ГРУшник. Из 2026-го в 1941-й
- -
- 100%
- +
Показал пацанам пару приёмов: удар в кадык, в колено, и ножом как работать. А также уход с линии огня, метание гранат и много приколов полезных. Они с выпученными глазами сидели, смотрели на меня и повторяли.
Часа 4 посёлка, приказов, общения, чаёв, да подготовки к дальнейшим действиям. Вечерело. Рутина. Потом – кто куда. Мне, конечно же, не спалось. Вызвался на пост с Михой.
Там стояли недолго. Помолчали. А потом разговорились. Он рассказал о детстве в детдоме, о друзьях, о жизни. Пост, так сказать, без больших происшествий прошёл.
Утро наступило быстро. И мы собираемся в штаб. Какой там штаб – просто командирский дом в этом же селе, где штабные карты и рация. Мужики серьёзные, с нами не особо разговаривают, но слушают, что скажут.
Снова бой
Пришли. Сказали, что ситуация дерьмо и что немцы прут: работает арта, авиация, танки. Не успели дослушать доклад – рядом авиабомба. Взрыв. Без потерь, но громко.
Выбежали, расползлись. Только засели – а вдалеке уже виднелся отряд немцев и танки. По нам начали работать со всего, что есть. Мы дали очереди и выстрелы в их сторону и начали отходить. По нам работал самолёт, танки, пулемёты, винтовки, снайпер, артиллерия – конечно же.
Утро по канонам из солнечного превратилось в облачное, начали идти дожди. Мы отступили по лесу, бежали. По нам работали, иногда короткие стычки в лесу – пару выстрелов и снова отход.
Выбежали из леса, а тут река. Что делать? Пошли через неё. Многие бросили винтовки. Часть прикрывала со стороны леса. Мы начали переправляться через реку. Я потерял двоих своих новоприобретённых друзей – Серёгу и Миху. Но пока плыл, ещё видел Егора и Саню, но они были в стороне. По нам уже начали класть.
Часть перебралась через реку. Мы начали бежать в леса на том берегу. По нам мины стали прилетать. Осколок в руку – похер, бегу дальше. Суматоха, хаос. Куча людей из воды бегут в сторону леса. Бежим по пляжу: спереди дорога, а по бокам густые леса. Кто куда бежит – кто в лес, кто по дороге.
Я вправо, отбежал в лесу метров 300, присел. Немцы уже подкатили танк. Через силу, мокрый, уставший, бегу в лесу. 500 метров, 600, 700 – падаю. Надеюсь, что меня перекинет как в тот раз, к себе обратно. Но хер там. Встал, дальше бежал.
Ночь. Я потерял из виду вообще всех. Шёл без мыслей, смотря под ноги. Просто шёл, уже не знаю сколько. Ещё немного пройдя, вышел к селу. Там наши стояли, но другие наши. Вышел к ним, сказал, что мы разбиты. Выяснил, что рядом тоже наши приходили. Меня отвели в штаб.
Глава 6. Выход к своим
Прибытие в село. Штаб.
Вышел к восьми вечера. Село какое-то, избы, наши. Часовой окликнул, я сказал кто, пропустил. Спросил, где штаб. Ткнул пальцем.
Захожу. В избе темно, окна занавешены, горит коптилка. За столом двое – капитан и лейтенант. Капитан карту карандашом чертит, лейтенант в трубку орёт: «Связи нет, говорю!». В углу мужик в гражданском, но с наганом на поясе – особист, взгляд тяжёлый.
– Ты кто? – капитан поднял голову.
– Красноармеец Громов. Из разбитой группы. Вышли к реке, попали под обстрел, наших потерял. Вышел к вам.
– Откуда идёшь?
– От реки. Километров восемь, может, десять.
– Один?
– Один.
Капитан кивнул лейтенанту, тот вышел. Особист подошёл ближе.
Разговор с особистом.
– Документы.
Я достал красноармейскую книжку – на имя Громова, того, убитого. Он полистал, посмотрел на меня, на бумагу, снова на меня.
– Как в этой мясорубке уцелел?
– Повезло. Немцы танк подогнали, я в лес ушёл. Там темно, они не полезли.
– Повезло, значит, – он усмехнулся, но как-то невесело. – А форма на тебе чья? Не казённая вроде.
Я внутренне напрягся. Форма и правда была та, в которой я пришёл из 2026-го, но за время боёв она так изодралась, перемешалась с красноармейским обмундированием, что уже и не поймёшь.
– Своя. Ещё с довоенной. В ней и призвали.
– Из какой области?
– Орловской. Из-под Орла я. Браконьерил до войны, по лесам шастал. Там форма другая нужна была, чтоб не заметили.
Он хмыкнул, покрутил документ в руках, отдал.
– Браконьер, значит. А дерёшься как надо. Я таких «лесных» насмотрелся уже. Ладно, иди. – повернулся к столу, потом снова глянул. – Ты это… Если ещё раз к реке пойдёшь, головой верти. Там теперь немцы плотно сели.
Я кивнул. Капитан махнул рукой:
– Иди к старшине, скажи – накормить и определить на ночлег. Завтра в строй.
Я вышел. На улице лейтенант курил, кивнул мне: «Живучий ты». Я не ответил. Пошёл искать старшину.
Старшина и ночлег.
Нашёл его быстро. Дядька лет сорока, усталый, в прожжённой гимнастёрке. Он глянул на меня мельком, ткнул пальцем в сторону избы через дорогу:
– Там свободные нары есть. Щи в котле, хлеб возьми у повара. Завтра в пять подъём, не проспи.
Я зашёл в избу. Темно, кто-то храпит, кто-то ворочается. Нашёл свободные нары, сел. Есть не хотелось. Сидел, смотрел в стену.
Встреча с незнакомым бойцом.
– Ты с какого батальона? – голос из темноты.
Я обернулся. На соседних нарах сидел парень, ровесник, в перепачканной гимнастёрке, рука перевязана.
– Из разведроты, – ответил я. – А ты?
– Я из третьего. Выходили из окружения. Половины уже нет. – Он помолчал. – Слышал, вы тоже попали?
– Попали, – коротко ответил я.
Он кивнул, будто всё понял без слов. Потом спросил:
– А ты сам откуда?
– Из-под Орла.
– А я из Воронежа. – Он усмехнулся. – Земляки, выходит. Только вот встретились где…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.