- -
- 100%
- +
- Альвинка, когда еще официанткой у меня работала, - горячо зашептал Савва Антону в ухо, - как-то парнишке одному, коллеге-официанту, говорит: «Можешь мне телефон пополнить со своей карты, а я завтра тебе аналом верну». «Налом?» - переспрашивает тот. «Ну, или так», - отвечает. Я ее тогда и полюбил.
Замиля заботливо подпалила спираль от мух и комаров, что добавило летнему вечеру особый вкус. И было совершенно не лишним, учитывая шорты мужчин и Альвины да короткую юбку самой Замили. На столе, прикрытый специальным зонтиком, стоял торт, дымился чайник.
- Кому чай, кому кофе? – спросила Замиля.
20:45
«Ибо главный половой
орган женщины
– это, конечно, лицо».
Виктор Пелевин. «S.n.u.f.f»
- Тысячу извинений, - Савва тяжело опустился на чугунный стул, накрытый мягким пуфом. – Милые дамы, вас не покинем боле. Обещаем до утра защищать от комара.
- Да уж, постарайтесь, - Альвина демонстративно отложила в сторону телефон. – Хотя мы с Замилей не скучали. Множество советов от мудрой женщины о том, как удержать такого прекрасного мужчину, как ты, - и Альвина прильнула к небритой Саввиной щеке.
- Мудрая – не обо мне, - скромно возразила Замиля. – Мудрость – мужская страна. Женщина лишь светится мудростью своего мужчины.
- Что ты! – горячо запротестовал Савва. – Мы можем быть умны, проницательны, начитаны. Можем просчитывать, анализировать. Можем обладать энциклопедическими знаниями…
- Можем предчувствовать. На интуитивном уровне, - подсказал Антон.
- А что есть интуиция? – хмыкнул Савва. – Все тот же опыт, все те же знания, которые наш мозг услужливо обрабатывает без нашего ведома. А нам выдает уже готовый результат. Так что любое «интуитивное предчувствование» - всего лишь прогноз на основе совокупных входящих данных. Чем больше данных, чем совершеннее система их классификации, тем точнее прогноз, тем мощнее «интуиция». Индусы называли эту особенность человеческого мышления шабдой. Человек воспринимает мир при помощи органов чувств, анализирует увиденное-услышанное при помощи разума. А шабда – это мост, связующий разум и чувства.
- А мудрость? – напомнил Антон.
- Мужской ум – это знания. Женский – это понимание и принятие, - пояснил Савва. - Только женщина может быть по-настоящему мудрой. Принимать нас, говнюков, такими, какие мы есть. Вод для того то мудрость и нужна женщине, чтобы наше совместное житье-бытье было возможно в принципе.
Савва остановился, чтобы перевести дыхание, хлебнул вина и продолжил с новой энергией:
- Приснилось мне на днях, что я шестивалентный Палладий. А вокруг собрались одновалентные Водород, Литий, Натрий, Фтор, Бром, еще кто-то - не разглядел во сне. И все кричат, галдят, честят меня женскими голосами за многовалентность мою, а своей одновалентностью кичатся, возводят ее в абсолют... Что сказал бы Фрейд? Хотя он тоже не химик.
- Мог бы побыть и одновалентным водородом, - сказала Альвина, выпуская густую струю дыма в желтый огонек ночника под балкой крыши. – Хотя бы для разнообразия. Может, мы бы достигли тогда абсолютного взаимопонимания.
- Мужчина и женщина могут достичь относительного, - тут Савва сделал выразительную паузу, после чего продолжил, - взаимопонимания только в том случае, когда мысли женщины находятся в полной, - снова пауза, - власти мужчины. Женщина - манипулируемое существо. Не возражайте, девушки!
- Я и не думала возражать, - улыбнулась Замиля.
- И нет никакого удовольствия наблюдать, как манипулируют твоей, - Савва сделал акцент на слове «твоей», - женщиной. В топку телевидение, в топку интернет! Дантовы пещеры, откуда демоны вселяются в наших женщин, а уже через женщин пытаются – и успешно! – овладеть нашими умами, нашими мыслями. Подслушал, кстати, невольно: «Я дикая, но в рамках закрытых помещений!» Ах, как чудесно это изречение характеризует определенный тип людей.
- В каком это закрытом помещении ты уже успел подслушать? - тут же ревниво напряглась Альвина.
Она одна пила кофе – под сигарету. Замиля, Савва и Антон пили чай.
Желаешь быть царицей властной, когда тебе уже за сорок, -
Тогда побудь пажом послушным, пока тебе чуть-чуть за двадцать,
- вместо ответа продекламировал ресторатор.
Антон понимал, что такое взаимное пикетирование – норма для отношений между многоопытным мужчиной и в меру умной, в меру восторженной, в меру меркантильной юной леди, а потому не стал предпринимать никаких попыток примирения. Было попросту незачем.
- Нашел пажа, - фыркнула Альвина. – Я же у тебя красавица, сам говорил. Неоднократно.
- Просто красавица: и ноги алые, и груди длинные, и губы белые, - выдал Савва настолько неуместную шутку, что даже его другу стало неловко – совсем не про Альвину, девушка была на редкость красива, хоть и немного вульгарна.
Антон Несторович решил исправить положение, снизить градус.
- Между мужской полигамией и женской, - сказал он ровно, - безусловно, имеются различия. Заводя новые связи, мужчина расширяет зону ответственности. Женщина производит смену зоны ответственности.
- Поясни! – потребовал Савва и потянулся к сигарете Альвины. Девушка послушно дала ему никотиновую палочку и забрала после первой же затяжки: Савва не курил. Так, под винное настроение.
- Мужчина принимает на себя новые обязательства в дополнение к прежним. А вот женщина снимает с себя обязательства по отношению к одному и принимает - по отношению к другому. Правда, нередко можно встретить «женский» вариант супружеской неверности у мужчин и «мужской» - у женщин. Перемешались гендерные роли. Дантовы демоны, как ты говоришь, призывали женщин бороться за равноправие, а в результате набороли абсолютный хаос с немногочисленными островками относительной безопасности.
- Не старайтесь стать лучшим для женщин, - обреченно отмахнулся Савва, - а потом надеяться, что это надежная страховка от неурядиц. У женщин есть защитный механизм: стоит вам расстаться, и тут же меняются критерии оценки - лучший становится худшим, а худший становится лучшим. Нам не понять.
- Ну, почему же не понять? – улыбнулся Антон. - Мальвины, имея про запас пару злых Арлекино, одного-двух доставучих романтичных Пьеро и несколько верных Артамонов, чтобы не соскучиться в этом великолепном, но пресном окружении, выбирают Буратин. Потому как Буратины - непредсказуемы.
- Я твой Буратино? – нежно поинтересовался Савва.
- Безусловно! – поддела его девушка. – А я твоя кто?
21:00
- Ты мой праздник. Яркая женщина - это бразильский карнавал, это парижский «Мулен Руж», это фееричная мистерия, - вздохнул Савва.
- Значит, я твой карнавал? – Альвина потянулась губами к небритой щеке, но Савва отстранился и закончил мысль:
- Но карнавалы и мистерии заканчиваются, стихает музыка и пора уходить домой. Великое искусство и тонкая наука быть яркой женщиной. Хватило бы фантазии...
- У твоей женщины хватает фантазии? – скорее утвердила, чем спросила Альвина.
- Твоя женщина, - Савва мечтательно возвел очи горе, - это тепло очага, уют дома, тишина гавани. Отсюда не уходят, сюда возвращаются - после шума любых карнавалов и мистерий. Тонкое искусство и великая наука быть такой женщиной. Хватило бы терпения...
- А нельзя быть одновременно и карнавалом и гаванью, - тихо спросила Замиля, но Савва не слушал, он говорил сейчас только с Альвиной:
- Призвание мужчины - быть опекой и опорой, быть источником ресурсов для карнавалов и мистерий, для уюта и тишины. Тяжелый труд и великая ответственность быть мужчиной. Хватило бы сил... – закончил Савва тезисную часть. - А вот женщина с моноподом, как царевна-лягушка со стрелой в заднице. Хочешь сделать фото - попроси своего мужчину. Нет мужчины - зачем фото?
- Для тебя же, - Альвина дурашливо скривила селфи-рожицу. – Сам же рассказывал про круговорот селфи в природе, или как там?
- Закольцованный «закон селфи», - напомнил Савва. – Закое гласит: iPhone нужны девушкам, чтобы те делали селфи-ню, высылали их мужчинам, чтобы мужчины дарили iPhone девушкам, чтобы те делали селфи-ню, высылали их мужчинам, чтобы те...
- Вот-вот! – восторжествовала Альвина. – Хочешь сделаю селфи-ню у мангала?
- Замечательная идея! – поддержал Савва.
Альвина немедленно оказалась у мангала, задрала свой желтый топ и сделала пару снимков. Обратилась с энтузиазмом к Замиле:
- Присоединишься?
Замиля нерешительно посмотрела на Антона. Хозяин дома кивнул, мол, все свои. Девушка поднялась, по дороге к мангалу расстегнула пуговицы небесной блузы. Девушки приобнялись, на пару мгновений замерли в поцелуе. Более смелая Альвина положила свободную руку на грудь Замили. Другой рукой сделала десяток быстрых снимков и даже сняла короткий ролик.
- Готово! – объявила Альвина. – Сейчас выберу лучшие, поработаю с фильтрами и разошлю.
- На мой телефон не получится, - напомнил Антон. – У меня кирпичик, я консерватор. Но я гляну у Замили.
21:10
- Женщины - звезды на мужском небосклоне, - мечтательно сказал Савва, глядя на безоблачное звездное небо из-под крыши, с края веранды. - Один только и умеет, что различать среди туч тусклый лучик. Другой способен порадовать глаз мириадами лучезарных созвездий. У каждой звезды - строго отведенная позиция. Рисунок звезд на бархате ночи обусловлен внутренней целесообразностью, глубокой эстетикой, тонкой гармонией. Но гармония летит ко всем чертям, когда одна из звезд жаждет затмить весь небосклон собственным сиянием. Эх, надо поискать цветные фильтры на телескоп.
- Смотри, обижусь, - вовсе не обиженно предупредила Альвина.
- Если дама Вашего сердца не ответила взаимностью после первой же подаренной ей орхидеи, то надо что-то менять: либо даруемые цветы, либо одариваемую даму сердца, - предупредил в ответ Савва; Альвина вздохнула – слышали, мол, многократно, на что Савва тут же отреагировал:
- Главное оружие женщины - умение понимать с полувздоха. Мужчине нужно учиться правильно, значительно вздыхать. – И вздохнул в ответ – правильно и значительно.
Застольная публика посмеялась. Антон встал, вдохнул полной грудью летний воздух, нашел на небе самую яркую звезду – ту самую, которую в пятнадцать лет попросил, чтобы сбылись его желания. Вспомнил фея Ерофея, вспомнил мать, отца с патриотичным именем Нестор, «вернувшийся на родину». Было хорошо и грустно, грустно и хорошо.
- Патриотизм, - не мог не сказать Антон, - это то самое чувство, когда из любой точки мира ты стремишься на Родину. И не важно, что влечет тебя - женщина, дом, любимая собака... Ты хочешь домой, и в этом истинный патриотизм.
- Современная женщина не стремится ни на Родину, ни к богу, ни в партию. И даже в Европу стремится так, за компанию, - развеял Савва Антонову грусть. - Единственная достойная для нее цель - материальное благополучие. И этим коварно пользуются «меркантильные» жестокосердные мужчины...
- Перегибаешь, дорогой, - прервал Антон. – Все мы, и мужчины, и женщины, стремимся к материальному благополучию. Просто мужчины добывают ресурсы в окружающей среде. Так сказать, «сырьевое звено». А женщины получают ресурсы опосредованно, через нас, мужчин. Вот и создается превратное впечатление – пресловутый миф о женской меркантильности.
- Не миф! – упрямо возразил Савва.
- Не миф, но уж точно не порок. Закон жизни. Мы для того и нужны женщинам, чтобы превращать сырье в чистый доход. У нас дуальный симбиоз.
- Вот поэтому молодой женщине не стоит делить с мужчиной стол, если она не готова разделить с ним постель, дабы избежать разночтений в восприятии ситуации, - заключил Савва.
- Любимый, - нежно и грозно проворковала Альвина. – Цени, что имеешь. Сам же говорил, что я твой юный прекрасный цветок.
- Чем старше мужчина, тем тоньше его чувство прекрасного, - Савва обернулся к своей даме. - Тем сильнее его стремление к природному равновесию, тем глубже его жизненный опыт. Поэтому женщины, которые его окружают все шикарнее - эстет же! - все моложе - так баланс же! И средств мужчина расходует на женщин все меньше - опыт же. Ох уж эти эффективные коммуникативные технологии.
21:15
- Один из основных законов рекламного маркетинга гласит, - задумчиво вывел Антон, - что продавец ни в коем случае не должен заявлять большее количество и лучшее качество товаров, чем те, что собирается действительно предложить покупателю. Как часто женщины презентуют мужчинам эксклюзивный спецзаказ, выкроенный и сшитый по индивидуальным меркам. Но стоит покупателю оплатить счет, как он получает в награду сошедший с конвейера товар широкого потребления со скудным меню стандартных опций. Да и те не всегда работают корректно. Оттого многие мужчины так любят посещать презентации, но совершенно не торопятся становиться собственниками.
- Меню стандартных опций? – переспросил Савва. – В смысле, могут только змейку погонять?
- Вопрос не в том, что они могут, - Антон поморщился. – Женщина может многое. Вопрос в том, чего они хотят. Когда рекламные акции окончены, начинаются рабочие будни. По убыванию. Не про тебя, милая, - Антон погладил Замилю по коленке.
- Не согласен, - возразил Савва. – Это мужчина только на первые свидания ходит причесанным, в свежей рубашке и носках без дырок. У него задача такая – завоевать. А вот женщина нагнетает градус пикантности в нарядах от встречи к встрече. У нее другая задача – удержать. Это как раз про тебя, милая, - Савва повторил жест Антона, погладив по коленке Альвину. – вот разве что умений не каждой хватает.
- Умений? – заинтересовалась Замиля, Альвина также насторожилась.
- Женщина без знания мужской точки Р так же беспомощна в плотской любви, как мужчина без знания женской точки G, - пояснил Савва с энтузиазмом.
Альвина и Замиля переглянулись и прыснули.
- Мы в курсе, - зафиксировала Альвина.
– Не сомневаюсь, - заверил Савва. - Мужчины, как коты, - сравнение древнее, но верное: никуда не денутся от женщины, с которой уютно, тепло и комфортно. Разве что в марте, но к апрелю - точно вернутся. И не вздумайте их кастрировать! Как только заподозрят в вас такие мысли, сбегут быстро и безвозвратно.
- Ты со своей полигамией порой перегибаешь, - упрекнула Альвина.
- Закон природы, - констатировал Савва. - Женщина любит одного мужчину, но мужчины любят многих женщин, сколько бы их ни было. Женщины любят многих детей, но дети, сколько бы их ни было, любят одну мать. «Женщина должна быть единственной, а не очередной!» - как-то сказала мне одна знакомая. А вот я считаю, что нельзя вводить очередную женщину в заблуждение, убеждая ее в том, что она единственная. Настоящему мужчине пристало быть порядочным и четко разграничивать единственную женщину и очередных. Разумна ли та женщина, что винит мужа за невинные интриги? Ведь тот, кто меняет любовниц, никогда не сменит любимую. Тот, кто ищет разнообразия на стороне, всегда будет постоянен в семейных отношениях.
- А кто тебе сказал, что женщина любит только одного мужчину? – коварно прищурилась Альвина. – Будешь столько пить, придется полюбить кого-нибудь еще.
- Видела я женщин, которые жить не давали своим мужьям из-за лишней бутылки пива или рюмки водки, - неожиданно откликнулась Замиля. - И видела слезы женщин, которые выливали - кто вино, кто пиво, кто дорогой коньяк, кто дешевый самогон - на пепел своих мужчин в крематории со словами: «Он так это любил...» Что кажется важным сегодня, завтра становится суетой.
И Антон в который раз поразился мудрости своей женщины и верности своего выбора.
- Мудрость мужчины - в прочитанных книгах, в проведенных беседах, в подуманном, сказанном и содеянном. Мудрость женщины в том, чтобы необдуманно не оказаться в горьком озере слез, в липком море соплей и в глухом болоте злобы, - Савва кивнул с уважением в сторону Замили, как бы ставя ее в пример своей Альвине.
- Мудрость женщины в том, чтобы быть счастливой, - парировала Альвина. – А сделать женщину счастливой – это уже задача мужчины.
- Чтобы быть счастливой, женщине до тридцати нужно найти достойного мужа, - категорично заявил Савва. - И тогда после тридцати можно спокойно, без суеты искать достойных любовников. А к сорока-сорока пяти уже и внуки подоспеют - конец поискам, «до свидания» сексу, новые заботы, новые радости. И все мучительные метания пусть остаются уделом мужей.
- Почему это «до свидания» сексу? – возмутилась Альвина.
- А зачем? – еле заметно пожал плечами Савва.
- Наша общая задача: умение быть рядом, - примирительно сказал Антон. - Не напрягать, не требовать невозможного. Мужчина в угоду женщине может наобещать звезды в небе или маленькую Луну в кармашке. Женщина в угоду мужчине может изображать радость там, где испытывает отвращение. И все это будет неправда. Неправда разрушает.
- Но как без нее? Правда порой разрушает помощнее, - заметил Савва.
- Мы такие, какие мы есть… - развел руками Антон. - Не исправить, не выгнуть, не преодолеть. Зачем же нам напрягаться, чтобы достичь желаемого? Обещать, симулировать? Человек идет по пути наименьшего сопротивления. Это закон. Если мужчина в жизни женщины (или наоборот) – напряг, оставь – иди дальше. Если он (или она) помогает тебе расти – не отказывайся, прими как дар.
- Размышлял о природе предательства, - подхватил Савва, - и пришел к тому, что порою мы безусловным предательством называем процессы, которые на самом деле являются естественными функциональными жизненными отправлениями. Так женщины к разряду «предательств» относят мужскую полигамию, а мужчины видят «предательство» в том, что женщина меняет одного партнера на другого, более качественного, с точки зрения природной функциональности.
- Женщина может не понимать глубины слов и непререкаемость действий мужчины, - с несвойственной ей решительностью сказала Замиля. - Но на уровне чувств женщина всегда примет, не оспорит и одобрит. Если у женщины возникают сомнения, то, скорее всего, это не ее мужчина.
- Мужчины, выбирайте таких женщин, как Замиля, а других отдавайте врагам - пусть мучаются! – расхохотался Савва.
21:25
Замиля, которую перебили, чуть помолчала, прощая другу Антона его бестактность, после чего продолжила:
- Томас Харди писал: «Женщинам трудно говорить с мужчинами на языке, придуманном мужчинами для выражения своих чувств». Может, он прав - женщинам иногда лучше молчать и слушать? По сути, язык (в его нынешнем виде) - мужское изобретение. Женщины просто адаптировали это - сугубо мужское - средство общения для своих целей.
- Где ты ее нашел? – восхитился Савва. - Большинство мужчин вынуждены перебиваться двадцатилетними простушками (это не о тебе, любимая!), хотя отдают предпочтение умным, тонким женщинам за тридцать. Просто никак не могут таких встретить. А у тебя – вышло! Кстати! Наблюдения из личного опыта. У некоторых женщин от тридцати начинается «церковный период» - время собирать камни и замаливать грехи. Мотивация: «Я много грешила, должна отмолить».
- Это не про меня, - улыбнулась Замиля.
- Но не стоит беспокоиться! – продолжил Савва. – «Церковный период» редко тянется дольше года. Потом женщина приходит в себя и начинает грешить с удвоенной энергией - наверстывает упущенное.
- И это не про меня, - вновь улыбнулась Замиля.
- Бестактно напоминать женщине о возрасте, - с добрым превосходством заявила двадцатилетняя Альвина, «защищая» тридцатипятилетнюю Замилю.
Антон не видел толка в «защите»: Савву он знал давно, понимал, что друг, распираемый винными парами, говорит не со зла, а лишь по простоте душевной. Сама же Замиля вообще не беспокоилась о разнице в возрасте меж нею и Альвиной. Как и о разнице в возрасте между нею и Антоном. Ее мужчина был рядом и смотрел на нее восхищенными глазами, а это – главное. Сам же Савва понял, что зашел не туда, и сгладил напряженность самым естественным вопросом:
- А не вернуться ли нам к вину, мой дорогой друг?
- Мы вас одних в погреб не отпустим! – предупредила Альвина.
- Так отправляйтесь с нами, - сказал Савва, поднимаясь со стула. – Погружение на глубину пять метров! – приказал голосом капитана подводной лодки. – Дифферент на нос пять градусов! Скорость двенадцать узлов!
И уставшая от чая, кофе и десертов компания единодушно отправилась выполнять приказ со скоростью двенадцать узлов и с дифферентом в пять градусов, что бы это ни значило.
- Я на кухню сверну, сыров по дороге нарежу, - сказала Замиля.
21:35
«Вообще мысль мужчины шире,
подвижнее, изменчивее в силу
новых входящих в нее стихий,
чем мысль женщины, заключенной
в кругу медленно изменяющегося домашнего быта,
более близкой к природе и неподвижному
разнообразию ее явлений».
Александр Афанасьевич Потебня. «Слово и миф»
Стульчики уступили дамам, но Альвина и Замиля отказались. Замиля под предлогом того, что ей все равно будет нужно «всплывать» на поверхность за новыми закусками. Альвина же увлеклась изучением винной коллекции.
Энотека действительно была гордостью Антона. Здесь нельзя было найти всемирно известных, непомерных по цене брендов. Не было здесь и древних коллекционных экземпляров со сгнившими этикетками и потрескавшимся сургучом на пробках. Зато прятались на полках дерзкие необычные представители неисчислимого дионисового воинства – из всех регионов, что славны винодельческими традициями.
Так что места за дегустационным столиком вновь пришлось занять мужчинам. И пока Антон возился со штопором, Савва развлекал всю компанию монологами.
- Любой выход за пределы дома для женщины - эмоциональный стресс, - раскопал Савва новую мысль. - Ведь сама природа, сама структура социальных отношений определили внешний мир как поле мужских битв, а внутреннее пространство дома как зону женского комфорта. Нос за порог – адреналин в кровь. Именно поэтому девушки больше парней любят многолюдные тусовки и ночные клубы. Девушки как бы бросают вызов своим страхам, прыгают с парашютом, взбираются на Эверест, суют головы в львиные пасти. Вот же дерзкие!
Выпил красного, даже не прочитав этикетку, закусил Гаудой и продолжил, вовлекая женщин в разговор:
- Плененные принцессы живут в замках. Спускают тугие косы из башенных амбразур и ждут своих рыцарей-спасителей. Рыцари слышат зов, сбивают подковы коней, чтобы выручить, спасти и привезти в свой замок. И тут же принцессы снова выбрасывают косы через подоконники и начинают снова молить о помощи. Как понять вас, женщины?
Получив в ответ только улыбки девушек, Савва не расстроился и выдал новый силлогизм:
- Чтобы избежать одиночества, женщины заводят кошек. Со временем кошек в доме становится доминирующее большинство. Например, две или больше. И губительная ситуация усугубляется до критической черты, становится драмой. Тут есть выход: нужно срочно завести себе мужа. И пусть даже пьет, как пегий конь, или гуляет, как мартовский кот, - все это частности. Только муж должен быть адекватным, совпадать с женщиной по уровню и духу. Поскольку жди непременной беды, когда магл возжелает Ведьму, когда Мессир решиться связать жизнь с францисской махой.
- Вы пьяны, Мессир, - констатировала Альвина, не оборачиваясь – она застыла в весьма соблазнительной позе, изучая бутылку в нижнем ряду, покрытую особо плотным слоем благородной пыли.
- Эффект выпитой бутылки у тебя наступает после третьей, а у твоей женщины уже тогда, когда ты откупориваешь первую, - отреагировал Савва.
Потом оценил переливы ягодиц под джинсовыми шортами, растаял настолько, что продекламировал:
Женщина - она, как кошка:
Вспрыгнет, посидит немножко...
Будет на твоих коленях,
Пока чесать ее не лень...
- Выцарапано на том же столе в той же пивной? – понимающе спросил Антон, и Савва кивнул, не отрывая взгляда от вожделенного предмета.
- Чтобы создавать идеологию в семье, - неожиданно трезво сказал Савва, - чтобы женщина тебе верила, нужно на порядок яснее, ярче, чем твоя женщина, видеть глубину, панораму мира, лучше уметь распутывать узлы причинно-следственных связей. А для этого нужно много знать, много читать, много работать над собой. Это нудно и сложно. А потому либо выбираем себе женщин непритязательных, либо потом спорим с ними по любому поводу, так как не верящая своему мужчине женщина, не верующая в него, будет отстаивать свою правоту вплоть до развода.
- Опять ты о своем, - улыбнулся Антон, знающий историю расставания Саввы с последней супругой.
- О нашем! – Савва твердо встретил взгляд друга, и Антон понял, что-таки да – о нашем. - Как только женщина начинает ковыряться в себе лопатой, у которой по режущему краю написано «Кто я?», жди трансформации личности - не в лучшую, не в худшую сторону, а в направлении хаоса. Тут тебе и развод, и девичья фамилия.