта. Попытался начать заново – но вода, которую мама согрела заранее, закончилась…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Название село

2

Дед

3

Местная власть