Отпуск с горячим мерзавцем

Глава 13. Мальвина

Нет, ну каков дурак, а! Кулаками помахать решил. То есть цивилизованно поговорить мы не можем, надо обязательно морду друг другу бить.

Елизар же сказал, что уходит, когда про парня услышал. Мол нечего ему тут ловить, но Рославцев... Неандерталец чертов.

Сидит теперь в медпункте. Лицо побитое, явно ребра знатно пересчитаны, ведь рокер бил со всей силы, от души. Еще этот придурок и обгорел. Видела, какая красная у него спина.

«Моя кожа не такая нежная. Бла-бла-бла. Я не обгораю. Бла-бла-бла. Все будет ок».

Тьфу. Дурак. Теперь пусть страдает. Жалеть не буду и мазать чем-нибудь тоже.

Из-за дерущихся мы чуть все не вылетели с курорта. Я еле отмазала Сильвестра. У Елизара же с кем-то все схвачено. За него заступились. А Рославцеву ещё штраф платить за испорченные шезлонги. Много людей видели, как он первый начал драку.

- Аищ, как же бесит, - машу руками посреди номера, мечтая придушить парня.

Только все хорошо было. Мы решили начать отношения, а он все испортил. Зараза.

- Мальвина... - вымученно.

Ох, явился - не запылился.

Складываю руки на груди и жду. Топаю ногой от нетерпения.

- Барская, помоги...

Кряхтит и ходит как старый дед. Морщится, попискивает. На жалость давит.

А вот не получишь ты у меня ничего. Выкуси, дорогой.

- Диван в той стороне, - плетётся к кровати. - Эй! Рославцев, кровать моя.

- Не могу там. Неудобно.

- Рославцев!

Чисто по инерции дотрагиваюсь до его обгоревшей спины, чтобы не дать лечь на мою деточку. Курица гриль, блин.

- А-а-а-а-а! - он орёт.

- А-а-а-а-а! - я ору.

Он от боли и дискомфорта, я от шока и испуга.

Твою мать!

- Барская! - сгибается пополам. - Чем я тебе так не угодил?

- Ты... - помогаю ему опуститься на живот. - Прости, пожалуйста. Я не хотела.

Нет, мне его всё-таки жалко. Помню, каково это обгореть. Жуткое ощущение. Тело ломит, горит. Еще и температура поднимается.

- У тебя крем какой-нибудь есть? Или сметана?

- Старый проверенный способ? - хмыкаю.

- Ага, - лежит, не шевелится.

- Сейчас намажу. Потерпишь?

Приятного мало, когда по обгоревшей коже руками водят.

- Придётся.

Так. Хорошо. Помогу засранцу.

Выдавливаю на ладони крем, вздыхаю, закусываю губы и начинаю мазать.

Сильвестер стонет, воет, матерится, но не дёргается и меня не проклинает.

Вожу руками максимально нежно и бережно. По всей спине. Даже шею натираю.

- Как себя чувствуешь?

- Хреново, - поворачивает ко мне голову.

Да уж, взгляд несчастный. Как у побитой собаки.

- Чего-нибудь хочешь?

- Чтобы все прошло.

- На это время надо, - убираю крем в косметичку. - Пить? Есть?

- Воды.

- Ок.

Передаю ему бутылку минералки. Кое-как встаёт на колени, пьет жадными глотками, после чего вновь плюхается лицом в подушку. Что-то бормочет. Наверняка, стыдится своего состояния.

- Может температуру померить? - кажется, он горит сильнее обычного.

- Я в норме, - постанывает. - Полежу немного. Авось пройдёт.

Да уж, так себе у него отдых вышел. Но этого и следовало ожидать.

- Вот я же тебе говорила, - не могу не съязвить.

- Помню.

- Предлагала средство.

- Ага, - нехотя соглашается. - Но я упрямый как баран.

- Именно, - щелкаю пальцами. - Который так любит бодаться.

- Хм, - порочная улыбка. - Чем-то длинным и острым?

Дурак. Я ему про одно, а он все пошлит. Врезать бы леща, но ему и так плохо.

Карма, Сильвестер. Карма.

- Так, - встаю. - пойду-ка я погуляю.

- Эй! Куда? Ауч.

Не поймаешь, не поймаешь.

- Гулять, - перекидываю через плечо сумочку.

- С кем?

- Одна, - обуваюсь в коридоре.

- Оставишь меня? - жалобно.

- Конечно. Тебе полезно полежать, подумать.

- О чем?

- О вечном, Рославцев. Чао.

Что-то кричит, но я уже убегаю из номера. С широкой улыбкой на лице.

На улице сажусь на лавочку. Вдыхаю свежий воздух и тяжело выдыхаю.

Чудесное время. Милая атмосфера. Полный расслабон.

- Ну здравствуй, - отвечаю на звонок.

- Злишься? - Сашка. Наконец-то объявилась.

- Раньше да. Сейчас чуть-чуть.

- Прибить хочешь? - представляю, как голову в плечи вжимает, как виновато поджимает губы.

Засранка.

- Хотела. Но... Во-первых, ты беременна. Во-вторых, далеко. А, в-третьих... - прокашливаюсь. - мы вместе.

- Ась?

- Рославцев и я. Решили попробовать замутить. По крайней мере, до конца отпуска.

- Ого... Это... Это... Неожиданно.

Сама в шоке. До сих пор не верится.

- Ага. Эдакий курортный роман. Посмотрим, что из этого выйдет.

Мимо проходят парочки. Косятся на меня. Перешёптываются.

Машу пальцами, мол валите, не на чего пялиться. Клацаю зубами для достоверности.

Бегут, сверкая пятками.

- Надеюсь, до этого ты не прибила Сильвестра?

- Пыталась, но он изворотливый как уж.

- Сильно покалечила?

Хмыкаю. Рассказываю ей последние новости. Про драку, обгоревшего Сильвестра. Правда опустила подробности концерта. Нечего мамочке такое слушать.

- Обними его, пожалей. Спой колыбельную.

Хихикает. Нет, откровенно ржёт.

- Обойдётся. Это ему урок. Слушать надо других.

- Коварная женщина.

- Еще какая.

Минутная тишина. Смеёмся.

С подругой всегда время пролетает незаметно. И даже молчанка в тему.

- Кстати, - голос какой-то странный. - объявлялся Виталик.

- Боже! Какого хрена ему надо?

Ну расстались мы и расстались. Чего ко мне пристал? Все равно к нему не вернусь.

Пусть не показывается мне на глаза, иначе фаберже пострадает. Разобью вдребезги. А его висюльку поганую в унитаз выкину.

Говно он, а не человек.

- Умолял, сказать, где ты. Просил прощения. Клялся, что не виноват. Что тебя любит.

- Ой! Фууу, - она не видит, но я смачно изображаю приступ тошноты. - Неужели, его толстуха бросила?

- Похоже на то. Но думаю, там есть что-то ещё. По-крупнее.

- Пофиг, - поднимаюсь, потягиваюсь.

Блин. Что-то подустала немного. Сходить на массаж, что ли? Говорят, он тут потрясающий.

- Я прогнала его, угрожая сковородкой.

Моя девочка.

- Сашок, я дома! Любимая, ты где?

- Мне пора, - чмокает в трубку.

- Привет Вадику.

- Ок.

Отключаемся.

Так, сначала расслабляющий массаж. Может какие-то другие спа-процедуры. Мне это сейчас ой как нужно.

Не успеваю дойти до здания, как телефон опять разрывается от звонка.

Ну кому чего надо?

О, Рославцев! Как чувствовал.

- Это должно быть вопросом жизни и смерти. Ты меня...

- Мальвина... Мне... плохо.

И голос будто из-под толщи воды. Такой обречённый.

Да твою же мать! Паника нападает. Переживательно за него становится.

- Мчу. Пять минут.

Срываюсь с места как спринтер. Молясь, чтобы он там не превратился в засохший трупик.

Глава 14. Сильвестер

- Нет, ну каков идиот, а, - Барская похожа на грозную фурию. Сейчас выпустит когти и пройдется ими по моему лицу.

Интуитивно трогаю щеки. Морщусь. Ауч. Это будет потеря потерь.

- Мне правда плохо, - конючу как маленький ребёнок.

Да, пожалейте меня. Худо мне. Умираю. Жизнь медленно из меня вытекает. Мир ещё не готов к моему исчезновению. Много людей будет страдать.

- Прекращай паясничать, - рысь рассвирепела. - Иначе брошу тебя тут одного, а сама вернусь домой.

Ась? Она что, серьёзно?

Приподнимаюсь на локтях. Поза конечно так себе - зад кверху, руки напряжены, голова повёрнута к девушке.

Заглядываю в ее яркие глаза.

О да, она серьезно. Слов на ветер не бросает.

- Ты и так меня бросила.

- Я на массаж хотела сходить.

М-м-м, эротический, надеюсь.

- Могу сам тебе плечики помять.

- Нет, спасибо, - отмахивается. - Доверю это дело профессионалам.

- Ты не знаешь, от чего отказываешься, милая.

И не будь я таким инвалидом, живо бы уже показал ей все свои способности.

- Рославцев, есть что-то важнее жизни и смерти? - только рот открываю. - В душ не поведу. Одеться тоже сможешь. Не так уж все и плохо.

Догадливая какая. Прямо все мои планы обрубает на корню.

Блин. Это не весело.

- Помнешь мне подушку?

- Рославцев, - скрипит зубами.

- Самому делать это проблематично.

- Вот же… - явно обрушивает мне на голову сотню проклятий. Недаром она что-то болеть начинает, будто молотком по ней стучат.

Надеюсь, гильотины тут нет. А то Барская с радостью меня туда отведет. Под злобный смех.

- Если попробуешь на кровать завалить, стукну. По больной спине.

Черт! Раскусила.

- Я не в том состоянии.

Чуть смещаюсь на другую сторону. Слежу, как Мальвина взбивает подушку. С заботой.

Да-да, для любимого парня надо постараться.

- Доволен? - складывает руки на груди.

Утопаю в мягкости. Даже стону от удовольствия.

- Супер. Точно рядом не хочешь прилечь?

- Обойдусь, - хочет уйти. - Я все же пойду на массаж, - тычет в меня пальцем. - Не смей мне звонить по всяким пустякам. Часа через два приду.

- Долго.

Рычит, закатив глаза к потолку.

- Потерпишь. Скучно станет, - кидает на покрывало пульт и планшет. - развлечёшься.

- Найти нам на вечер жаркое порно? - хватаю планшет, уже вводя в поисковике известный сайт.

- Не уверена, что у тебя что-то там поднимется. Думаю, сбой в системе, а перезагрузка не поможет.

Язва. Коза. И ведь оставляет последнее слово за собой.

Ну погоди, Барская. Я тебя накажу, как только обгоревшие участки кожи немного заживут.

Не выпущу тебя из номера несколько дней. И порно нам точно не понадобится. Свое устроим. Мощное и жаркое.

Скучно. До чертиков. Заняться одному нечем. Приходится по сети посерфить. Вдруг что интересное найду.

Проверяю соцсети. Давненько ничего не выкладывал. Не порядок. Подписчикам же интересно, как, где и с кем я время провожу.

Фоткаюсь. Измученное лицо, уставшие глаза, часть неправильного загара.

Выкладываю. С подписью. «Отдых пошел не по плану». Хэштег курица-гриль. «Девушка не жалеет. Она у меня та еще язва рыжая».

Сразу комменты. Вопросы. Где я отдыхаю? С кем встречаюсь? Мазал ли спину кремом?

Смайлики. Сочувствующие слова. Находятся и хейтеры. Завистники, кому покоя не дает моя популярность в сети.

Так… Добро пожаловать, в ЧС. Пока-пока.

Одна девушка с ником «Лоис2024» отправляет кучу рыдающих смайликов. Потом обнимашки и сердечки.

Странная она. Никогда словами не пишет, но заваливает смайлами.

В ее профиле куча аниме-персонажей. Каких-то косплеев (но явно на них не она, кажется, что ей только-только восемнадцать исполнилось, а там более взрослые девушки). Даже есть герои из дорам.

Да, я тоже иногда смотрю азиатский кинематограф.

Пиликает сообщение в мессенджере. Ого. От нее.

Неожиданно. Что же она хочет?

«Привет. Видела, ты обгорел. Очень переживаю за тебя. Все ли хорошо? Почему девушка за тобой не ухаживает?»

Конечно, лежа на пузе, дико не удобно отвечать, но я как-то изловчаюсь.

«Здравствуй. Все уже нормально. Любимая девушка немного вредная, но мне она дорога».

Да, я вежлив. Но все же надо четко границы расставить. Если она в меня влюблена, то ей ничего не светит.

«Ты ее любишь?»

«Да, очень».

Ну, не могу сказать, что прямо любовь в широком понимании этого слова, но Мальвина крепко за яй… ой, сердце меня держит.

«А почему фоток с ней нет?»

«Она стесняется. Позже заполоним весь интернет».

«Где же вы отдыхаете? Неужели, такое крутое место?»

«Острова. Сюда так просто не попадёшь. Частный самолет. Рейс движется только на остров. Нет путевки, даже на борт никто не пустит».

Я просто болтаю с подписчицей. Ничего такого. Барской не изменяю. И даже не думаю об этом. Нафига идти налево, когда у тебя рядышком самая охуенная в мире девушка?

«Жаль, я не могу приехать к своему кумиру. У меня очень строгий папа. Не пускает никуда, хотя я и закончила уже универ».

О, так ей уже за двадцать. Действительно, она жутко странная. Совершеннолетняя, но зависит от родителей?

Нет, спрашивать ничего не буду. Не мое это дело.

«Крипово».

И все. Тишина. Она еще сидит в сети, а потом пропадает.

Отвечаю еще на парочку сообщений.

Да, я не суперзвезда, но как-то стал популярным в сети. Благодаря университету, точнее своим приколам. И это не трешовые забавы, никто от них не страдал. Ни люди, ни животные. Я же не псих какой-то.

Снова скучно. Решаю посмотреть телевизор. Новости. Давно не вникал в ситуацию по стране.

- А-а-а-а-а, - меняю позу, кряхтя от болей. Да когда уже пройдет эта хрень?

Репортаж про наш университет. Что-то он там занял. Какое-то место по олимпиаде. Ректор разглагольствует. С жестами, безумными от счастья глазами.

Хмыкаю, возвращаясь мыслями в один злополучный день. Когда он такой скандал раздул, что чуть до полиции дело не дошло. Да только если бы он это сделал, пострадал не я, а его дочка. И доказательств у меня было тьма.

Надеюсь, они никогда не понадобятся. Ведь бум произойдет мощный. Масштабнее какого-нибудь сериала про молодежь.

Выключаю телевизор. Все, насмотрелся на рожу ректора, что строит из себя приличного человека.

Ох, сколько у него там в душе подводных камней. Там явно черти водятся. Самые темные и опасные.

Так. Больше не могу валяться. На волю хочу.

Да, хреново, но пойду-ка я на улицу. Где там Барская? На массаже? Устрою ей сюрприз своим появлением. Она точно обрадуется.

Глава 15. Мальвина

- Ооооххх, - потираю недавно размятые плечи. - Вау! Вы волшебница!

- Как себя чувствуете? - Зинаида моет руки от масла, широко улыбаясь.

- Отлично. Такая расслабленность в теле. Прямо прилив сил. Хоть сейчас покорять горы.

Одеваюсь за ширмой. Конечно, мышцы немного ноют с непривычки, но это приятная боль. Тем более от рук профессионала.

- Вы надолго здесь?

Выходим из кабинета.

- Чуть меньше двух недель, - останавливаемся у стойки регистрации. - Если возможно, я бы еще к вам пришла.

- Разумеется, - листает планшет. - Так... Послезавтра в два дня вас устроит?

- Да. Я приду.

- Отлично, - поворачивается к миловидной девушке. - Александра, запиши Мальвину Барскую на следующий приём.

Хорошо жить в люксе. Для тебя все удобства, очереди нет, можно везде дверь с ноги открывать.

Нет, я конечно такого не буду делать, но привилегии меня очень привлекают. Все-таки стоит поблагодарить Сильвестра за такой сюрприз. Потратился он знатно, но зато какие удовольствия можно получить.

Так-так-так. Что тут еще есть? Раз уж решила отдохнуть и душой, и телом, то попробую все, что СПА-центр предлагает.

- Скоро начнётся йога. Также у нас есть сауна, бассейн с гидромассажем, грязевые ванны. Через час занятия по танго, - Александра не открывается от монитора ноутбука.

- Пожалуй, схожу в сауну. Погрею косточки.

Вроде бы у них турецкий хаммам есть. Это интереснее обычной сауны.

- Направо. Вторая дверь.

- Благодарю.

Вау. Обалдеть.

Стою посреди хаммама и хлопаю глазками при виде такой красоты.

Длинное сиденье в аккуратную мозаику. Небольшое углубление в стене, по типу алькова. Там скульптура девушки с кувшином на плече. На другой стене небольшая раковина, но без воды. Вся она заполнена одноразовыми банными принадлежностями. Масла, маски, полотенца.

Райское место.

Поправляю полотенце. Вдыхаю запах каких-то благовоний и сажусь чуть дальше от входа.

У меня режим «не беспокоить». То есть ко мне никто не придет. Одна побуду минут двадцать.

Натираю руки и ноги очень вкусно пахнущим маслом, откидываюсь на спинку сиденья и блаженно прикрывая глаза.

Ох и ах. Как же хорошо. Великолепно. К такому очень легко привыкнуть.

Расслабляет, усыпляет. Разум куда-то летит, все тело поддается отдыху. Ничего не вижу, ничего не слышу. Только чувствую.

Невесомость, полет, блуждающие по коленкам руки и целующие плечи губы.

- Ммм, - мычу, поддаваясь удовольствию.

Прекрасно. Кто-то заботится о постояльцах. Кто-то...

- А-а-а-а-а! - ору, распахивая глаза. - Ты?

- Я, - Рославцев забавно хмыкает, задрав на мне полотенце по самое не балуй. - Нравится? - гладит напряжённый живот, не сводя с меня дерзких глаз. - Ты так сладко стонала.

- Сильвестер, какого хера? Я вообще-то... Ах!

Его наглая рука накрывает мое лоно, а губы набрасываются на мои. Целуют, кусают, зализывают. Уносят на волнах страсти куда-то за пределы реальности.

Язык лезет ко мне в рот. Сплетается с моим, заставляет пуститься в жаркий, первобытный танец. Такой, что вышибает все здравые мысли. Такой, что отключает все инстинкты опасности.

Ведь мы снова в общественном месте. Сюда в любой момент могут прийти. Нас застанут, нас выгонят, нам... Да плевать мы на все хотели.

- Мальвина, - один палец проникает внутрь.

- Ах! - выгибаюсь струной, позволяю ему ласкать себя. Двигаться у меня между ног.

- Горячая. Влажная. Отзывчивая. Страстная. Хочешь большего, да?

Трахает пальцем, добавляет второй. Стону, губы кусаю.

- Боже... Даааа... - протяжно, бесстыдно.

Резко вынимает пальцы. Скидывает на пол полотенце и тут же опускается на колени передо мной.

- Эм... Что ты? Ой! Сильвестер!

Он целует внутреннюю часть бедра и ласкает мои дрожащие ноги. Дрожу от удовольствия, глаза прикрывая.

Подпрыгиваю от неожиданности, когда чувствую его горячий рот. Он играет своим языком у меня внизу так, как если бы развлекался с моими губами.

Движение. Второе. Третье. Шире развожу ноги. Дышу часто. Стону на каждый его выпад.

Безумие. Сладострастие.

Язык «летит» по клитору, возбуждает, делает меня ещё более мокрой. Когда клитор наливается, берет его губами и тянет.

Черт возьми! Это нечто невероятное.

- Не сдерживайся, - прохладный воздух обдаёт складки. - Кричи, если хочешь. Никто не услышит.

- А-а-а-а-а!

Сильвестер лижет меня. То входит, то выходит языком. Целует. Кусает. Снова лижет.

Мое тело уже мне не принадлежит. Оно его. Только его. Он хозяин. И может делать все, что ему вздумается.

- Ах!

Меня уже не существует. Я не я. То, что Сильвестер вытворяет, сводит меня с ума.

Жарко. Как же мне жарко.

Ласки продолжаются. Становятся интенсивнее, слаще, горячее.

Рославцев накрывает руками мою грудь. Сжимает, мнет, поигрывает с твёрдыми сосками.

Боже!

Чувствую его пальцы на своих губах. Обводит контур. Позволяю себе дерзость - засовываю в рот один палец. Посасываю. Представляя, что это его твердый член.

Ох. Я же делала ему минет, получая от этого несравненное удовольствие.

Но нет, сегодня он этого не получит. Сегодня все только мое.

- Сильвестер...

- Знаю, милая, знаю, - продолжает нападение на мою киску.

- Да... Да... Не останавливайся...

Дрожь несётся по телу. Еще чуть-чуть... Еще... Вот так... Двигайся... Дай мне...

Дьявол!

Распахиваю глаза. Смотрю на ухмыляющегося парня.

Краска стыда покрывает щеки. Его губы влажные. От моих соков.

Облизывается. Ни капли не оставляя. Нахально усмехается.

- Хочешь кончить, малышка? - гладит по коленям.

- Да...

- Как ты этого хочешь? - облизывает сначала одну грудь, потом вторую.

- Ох... Пожалуйста...

- Скажи мне, Мальвина. Давай же...

Снова пальцы внутри. Не двигаются. Только сильнее распаляют.

- Войди в меня, Рославцев. Трахни меня. Прошу.

Нет, а что? Зачем сопротивляться желанию?

Рославцев стягивает меня на пол. Заставляет согнуть ноги в коленях, открыться ему полностью.

Твёрдый как камень член касается моих набухших сладочек. Движется по ним, пуская по венам не кровь, жидкий огонь.

- Сильвестер. Твою мать. Ты... А-а-а-а-а!

Рывок. Он во мне. Растягивает. Трахает. Заявляет свои права.

Атакует, входит и выходит. Дерзко, горячо, быстро.

Да-да... Еще... Прошу.

Толчок. Второй. Третий. Тело горит в агонии страсти. Мир распадается на миллиарды частиц.

Хватает пары неистовых движений, и нас обоих накрывает мощный оргазм. Всепоглощающий.

Мы слишком возбуждены. Мы слишком долго не занимались сексом.

И пусть люди шутят, что это было быстро. Насрать. Когда сильно друг друга хочешь, кончаешь с наслаждением и яркими звёздочками перед глазами.