Гаятри и Васяня под крылом московской «тантры»

Учителя отнесли в его комнату на руках, и студенты разошлись.

Только вот… ещё с самого утра многие заметили, что Гаятри вел себя по меньшей мере странно: он часто надолго замолкал, а очнувшись – оглядывался, будто забыл, где находится. После чего, невзирая на недоумение в группе – преувеличенно важно продолжал рассуждать, на, казалось, совсем отстранённые темы. И все молча ждали, когда же начнётся практика и упражнения. А позже, когда занятия всё же начались, он вмешивался в пары, забирал партнёршу и на ней – самолично демонстрировал, как правильно делать упражнение. Обездоленному ученику в этом случае оставалось просто стоять в сторонке…

В общем, от прошедшего дня осталось непонятное ощущение и осадок, похожий на недоумение, которое неприлично высказать вслух. И это немного мешало. Но всё же – бесспорно – Гаятри демонстрировал сиддхи: он несколько раз рассказал о том, что происходило в зале, пока сам был «отключённым» и сидел с закрытыми глазами. Так что, ни у кого не было сомнений в его возможностях и высоком уровне энергий.

В итоге, этим утром все немного нервничали после вчерашнего, ожидая начала занятий.

Происходило это во время летних каникул в обычной местной школе, под Алуштой, взятой в аренду на время семинара. Под тренинг приготовили помещение столовой. Часть стульев и столов вынесли, а вместо них из спортивного зала перетащили маты.

Итак, начинался очередной день десятидневного марафона по трансформации сексуальной энергии в духовный проруб. Народу собралось человек тридцать. Таня сидела рядом со Стасом, Катей и Гариком. Настроение было приподнятым, но одновременно – все слегка волновались.

Прошедшим вечером, уже перед сном, учитель вызвал обеих девушек к себе и сообщил, что они выбраны для особой роли, и на следующий день их ожидает сюрприз. Что именно произойдёт – он не сказал, но предупредил, чтобы были готовы. Вроде, их ИЗБРАЛИ… Потому что девушки очень достойны, их природная чистота удивительна – настолько прозрачна и не замутнена, что таких людей смело можно называть Нагваль. И это великая честь для всех, и для девушек, и их парней, разумеется, тоже.

Гаятри сообщил, что проведёт обряд посвящения: через отречение от собственного эго. А что это означает – будет известно уже завтра. Заранее открыть это нельзя. Иначе эффект воздействия может нарушиться, и всё действо не произведёт должного результата.

***

Наконец в коридоре появился запаздывающий учитель, сопровождаемый девушкой-помощницей. В зале сразу наступила тишина… В руках он держал чёрную широкую папку, шёл торжественно, хотя выглядел возбуждённым с блестящими глазами и был необычайно весел. Поприветствовав всех с должной учтивостью, Гаятри начал занятие, в зале воцарилась атмосфера важной серьёзности.

Ну и… довольно скоро после вступительной части, Гаятри донёс смысл предстоящего посвящения, тема которого – пройти через препоны собственного ЭГО.

Иными словами, со студентами будет совершена некая операция, во время которой им предстоит наблюдать своё эго (в самых различных его проявлениях). – Например таких, как несогласие, внутренние вопли, раздражение, страх, слабость, желание убежать и так далее… Пройти это посвящение есть один из наиважнейших уроков. Необходимость. Именно на этом этапе может выявиться, кто на самом деле – не готов к трансформации. Кто цепляется за старое, отжившее – ведомо или неведомо – стремится остаться там, где есть; кто не желает реальных изменений в своей жизни, а только играет в игру «Поиск Света». Таким игрокам и актёрам не место на его тренингах. – Им вообще не место среди ищущих братьев, решивших познать свою природу и возвысить её путём замечательных техник работы с энергиями (видимыми способами и невидимыми).

Готовым же к эксперименту ученикам предлагалось довериться ему, своему тренеру, и выполнять то, что положено, следуя чётким указаниям – с необходимым терпением и настойчивостью.

Задание, которое поставил Гаятри, звучало: ни при каких условиях не пойти на поводу собственного эго и принять, образно говоря, «крест послушания» во всей его полноте.

Студентам, а вернее для начала студенткам, предлагалось почувствовать себя кем-то вроде Иисуса Христа, отдающим всё ради Царствия Божия – принести жертву, что называется. И при этом – очень важно – не забывать испытывать благодарность за представившуюся возможность. – Такой вкратце смысл опыта.

А сам опыт заключался в том, что… Мастер намерен… – побрить наголо всех присутствующих. Таково первое задание дня. И начнётся данное событие с новой девушки по имени Таня – настоящим Нагвалем, обладающей чистотой сердца и помыслов. И за это предлагалось наградить её аплодисментами…

Гаятри повернулся к Тане и начал показательно апплодировать.

Невольно смутившиеся студенты – вступая несмело по одному – начали, редко хлопая, присоединяться. Сам учитель захлопал активнее. И тогда уже зал поддержал. – Хотя, справедливости ради надо сказать, без такого уж великого энтузиазма.

И, странно – никто не засмеялся. Атмосфера в зале скорее походила на напряжённое осмысление, чем на стандартную весёлую поддержку забавного начинания.

Обычно на такого рода тренингах люди очень часто смеются (или хихикают, даже вроде бы порой и нервно). Так, в случае, например, когда не умеют распознать, зачем мастер что-то сказал… – люди неосознанно, на автопилоте выбирают форму реакции смех. Вроде бы, желая показать: да, да, всё так, – дают понять специальными смешками, – мы согласны, мы понимаем, не бараны же какие-то, всё-таки образованные, учились, а не случайно-прохожие.

Такое же примерно чувство владеет студентами, когда мастер говорит о чём-то «совсем элементарном» на их взгляд. Тогда механически начинают смеяться. Этим люди как бы дают понять, что «признают шутку учителя» и… ценят.

Но на самом деле – положение строго противоположно: все смеются каждый раз и без шуток вовсе, когда не понимают, с какой целью мастер говорит, якобы, прописные истины. Смех по-сути является реакцией-самозащитой в момент «слишком простого» высказывания. И всегда смолкает, если речь заходит о чём-то хоть чуточку посложнее – когда уже можно, наконец, задействовать интеллект. При заумных речах публика обычно не смеётся.

А сейчас ситуация была такая, что никто толком не понимал, зачем такие «неуместные шуточки» и «реальный примитив» (вместо высоко-духовных практик). Но, не понимая – им почему-то не захотелось смеяться.

***

Таня не поверила своим ушам! Она смотрела во все глаза, переводя взгляд с учителя Гаятри на Стаса, – потом на Катю, на Гарика, зал и – снова на Стаса и на Гаятри. Все в зале молча уставились на неё. Кажется, всё вокруг застыло в оцепенении!

Посреди тишины вошли две помощницы с подносами, на которых стояли маленькие бумажные стаканчики с травяным чаем. Одна из них остановилась напротив Тани: девушка, не глядя, словно в трансе, протянула ладонь, сжала пальцами вставленный в неё стаканчик и медленно выпила. В зале царило молчание…

Девушка повернулась к своему парню и прошептала:

– Стас, что мне делать?

В тишине, казалось, замерло время…

Наконец, Стас собрался с мыслями и – глядя перед собой в пол, рассудил:

– Слушай, тут всё-таки тренинг. Это дело серьёзное. Здесь всякие отмазки, типа «что я скажу маме» не проходят. Если уж ты приехала на тренинг – значит… нужно принимать все правила игры! Иначе никакого результата не получить!

После такого здравого рассуждения Стас вопросительно посмотрел на Гаятри.

Легчайшим движением дрогнула бровь учителя… И они широко улыбнулись друг другу.

Стас ликовал! Ведь от него зависело устранить такую нерешительность! От его помощи зависела судьба глупенькой наивной девочки. И даже, чего уж мелочиться – судьба всего предприятия «отречения от Эго». Это же замечательно!

Гаятри принял помощь, признал её. Он подошёл к Стасу вплотную. И по-братски – показательно и с уважением – поднял вверх руку Первого Героя дня.

Так поразительно верно понять главную суть тренинга? Разве это не настоящий успех? Стас сиял гордостью. Он стоял, расправив плечи…

И тогда двое – Учитель и Ученик – обнялись, демонстрируя залу высшую ценность взаимопонимания…

Помощница торжественно принесла на металлическом подносе ножницы, небольшую стеклянную кастрюльку с водой, кисточку и тюбик с пеной для бритья, ну и главный инструмент – походную электро бритву.

Таня к этому моменту уже сидела тихо, не произнеся больше ни слова, уставившись совершенно отсутствующим взглядом себе под ноги.

Гаятри взял ножницы, поднял вверх и продемонстрировал залу… словно циркач под барабанный бой, предлагая убедиться в реальности готовящегося действа, и – несколькими точными движениями – отрезал под корень ниспадавшие по плечам мягкие и волнистые каштановые волосы. После чего, так же торжественно, положив аккуратно срезанную стопку волос на поднос – приступил к непосредственно бритью.

Вероятно, только этим утром вымытые – они лежали на серебристом блюде, свежие и чистые, и чудесно пахли шампунем. А учитель завершал начатое бритвой…

Девушка продолжала сидеть, не шевелясь.

Зал немного ожил, люди переговаривались: кое-кто уже посмеивался, кто-то негодовал…

Вскоре дело было сделано. Перед публикой предстала резко похудевшая на вид «бледная мумия» в тёмно-синем свитере – показавшаяся участникам совершенно незнакомой. Её голый череп, напоминая о дочиста обглоданных костях погибшего животного – белел над поникшей фигуркой, превратившейся вдруг в нетрадиционно одетую в свитер скорбящую надгробную статую.

Опять воцарилась неловкая тишина.

И вновь Гаятри сработал мастерски. Он театрально поклонился, припал перед Таней на одно колено и подал ей руку, предлагая встать, – так королеве предлагают взойти на трон.

Она встала. Учитель взял руку девушки, приподнял её и провёл «тронной поступью» через весь зал, а уже там – сдал с рук на руки помощнице, которая усадила прошедшую испытание и подала ей свежего чаю.

После этого Таню оставили в покое, а всё внимание перенесли на следующую героиню.

Следующей отрекающейся предстала Katin. Обрить её чёрную, словно вороново крыло, до спины косу – вне всяких сомнений, было много эффектнее, чем любую с короткой стрижкой девушку или парня.

Как брили подружку, Таня уже не видела.

С ней случилась метаморфоза. Наверно, мастер знал, что делал… – Больше девушка не могла находиться в зале: что-то в ней куда-то трансформировалось. Её разом оставили все мысли и чувства, а так же – какой бы то ни было дальнейший интерес к тому, что происходит. Всё это пропало – навеки и полностью – вместе с пушистыми волосами. И Света, помогающая проводить семинар, тихонечко отвела девушку в комнату, приспособленную под спальню. Почти мгновенно Таня уснула.

А в зале тем временем начался переполох: какой-то парень конкретно и очень решительно отказался далее присутствовать в зале. В поддержку его из группы встал ещё один, декларируя своё естественное право на «свободу выбора». Мало того, что он открыто заявил о намерении не подчиниться и не позволить себя обрить, так ещё и настаивал на собственном праве удалиться! – Чтобы не быть свидетелем «насилия»…

Оба парня твёрдо решили уйти.

Какое-то время их довольно настойчиво удерживали и позорили, обращаясь к остаткам сознательности ребят. Устроители тренинга во главе с самим учителем, а так же некоторые из студентов объясняли, что придя на тренинг, учащиеся обязаны присутствовать на всех занятиях. В противном же случае – могут считать себя совершенно не прошедшими Урок, не сумевшими победить своё эго. А значит – вообще не достойными Духа Тантры, «прохожими из метро», и далее, и далее…

В таких случаях администрация вынуждена отчислить ученика, не возвращая ему уплаченную сумму, и больше не принимать на тренинг никогда. Нарушителей, кроме всего прочего, заносят в чёрный список, известный всем тренерам в Москве, и подвергают суровому наказанию, в виде лишения дальнейшего права посещать какие бы то ни было курсы, – такой вот суровый приговор.

Это на все лады повторялось не менее 30 минут. Образовалось нечто вроде раскола в группе. Многие отговаривали ребят, намекая хотя бы вспомнить о потраченных впустую деньгах. Но парни всё равно ушли. А после них ушли ещё две девушки и женщина.

В общем – побрить успели только двух девочек, и спонтанно получился «бунт на корабле». Группу распустили по комнатам, и на этом «Тантра третьего дня» закончилась.

***

Когда Таня проснулась, была уже глубокая ночь. Она встала, прошла в туалет.

Напротив раковины (зеркала там не было) – потрогала руками голый череп и… забыла, зачем пришла.

Тогда девушка вернулась в комнату, тихо собрала свои вещи и вышла из школы, не сказав никому ни единого слова.

На остановке автобуса она взглянула на часы, было 4 часа 49 минут.

Таня поправила на голове платок, который после испытания сердобольно подарила ей Света, и пошла пешком в сторону вокзала…

Часть седьмая

Жена Роби

После очередного трудового дня, расположившись за столиком на балконе, Марина отдыхала. День выдался трудный. Неприятности по работе и необходимость принимать решения не радовали. Хотелось отвлечься.

Божоле кюве премьер, ветчина, нарезанная тонкими ломтиками, фруктовый салат с дыней, апельсинами и киви, на бумажной салфетке с орнаментом из фиалок – хрустальный бокал на высокой ножке, напоминающий собою чистоту слёз…

Но на самом деле всё это, что бы там ни говорили, не имело для Марины особого значения. – Этим вечером она никого не ждала и рассчитывала провести его в одиночестве. Просто ей было грустно.

Одна из клиенток в порядке благодарности принесла это неплохое французское вино – его рубиновой силы и собиралась пригубить Марина, устроившись удобно и пребывая в печали.

Отпив немного из бокала и затянувшись сигаретой – женщина погрузилась в воспоминания…

Марина вышла замуж, когда ей исполнилось двадцать семь. К тому времени – в её прошлом, на обочине жизни терялся немалый шлейф покорённых, но не пригодившихся поклонников. Очередного молодого человека она встретила тогда, когда начала, было, уже побаиваться, не придётся ли, однако, коротать век в девках. Но всё же одно обстоятельство не давало Мариночке запаниковать по-настоящему: выглядела девушка-душечка примерно на двадцать два годика, и никак не старше. И пускай побывала она в объятиях уже нескольких любовников – всё равно производила впечатление, хоть и стервочки, но… начинающей.

На самом деле, к своему возрасту душечка стала достаточно ушлой в том, что касалось охмурения доверчивых буратин мужского пола. Беда девушки состояла в трогательной трагедии: с не слишком умными и простыми ей довольно быстро становилось скучно, а смекалистые – влюблялись ровно до той черты, за которой начинали чувствовать Мариночкину деловую хватку. Тогда они, весьма солидарно, охлаждали свой пыл. И девушка в ответ тоже остывала, потому что влюблялась строго тогда, когда молодой человек пылал страстью. В противном случае – разочаровывалась.

Новый поклонник познакомился с ней в кафе.

Одним погожим субботним вечером, в местном баре родного городишки, где все давным-давно друг друга знали – попивая благородный глинтвейн, Марина с подружкой изнывали от жестокой скуки. Стараясь пить как можно медленнее, дамы усиленно таращились по сторонам, в поисках хотя бы какого-нибудь развлечения. Там-то к ним и подсел, к великому их изумлению, заезжий молодой парень – очень цивильно одетый, и предложил ударить по… мороженому. – Конечно же они согласились, с трудом скрывая возбуждение от такой удачи.

За столиком, однако, Марине потребовалось достаточно потрудиться, чтобы перетянуть внимание молодого человека на себя. Подружка её была моложе и прехорошенькой, и гость поначалу, казалось, выбрал именно её.

Но увы… Подружка проиграла. Мариночка просто не оставила ей шанса. Она вообще постоянно выигрывала у всех и вся. – Такая особенность характера…

Звали молодого человека Роберт или коротко Роби, он приехал по какому-то деловому вопросу и намеревался остаться в их городке на неопределённое время.

Молодой человек и Марина стали встречаться. Роберт оказался в меру наивным, но при этом – весьма основательно соображал во всякого рода деловых перспективах. Марина показалась ему девушкой, идеально подходящей на роль подруги местного значения. Разумеется, она это отлично поняла. Только вот незадача… Роби попал на достойную партнёршу. По части расчётов – девушке было мало равных! Во всяком случае – не в этом захолустном городишке! И, конечно – Роберт потерпел поражение.

В партии с Мариной молодой человек допустил «промашку»: он влюбился ровно за день до того, как решил уезжать. Так Маринины чары и смекалка одержали одну из своих самых значительных побед. И на этот раз парень соответствовал её характеру.

С этим героем душечка не захотела «шутить» или «лениво капризничать», а повела партию по всем законам брачного жанра. Неожиданную его влюблённость после более чем двух недель свиданий девушка почувствовала сразу – к счастью, ей это встречалось уже много раз. И когда, через день, паренёк лишь намекнул на будущее скорое отбытие восвояси – она весьма тщательно продумала свой очередной ход. Так что очень скоро – Роби был поставлен замечательный шах!

По своим качествам характера в крошечном городке Марина была явно не на месте. Девушка умела так замечательно играть всевозможные роли, что почти всегда добивалась желаемого. Так случилось и в случае с Роби.

Она всего лишь обмолвилась ненароком, что давно и сама должна уехать – к жениху-школьному товарищу, который уже два года ждёт её, работая важным человеком при Российском посольстве в Швеции.

Марина предложила «разделить купе» на начальном этапе её путешествия, ведь скоро она выйдет замуж за другого. И хотя ей очень жаль, потому что она не слишком-то влюблена в однокашника, но зато это завидная партия – залог будущей безбедной жизни. К тому же жених хорош собой, имеет разряд по шахматам и отлично катается на горных лыжах. В данном захолустье она только потому и задержалась, что болела вырастившая её бабушка, умершая ровно за неделю до их первой встречи. Ну и… у Мариночки больше нет никаких причин задерживаться пусть даже на лишний день, – жених и так уже ждёт сверх всякой меры и настаивает на срочном её прибытии, – если бы не Роби, её и следа в этой дыре не осталось бы давным-давно!

И в итоге, рыцарь предложил «уехать вместе». А в поезде… сделал ей предложение.

Поезд является отличной платформой для романтических связей и таинственных превращений. В дороге Марина почувствовала, что партию она выиграла.

На новом месте жилось не плохо, и через положенные девять месяцев она родила дочку. Супружеская жизнь, что тот скорый, покатилась по гладкой колее, встречая на пути лишь зелёный свет. Роби имел неплохие деньги, а Марина умела налаживать комфорт. По-факту, они идеально сошлись в деловом содружестве брака.

Так всё и продолжалось – мирно и спокойно, до того дня, когда…

Однажды, спустя несколько лет – из очередной, вроде бы вполне рядовой командировки муж вернулся в весьма странном состоянии…

Он зашёл в квартиру, поставил на пол чемодан, и всё пространство их довольно просторного холла оказалось вдруг заполненным – женщине стало тесно…

Марина отпрянула, сама того не желая, и даже неожиданно испугалась. Глаза мужа горели неземным огнём. Словно отчаянный проповедник, испивший крови Христовой, муж жаждал засвидетельствовать что-то непонятное.

– Ты что, выиграл в лотерею миллион? – спросила Марина, улыбнувшись одними лишь губами.

– Мариночка! Я тебя ЛЮБЛЮ! Понимаешь? – он смотрел восторженно, с загадочным выражением, и вопрошал.

Она не понимала. Со дня их свадьбы прошло не менее семи лет.

– Конечно, дорогой! Я тебя тоже очень люблю, а что случилось? – женщина вглядывалась в лицо мужа, будто изучала ребёнка: с детьми нужно разговаривать очень осторожно… Особенно, когда не хочешь напугать, чтобы человечек не замкнулся. Малейшее неловкое движение может привести к нарушению его эйфории, и – стало быть – к возможной… нежелательной перемене. А именно: изменению готовности поделиться открытием. Или чем он там готов поделиться, если так сияет?

– Марина, нам нужно поговорить! – он продолжал смотреть всё так же загадочно и пугающе.

– Да, дорогой, конечно. Хочешь кушать? Пойдём на кухню, там расскажешь, что случилось. Хорошо? – и опять улыбнулась: терпеливо и ласково – настоящая сестра милосердия!

Они прошли на кухню.

На плите сковородочка, приятный запах жареной картошки со свининой. Посуда аккуратно расставлена в сушилке, на столе приборы. Повсюду чистота и уют. На подставке только что вскипевший чайник…

И дочка в садике. – Ничто не мешало супругам насладиться уединением и душевной беседой.

Роби уселся, усадил Марину напротив, немного помолчал и виновато прошептал:

– Мариночка, только ты не пугайся. Я тебя так люблю, как никогда… Я только теперь понял, что ты для меня значишь. – Я жил, как слепой. Понимаешь? Слепой и глухой! – Ничего кроме своих забот не видел и не слышал! Жизни вообще не чувствовал!

Марине стало неловко. И какое-то странное беспокойство опять заполнило неприятным ощущением… Такая счастливая хорошая жизнь, что он имеет в виду под «не чувствовал»? Она, грешным делом, всегда была уверена в Роберте – думала, что любит, и всё у них хорошо… Состояние мужа пугало не на шутку.

– Марина… – продолжал Роби, а она всё более понимала, что никогда, собственно, не интересовалась его внутренним миром. Их интересы сводились к бытовым заботам о удобстве, здоровье, уходу за ребёнком и бизнесу – она помогала ему, он ей. У каждого своя ниша в предпринимательской деятельности, – Марина считала это вообще очень даже прекрасным, чего же ещё желать? А, оказывается, есть зона, о которой она ничего не знает? – В её собственном муже есть, оказывается, неизученные пятна на карте?

Неприкаянно остывал в чашке позабытый чай, а Марина стыла в неизвестности. Оглоушенная открытием, она ничего не понимала. Привычный мир уплывал куда-то в мутные дебри тумана, и она даже не знала – нужно ли теперь что-то удерживать.

– Марина, со мной произошла метаморфоза, я проснулся! – продолжал муж. – Я открыл глаза, Марина! Я тебя люблю! И вообще весь мир. Оказывается, мир прекрасен, Марина!

Да… это было падение! – Чем больше горели его глаза, тем труднее ей становилось дышать, заметно кружилась голова.

– Всё, Роби – хватит! В чём дело? – она сердилась и совершенно не разделяла его энтузиазма. Напротив, серьёзность в её глазах становилась всё жестче: женщина менялась на глазах, превращаясь из заботливой ласковой медсестры в готового к бою самурая.

– Я был на тренинге, в Москве. Ну, знаешь, как бывает – от нечего делать? Нужно же было как-то скоротать время до отлёта, вот и нашёл по газете… – муж, наконец, стал излагать что-то вразумительное. – Там на тренинге я, вдруг, понял, что жил неправильно. Всю жизнь я делал не то! Посмотри честно правде в глаза? Мне тридцать семь лет – постоянные головные боли, поясница, печень, суставы, отсутствие улыбки на лице. Что у меня есть кроме работы? – Семья? Разве я ЧУВСТВОВАЛ, что такое семья?! – В течение последних трёх лет я вообще ничего не чувствую, кроме скуки и озабоченности то одним, то другим. Марина, я тебе изменял! Много раз! Изменял с твоими подругами, в командировках, со случайными женщинами – всегда, с самого начала, и у меня была постоянная любовница, которая сделала аборт. Я даже не мог представить, что делаю что-то предосудительное. Я не понимал, Марина, понимаешь? – я СПАЛ!!!

Она смотрела, позабыв обо всём на свете.

Роби не останавливался:

– Во время семинара мне открылось, что есть что-то другое! Что есть ЖИЗНЬ. А в жизни есть Свет, Истина и Любовь! У каждого есть выбор: стремиться к свету и истине или прозябать на задворках. Выбор в сторону развития или – погибели. Есть путь – Путь Абсолютной Свободы! Есть одно только Небо! – муж шумно дышал…

Марина молчала. Что можно сказать после стольких лет совместной жизни, когда муж вдруг рассказывает, как изменял тебе со всеми подряд – все годы их «верной любви»? Да и нужно ли в этом случае что-то говорить? Она и не говорила…

Зато он – продолжал:

– Моё восприятие мира, в котором мы живём, изменилось. Теперь я собираюсь всё исправить! И первое: – я клянусь никогда больше тебе не врать! Это совершенно необходимо: полное доверие – понимаешь? С этого дня мы будем жить так, чтобы не было жаль… никогда, ни на одну минуту, чтобы не было стыдно взглянуть в глаза себе и своей дочери! – Мы увидим НЕБО!