Под маской. В плену иллюзий

– Доброе утро, Амара, – он первым склонил голову в приветственном жесте, по губам скользнула легкая улыбка. – Как спалось?

Меня же ощутимо передернуло. На мгновение показалось, что шею вновь сжимает магический ошейник, а легкие горят от недостатка кислорода.

– Спасибо, хорошо, – почти рухнув на отодвинутый слугой стул, я до боли сжала кулаки, стряхивая пугающую иллюзию.

– Вот и славно. Хороший отдых залог хорошего дня, – улыбнувшись в очередной раз, Вальд принялся за еду.

Мне же кусок не лез в горло. Показное радушие лорда чудилось маской. Нутром я буквально чувствовала исходящую от него опасность. Вот только, кроме интуиции, придраться было совершенно не к чему. Казалось, если Вальд правда приходил ко мне ночью, то должен был следить за моей реакцией, хоть как-то выдать себя, но его лицо ни на мгновение не дрогнуло. Более того, справившись со светскими условностями, он и вовсе словно забыл обо мне.

– Хотя кое-что мне все же мешало. Какой-то паразит, – вспомнив, как перекосило Гвендолин, стоило обозвать ее скотиной, наугад пожаловалась я. – Полночи скребся в стене, мешая спать. Должно быть, таракан или мышь.

Увы, успехом мой расчет не увенчался. Вальд даже бровью не повел на мои слова, зато леди Эбигейл едва не подскочила на месте.

– Мышь? – испуганно-презрительно охнула она. – Немедленно прикажу слугам проверить весь особняк!

– Не переживай, Амаре наверняка показалось, – как и подобает любящему сыну, поспешил успокоить матушку Вальд. – А если кто случайно и пробрался, слуги разберутся. Паразитам не место в этом доме.

Говоря, парень одновременно бросил быстрый взгляд в мою сторону. Пожалуй, его высказывание можно было трактовать как намек, что под паразитом он подразумевал как раз меня, но в глазах плескалось лишь искреннее волнение, без капли ехидства. Да и учитывая, что я первой начала эту игру, глупо было обижаться и искать двойной подтекст, которого с равной долей вероятности могло и не оказаться в его словах.

– Ладно, не будем портить аппетит неуместными разговорами, – взяв себя в руки, улыбнулась герцогиня. – Амара, ты почему не ешь? Если не запомнила, какими столовыми приборами пользоваться, лучше скажи сейчас. Отсидеться у его величества все равно не выйдет. Если хотя бы не попробуешь угощение, это сочтут дурным тоном.

– Я все помню, просто не хочется, – уголок губы дернулся сам собой. И вроде бы давно пора было привыкнуть, что окружающие ни в грош меня не ставят, но менее обидно отчего-то не становилось.

– Не хочется сейчас, захочется потом, – качнула головой леди Эбигейл. – Ты же едешь во дворец, чтобы поговорить с королем, а не поесть там. Если набросишься на еду, окружающие сочтут, будто мы тебя не кормим!

– И будет крайне неловко, если речь его величества прервет бурчание твоего желудка. Смирись, что пока не поешь, из-за стола тебя не выпустят, – хохотнул Вальд. – Когда речь заходит о соблюдении этикета, матушка ужасно строга. Слуги перед ней трепещут!

– Вальдимир! – женщина неодобрительно уставилась на сына. – Что ты такое говоришь? Выставил меня сущим чудовищем, которого все боятся.

«Я ничего не боюсь».

Перед глазами вспышкой молнии сверкнуло воспоминание. Мертвенно бледное лицо Вальда, его кажущиеся абсолютно черными глаза и белые полоски шрамов на запястьях.

Досадуя на собственную глупость, я едва не хлопнула себя по лбу. Вот как можно было не сообразить сразу подумать о шрамах? Это же беспроигрышный способ убедиться, приснился мне его визит или нет. Я не видела его рук раньше, значит, если у него правда окажутся рубцы, все происходило на самом деле. Если же нет – причина кроется в моем чрезмерно разгулявшемся воображении.

Затаив дыхание, я поскорее уставилась на Вальдимира, но меня поджидало разочарование. Рукава его рубашки полностью закрывали кисти, не позволяя увидеть кожу.

– Амара, не переживай. В конце концов, его величество прекрасно знает, откуда ты и не ожидает идеальных манер, – неправильно расшифровав мою гримасу, успокаивающе произнес лорд Алфорл. – Если совсем растеряешься, король намекнет, что и как делать.

Кивнув, я все же принялась за еду. Стоило попробовать первый кусочек, как мгновенно проснулся аппетит. Готовили в герцогском доме изумительно. Блюда были настолько вкусными, что чего скрывать, хотелось не только умять все до последней крошки, но и жадно вылизать тарелку.

«До чего же несправедливо, что одни получают все, когда у других нет почти ничего!».

Проследив взглядом за служанкой, принесшей очередное блюдо с десертом, я мрачно подумала, что для нас четверых еды непозволительно много. Да что там, за столом с легкостью поместился бы весь мой выпуск. Разнообразных блюд было столько, что даже вечно голодные сироты, наконец, наелись бы от пуза.

– Амара, Вальдимир подвезет тебя во дворец, ему как раз по пути, – когда с завтраком было покончено, объявил герцог.

Одновременно он бросил мимолетный взгляд на сына, явно отслеживая его реакцию. Тут же вспомнилось, как вчера лорд назвал Вальдимир бесхребетным, дав понять, что совершенно не видит того в качестве наследника и будущего титула.

Подтверждая неприятную характеристику, спорить молодой лорд не пытался, хотя в глазах явственно читалось, что обуза в моем лице ему и даром не сдалась.

– То есть, я поеду не с вами? Вы не будете меня сопровождать? – зато в отличие от Вальда, я молчать не собиралась.

Неважно, был его визит сном или нет, но и без этого наше общение не задалось, так что у меня отсутствовало всякое желание ехать с парнем куда-то наедине. Из кареты, конечно, он меня вряд ли вышвырнет, но вот гадостей наговорит наверняка.

– В приглашении указано только твое имя, – лорд Алфорд развел руками, вроде бы демонстрируя сожаление, хотя не отпускало ощущение: даже если бы было можно, он все равно не отправился бы со мной. Слишком красноречивым оказался бы подобный поступок, я же пока ничем не успела заслужить его прилюдной поддержки.

– А моя кандидатура в качестве сопровождающего чем-то не устраивает? – изогнув бровь, Вальд насмешливо уставился мне прямо в глаза.

Придраться к лорду было невозможно. Идеально владея своим лицом, он так старательно изображал непонимание, что я хоть убей не могла сообразить, настоящее оно или наигранное.

– Просто не хотелось доставлять лишних хлопот, – понимая, что в свою очередь, выдала себя с потрохами, неуклюже соврала я.

– О, никаких хлопот, – поднявшись из-за стола, Вальд подал мне руку. – Наоборот, я рад возможности сделать доброе дело.

«А что на счет злых?».

Наверное, можно было бы выбрать другой момент, но я никогда не любила откладывать задуманное в дальний ящик. Так что, вставая, сделала вид, будто запуталась в юбках и повалилась прямо на Вальдимира. В мои планы входило задрать рукав его рубашки, вот только парень перехватил меня раньше. Обхватив за талию, безо всяких усилий поставил на ноги.

– Осторожнее. Не хватало еще упасть и наставить синяков, – с обманчивой заботой произнес он.

– Спасибо, – только и смогла выдохнуть я.

Не покидало ощущение, что Вальдимир разгадал мои намерения и, стоит остаться наедине, продолжит издевательства, но лорд держался на удивление галантно. Попрощавшись с родителями, под руку вывел меня в холл. Отобрав у слуги верхнюю одежду, лично набросил мне на плечи плащ, а после любезно распахнул дверцу кареты и помог забраться внутрь.

Наверное, не случись ночного кошмара, и я бы могла получить истинное удовольствие от его заботы. Все же какой девушке не будет приятно внимание симпатичного парня? Вот только мне все происходящее казалось игрой, призванной сбить с толку, и каждое прикосновение Вальда заставляло нервно вздрагивать.

К счастью, хотя бы ехать оказалось недалеко. Всю дорогу мы молчали. Сев в самый угол кареты, я почти сразу отвернулась к окну. Вальдимир же откинулся на сидение и, как прикрыл глаза, не открывал их до окончания поездки.

И вроде бы можно было подумать, что лорд просто не желает на меня смотреть, если не вовсе дремлет, но судорожно бьющуюся венка на виске не давала сделать подобный вывод. Казалось, Вальдимира что-то гложет изнутри и этим мнимым спокойствием он пытается обмануть в первую очередь себя. Хотя что такого настолько серьезного могло случиться в его жизни?

Между тем, стоило карете остановиться, как все мысли о Вальде и его проблемах тут же вылетели из головы. Раскрыв рот от восхищения, я во все глаза рассматривала дворец. Раньше мне доводилось видеть здание только в газетах или на почтовых марках, но изображения и близко не передавали его роскошь и великолепие.

От трехэтажного строения со множеством башен буквально веяло древностью и величием. Поднимаясь по ступенькам, я едва дышала от избытка чувств. Скажи мне кто месяц назад, что я попаду в замок, более того, стану пить чай с самим королем, не раздумывая, покрутила бы у виска, слишком уж невероятно звучало подобное. Да что там, я до сих пор не могла до конца поверить, что все происходящее не чья-то дурная шутка.

Когда навстречу мне шагнули слуги, я крепче вцепилась в сумочку, готовая предъявить приглашение в качестве доказательства законности моего пребывания здесь, но не понадобилось даже представляться.

– Леди Амара, рады приветствовать вас во дворце, – дежурно улыбнулись они. –Мы проводим вас в малый кабинет.

Изнутри замок оказался еще красивее. Следуя за своими провожатыми, я старалась не слишком крутить головой, но удержаться было невозможно. Взгляд привлекало совершенно все. И разнообразные статуи, и постоянно меняющиеся магические картины на стенах, и мозаика на потолке. Еще интереснее было рассматривать встречающихся по пути людей. Если слуг в нарядных ливреях легко можно было принять за богатых господ, то о настоящих аристократах нечего было и говорить. От обилия ярких нарядов рябило в глазах. То и дело нос щекотали цветочные или фруктовые ароматы духов, иногда к ним примешивались терпкие ароматы одеколонов и табачный дым.

На меня тоже косились. Лорды и леди – вскользь, делая вид, будто их вовсе не интересует моя персона, слуги – с куда более выраженным любопытством. Причем если во взгляде первых угадывалось пренебрежение, то вторые смотрели гораздо дружелюбнее. Одна горничная и вовсе подмигнула, волшебным образом зарядив своим хорошим настроением.

Помня о том, какие длинные и запутанные коридоры в особняке Хардингов, я заранее настроилась на длинную прогулку, но идти пришлось относительно недалеко. Поднявшись на второй этаж и свернув всего каких-то пару раз, мы остановились у двери с причудливым серебристым узором, которую охраняло сразу семеро стражников. Вернее, шестеро. Седьмой человек также оказался слугой. Переглянувшись с моими сопровождающими и кивнув мне, он постучал в дверь и почти сразу вошел внутрь.

– Леди Амара Грейвз, входите. Его величество ожидает вас, – вернувшись, сообщил он.

Переступив порог, я оглянулась по сторонам. Несмотря на то, что кабинет назывался малым, по размеру он едва уступал огромной герцогоской столовой. Возле окна стоял массивный письменный стол. Всю стену занимал шкаф, заставленный книгами и артефактами. Во второй половине комнаты же расположился диван, несколько кресел и столик. До моего появления король работал с бумагами, но сейчас захлопнул папку и поднялся.

– Ваше величество, – я тут же присела в реверансе.

Вживую король выглядел гораздо старше. Конечно, назвать его стариком не повернулся бы язык, но и наполовину закрашенные сединой русые волосы, и множество морщин на лице выдавали преклонный возраст.

– Добрый день, Амара. Рад возможности лично познакомится с тобой, – монарх кивнул, давая разрешение подняться. – Ты так похожа на отца. Настоящая леди. Если бы не знал, никогда не подумал, что ты росла в приюте.

В голосе мужчины послышалось одобрение. Его величество рассматривал меня ненавязчиво, словно добрый дедушка, любующийся давно не виденной внучкой, но это была лишь маска. Интуитивно я чувствовала, что в это мгновение взгляд короля разбирает меня на части, анализирует каждую мелочь, каждый вздох. И пока увиденное ему действительно нравилось.

«А ведь поверь я Гвендолин, сейчас раз и навсегда упала в его глазах!».

Пожалуй, даже не предупреди меня лорд Алфорд, я бы все равно ощутила, что моя судьба решается именно в эту минуту, слишком уж сильная и мощная аура окружала его величество.

– Садись, – король указал на кресла.

Вошедшие слуги в считанные мгновения накрыли стол. Несмотря на то, что чаепитие явно носило формальный характер, вазочек с разнообразными угощениями оказалось больше десяти. Покончив с сервировкой, часть слуг покинули кабинет, двое в ожидании новых указаний каменными статуями замерли у стены.

– Ешь все, что понравится. В приюте тебя вряд ли баловали сладким, нужно наверстывать упущенное, – усиливая ассоциацию с добрым дедушкой, заботливо предложил монарх. Сам, впрочем, пробовать лакомства не стал, ограничившись чашкой чая.

– Спасибо большое, – я осторожно подхватила шоколадный шарик на палочке, единственный десерт, оказавшийся мне знакомым.

– Ужасная несправедливость, что тебе пришлось расти вдали от семьи. Я виноват и перед тобой, и всеми остальными детьми. Приют должен был заменить вам дом, но вместо этого стал настоящей тюрьмой, – в глазах короля отразилась грусть.

– Что вы, ваше величество, – меньше всего ожидая подобных слов от мужчины, охнула я. – Откуда вам было знать, что директор окажется негодяем? Да и жили мы довольно неплохо. У нас была крыша над головой, нас одевали и кормили. Стража подоспела как раз в нужный момент!

– Знать все – это моя работа, – монарх качнул головой, по губам же скользнула легкая улыбка. Кажется, мои попытки утешения здорово позабавили его, но я банально не представляла, что еще сказать в данной ситуации. – Мне следовало бы лучше контролировать данную сферу, а не полагаться на отчеты советников. Впрочем, время не терпит сослагательного наклонения. Теперь моя задача исправить допущенные ошибки.

– Ну, в моем случае все сложилось как нельзя удачно. Если бы приют с самого начала заботился о сиротах, проверка бы не понадобилась. Я бы отправилась работать служанкой или подавальщицей и никогда не узнала о своих аристократических корнях, – вспомнив, что лорд Алфорд советовал высказываться откровенно, улыбнулась я.

– Отныне магическая идентификация станет обязательной для каждого сироты, – не поддержав шутливый тон, серьезно ответил король. – Одно дело, когда у ребенка действительно не остается ни одного родного человека, способного позаботиться о нем, и совсем другое, если имеющиеся родственники ничего не знают о нем. Положенные денежные дотации по-прежнему будут выплачиваться, так что обузой для семьи он не станет.

Сделав паузу, мужчина отпил несколько глотков чая, после чего поставил чашку на столик и обратил взгляд на меня.

– К сожалению, в приюте не осталось никаких сведений о твоей матери, только дата, когда корзинку с тобой нашли на пороге. Но может, ты помнишь что-то о ней?

– Совершенно ничего, – я удрученно покачала головой.

– В таком случае, будем надеяться, что наследственной комиссии удастся установить ее личность. Целитель возьмет у тебя кровь для анализа, но хороших новостей не обещаю, – видимо также рассудив, что без веских причин мать меня не бросила бы, предупредил король. – Если она жива, возможно, сама выйдет с тобой на связь. В таком случае, обязательно сообщи об этом.

– Конечно, ваше величество, – я поспешно кивнула.

– Моя просьба вызвана бюрократическими требованиями. Не буду запутывать тебя юридическими тонкостями, но положение в обществе твоей матери повлияет на твой статус. Так, например, если она находилась или находится в браке, ты можешь войти в ее семью, – заметив растерянность на моем лице, объяснил король. – Я сомневаюсь, что Фернинард мог вступить в отношения с замужней дамой, подобное было не в его правилах, однако закон обязывает проверить все варианты.

– А вы хорошо знали моего отца? – осмелев, рискнула поинтересоваться я.

– Более чем. Лорд Хардинг был образцовым подданным, всей душой преданный своей стране. Если бы не роковая случайность, унесшая его жизнь, Фердинард наверняка совершил бы немало подвигов. Перед своей смертью он как раз справился с одним крайне щекотливым делом, за которое, увы, не успел получить награду. Поэтому я вдвойне рад, что у Фернинарда осталась дочь, а значит, его род не прервется, – король ободряюще улыбнулся.

– Приложу все силы, чтобы оправдать доверие вашего величества, – внутри тут же взбурлило любопытство, жутко хотелось узнать, чем таким важным занимался отец и кто знает, не была ли его смерть связана с этим поручением, но задавать новые вопросы я не осмелилась.

– Не сомневаюсь, – правитель снова улыбнулся. – Рад был знакомству с тобой, Амара.

– Для меня это огромная честь, – сообразив, что чаепитие подошло к концу, я поднялась, присев в очередном реверансе.

– До встречи. Как только появится новая информация о твоих родителях или возникнут вопросы, тебе обязательно сообщат, – пообещал он на прощание.

Стоило покинуть кабинет, как те же слуги проводили меня к целителю. Забор крови не отнял много времени, так что вскоре я уже выходила из дворца, раздумывая, как стану возвращаться обратно. Вальдимир ведь наверняка уехал на работу, а значит, предстояло или ловить свободный экипаж или идти пешком. Честно говоря, я предпочла бы второй вариант, хотелось спокойно обдумать пусть и короткий, но довольно насыщенный разговор с королем, останавливал лишь страх перед вездесущими репортерами. Я уже успела заметить нескольких писак, кружащихся неподалеку от ворот и не сомневалась, что стоит покинуть территорию дворца, как на меня накинется вся «стая».

– Леди Грейвз, – навстречу шагнул мужчина в кучерском камзоле. – Вы уже освободились? Лорд Хардинг велел отвезти вас домой.

– Да? – я растерянно уставилась на извозчика, чувствуя вперемешку и признательность к Вальдимиру за то, что побеспокоился обо мне, и страх из-за возможной ловушки.

И вроде бы здравый смысл шептал, что устраивать подлянку прямо сейчас лорд бы не стал, для этого он слишком дорожил своей репутацией, вот только извечная паранойя заставляла искать подвох даже там, где его не могло быть по определению.

– Конечно, если у вас нет других пожеланий. Молодой лорд был так щедр, что можем хоть целый день вокруг дворца кататься, – позволил себе смешок мужчина.

– Не стоит, давайте сразу в особняк, – успокоившись, я отправилась к карете вслед за извозчиком.

Герцогиня дожидалась моего возвращения в гостиной. Женщина читала журнал, делая пометки в блокноте, но при моем появлении тут же отложила их в сторону.

– Как прошло чаепитие? – сдержанно поинтересовалась она.

«Не опозорила ли ты нашу семью?» – без труда додумала я вторую часть вопроса, так и читающемся в ее глазах.

– Кажется, вполне хорошо. Мы пили чай с шоколадом и разговаривали о моей семье, – отчего-то вдаваться в подробности перед герцогиней не хотелось, так что я ограничилась сухим пересказом разговора.

– В таком случае, будем ждать новостей. Сейчас же предлагаю сосредоточиться на предстоящем вечере, – леди Эбигейл кивнула на блокнот. – Через час приедет швея, а после начнешь заниматься с учителями. Эти дни твое расписание будет очень плотным, но тебе необходимо освоить хотя б азы, иначе станешь посмешищем на собственном празднике.

– А зачем швея? Разве у меня мало нарядов? – вспомнив набитый шкаф, я в очередной раз поразилась расточительству аристократов. То гора еды, которую не съесть и при самом сильном голоде, теперь вот куча одежды, которую и за всю жизнь не сносить. Было даже странно, что при такой любви к излишествам и новинкам герцогская чета живет в одном особняке и не переезжает каждую неделю в новый.

– Нарядов никогда не бывает много, – мое искреннее замешательство заставило герцогиню рассмеяться. – Тем более, это твой первый официальный выход в свет. Именно по нему тебя станут оценивать. Жизнь же такая странная штука, что успех забудется куда быстрее, чем неудача. Очередной праздник с легкостью затмит твой, каждую неделю в газете публикуют новости о новом мероприятии, которое становится центром внимания. Зато любую оплошность запомнят и непременно станут припоминать при каждом удобном неудобном случае.

– Спасибо за наставления, буду иметь ввиду, – выжав улыбку, я едва удержалась, чтобы не заскрипеть зубами.

Со стороны все выглядело так, словно герцогиня искренне беспокоилась о моем дебюте и предостерегала о возможных ошибках, но ее забота начинала действовать на нервы. Не покидало ощущение, будто в действительности леди Эбигейл как раз напротив, настраивает меня на отрицательный исход и в глубине души даже обрадуется, когда я опозорюсь у всех на глазах.

– В таком случае, за работу, – пододвинув ко мне журнал, сама женщина подхватила блокнот.

***

Сегодня привычная работа раздражала втрое больше обычного. Смяв очередное неудавшееся письмо, Вальд едва сдержался, чтобы не запустить им в стену или вовсе не испепелить. Скопившееся внутри раздражение бурлило, жгло внутренности и отравляло кровь.

И можно было сколько угодно внушать себе, что его злит ситуация с находящимся при смерти данкаширским принцем или пришедшие с опозданиями отчеты, данные в которых совершенно разнились, истинная причина крылась в девчонке. Как Вальд не старался, выкинуть из головы новоявленную родственницу никак не удавалось.

Вчера красновласка вновь сумела удивить. Пробравшись в ее комнату, Вальдимир был уверен, что сиротка если и посопротивляется для вида, почти сразу сдастся и примется скулить, моля о пощаде. Он бы даже не стал слишком презирать ее за слабость. В конце концов, в случае нищенки подчиниться – единственный шанс выжить. Только вот девчонка неожиданно вздумала проявить характер.

Побывав на краю смерти, сегодня она вела себя совсем по-другому. Боялась взглянуть в глаза, старалась лишний раз не подавать голос и вздрагивала от каждого шороха. Пожалуй, Вальда даже позабавили бы нелепые попытки сиротки вывести его на чистую воду, если бы не осознание, что ночью он проиграл. Пусть девчонка никогда не узнает об этом, пусть считает, будто обморок стал наказанием, на самом деле в тот момент, когда она лишилась сознания, его впервые за много лет охватила растерянность.

До сих пор не верилось, что красновласка готова была умереть, только бы не сдастся. Ему, будущему лорду Хардингу, бросила вызов какая-то простолюдинка, это даже звучало смешно!

По-хорошему, следовало давно выбросить девку из головы и сосредоточиться на работе. Благо, благодаря подосланной горничной, которой всего то и требовалось бросить пару слов о том, как их гостья беспокойно спит ночами, Амара сочла все сном и жалоб с ее стороны можно было не ждать. Вот только абсолютно каждый, заходящий к Вальду в кабинет, считал своим долгом справиться о судьбе несчастной замарашки. Большая часть, кажется, искренне беспокоилась о девчонке, но были и те, кто не преминул высказать соболезнования из-за скорого перехода титула к законной наследнице.

Разумеется, Вальд не мог не просчитать все варианты развития событий. И шанс, что красновласка из нищенки превратится в герцогиню действительно существовал, но до того крохотный, что принимать его во внимание было бы крайней глупостью. Не настолько король еще выжил из ума, чтобы создать подобный прецедент. Как ни крути, семейные ценности в стране вышли на первый план совсем недавно, а разгульная молодость была у каждого второго аристократа. Стоит только просочиться информации о возможности разбогатеть, к каждому дому выстроится огромная очередь из бастардов. Большинство окажутся липовыми, но в попытках добиться справедливости изведут все нервы, а то и вовсе устроят бунт.

Да и некогда его величеству возиться с сироткой. Если он, в самом деле, такой любящий отец, то сейчас должен поддерживать родную дочь, а не играть в благотворительность.

Аргументы звучали вполне логично. Вальд почти убедил себя, что волноваться не о чем. И все равно вернулся домой пораньше. Чтобы узнать, что вместо ужина отец закрылся в кабинете с Амарой.

Конечно, сам по себе этот факт еще ни о чем не говорил, указывая лишь на то, что герцогу также свойственно любопытство, но нахлынувшее раздражение не стало меньше. Нарочито показная любезность отца выводила из себя. Тот же словно нарочно возился с девкой так, будто именно она была его родной дочерью и законной наследницей.

«Посмотрим, насколько тебя хватит».

Ничуть не сомневаясь, что герцог устроил весь спектакль, чтобы щелкнуть сына по носу, Вальд направился в находящуюся рядом с кабинетом комнату отдыха. Устроившись на диванчике, прикрыл глаза и щелкнул пальцами, заставляя паутину заклинания поползти по стене.

Конечно, кабинет главы магического надзора тщательно защищался от подслушивания, но у Вальдимира было достаточно времени, чтобы найти лазейку и научиться пользоваться ею втайне от отца.