Элис Рай и наследник Гринуальда

Глава 2. Фонарный переулок

Прошло несколько дней. Сегодня снова лил дождь с самого утра, и вставать совсем не хотелось. Элис разбудил очередной раскат грома. Звон каблуков и дверь захлопнулась – родители уехали на работу.

– Полежу ещё чуть-чуть… Нет! Надо встать и выпить горячего шоколада – лучший напиток для такого мрачного утра, – Элис подскочила и спустя пару минут уже умытая и одетая бежала вниз по лестнице напевая мелодию, возникшую в голове; длинные волнистые волосы весело подпрыгивали в такт.

– ЗАААТКНИИИСЬ! – раздался глухой крик из спальни Дианы.

Элис понизила громкость пения, и пританцовывая налила себе горячего шоколада. С чашкой в руках она подошла к окну, по которому струился дождь. Элис простояла, потягивая шоколад, несколько минут, постепенно просыпаясь.

– Что произошло с заказом в кафе? Я ведь только подумала… Неужели я как-то могла повлиять?… Не-е-ет. У него ведь запись была. – В тот день это показалось чем-то нелепым и совсем вылетело из головы, но сегодня, как навязчивая мелодия, перекрывало всё произошедшее. Элис присела в кресло у окна. Яркий луч солнца пробрался сквозь тучи и ударил прямо в её лицо. Она зажмурилась и отвернулась в другую сторону. Дождь стих. Небо прояснилось. Как же резко меняется летняя погода!

Друзья Элис разъехались кто к бабушке, кто на отдых, но она всегда находила чем себя занять.

– Пойду схожу к бабуле. Сегодня суббота, у неё выходной, а значит она уже печёт плюшки с повидлом, – подумала Элис и вышла на улицу.

С мокрых плетистых роз у крыльца падали крупные капли. По дороге ручьём стекала вода, сияя в лучах солнца. Бабушка жила на расстоянии в два дома от Элис и, действительно, уже испекла свои фирменные плюшки, о чём говорил аромат, обволакивающий всё вокруг, перебивая запах дождя.

– Привет, дорогая! А я думаю, когда же ты прийдёшь? – обрадовалась бабушка приходу Элис, наливая чай.

– А я как ‘аз мес’тала о твоих плюсках! – говорила Элис, набивая рот.

Время у бабушки пролетало незаметно. И вот уже подкрался полдень. Погода стояла просто изумительная. Пора иди… И вот спустя около полу часа Элис уже стояла в парке, где всё произошло… Чтобы окунуться в череду событий, она присела на прежнее место под кроны тенистых ив. Картина сложилась, как пазл. Элис встала и прошла по аллее, где видела странное сияние. Затем подошла к большому камню с картой парка, за которым исчез мужчина, но не заметила там ничего подозрительного. Всё случившийся первого июня стало казаться безумным сном, словно дождь смыл все следы…

Ещё через десять минут Элис пришла в кафе “Lamppost Lane”, в котором они были с друзьями в тот самый день. Кушать не хотелось вовсе. Она присела у окна и заказала чашку чая. Чтобы не привлекать внимания Элис достала журнал, купленный по дороге в кафе.

– Ничего необычного. Может мне и вправду всё приснилось? Померещилось? Или просто надумала? Точно, это всё моя фантазия… – решила она, осматривая людей, сидевших в кафе.

За одним столиком – девушка с парнем обнимались и весело хихикали. За вторым – светловолосые папа и дочь. Третий столик – и снова всё тихо и спокойно: пожилая дама, очень аккуратная, волосы русые, длинная юбка зеленого цвета и белая блузка, на шее и руках множество украшений с цветными камнями. Четвертый столик – мама с двумя сыновьями кушают пиццу, мальчики шумят и смеются, она пытается их успокоить.

Прошло ещё около полу часа. Мама с сыновьями и веселая парочка ушли. Пришли ребята, лица которых кажутся знакомыми. Это старшеклассники, из той же школы, где учится Элис.

Она уж было решила, что ничего странного сегодня ожидать не придётся, сделала пару глотков чая, перелистывая страницы журнала, когда часы на стене ударили дважды – время 14:00. Открылась дверь и вошли два мужчины и две женщины, те самые, что были здесь первого сентября. Мужчины, увидев Элис, молча приподняли котелки и широко улыбнулись. Полная женщина кивнула, растекаясь в искренней улыбке до самых ушей.

– О, Элис! Здравствуй, милочка! Рада тебя видеть! – Ева махала рукой так, будто встретила свою давнюю подругу.

– Здравствуйте! И я очень рада! – сказала Элис, сверкнув зубами и слегка подпрыгнув с места. Она не лукавила, ведь действительно была рада до глубины души. – Слава Богу, я не сошла с ума… – подумала она и тяжело выдохнула, сбросив накопившуюся тяжесть.

Сегодня работники Министерства сидели и пили чай с теми же вишневыми маффинами, что и прежде. Они весело разговаривали о дне рождения кого-то из коллег и обсуждали возможный подарок.

– Я сделаю свой фирменный моргающий пирог! – сказала полная дама, аппетитно причмокивая.

– А я уже приготовила Алисе сюрприз! Думаю, ей понравится, – игриво сказала Ева.

– Замечательно! Тогда мы, как обычно, всё организуем. Пылающие взрывахи и радужный снег уже готовы, – сказал кто-то из мужчин.

Тем временем пожилая женщина в длинной зелёной юбке встала и вышла из кафе. Перейдя дорогу, она вошла в проулок, в котором несколькими днями ранее исчез странный мужчина в малиновом костюме и котелке цвета «клубника со сливками».

– Разве там не тупик? – снова подумала Элис.

Стулья в кафе задвигались – это встали мужчина с дочерью. Девочка повернулась к Элис лицом – да это же Полина, девочка из параллельного класса. Она почти ни с кем не дружила, но с Элис поздоровалась, кивнув головой и улыбнувшись. Они вышли из кафе и тоже направились в тот самый переулок.

Через 20 минут ушли и люди из Министерства, вежливо попрощавшись с Элис.

Тут из проулка вновь показалась фигура и на этот раз давольно знакомая – женщина в бордовой шляпе. Она держала в руках клетку, ту самую, что Элис видела в парке, или очень похожую на неё. Дунул резкий порыв ветра и сдёрнул часть накидки с клетки… Милая мордашка смотрела точно в глаза Элис. Словно небольшой хорёк, но шерсть золотистая, глаза огромные чёрные, ушки широкие и круглые. Животное фыркнуло и блеснула искра. Элис моргнула. Женщина в шляпе резко прикрыла клетку накидкой, оглянулась по сторонам и прибавила в шаге.

В ладонях Элис появилось странное покалывание, словно она держала невидимый наэлектризованный шерстяной шарф… Покалывание окутало всё её тело и кровь прильнула к лицу. Она посмотрела в чашку со своим остывшим чаем, где тут же запрыгали пузыри. Жидкость закипела и пошёл пар… Элис испугалась, подскочила с места и, оставив журнал в кафе, вылетела на улицу.

– Что за чертовщина такая! – судорожно прокричала она, осматривая трясущиеся руки. Элис подняла взгляд и уставилась лицом в проулок. – Надо выяснить, что там творится! –  Широкие шаги направили её через дорогу…

Не успев моргнуть, Элис стояла возле глухой стены из старинного красного кирпича. Тут и вправду тупик. Никаких дверей вокруг и никаких окон. В углу возвышается целая гора лотков с пустыми стеклянными бутылками. Элис дотронулась до холодной стены, – ничего необычного. Она сделала несколько шагов назад и осмотрела пол вокруг себя, – это просто старая брусчатка.

Послышался шум, приближающиеся шаги и глухие голоса. Что же делать? Первое, что пришло на ум  – это спрятаться за горой лотков. Стена помутнела, исказившиеся кирпичи словно поплыли, зависая в воздухе… Холодные волны тумана вырывались из стены и стелились по брусчатке, касаясь ног Элис. Шум усилился, голоса стали громче, шаги приблизились, витающие в воздухе кирпичи расплылись по сторонам и вот – из тумана выходит Полина вместе со своим отцом.

– «Абскондэ сикрэто!» – сказал папа Полины, проведя рукой вдоль стены.

 Кирпичи сложились, затянув в себя остатки тумана; стена вновь приобрела свой неприметный вид. Полина, очень повеселевшая, шла вприпрыжку, смеялась и держала в руках маленькую клетку, завешенную белой накидкой. – Спасибо, папуля! Спасибо! Сегодня лучшее день рождения в моей жизни! Теперь у меня есть настоящий Тибетский Пикси! – весело запищала она, прижимая клетку, в которой, к слову, тоже что-то странно попискивало Полине в такт.

– Ццц… Тише, Поля! Тише! – прошипел её отец, прикладывая палец к своим губам. Давольно высокий мужчина, папа Полины наклонялся над её головой, скрутив свою длинную спину, чтобы дочь его лучше расслышала. Через мгновение они исчезли из вида, свернув за поворот.

– Это что?… Портал?… Куда?… – Элис находилась в полнейшем ошеломлении. Она просидела за лотками около десяти минут с широко распахнутыми глазами, пытаясь всё осмыслить, а может меньше, но время словно застыло в том мгновении.

– ТЫЦ-ТЫ-ТЫЦ! ТЫЦ-ТЫ-ТЫЦ! – снова послышались шаги, которые перебили мысли Элис. Теперь они были чёткими и громкими – кто-то передвигался по улице, явно, клацая каблуками и тростью.

– Если это повторится вновь, нужно что-то предпринять! – чётко решила для себя Элис.

В тупик свернула невысокая дама, очень странно одетая: сиреневое пальто, фиолетовые туфли с камнями, лиловое платье с воланами, серые вязаные колготки, на голове шляпка в тон к туфлям с длинным лисьим хвостом, сливавшимся с её волосами; в одной руке у дамы сиреневая сумочка, а в другой – деревянная трость с разноцветными камнями на рукояти; на лице – квадратные и давольно крупные очки в ярко-розовой оправе. Остановившись возле стены из красного кирпича, дама подняла трость и направила её к порталу. – «Апэриам», – произнесла она. Стена помутнела. Женщина двинулась вперёд медленными, звонкими шагами и через несколько секунд растворилась в тумане.

Элис мгновенно сорвалась с места и ринулась вслед за дамой. Возле стены она зажмурилась и не останавливаясь устремилась вперёд. Холодный туман окутал всё тело. Пелена залепила глаза. Пробежали мурашки. Желудок сжался от страха. Элис почувствовала под ногами брусчатку и остановилась. Туман медленно растворялся… Странная дама сиреневым пятном степенно исчезала из вида…

Маленький и узкий переулок среди высоких зданий, нависавших над головой, совсем не похожих на предидущие. Тут гораздо прохладнее. Серые облака затянули небо, срываются мелкие и давольно холодные капли дождя. Странное ощущение, словно Элис очутилась в прошлом… Впереди улица, люди шумно ходят толпами в обе стороны. Странные звуки. Необычные запахи. Элис неуверенно ступила вперёд.

Перед поворотом весит красивая резная табличка: «Фонарный переулок». Элис остановилась. Это был весьма оживленный рынок с кучей магазинчиков и лавок, ютившихся бок о бок. Множество странных людей разговаривали на языках, не всегда понятных. Возле одной из лавок очень громко торговались два мужчины.

– Твоя пуансетти не стоит больше десяти «кун»! Прошлый раз я отдал за вяленый десяток пятнадцать! Но для зелья мне понадобилось положить на две штуки больше прежнего! – маленький мужчина, ростом не больше метра, стоит босяком на брусчатке в оранжевых широченных штанах и жёлтом свитере не по размеру, яростно тряся баночку с чем-то красным. – Верни старую цену!

– Хорошо, хоббит. Давай ни тебе, ни мне! Потратил двенадцать штук? Давай за двенадцать серебряных «кун» отдам! – сказал огромный мужчина, размером со шкаф, волосы у него зализаны на бок, длинные черные усы, как у жука, спускаются до плеч и закручиваются в спираль. Одет он в чёрные брюки, шерстяную красную рубашку в клетку и кожаный фартук.

На противоположной стороне другая лавка с вывеской: «Котлы Гогучей Рыкаты». Там располагались котлы малюсенькие и просто огромные, чёрные и золотые, металлические и стеклянные – на любой вкус и цвет. Возле одного из котлов кружилась женщина восточной внешности и говорила что-то невнятное…

– Shi ha yaku o chouri su ru tame no kama ga hoshii.  Waribiki o su ru.  Shi ha jourenkyaku desu. – Узкий разрез глаз, черные волосы собраны в пучок и заколоты шпильками. Дама одета в очень красивое шёлковое кимоно с изображением голубого дракона, который казался живым, очень медленно шевелясь и моргая глазами. Она походит на японку или может кореянку, подумала Элис.

– Конечно, дорогая! Всё как обычно! Давай за две золотых «ногаты» и пять серебряных «кун» – сказала ей в ответ торговка, и они, на большое удивление, друг друга поняли. Красивая женщина, одетая в темно-зелёное платье, меховой жилете и чёрные сапоги с вздернутыми носами; с рыжими кудрявыми волосами и большими зелеными глазами – не особо походила на продавщицу.

– Наверное, хозяйка лавки, – подумала Элис и шагнула на извилистый переулок, сразу втянувшись в толпу. Дорога вправо опускалась и резко заворачивала влево, дорога с левой стороны медленно подымалась вверх и извивалась. Конца и края рынка не было видно.

Лиловый костюм оверсайз из шорты и футболки смотрелись на Элис немного нелепо при такой погоде, но на неё никто не обращал и малейшего внимания. Подул легкий прохладный ветер, снова закапали мелкие капли дождя… – Хорошо хоть кроссовки одела, – подумала Элис. – Почему здесь так холодно?

И вот уже глаз не оторвать от странных вывесок ларьков и магазинчиков: «Путешествие по таинственному миру с Марой и Тарой»,  «Весёлая шкатулка», «Завитульки с кляцками», «Волшебные котелки мистера Эрна –  индивидуальный пошив», «Вяленая, сушёная и свежая зелень для варев, снадобий и зельев», «Сладости всех вкусов мира – съедобное и несъедобное», «Галерки, моргалки, ворчки, мурчалки», «Сытные заначки», «Оденем, обуем, померяем, срисуем! Школьная форма и одежда на любой случай», «Готовые зелья и снадобья» и множество других….

Элис шла вперёд, уходя всё дальше в глубь рынка, совсем этого не замечая. Над её головой повисла чёрная тень. Она подняла глаза вверх – два человека на высоких ходулях шли, наступая в промежутки между толпой людей. Один – с длинным клювом, в чёрном цилиндре и фраке, полосатых брюках, белой рубашке с огромной бабочкой походил на какую-то громоздкую птицу. Второй – в разноцветном костюме клоуна и колпаке с бубенчиками, которые свисали на полтора метра вниз от головы и звенела при ходьбе. Не успела Элис осознать, что же она только что увидела, как оба человека скрылись за поворотом.

Две миниатюрные девушки в нежно-голубых струящихся платьях и туфлях на плоской подошве в тон, с длинными до земли волосами, сияющими даже в такую мрачную погоду, сквозь которые выглядывали маленькие острые ушки с множеством золотых украшений что-то делили между собой и оживленно обсуждали на каком-то странном языке…

– Ми яма га ту! Зага! Туна мика! – говорила первая девушка, доставая из стеклянной колбы жука, размером с грецкий орех сине-зеленого цвета, будто покрытого перламутром, который переливался на солнце, иногда высовывая лаймовые крылышки. Брюшко у жука салатового цвета моргало неоновым огнём. Он издавал жалобный звук, похожий на писк мышки (видимо, не был рад такому вниманию).

– Ну не! Ми гика тату! Тата лузидо! МИКА ГАМ! – Вторая девушка рьяно тянула жука, выдёргивая из рук первой. Жук запищал ещё пуще прежнего. Они сцепились, как две диких утки, и каждая пыталась заполучить злосчастного жука.

– Девочки, не ссорьтесь! Я нашёл ещё пять светочей! Как раз получится поровну! Если, конечно, у вас есть двадцать серебряных «кун», – сказал мужчина, выходивший из магазина «Лохматые и скользкие, но всегда съедобные». Кудрявые русые волосы на его голове, создавали смешной шар, а коричневые брюки с подтяжками, светлая рубашка в полоску и круглые очки с толстыми линзами делали его похожем на жуков, которых сам же и продавал.

Две девушки завизжали от счастья и захлопали в ладоши.

– Ngifuna into engavamile namuhla, – это уже с другой страны говорила темнокожая дама с огромными кольцами-тоннелями в ушах. Кожа вся в шрамах, на голове скрученные волосы спрятаны под ярким платком, большие бледно-голубые глаза; одета в длинный жёлто-оранжевый сарафан и манто из шкуры льва.

Элис повернулась, чтобы разглядеть её. Женщина стояла возле лавки «Съедобные заначки». Маленькая полная дама с красными волосами и такого же цвета лицом предлагала ей разную живность: бочка с тёмно-зелёной слизью, которая медленно двигалась; корзина с какими-то мягкими камнями, которые изрядно воняли, источая зелёный дым; лоточки с пометкой «свежее», похоже, были наполнены редкими морепродуктами; сосуды с жижей из двигающихся глаз разного диаметра и цвета; странные насекомые в баночках стучали большими клешнями; и ещё многое другое (странное, вонючее и противное).

– Возьми карабангуса? Свежак! Только утром получила прямиком из Океаники! Всего по пять серебренных, – в отчаянных попытках хоть что-нибудь продать, говорила торговка, предлагая большое поукообразное существо с клешнями, как у краба. Но темнокожая покупательница то и дело мотала головой и морщила лоб, явно ища что-то особенное.

– Фу! Какая гадость! – подумала Элис и остановилась возле полутораметровой стеклянной колбы, наполненной чистейшей, прозрачной водой. Жидкость задвигалась по спирали, и через секунду на Элис уставились два огромных оранжевых глаза, открылся рот с сотней мелких и острых зубов. Она отскочила… – О, Господи!

– ВЖУ-УХ! – что-то пролетело мимо уха и волосы колыхнулись. Элис встала на цыпочки, чтобы увидеть, что же пролетело над головами прохожих, но ничего не заметила. И снова, – ВЖУ-УХ! ВЖУ-УХ! – Два маленьких рыжих шарика промелькнули над головами и исчезли… Что это было она так и не смогла понять.

Яркие вывески магазинчиков манили её в глубь рынка. Вот ларёк со сладостями, которыми Элис вряд ли можно было удивить, но удивить всё же удалось. Мама с дочерью покупали мороженое, одно со вкусом сардин в виде рыбы, а другое – апельсиновый щербет, размер которого составлял не меньше полу метра.

– Хм… Им не холодно? – подумала Элис, просто потому что сама уже немного замёрзла. По коже вновь пробежали мурашки. Элис пошла дальше, но через несколько шагов остановилась вновь. Яркая светящаяся вывеска «Зоопух и верещух мистера Норисона» заинтересовала её. Это был своего рода зоомагазин. Возле стеклянной витрины стоял большой латок с милыми котятами, а с потолка свисала золотистая клетка с голубыми сияющими птичками.

Дверь открылась и перед лицом Элис появился разъярённый мужчина в угах и шубе. Он громко хлопнул дверью, которая распахнулась вновь, выдавив тёплый воздух; мужчина что-то кричал грубым и гулким голосом (слова походили на неизвестные звуки, которые невозможно было разделить и разобрать). Видимо, ему отказали в покупке. Элис испугалась и отшатнулась в сторону. Мужчина прошёл, едва не задев её. За дверью в магазине Элис увидела множество клеток с разными животными, услышала интересные звуки и просто не устояла перед соблазном войти.

Все стены заставлены клетками маленькими и большими, стеклянными террариумами и аквариумами. Животные и птицы, при появлении Элис, стали издавать звуки, многие из которых она слышала впервые. На полках располагалось множество знакомых животных: крысы, лягушки, ящерицы, попугаи, совы, вороны, золотые рыбки, котята разных пород, одни из которых, кажется, лаяли… Но там было и много необычных созданий. Например, маленькие пикающие пушистики с милыми мордашками и острыми ушками, размером с хомяка, разноцветные – от оранжевого до голубого, под табличкой «Тибетский пикси». – Те самые, что Полине подарил папа на День Рождения, – сразу же прошептала Элис. – В большой клетке сидели маленькие обезьянки, около десяти сантиметров ростом, бело-коричневого окраса и играли в нарды. Красные ящерки с круглыми головами бегали по террариуму. Табличка над ними гласила: «Кавказские тритоны». Разглядывать полки можно было до бесконечности…

Большая золотистая клетка со странами белыми шариками заставила Элис, наконец, затормозить… Она подошла ближе, чтобы внимательно разглядеть содержимое. Казалось, что в клетку кто-то положил несколько десятков снежков, но они не были свалены в кучу, а лежали в разных частях клетки, словно их аккуратно рассадили по жёрдочкам.

– Как странно… Что это такой? – прошептала Элис себе под нос, как будто боясь, что её могут услышать и сочтут глупой и необразованной. Она подошла максимально близко. Тут же послышался шорох – содержимое клетки задвигалось…

– Чвик-пши-чри! – зарокотали шарики. Снежки принялись скакать по клетке; на каждом из шариков появились по две черных бусины-глазки. Это были маленькие и очень пушистые птички размером около десяти-пятнадцати сантиметров в диаметре. Когда они моргали своими крохотными глазками, их мордашки вновь терялись. Крошечный клюв прятался в пушистом оперении. Казалось, будто эти создания тотчас вышли из детского мультфильма, их так и хотелось потрепать за пушистые щёчки. На клетке весела табличка – «Шима-энага».

– Какая прелесть! – прошептала Элис в абсолютном восхищении. Рядом она увидела такую же клетку, только с рыжими шариками. Эти птички были несколько крупнее, от глаз исходили чёрные кляксы, жёлтые клювики отличали их от предыдущих. «Панурус биармикус» – гласила табличка на клетке. Эти шарики (белые и рыжие) обладали безумной харизмой, их всех хотелось достать и по-скорее потискать…

– Ооо… Ищешь маленького почтальона? У нас самые лучшие! Самые шустрые синицы! Крепыш панурус перемещается со скоростью около 350 км/ч доже через океан, а крошка шима может развивать до 500 км/ч, но только по материку. Они уже всему обучены. Бери и пользуйся! Кушают мелких насекомых, обожают пауков и семечки, так что если не запирать, питаются сами, – оживлённый женский голос подкрался из-за спины и напугал Элис своим напором. Это подошла продавец: худощавая женщина в вишнёвом платье, волосы собраны в хвост, от ушей до плеч свисают длинные серьги, а на маленьких серых глазках – большие очки.