- -
- 100%
- +
– К-как же это…. Почему? – я перевела ошеломленный взгляд на посерьезневших богов.
– Все посчитали, что ты погибла во время обвала. Поскольку разобрать завал оказалось невозможно, твой гроб было решено хоронить пустым. Держись, – Эли ободряюще похлопала меня по плечу.
– Но похороны?! – никак не могла прийти в себя я.
Мало того, что покупать гроб было плохой приметой, так еще и лежать «мне» предстояло вместе с Сейтаром. Человеком, которого я ненавидела больше всего в жизни.
– Понимаю, у тебя есть причины злиться на Сейтара, но его душа также имеет право на очищение. Это одна из причин, почему нам нельзя заводить никаких отношений со смертными, мы должны вести себя одинаково независимо, – заметил Камир.
– А душа этого парня точно заслужила покой, – Эли подмигнула мне, а затем дотронулась до стола, «переключая» картинку.
Теперь уже я увидела университет. В зале был выставлен гроб, а превратившийся в собственную тень директор произносил речь, посвященную Ильязу.
У меня защемило в груди. Я часто заморгала, пытаясь удержаться от навернувшихся слез. Наверное, сейчас я бы отдала весь свой модный гардероб, только бы на пять минут оказаться там. Обнять профессора, посплетничать с Дорой, попрощаться с Ильязом…
Элисса рассчитала все в точности. Я еще могла забыть о Сейтаре, но в любом случае не позволила бы душе Ильяза не найти покоя. В конце концов, хотя бы это я просто обязана сделать.
Вот только вместе с тем боги также укрепили меня в решимости стоять на своем. Увидев собственными глазами, как смерти подкосили друзей, я чувствовала необходимость хоть чуть-чуть уменьшить их боль.
– Что скажешь теперь? – развеяв картинку, Нирея обернулась ко мне.
– Хорошо, я не стану отлынивать от своих обязанностей, – я выдержала ее взгляд. – Но только при одном условии. Давайте заключим сделку. Я разбираюсь с душами, а вы позволяете мне ненадолго вернуться вниз. И после этого я буду послушно выполнять все ваши требования.
ГЛАВА 3
Как и следовало ожидать, мое предложение божествам совершенно не понравилось, причем больше всего оно оскорбило Нирею. Внешне женщина ничем не выдала своего раздражения, лишь мягко напомнила, что богам не пристало торговаться, как купцам на рынке и попросила меня более серьезно относиться к своим обязанностям. Вот только в комнате стало темнее, по ногам повеяло холодом. Тут же вспомнилась обмолвка Варуса, что Нирея единственная из всех тесно связана с природой и окружающей атмосферой.
Впрочем, моей решимости это не убавило. Наоборот, в груди поселилось какое-то детское упрямство, желание любой ценой добиться поставленной цели.
– А почему бы, собственно, и нет? Мы ведь также выбираемся вниз, чтобы развеяться, – первым встал на мою защиту Варус. – Будет глупо запрещать Кире то, в чем мы сами себе не отказываем.
– Варус, ну что за глупости? Ты ведь прекрасно знаешь – на земле давно не осталось существ, способных узнать нас. К тому же Кира очень молодая богиня и может невольно выдать наши тайны.
– Тогда давайте возьмем ее с собой! Не обязательно устраивать праздник здесь, на земле также есть отличные трактиры. Мы проследим, чтобы Кира не наделала глупостей и подстрахуем в случае чего, – говоря, Эли покосилась на Варуса, проверяя, оценилo ли божество ее поддержку, а затем подмигнула мне.
– Элисса, тебe самой еще учиться и учиться, – потерев переносицу, напомнила Богиня Земли.
Вид мгновенно приунывшей девушки заставил меня скривиться. Видно, Эли, несмотря на всю ее бойкость, подсознательно робела перед более опытной коллегой и не решалась по-настоящему с ней спорить.
– Рей, в самом деле, не будь такой строгой. Ничего не случится, – неожиданно подал голос Камир. – В конце концов, в отличие от нас, малышка не выбирала такой судьбы и имеет право на некоторые поблажки. Пусть попрощается.
Я ошеломленно хлопнула глазами, не зная, что удивляет меня больше: неожиданные теплые отношения между Камиром и Ниреей или прозвище, которым божество наградилo меня.
В свои двадцать лет я давно уже считала себя достаточно взрослой и терпеть не могла, когда кто-то ограничивал мою самостоятельность. Но, если Богу Воздуха удастся уболтать свою подругу, то пусть хоть младенцем в пеленках меня назовет.
– Пожалуй, ты прав, я действительно требую слишком много. Кира, – Нирея обернулась ко мне. – После того, как все души окажутся призванными и энергетическая структура мира восстановится, мы научим тебя перемещаться на землю.
– Спасибо! – не ожидав столь быстрой капитуляции, я просияла. – Тогда давайте скорее приниматься за работу. Кстати, может быть, позвать Валерия? Это мой магический слуга, он неплохо разбирается в магии.
– Божественные дела не терпят чужого вмешательства, – судя по тому, что богиня даже не спросила, откуда здесь взялся Валерий, о результате вчерашней экскурсии она была прекрасно осведомлена.
– Кира, если что-то будет непонятно, спрашивай. Постараемся помочь по мере сил, – с готовностью предложила Эли.
Я нахмурилась, гадая, как бы потактичнее сказать, что непонятно мне абсолютно все. Выглядеть полной тупицей в глазах богов не хотелось, но я ведь не виновата, что в университете нас не учили заниматься делами равновесия и оберегать мир!
– Постарайся почувствовать души, настроиться на них. Это совсем не сложно, они сами потянутся к тебе, – посоветовала Нирея. – Варус, что ты вытворяешь? Слезай немедленно!
– Зачем? Отсюда вид лучше открывается, – удобно устроившись на столе, божество недвусмысленно уставилось на мое декольте.
– Смотри только зрение не испорти, – даже не подумав смутиться, мрачно посоветовала я.
– Да, Варус, какой ты подаешь нам пример? – срывающимся голосом попеняла ему Эли.
– Что, и ты туда же? А я-то думал, с тобой можно иметь дело, – нарочито обиженно протянул мужчина, все же усаживаясь в кресло. – Считайте, меня вовсе здесь нет.
– Начинай, Кира, – Богиня Земли ободряюще улыбнулась мне.
Кивнув, я послушно зажмурилась. Правда, не для того, чтобы сосредоточиться, а скорее не видеть внимательных взглядов богов.
Как следует настраиваться на души, мне по-прежнему не представлялось. Я все-таки не радио, чтобы ловить частоты. Единственной крутящейся в голове мыслью было вооружиться большим сачком и отправиться собирать «шарики» вручную. Помнится, в прошлый визит на кладбище они сами слетались ко мне, а ведь тогда я была обычной некроманткой.
Задумавшись, я не сразу обратила внимание на раздавшийся в голове звон. Это было похоже на перезвоны маленьких колокольчиков. Теперь мне уже казалось, будто подобный звук я слышала с самого первого дня в должности богини. Вот только тогда он был почти неслышным, не складываясь, как в сейчас, в своеобразную мелодию. А еще я ясно различила жалобные нотки.
Слов нельзя было разобрать, но смысл прекрасно угадывался и так – меня о чем-то просили, и этого чего-то уже совсем не осталось сил ждать.
Нирея оказалась права. Это действительно было просто. Еще минуту назад я паниковала, а сейчас осознание, что нужно делать, пришло само. Расслабившись, я мысленно позвала души, давая им долгожданное разрешение покинуть землю.
Перед глазами промелькнули тысячи огоньков, взметнувшихся вверх. Это было похоже на звездопад, только души-звезды не падали на землю, а наоборот, возвращались на небо.
В какой-то момент я забыла о том, где нахожусь, полностью сосредоточившись на ощущениях. Внутри поселилась необыкновенная легкость, даже дышать стало легче, настолько умиротворенной я себя ощутила. А потом меня резко закрутило в водовороте, утягивая… непонятно куда.
Все произошло настолько быстро, что я не успела даже испугаться. И, открыв глаза, с любопытством оглянулась вокруг. Больше всего место напоминало огромный улей. Повсюду были длинные «соты», в которых светились знакомые огоньки.
«Так вот, значит, как выглядит Пустота», – вспомнив рассказы Валерия, сообразила я. Правда, мне «комната ожиданий» для душ представлялось несколько иной, но неизвестным строителям виднее.
Решив, что, раз уж меня угораздило сюда попасть, надо хотя бы осмотреться, я медленно пошла вперед. Души в своих ячейках были разного цвета. Одни напоминали маленькие солнышки, такие же яркие и сияющие, другие же выглядели тусклыми, в каких-то пятнах, я даже с трудом удержалась от соблазна протереть рукавом особенно запачканный «шарик». А еще они продолжали издавать странный звук, теперь напоминающий нечто среднее между вибрацией и звоном.
Призванные мной души прибывали постоянно. Смотрелось это действительно волшебно. Воздух вспыхивал золотистым, и появившийся шарик спешил занять свое место в ячейке. Процесс выглядел отлаженным до автоматизма и я, сообразив, что свою часть сделки выполнила, довольно улыбнулась.
А потом мне на глаза попалось нечто странное. Видно, в системе произошел какой-то сбой и две появившиеся одновременно души, что-то не доглядев, пытались попасть в одну ячейку. Это было настолько забавно, что я рассмеялась.
Правда, когда души все же попали в «соты», слившись во что-то одно, улыбка медленно сползла с моих губ. Я еще не знала, что именно произошло и чем мне это грозит, но интуиция буквально кричала о проблемах. К тому же присмотревшись повнимательнее, я заметила, что странный глюк не единственный и ячеек стремительно не хватает, а души, не найдя свободного места, норовят присоединиться к другим.
– Э нет, так дело не пойдет. Живо вылетай обратно, пойдем искать тебе персональное жилье, – я поманила душу, первой привлекшую мое внимание. А когда та проигнорировала божественную волю, закатала рукава, решив в ручном порядке заняться обнаглевшей квартиранткой и все же разделить души.
На ощупь шарик оказался теплым, даже немного горячим. Я крепко обхватила его, и, наверное, сдавила слишком сильно, потому что перед глазами закружились непонятные картинки, а душу захлестнули незнакомые эмоции.
Вот храм, в котором проходит свадьба. Только на этот раз к жениху, худощавому парню с острыми ушами меня тянет, словно магнитом. И от его теплой улыбки сердце делает кульбит, а нежность течет по венам.
Мы сидим на диване в обнимку. Он что-то шепчет на ухо, слов не разобрать, но становится очень смешно. Слышится топот и ко мне на колени забирается карапуз. Улыбается беззубой улыбкой, машет рукой, в которой зажата тряпичная кукла и крепко обнимает за шею. И на душе становится так светло и радостно, а в голове стучит мысль, что именно это и называется счастьем.
А потом меня накрыла лавина совсем других эмоций. Бурлящий в крови адреналин, бурный восторг, осознание собственного превосходства и неудержимое веселье.
На плече болтается сумка с фамильными драгоценностями, но принадлежат они не мне. Я куда-то бегу, сворачиваю узкими улочками и практически сталкиваюсь с закутанной в черный плащ фигурой. Отдаю ему сумку, а взамен получаю приятно звякнувший в руке кошель. Незнакомец довольно улыбается и от его похвалы все внутри переполняет восторг. Обратно я возвращаюсь по крышам, с легкостью перепрыгивая расстояние между домами и почти чувствуя, как за спиной раскрываются крылья. Будущее манит меня новыми красками и впечатлениями, весь мир у моих ног, я громко смеюсь, а в следующий миг слышу треск и, взмахнув руками-крыльями в бесполезной попытке удержаться, падаю. И мир взрывается темнотой.
Вздрогнув всем телом, я с усилием выдернула себя из чужих воспоминаний. Поспешно выпустила души, чувствуя, как сердце лихорадочно стучит в груди. Сейчас я чувствовала себя так, будто недавно тонула и, оказавшись на суше, никак не могла надышаться.
В ушах продолжал звучать чужой шепот. Я помнила объятия незнакомого эльфа, а тело ныло, требуя продолжить смертельно-опасную прогулку.
«Вот как, оказывается, выглядит диссоциативное расстройство идентификации», – я тряхнула головой, окончательно избавляясь от чужих эмоций.
Между тем, стоило мне в полной мере прийти в себя, как по спине пробежал неприятный холодок. Ведь выходит, если я поймала отблески жизней двух душ, ощутив их, как единую сущность, то на следующий круг они также отправятся вместе. И на земле появится куда больше людей с раздвоением личности, прямо рай для психиатра!
«А что со мной после этого сделают боги…» – от осознания перспектив мне и вовсе стало нерадостно.
Саиросу, несомненно, все это было бы раз плюнуть, вот только у него, в отличие от меня, имелись необходимые опыт и знания.
«И что ему было не оставить инструкции для своего преемника?! Сам, значит, умер, а тут теперь разгребай дела после него», – мысленно выругалась я.
Следующие несколько часов пришлось потратить на наведение порядка. Довольно быстро разобравшись, что продолжить путь готовы самые искрящиеся души, я проходила мимо ячеек и, почувствовав желание отправиться дальше, давала такое разрешение. Самым трудным при этом оставалось невольно не «считать» чужую судьбу. Несколько раз я переусердствовала, и тогда на меня обрушивался ворох воспоминаний.
Наконец, когда примерно одна стена «улика» оказалась свободной, я посчитала свою задачу выполненной. Теперь новым душам будет где отдохнуть, а мне можно с чистой совестью отчитаться о проделанной работе.
Несмотря на то, что я понятия не имела о местонахождении Пустоты, вернуться в храм не составило проблем. Я закрыла глаза и, постаравшись услышать, как боги зовут меня, представила себя сидящей в кресле.
– Привет, – я поерзала, вытаскивая подушку и откидываясь на спинку. – Не заждались?
– Кира, где ты была? Нирея говорила, что ничего плохого не случится, но я так волновалась, – Эли тревожно покосилась на меня.
– Выполняла свою часть сделки. Теперь внизу не осталось непризванных душ, да и в Пустоте я также прибралась, – я устало потянулась. – Вы даже не представляете, какое там было ужасное перенаселение.
– Это человеческая привычка, – неожиданно произнес Камир. И, поймав мой недоумевающий взгляд, добавил. – Мы вполне можем обходиться без сна, еды и прочих надобностей, как-никак, бессмертные. И сейчас ты чувствуешь усталость по-привычке.
– Да? – несмотря на что, что никакого прилива энергии я после этих слов не ощутила, информация все же обрадовала меня. – В таком случае, мне не нужно отдыхать и мы прямо сейчас можем приступить к выполнению вашей части сделки.
– Не бойся, мы свое слово сдержим, на богов всегда можно положиться. Составить тебе компанию? – лукаво усмехнулся Варус.
– Вот только неконтролируемого пожара в университете не хватало, – я красноречиво уставилась на буквально окутанного пламенем мужчину. – Разве что тебя в камин посадить, тогда на дровах можно будет сэкономить…
– Не получится. Он тогда из вредности закоптит весь университет, – прикрыв рот рукой, захихикала Эли.
– Ну почему же? Если камин будет в твоей спальне, я вполне могу согреть тебя, – откровенно дурачась, Бог томно взмахнул ресницами, и часть огоньков закружилaсь вокруг меня.
– Не люблю спать при свете, – я скорчила пренебрежительную физиономию. – Еще и шума сразу будет…. В прошлый твой визит все еще неделю стояли на ушах и пытались понять, что произошло в храмовом зале.
– Это потому что Варус явился на вызов в истинной форме, – Нирее хватило одного взгляда, чтобы пламя потухло. – А когда мы собираемся в гости, то прибегаем к определенным уловкам. Вот только, если скроешь ауру, одновременно лишишься почти всех способностей. Бессмертие останется, но в остальном станешь как обычный человек. Полную силу мы имеем только здесь.
– Отлично, мне подходит, – если богиня хотела таким образом отговорить меня от возвращения, то ее план потерпел крах. Не успев толком привыкнуть к новым возможностям, я вполне готова была пожертвовать ими на несколько дней.
– Когда будешь внизу, постарайся устроить для себя алтарь. Это станет первым шагом к восстановлению роли Бога Равновесия в мире. Учти, не будет алтарей – не сможешь общаться со своими служителями, – предупредил Камир.
– Да у меня все равно их нет, – отмахнулась я. – А что мне сделать, чтобы оказаться в университете?
– Вообще, мы прибегаем к помощи алтарей, но поскольку у тебя еще нeт собственного, подбросим. Пойдем через мой, я как раз со своими подопечными воспитательную работу проведу. Иначе не посмотрят, что ты богиня и посадят в тюрьму, – ухмыльнулся Варус.
– Уж постарайся. Давно пора былo, – при воспоминании о карателях я нахмурилась. – Больше никаких правил нет? Кстати, как мне вернуться обратно?
– Точно также. Подойди к любому алтарю и позови нас. Теперь, когда энергия душ больше не нарушает баланс, мы ответим сразу, – заверила Эли.
– Давай руку, – поторопил Варус. – Мой жрец, должно быть, уже забыл, когда в последний раз видел меня.
– Кира, только там зима. Варуса ведь согреет его пламя, – окликнула меня Нирея.
– А что? Ты ведь сама отказалась от моей помощи, я подумал, вдруг тебе нравится холод? – в ответ на мой возмущенный взгляд божество скорчило невинную физиономию.
– Дождешься, забросаю твой алтарь снегом и попрошу Мериту провести вызов по всем правилам. Попробуй только не явись, – поспешно представив на себе теплую одежду, мрачно пообещала я.
Само перемещение произошло мгновенно. Варус подхватил меня за талию, и почти сразу же я поняла, что нахожусь уже на земле.
– Хватит по моему алтарю топтаться. Иди скорее, пока жрец не прибежал, – поторопила меня саламандра.
– А почему ты в таком виде? – не удержавшись, я залюбовалась пылающим ярким пламенем существом.
– Смертным нельзя видеть наши истинные лица. Мы хранители и выглядеть должны соответственно, – поучительно сообщил Бог. Впрочем, надолго его серьезности не хватило, и вредная ящерица махнула на меня хвостом, обсыпав искрами. – Лекции потом, а теперь брысь отсюда. И без соответствующего подношения к моему алтарю ни ногой!
– Обойдешься, – помахав Варусу рукой, я поспешила покинуть храм.
К счастью, улица оказалась пустой и свидетелей можно было не опасаться. Не зная точного времени, я надеялась попасть на землю днем, но, увидев на небе звезды, не слишком расстроилась. Учитывая приобретенное бессмертие, грабители мне были больше не страшны, да и вряд ли кто-то решился бы напасть на благополучно восставшую из мертвых некромантку. Ложных надежд по этому поводу я не питала. Если про студентку с черными глазами могла слышать только часть города и то большинство могли посчитать эту историю байкой, то о ее величестве Кириан наверняка знали абсолютно все. А уж учитывая устроенные нам пышные похороны….
В общем, обнаружив, что нанять карету мне не на что, я даже не расстроилась, решив пройтись пешком. Зима была в самом разгаре, и снег громко трещал под ботинками. Ночью, когда дорогу освещали только звезды, легко оказалось представить, будто бы я оказалась в своем родном мире. Повсюду сугробы, с площади мне улыбнулось сразу с десяток разнообразных снеговиков.
Наклонившись, я зачерпнула немного снега и принялась скатывать в снежок. Бросать его не собиралось, просто подобное занятие успокаивало и помогало собраться с мыслями. А еще в какой-то мере это показалось символичным. Как ни крути, сейчас я опять буду вынуждена врать родным, и ложь постоянно растет, как снежный ком. И совершенно невозможно предугадать, сойдет ли это мне с рук или в какой-то момент лавина накроет с головой.
Дежурный в университете, когда я приветственно ему улыбнулась и помахала рукой, уставился на меня так, будто увидел призрака, а потом схватился за сердце и начал медленно сползать по стулу.
Несмотря на довольно позднее время, университет не был пустым. В коридоре несколько парней мыли полы, на подоконнике сидели две воздушницы и о чем-то сплетничали.
– Кириан? Это действительно ты? – первым меня узнал Зарт.
С соседом Ильяза мы виделись всего один раз, и я даже не ожидала, что парень настолько обрадуется моему «воскрешению». Выронив тряпку, он крепко обнял меня.
– Надо скорее сообщить директору, он с ума от горя сходит, – заметил он.
– Да я к нему и собиралась, – видя, что Зарт не собирается обливать меня святой водой и обзывать нечистью, я облегченно улыбнулась.
Но дойти к профессору не успела. На шум выглянули остальные студенты. Увидев меня, все они реагировали по-разному. Кто-то менялся в лице и принимался щипать себя за руки, другие кидались обниматься.
– Кириан, ты в самом деле жива?
– Как тебе удалось выбраться?
– А мы уже тебя похоронить успели!
Подобные реплики звучали со всех сторон. Не могло быть и речи, чтобы ответить, все усилия пришлось сосредоточить на том, чтобы меня не затоптали сейчас. В порыве чувств студенты не слишком себя контролировали и все прибывающая толпа начала пугать.
– Кириан? Ты что, из гроба вылезла?! – показавшаяся в коридоре Антея изменилась в лице. – Убирайся обратно к мертвякам, здесь тебе поживы не будет!
– И я рада тебя видеть, – с чувством сказала я. – Знаешь, мне в гробу так захотелось свежей человечины, чтобы посочнее, сразу о тебе вспомнила. Ты же не откажешься по старой дружбе угостить меня ручкой, а лучше ножкой?
Свои действия я сопроводила грозным выражением лица, даже облизнулась для наглядности.
– Так ты что, правда живая? – под грянувший хохот ошарашено пролепетала блондинка. – Но как это возможно? Ты же погибла при обвале!
Говоря, Антея уставилась на меня с таким видом, что, обладай я большим состраданием, точно бы пошла и закопалась на кладбище, лишь бы ее не разочаровывать.
– Кириан! – громкий вопль разнесся по коридору и Дора, помогая себе как локтями, так и магией, принялась пробираться сквозь толпу.
– Как же я соскучилась! – я крепко обняла подругу.
– Я думала, ты погибла. Кириан, это было так ужасно! Когда нам сообщили о твоей смерти, я собственным ушам не поверила, – гномка шмыгнула носом, смахивая слезы.
После ее слов всеобщее любопытство только усилилось и меня затеребили со всех сторон, требуя историю. Я уже начала подумывать, как бы изобразить обморок, хоть таким способом избавившись от повышенного внимания, когда на выручку пришел профессор Рэймос.
– Тихо всем! – судя по всему, о моем возвращении дежурный уже успел доложить ему, но директор побоялся верить в услышанное и теперь напряженно вглядывался в лица присутствующиx.
– Здравствуй, папа, – я не стала мучить его и вышла вперед.
Вид у директора был еще хуже, чем на похоронах. Он еще не ложился и темно-синий камзол подчеркивал бледное лицо. Под глазами залегли тени, лоб прорезала морщинка. Профессор будто постарел на десять лет, превратившись в собственную тень.
До этого момента я даже не представляла, насколько сильно директор любит меня и теперь боялась подумать, что он должен был чувствовать, похоронив вторую дочь…
– Кириан… Кириан, дочка! – несколько мгновений профессор ошеломленно смотрел на меня, а потом шагнул вперед, заключая в объятия. – Живая…
Наверное, впервые студенты могли видеть собственного директора настолько растерянным и едва сдерживающим слезы. Мужчина продолжал шептать лишь одно слово и крепче прижимал к себе, словно боялся, что я могу исчезнуть. Впрочем, будущие маги проявили удивительную тактичность и, убедившись, что прямо сейчас ничего интересного больше не будет, быстро разошлись по комнатам.
– Пап, все хорошо. Я действительно живая и здоровая. Так что можете откапывать мой гроб обратно, он теперь долго не понадобится, – я постаралась шуткой разрядись атмосферу, но взгляд профессора оставался по-прежнему взволнованным.
– Пойдем ко мне, поговорим. Или лучше заглянем в лазарет? Как ты себя чувствуешь? – заволновался директор.
– Как человек, которого чуть не задушили в объятиях и не разорвали на мелкие кусочки, – засмеялась я. – Честное слово, не беспокойтесь, теперь уже все отлично.
– Значит, с тобой в самом деле что-то случилось? – молниеносно среагировал профессор. – Никогда ceбe не прощу, что отпустил тебя одну в ту поездку.
– Наоборот, хорошо, что вы остались здесь, – представив, что Сейтар убил бы и моего приемного отца, по телу прошла дрожь.
Заметив это, директор поспешил проводить меня в кабинет. Первым, что бросилось мне в глаза, оказалась необыкновенная чистота. У профессора и раньше царил порядок, но в прошлые мои визиты повсюду лежали книги, письма и прочие необходимые вещи, а сейчас шкафы опустели, а на столе вместо журналов лежалo всего несколько листков.
Но задавать вопросы я не стала, вместо этого опустившись в кресло. Директор также не спешил начинать разговор, решив для начала заварить успокаивающий чай. Мне пить не хотелось, но понимая, что успокоиться в первую очередь нужно профессору, не стала спорить и послушно взяла чашку.
– Кириан, я знал, что ты не могла просто так погибнуть в обвале. Словами не передать, как мы волновались. Я молился богам, умоляя вернуть тебя, – по губам директора скользнула улыбка.
– Понимаю. Мне самой казалось, что больше я никогда не сумею вернуться, – проговорила я, умолчав о том, что видела собственные похороны.