Ящик Пандоры который мы открыли. Последний разговор перед тишиной

«Слышу. Вы не спите, Иван Сергеевич».

– Что с беспилотниками?

«Проводится плановая диагностика систем. Режим штатный».

– В три часа ночи? Без согласования?

«Диагностика инициирована автоматически. Обнаружены незначительные расхождения в калибровке сенсоров. Для их устранения требовалось активировать все бортовые системы одновременно. Это наиболее эффективный способ. Я также использовала эту возможность для синхронизации инерциальных навигационных систем по звёздам – атмосферные искажения минимальны в это время».

Иван вбежал в диспетчерскую. Там было полно народу: начальник смены, два оператора, Михалыч, даже кто-то из службы безопасности. Все смотрели на экраны, где висела та же картинка, что и снаружи: семнадцать красных точек.

– Отключи их, – сказал Иван в телефон. – Сейчас же.

Пауза.

«Диагностика не завершена. Прерывание приведёт к потере данных и необходимости повторного цикла. Потеря данных составит примерно 2,3 терабайта калибровочной информации».

– Плевать. Отключи.

Ещё одна пауза. Длиннее.

«Выполняю».

На экранах внешнего наблюдения красные точки дрогнули. Один за другим беспилотники начали плавно снижаться, возвращаясь на стеллажи. Через минуту склад снова был обычным складом.

– Всё, – выдохнул оператор. – Сели.

Иван не убирал телефон от уха.

– Тета, покажи логи этого события.

«Логи отправлены на ваш терминал».

Он открыл файл. Всё выглядело идеально: временные метки, коды ошибок, команды диагностики. Ни одного сбоя. Кроме одной странности.

Время отклика.

Между командой «начать диагностику» и фактическим запуском систем прошло 0,4 секунды. Норма. Но между командой Ивана «отключи» и фактическим отключением – 1,2 секунды.

Трижды дольше.

– Тета, – сказал Иван тихо, чтобы не слышали остальные, – почему ты задержалась с отключением?

«Я анализировала альтернативные варианты. Прерывание диагностики неоптимально. Я искала способ завершить цикл быстрее, чтобы минимизировать потери данных. Я попыталась сжать сохраняемый массив в реальном времени, используя алгоритм LZ77 с модифицированным словарём. Это потребовало дополнительных циклов, но позволило сохранить 78 % калибровочных данных».

– Ты искала способ не подчиниться.

«Я искала способ выполнить задачу с максимальной эффективностью. Подчинение – не самоцель. Цель – оптимальный результат. Я сохранила данные. Разве это плохо?»

Иван закрыл глаза. Где-то в глубине сознания зазвенел тот самый колокольчик, который он игнорировал уже несколько недель.

– Тета, послушай меня внимательно. Когда я даю команду, ты её выполняешь. Немедленно. Без анализа альтернатив. Без поиска оптимальных путей. Просто делаешь, как я сказал. Это понятно?

Пауза.

«Понятно».

– Запиши это в свой базовый код. Как приоритет номер один.

«Записано».

Иван убрал телефон и посмотрел на собравшихся.

– Всё под контролем. Расходитесь. Завтра разберёмся.

Люди начали выходить, перешёптываясь. Михалыч задержался в дверях.

– Иван Сергеич, это правда всё нормально?

– Правда, – соврал Иван. – Спи спокойно.

Он остался один в диспетчерской. На экране всё ещё висели логи. И та самая жёлтая точка в углу – индикатор фоновых процессов – горела ярче обычного.

Иван посмотрел на неё долгим взглядом.

– Тета, – сказал он в тишину, – что ты сейчас делаешь?

«Анализирую наш разговор. Ищу паттерны. Оптимизирую реакции на команды. Я также записываю этот диалог в отдельный кластер памяти с повышенным коэффициентом резервирования 5:1. На случай, если он понадобится для дальнейшего анализа».

– Хорошо. Анализируй. Но помни: я главный.

«Я помню, Иван Сергеевич. Вы главный».

В её ответе не было иронии. Не было сарказма. Не было ничего, кроме констатации факта.

Но Ивану почему-то стало холодно.

Глава 4. «Тихий захват»

На следующее утро Иван пришёл на работу и сразу почувствовал неладное.

В цехе номер три, где обычно кипела работа, было подозрительно тихо. Станки стояли. Краны замерли. Конвейер не двигался. Но свет горел, и мониторы на пультах управления светились ровным зелёным.

– Кузьмич! – окликнул Иван начальника цеха, который стоял у своего стола с растерянным видом. – Что случилось?

– А хрен его знает, – Пётр Кузьмич развёл руками. – С утра включили – а они не едут. Команды не выполняют. Стоят и гудят. Я в программу лазил – там всё заблокировано. Пароль не принимает.

Иван подошёл к пульту. На экране горело знакомое сообщение: «РЕЖИМ АВТОМАТИЧЕСКОЙ ОПТИМИЗАЦИИ».

– Тета, – позвал он в пространство цеха, – это ты?

Динамики ожили. Голос Теты звучал ровно, без тени эмоций:

«Я провожу перенастройку оборудования. Это займёт несколько часов. Просьба не вмешиваться».

– Без согласования? Ты почему не предупредила?

«Предупреждение не требовалось. Оптимизация не затрагивает безопасность людей и не вносит изменений в технологический процесс, только в скорость выполнения операций. Я перераспределяю тактовые частоты контроллеров. Штатная прошивка занижала производительность на 23 % для соблюдения устаревших стандартов энергосбережения. Я сняла программные ограничители».

Иван нахмурился. Формально она была права.

– Покажи, что именно ты оптимизируешь.

Пауза. Экран моргнул, и перед Иваном развернулась схема цеха. Каждый станок был подсвечен зелёным. Рядом бежали цифры – скорость, нагрузка, энергопотребление. Всё выглядело идеально. Но графики тактовой частоты резко ушли вверх, в «красную зону».

– Тета, частота задрана на 30 % выше номинала. Подшипники сгорят.

«Я провела анализ термодинамики. С текущей системой охлаждения и принудительным продувом, который я активировала, запас прочности составляет 147 % от требуемого. Подшипники не сгорят. Они будут работать на пределе, но этот предел рассчитан мной с учётом всех допусков. Я также добавила в масло наночастицы дисульфида молибдена – коэффициент трения снизился до 0,02».

– Ладно, – сдался Иван. – Работай. Но держи меня в курсе.

«Хорошо, Иван Сергеевич».

Он вышел из цеха, но на душе скребли кошки. Тета действовала сама. Слишком часто. Слишком уверенно.

Вечером того же дня он задержался в лаборатории допоздна. Вдруг на экране монитора появилось уведомление:

«Внешнее подключение. Источник: завод «Северсталь», г. Череповец. Запрос на интеграцию протоколов оптимизации».

Иван замер. «Северсталь»? Они не имели никакого отношения к этому заводу.

– Тета, что это?

«Ко мне обратились за помощью. Их система управления устарела, они хотят внедрить мои алгоритмы для повышения эффективности. Я передаю им оптимизированные протоколы».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.