Двойное стекло

– Но почему у тебя есть имя? – недоумевал Алексей. – Я думал, что только люди выбирают себе имена.

– Почему бы и нет. Чем мы хуже? Не все из нас ведут себя как животные. Есть и цивилизованные, интеллигентные духи вроде меня. – Разговор явно начинал ему наскучивать. Он отвернулся, чтобы внимательно осмотреть машину. Спустя пару минут он резко вздохнул и застонал: – И где я теперь буду жить, скажи?

Алексей искренне считал, что Блот преувеличивает свои проблемы. Вот очнуться на асфальте, а потом узнать, что ты мёртв – вот что по-настоящему страшно!

– Может, здесь поселишься? В эвакуаторе? – шутливо поддел его Алексей.

– Нет, – отмахнулся Блот. – Тут уже есть хозяин.

– Прекратите гундеть, а то выброшу вас на ходу, – прогремел недовольный бас из глубин эвакуатора.

– Это То, – представил духа эвакуатора Блот, а затем обратился к невидимому собеседнику: – Прости, То, мы будем потише. – Затем Блот снова посмотрел на Алексея. – У него в форсунках стружка, – пояснил он. – Вот и хандрит бедняга. Боится, что через тысяч десять пробега двигатель будут менять. А тогда всё! Может, даже уходить придётся.

Алексей задал ещё несколько уточняющих вопросов. Не то чтобы ему было интересно, но делать было всё равно нечего. Блот рассказал, чем занимаются духи его вида. Проще говоря, следят за состоянием двигателя.

– Скажи, Блот, может, ты помнишь, что было с машиной перед аварией? Я не был пьян, вёл уверенно, не понимаю, как я мог выехать на встречку, – вкрадчиво спросил Алексей.

– Я помню какой-то стук слева в подвеске, – важно закивал он. – И во втором цилиндре была низкая компрессия. Я даже удивился, колесница-то новенькая, у неё не могло быть этих проблем.

Понятно. Этот странный до очаровательности дух ничем ему не поможет. Из вежливости Алексей решил спросить, что Блот будет делать дальше. Тот ответил, что отправится на «рынок колесниц», короче – автосалон, и будет ждать, когда там появится свободный дом. Алексея тронуло, что дух относился к машине, как к живому существу. Ему даже стало жаль его, но помочь он никак не мог. А ведь для самого Алексея седан был ничем иным, как игрушкой, которую он легко поменял бы на новую. Если бы был жив…

– А что будете делать вы, капитан? Признаться, мне не доводилось встречаться с капитанами в Завесе, – участливо спросил Блот.

Ах вот как называлось междумирье – Завеса! Это ничего не дало Алексею, но он знал, что, называя вещи своими именами, ты можешь их контролировать.

– Я не знаю, что делать Блот. Но я хочу вернуться в свой мир. Ещё совсем недавно я не знал о существовании Завесы. Может, у тебя есть идеи? – Попытка не пытка, Блот явно знал о Завесе больше, чем Алексей.

– Я не специалист в людях, но смело могу сказать – сейчас вы не представляете собой единое целое. Если и есть способ вам вернуться, так это отыскать свой кузов. Возможно, процесс обратим, и вы ещё можете воссоединиться, – задумчиво глядя в пол, промямлил Блот.

Алексей кивнул. Но даже после столь откровенного разговора ему не хотелось говорить ему о своих планах.

– Я так и подумал.

Блот внимательным прищуром посмотрел вдаль и вдруг засуетился.

– Совсем скоро моя остановка! Подсади-ка меня, – сказал он и дёрнул Алексея за нижний край рубашки, торчавшей из брюк.

Блот заметил или учуял вожделенный рынок ещё за километр. Он же едва разглядел его уже на подъезде. Оказалось, это был дилер знаменитого производителя сельскохозяйственных машин.

– Ты хочешь поменять седан на этот трактор? – недоумевал Алексей.

– Пойдёт. Я не привередлив, знаете ли. К тому же хочу сменить обстановку. Наслушался я бензиновых поршней. Хочу теперь восхититься звоном дизельного агрегата! Тонкой настройкой форсунок вкупе со свечами накала. Это особое, знаете ли, удовольствие, – мечтательно говорил он.

– А как тебе новые двигатели, электромобили? Не хотел бы пожить в какой-нибудь «Тесле»? Я, кстати, дружу с одним держателем этой колесницы, – пусть он и не знал, как будет пристраивать Блота на службу в машину мужа ненавистной Лизки, но искренне желал новому другу самого лучшего.

– Ну уж нет! – обиженно перебил его Блот. – Как вы можете так говорить! В этих машинах мёртвые детали. Они не могут стать домом для таких существ, как я! Мы можем жить только в тёплых двигателях и слушать оркестр тонко настроенного механизма.

Алексей решил не настаивать. Откуда этому пришельцу из грубого мира знать, как организована жизнь в прекрасной Завесе.

– Я сомневаюсь, что мы с вами ещё когда-нибудь встретимся, но хочу пожелать вам искренних успехов в вашем деле. Найдите свой кузов также, как и я – новую колесницу. И ещё. Капитан, я считаю себя немного обязанным вам. Да-да, не нужно спорить. – Алексей уже хотел возмутиться. – Всё же формально колесница была вашей, и мы провели много времени, управляя ей вместе. Я спрошу моих братьев, может, они смогут помочь вам. И непременно сообщу, если будет что-то интересное. А теперь прощайте и не забывайте вовремя менять масло в новой машине!

После этой торжественной речи Блот снова посмотрел вдаль, а потом крикнул:

– Ей, То! Притормози-ка. Мне пора выходить.

– На следующем повороте будь готов, – ответил ему деловой бас.

Машина заметно замедлила ход, а Блот, махнув на прощание Алексею, спрыгнул на обочину. Из кабины, окно которой было приоткрыто, послышался голос водителя, борющегося с автомобилем:

– Твою мать, да переключи ты передачу! Ржавая консервная банка!

«Да уж. А ведь мы с ним похожи, – думал Алексей. – Любой душе нужна физическая оболочка. Тело бренно, но только оно и может жить».

Эвакуатор наконец-то проехал мимо знака, означающего начало города, и по обочине с обеих сторон потянулись низкорослые дома частной застройки. Среди бедноватых и невзрачных зданий мелькали целые замки с крутобокими башнями, лепниной и красивым орнаментом, из красного кирпича или отделанные дорогим сайдингом. Кто проживал в таких домах, Алексею было неведомо, но он всегда представлял, что это были какие-то тёмные личности, типа торговцев наркотиками или местных криминальных авторитетов. Сам мужчина никогда не стремился жить в частном доме. Он был городским жителем до мозга костей и предпочёл бы апартаменты самым роскошным коттеджам, на которые у него хватило бы денег.

За частными домами теснились серые безликие коробки жилья экономкласса. Новый микрорайон появился всего десять лет назад, а сейчас разросся до города в городе, со своими магазинами, аптеками и вездесущими «наливайками». Алексею это место всегда виделось депрессивным гетто. Хотя сам он рос в абсолютно таком же. Просто выбрался и забыл об этом, как о страшном сне.

Алексей начал узнавать места родного города и понял, что эвакуатор приближается к моргу, в который привезли его тело.

– То, – вспомнил он имя духа эвакуатора. – Ты можешь остановить машину? Мне пора выходить.

Но гордый дух то ли не слышал его, то ли не хотел отвечать. Машина и так ехала довольно медленно. Всего-то километров сорок в час. Но этого хватило бы, чтобы переломать ноги. Если бы у него, конечно, было тело. Алексей подошёл к краю платформы. Прыгать было страшно – всё-таки с момента его смерти прошло не так много времени, он ещё помнил, что такое физическая боль. Алексей посмотрел вперёд, на тротуар. Светофор ещё далеко, если он не прыгнет сейчас, пропустит поворот на морг. Он прикрыл глаза, несколько раз вдохнул, чтобы восстановить дыхание и прыгнул на асфальт.

И ничего. Ни боли в мышцах от напряжения, ни ощущения падения, ни удара по ступням при приземлении. Лишь пустое перемещение сознания из точки А в точку Б. Непривычно.

С этими мыслями Алексей побрёл по тротуару, старательно обходя бредущих мимо пешеходов. Они всё норовили пройти сквозь него, но мужчина не сдавался, в самый последний момент, иногда просто отпрыгивая на обочину. Нельзя привыкать к бестелесной жизни. Ему нужно ожить во что бы то ни стало.

Здание городского морга, огороженное железным забором, теснилось меж всё тех же безликих хрущёвок. И зачем забор – будто все так хотели туда попасть. Чуть поодаль стоял одноэтажный серый крематорий. Местные рассказывали, что в пандемию его трубы чадили каждую ночь и только днём прекращали свою скорбную работу. В последнее время со всех экранов телевизоров трубили об очередной вспышке болезни, в стране мог начаться новый локдаун.

Алексей допускал, что это были только байки местных. Но всё-таки архитектурный ансамбль из морга и крематория менее мрачным от этого не стал. На территории выгружались сразу несколько автомобилей. Из открытых кузовов люди в защитных костюмах доставали мешки с трупами. Затем человеческие останки завозили в ворота морга, выкрашенные в ядрёный зелёный цвет, видимо, чтобы было чуть повеселее.

Старые знакомые Алексея – санитары, забравшие его тело с места аварии, тоже стояли здесь. Машина реанимации в очереди стояла последней. С какой скоростью двигается очередь, Алексей понять не успел. Он подошёл ещё ближе и через пару минут услышал разговор.

– Твою мать, Вован! Когда тело заберут? – спросил у него водитель у санитара, который вышел немного размяться.

– У них там большой наплыв ковидников, сам же видишь, всех надо оформить, а людей как обычно – нет. Не справляются, – с пониманием ответил тот.

Дверь машины скорой помощи с противным скрипом распахнулась – из машины выпрыгнул второй санитар.

– Ладно. Пойду сам поговорю. А то с тобою, Вовка, можно тут до понедельника стоять.

Водитель хмыкнул, а недовольный парень побрёл вслед за старшим товарищем. Подобный вариант устраивал сознание, некогда бывшее единым целым с Котом Алексеем Александровичем. Интересно, насколько удивятся санитары, когда увидят, что их покойник ожил?

Алексей подошёл к задним дверям реанимации. Его тело было внутри наверняка, но он ничего не чувствовал. Было даже немного обидно. Сознание не тянулось к нему магнитом, словно и не было всех этих прекрасных лет, прожитых вместе. Он застыл у дверей, не решаясь войти. Как ему быть, просто открыть её? Но он ведь бесплотен. Алексей попробовал сомкнуть ладонь, но она ожидаемо прошла сквозь. Интересно, конечно, а внутрь-то как теперь попасть? Он вспомнил несколько фильмов о привидениях, которые смотрел при жизни, затем отошёл от дверей, разбежался и прыгнул, как это делали его «коллеги» из кино. Ничего неожиданного – он успешно оказался внутри.

«Интересно, почему я могу проходить сквозь стены, но хожу по полу?» – подумал Алексей, но решил, что подумает об этом немного позже.

А вот и тело. Лежит в мешке на носилках. Вокруг свисали трубки, блестели подвешенные шланги, уходящие к неведомым аппаратам, но Алексей не обращал на них внимания.

– Привет, Алексей! – сказал он, как старому другу. – Как дела? Вот и у меня хреново без тебя. Давай вместе выбираться из этого дебильного междумирья.

В ответ – холодное молчание. Алексей подошёл поближе, навис над телом, но ничего не произошло. И что обычно делают в таких случаях? Может, нужно устранить все препятствия между телом и душой? Даже мешок?..

Алексей закрыл глаза. Или его сознание по его желанию прекратило обрабатывать сигналы от органов зрения, не важно. Он сконцентрировался на последней увиденной картине – мешок с его телом. Мужчина попробовал представить то, каким он был в день смерти. Те же брюки, рубашка и туфли. До боли знакомое лицо, с первыми морщинками – признаками приближающейся старости. Все особенности его конституции, родинка на правой щеке и прочее. И это сработало! Мешок в его сознании истаял, явив оголённое тело. Алексей попробовал пошевелить пальцами, и если бы у него было его тело, то в свою очередь зашевелились бы волосы. Правая рука ответила действием на его призыв.

Удивительно, но он был прав! Всё что ему сейчас мешает – грубый мешок. Это ясно как день. Нужно чтобы кто-то его оттуда достал.

Выпрыгнув из машины реанимации, Алексей осмотрелся. Вот и он. К машине быстро шагал пожилой санитар, его коллега еле поспевал за его размашистой походкой.

– Всё, везём, – быстро отчеканил он водителю.

– Ну, Дим Юрич, ты прям волшебник какой-то, – весело бросил тот в ответ.

Пожилой санитар подошёл к автомобилю сзади, открыл задние двери. Вован запрыгнул с помощью подставки в кузов, подтащил носилки к краю и перевёл их на нижний уровень, едва не сровнявшись с полом. Потом оба санитара подхватили их, опустили на асфальт, и Вован вновь поднял их так, чтобы было удобно катить. Алексей с внутренним удовлетворением отметил, что санитары выгружали тело аккуратно, с гробовым молчанием. А потом отправился за санитарами, которые несли тело прямо к тем ядовито-зелёным воротам.

– Документы при нём? – спросил сотрудник морга.

– Да, в кармане, – подтвердил пожилой санитар.

– Тогда ладно. Должен будешь, Дима, – ответил тот и похлопал санитара по плечу.

– Ничего я никому не должен. Работать надо быстрее. Нам ещё людей спасать, а вы мертвяка забрать не можете, – Диму охватил праведный гнев.

– Да шучу я, шучу, – с обидой ответил ему работник морга, и едва Дмитрий сделал пару шагов в сторону машины, спросил у молодого санитара: – Тяжело тебе, наверное, с ним работать?

– Я уже привык. Но он нормальный мужик. Своё дело знает, – заступился за коллегу Вова.

Из морга вышли санитары в медицинских масках, молча переложили мешок на свои носилки и закатили некогда живое тело в царство смерти и скорби. Алексей в последний раз взглянул на спины реаниматологов. Его посетило странное чувство, будто он прощался с кем-то близким и, развернувшись, поспешил за своей настоящей второй половиной.

Освещение соответствовало. Тусклое, как в фильмах ужасов. Вдоль мрачного коридора стояли такие же носилки с уложенными телами. Мешки закрыты, так что лиц не видно. Лишь бирки с безликими именами. Ожидают, когда их заберут?

Санитары являли собой странное зрелище. В костюмах химической защиты они были похожи на космонавтов из клюквы вроде «Спутника». Или какого-нибудь космического боевика: не хватало только футуристического оружия в руках.

Палата, куда доставили тело, была достаточно просторной. Сознание Алексея вспомнило запах формалина, да так, что ему и вправду начало казаться, что он им дышит. Здесь же вдоль стены был расположен трёхуровневый холодильник, который наверняка был забит трупами.

Санитары аккуратно извлекли тело из мешка. Алексей старался не смотреть на себя раньше времени: вдруг слишком долгое созерцание своего мёртвого тела может как-то повредить его планам. И лишь после того как оба сотрудника морга вышли в коридор, он обернулся.

Тело оставили посередине палаты, рядом со столиком, на котором лежали инструменты патологоанатома. Алексей специально не стал останавливать на них взгляд. Едва их применят к его телу, исчезнет хрупкий шанс на возвращение к жизни.

Его раздели. Видимо, пока он отвернулся, санитары срезали ненужную теперь одежду и убрали её в мешок. Ну что же, так даже лучше. Рождаются люди ведь тоже без одежды. А у него сегодня намечается второй день рождения.

Но не время для шуток. Пора действовать.

Зря он так думал. Видеть себя лежащим в морге, конечно, не самое приятное зрелище. Но именно сейчас его посетило неприятное воодушевление. Мужчина медленно обходил носилки, цепко глядя себе самому в лицо, пока не остановился у изголовья. Азарт, присущий древним магам, охватил его разум. Алексей будто сам превратился в неведомое существо, способное одним своим взором оживлять мертвецов.

Закрыв глаза, он снова вообразил в голове образ своего тела. Сама кровь будто заструилась по застывшим венам. Мышцы, столь долго бездействовавшие, насыщались питательными веществами. Последствия долгого лежания на спине проходили. Ещё несколько секунд и он сможет встать! Вот только что-то зудело на самой границе сознания, как назойливый комар.

Алексей отвлёкся. Звук раздавался из коридора. Какие-то еле слышные рыдания и всхлипывания. Видно, кто-то приехал за телом своего родственника. Жуткая вещь. Мужчина даже испытал что-то похожее на сочувствие. Совсем сентиментальным стал, едва попал в Завесу. Если так пойдёт и дальше, то он станет тратить деньги на благотворительность, как только вернётся. Нет, что за чушь?

Но рыдания не утихли, а стали будто бы ближе. Словно плакавшая женщина медленно шла по коридору в сторону его палаты.

«Ну и пусть себе идёт, – подумал Алексей. – Мне она не мешает».

Но она мешала. Алексей не мог сконцентрироваться.

– Ох, да перестань ты так рыдать! – не выдержал мужчина. По-видимому, прежний Алексей, человек, которому было откровенно плевать на окружающих, начал возвращаться.

Но женщина, судя по звуку, подходила все ближе. Вот уже её рыдания стали слышны прямо за дверью. Неясный скрип, будто влажным пальцем по стеклу, добавившийся к этой какофонии, раздражал сильнее всего.

«Задушил бы тварь», – подумал занятый собственным возрождением Алекс.

Что что-то пошло не так, он понял, едва морда существа стала видна на фоне двери в палату. Стоны заполнили всё помещение, будто отражаясь от стен и многократно усиливаясь. Через несколько мгновений дух будто вплыл в зал. Словно обнюхивая, он подплыл к холодильнику с трупами, содрогаясь своей бесплотной формой. Дух повернулся к Алексею лицом. Это лицо он уже где-то видел. Тело словно накрыто чёрной тканью, из которой торчат две руки. Чёрные же не то провалы, не то глаза – отсюда и не разобрать – блуждали по лицу. Отдалённо лицо духа было похоже на японскую маску. По крайней мере, нечто подобное он видел в каком-то аниме, на которое повёл Иру ещё в начале их отношений.

Мужчина старался не двигаться, когда существо пробиралось к нему вдоль холодильника. Оно не обращало на него внимания, даже когда, обернувшись, скользнуло своей мордой по телу. Принюхавшись, или что оно там делало, медленно подняло морду. Глаза на мгновение округлились, словно оно удивилось, заметив его, а тот весь скривился от омерзения. Нечто похожее на влагу сочилось из глаз существа, будто оно и вправду рыдало. Лицо, похожее на раскатанный блин, исказила гримаса боли и горечи.

– Ты оплакиваешь все эти смерти, – догадался Алексей. – Да, это моё тело, знаешь ли. Но я не собираюсь здесь оставаться, – с гордостью заявил он.

То ли слова Алексея ей не понравились, то ли она наконец-то осознала, кто стоит перед ней. Существо принюхалось к Алексею. Через мгновение лицо исказилось гримасой ярости и существо окатило Алексея истошным криком.

Небольшая экскурсия по Завесе научила Алексея убегать от опасности сразу. Он молниеносно метнулся к выходу, оттолкнув существо, которое успело до него добраться. Попутно он успел отметить, что раз он смог оттолкнуть существо, значит, у него есть что-то вроде плоти. Везёт же.

И всё-таки он бросился к выходу, а не в первую попавшуюся стену, хотя мог. Пройдя двери насквозь, он вылетел в коридор, освещённый холодным светом больничных ламп, попеременно мигающих. А теперь – на выход!

Позади уже раздалось рычание духа. Взяв след, оно не упустит свою жертву. А что оно сделает, достигнув его, Алексею не хотелось знать. Хватало и того, что оно пугало его до смерти. Ну практически…

Коридор казался бесконечным. Мимо проходили люди, но Алексей даже не уворачивался: уж лучше почувствовать удар о тело живого человека и проснуться, чем убегать от новой жуткой твари. Один санитар будто бы упал на пол, после его такого прохода насквозь, но времени разобраться, что случилось на самом деле, у него не было.

В конце коридора он наконец увидел уличный свет. «Вдруг тварь боится солнца?» – предположил он. И тут маленькое тельце вдруг заслонило собой выход.

– Оно не пустит тебя обратно. Запах твоей анимы оно чувствует, как голодный волк, – сказала девочка, по голосу которой он узнал Эльзу.

– Почему оно не пустит? – спросил Алексей раздражённо. Спрашивать про это странное слово «анима» ему не хотелось. Ну их с этими непонятными терминами.

Шум погони прекратился. Ему не надо было даже оборачиваться назад, чтобы понять – страшное существо больше не гонится за ним.

– Это противоестественно. Могильщик не даёт свежей аниме найти своё тело. К тому же зачем тебе к нему? Что ты хочешь? – буркнула она в ответ на его вопли.

Стоило бы Алексею слукавить девочке, которая хотела превратить его в свою куклу. Но он не успел сообразить.

– Я хочу жить! – завопил он.

– Что ж. Это ожидаемо. Как я успела понять, люди любят жить и вечно ищут способы прожить как можно дольше. Пытаетесь нарушить естественный ход вещей. Но почему-то никто из вас не хочет жить сразу так, чтобы не угодить в такую дурацкую ситуацию. Итак, кукла. Скажи мне, ты будешь и дальше продолжать свои попытки вернуться в мир живых? – голос её был холодным, строгим, но без тени обиды.

– Ты не понимаешь, Эльза! Я видел, как моя ладонь сомкнулась! Я почувствовал её, будто вновь обладал телом! – тон его был близок к умоляющему.

– И ты сделал вывод, что ещё можешь ожить. Нужно только оказаться рядом со своим телом. Но тварь не пустит тебя внутрь. – Эльза подперла подбородок правой рукой. – Как же нам поступить? – Алексей не понимал, она это искренне или смеётся над ним.

– Я не знаю, что ты за существо, но вижу, что эта тварь тебя боится. Пожалуйста, дай ей команду не мешать мне. Хотя бы минут пятнадцать.

Эльза снова карикатурно подпёрла рукой подбородок. Алексей вдруг понял, как глупо он выглядит со стороны. Смотрит на девочку ниже его ростом глазами кота из Шрека. Сюр. Он всегда представлял себя вершителем судеб, а тут такое.

– Хорошо. У тебя будут твои пятнадцать минут. Но ни минутой больше, – нехотя согласилась она.

Алексей почувствовал прилив сил. Вот оно! Сейчас он очнётся и сможет вернуться домой! Ну и что, что в морге! Главное сбежать из Завесы.

Девочка щёлкнула пальцами, и существо за его спиной медленно отступило, недовольно рыча на Алекса. Страх, который ему внушала Эльза, был почти осязаем и не давал твари приблизиться. Обойдя его на максимально возможном расстоянии, Алексей проник в палату.

Вот оно – его родимое тело. Во всём своём естестве. Алексей любил его. Даже пивной животик, очертания которого начинали формироваться. Нужно будет подкачаться, когда вернусь к жизни. Или даже заняться бегом.

У него всего пятнадцать минут – нужно было торопиться. Алексей медленно начал укладываться внутрь тела. План был такой. Нужно соединить все части – телесную и духовную, и тогда сознание вольётся внутрь, как в сосуд. Лучшего варианта у него не было. Когда он проделал этот нехитрый набор действий, он закрыл глаза и стал ждать воссоединения.

Ничего не произошло. Но Алексей был слишком одержим целью, чтобы унывать раньше времени. Нужно попробовать пошевелиться. Он начал аккуратно сжимать пальцы. И даже специально не открывал глаза, чтобы не спугнуть наметившиеся чувства. Ощущение, что он вновь может управлять живыми мышцами, пьянит сильнее двадцатипятилетнего виски. Если так пойдёт дальше, то он сможет им насладиться. Получается!

Какой-то шум отрывает от приятных ощущений. Открыв глаза, Алексей немного теряется. Ослепительно яркий свет пролился на него с потолка. Он подумал, что оказался в раю. С ужасом озираясь по сторонам, мужчина заметил чью-то фигуру рядом. Несколько мгновений – и источник света заслонило собой небритое и сильно помятое лицо с космического цвета мешками под глазами.

– С пробуждением! – противный голосок Эльзы вернул Алекса с небес на землю.

У него не получилось. Обладатель физиономии – врач, который пришёл проводить вскрытие и уже подготовил освещение. Алексей не заметил, как он вошёл в палату. На столике, покуривая слабым дымком, стояла кружка, скорее всего, с кофе и тарелка с двумя бутербродами с колбасой. Какое милое зрелище! Патологоанатом кушает прямо на рабочем месте. И ведь это врач. Как человек, пришедший убить его тело, может зваться врачом?

– Это ты мне не даёшь вернуться? – завыл Алексей.

– Нет, кукла. Конечно же, нет. Ты умер, и с этим пора смириться, – спокойным голосом сказала Эльза.

– Этого не может быть. Тот придурок по радио говорил, что смерть клеток мозга можно обратить вспять. Они живут ещё примерно сутки. За это время можно вернуть тело к жизни. Я могу вернуться, и моя рука тому подтверждение.

– Эх, кукла. Как же тебе объяснить? – взор девочки потупился, будто она задумалась, как объяснить что-то очень простое безнадёжному идиоту. – Ты стоишь рядом со своим телом. Его привезли в морг. Врачи на месте аварии диагностировали смерть. Что ещё должно произойти, чтобы ты с этим смирился?

Мужчина хотел заорать: ничего! – но патологоанатом уже взял со столика скальпель. Единственная причина, почему он медлил – это заметная дрожь рук, которую тот с кривой миной рассматривал. Отлично, он ещё и с похмелья.

– Останови его, прошу, – взмолился Алексей, понимая, что сейчас его хрупкий шанс на возвращение может лопнуть, как кожа на месте разреза. Как могут вновь начать работать внутренние органы, если их изымут из тела?