- -
- 100%
- +
– Да, я школьник. Я попал сюда случайно, через вращающуюся стену в школьной подсобке, – ответил мальчик.
– А что ты делал в подсобке? Следил за мной? – осведомился Васька, чуть приподняв брови.
Кирилл на мгновение замялся. Признаваться в том, что он убегал от хулиганов и трусливо прятался, было стыдно. Казалось, даже кот отнесется к подобному с презрением. Но врать – это тоже трусость, а он не хотел быть ни трусом, ни лжецом. Поэтому, собравшись с духом, мальчик рассказал всю историю честно и без утайки. Сначала в общих чертах, но когда Васька уточнял детали, ему пришлось выложить все начистоту: о побеге от Артура и его дружков, о своей безответной любви к Маше, о горьком разочаровании.
Кирилл с удивлением для себя обнаружил, что, излив душу, пусть даже такому странному собеседнику, как кот Василий, ему сильно полегчало.
Закончив свой рассказ, Кирилл был готов услышать в ответ что угодно – насмешки, угрозы или язвительные комментарии. Но к его удивлению, выражение лица кота заметно смягчилась. Васька помолчал какое-то время, словно обдумывая сказанное, а затем произнёс успокаивающим тоном:
– Послушай, малыш, храбрость очень часто путают с безрассудством. Нет ничего постыдного в том, чтобы избегать сражения, которое ты заведомо не можешь выиграть. Наоборот, это признак мудрости. Настоящая трусость – брать с собой целую свору друзей ради битвы, в которой и так ясно, кто победит. А насчёт неразделённой любви… Понимаю, это нелегко, но, с другой стороны, теперь ты точно знаешь, какую девушку тебе не нужно добиваться. Значит, в следующий раз у тебя будет меньше шансов ошибиться.
Кирилл, сначала растерявшись от подобной «кошачьей мудрости», не сразу нашёлся, что сказать. Но, собравшись с духом, выдавил короткое:
– Спасибо.
В душе он был искренне благодарен Василию за эту неожиданную, но такую важную для него поддержку.
– А теперь, к сожалению, нам придётся продолжить менее приятную часть нашей беседы, – заявил кот, и в его голосе послышались жёсткие, серьёзные нотки. Выражение лица стало куда более сосредоточенным. – Всё, что сегодня с тобой произошло, должно остаться в полном секрете. Я не люблю прибегать к жёстким мерам, но если ты будешь болтать лишнего, мне придётся. А я обязательно узнаю, если ты хоть кому-то заикнёшься о произошедшем. В вашей школе от меня ничего не скроется – даже у стен там есть уши. Я хочу, чтобы ты пообещал мне держать язык за зубами, и тогда мы отправим тебя обратно домой.
– Клянусь, никому ничего не расскажу о том, что видел сегодня, – ответил Кирилл. – Да даже если бы я и попробовал кому-то рассказать – всё равно никто не поверит, сочтут сумасшедшим.
Кот удовлетворённо кивнул, принимая его слова за чистую монету.
– В таком случае я тебя сейчас выпущу, – сказал он. – Только без глупостей, и давай подготовимся к твоей отправке обратно в карман.
– Мы можем немного подождать, – робко предложил Кирилл, смущаясь собственной просьбы. – Ну, может час или около того? Чтобы Артур и его дружки уже успели уйти из школы. Я обещаю, что не доставлю вам никаких проблем, буду сидеть тихо, как мышь.
Кот окинул мальчика оценивающим взглядом, затем ответил:
– Хорошо. Повременим с отправкой. К тому же, тебе не помешает отдохнуть и набраться сил. Два перехода подряд – испытание не из лёгких.
Василий аккуратно спрыгнул со стола и подошёл к ящикам, выдвинул верхний и убрал в него голубой светящийся предмет, который всё это время сжимал в лапе. Кирилл не мог толком разглядеть, что это такое, и решил не испытывать судьбу лишними вопросами. В то же мгновение он ощутил, как давление стола, прижимавшего его к стене, полностью исчезло. Теперь мальчик мог свободно двигаться. Он осторожно подтолкнул стол от себя, боясь вызвать раздражение кота, но Васька, напротив, отреагировал спокойно:
– Вылезай, не бойся.
Кирилл чуть отодвинул стол, чтобы освободиться, и встал на ноги.
– Первое наше знакомство вышло, прямо скажем, не очень, – прокомментировал кот, чуть опустив усы – давай попробуем ещё раз. Меня зовут Виль – при этих словах кот учтиво протянул лапу.
– Кирилл – тут же откликнулся мальчик и без колебаний ответил на необычное рукопожатие.
– Что же, Кирилл, надеюсь, ты поможешь мне привести тут всё в порядок. Давай начнём со стола, – предложил кот, многозначительно взглянув на мальчика.
Уборка не заняла много времени, но пока они складывали вещи на свои места, Кирилл успел рассмотреть множество странных предметов. Он уже немного привык к необычному обществу кота по имени Виль и постепенно набрался храбрости, чтобы удовлетворить своё любопытство.
– А что это за место? – поинтересовался Кирилл, перестав аккуратно расставлять баночки с порошками.
– Ты про этот ломбард? – уточнил кот. – Это наше небольшое предприятие, которое мы с моим партнёром Аяксом организовали для заработка. Мы даём деньги под залог редких и интересных вещей, иногда сами выкупаем их, а потом продаём дороже. Так понемногу и живём, как умеем.
– Только совсем не похоже, что это находится где-то в школе… – неуверенно проговорил Кирилл, бросив взгляд на высокие потолки и арочные окна.
– Ты прав, – кивнул Виль, – пройдя через тот потайной проход, ты переместился очень и очень далеко от своей школы.
– Вы сказали, что меня надо будет вернуть обратно в карман. Что вы имели в виду? – осторожно поинтересовался Кирилл.
Кот загадочно улыбнулся, помолчал несколько секунд, словно подбирая подходящие слова, а затем начал объяснять:
– То место в школьной подсобке, откуда ты пришёл, для тебя – целый мир, а для нас – всего лишь небольшой закуток, своеобразный тайник, который мы используем в качестве склада для нашего магазина. Мы называем его «Карманом шарлатана». Да, звучит странно, но такова давняя традиция, и придумали это не мы. К сожалению, я не могу раскрыть тебе всех деталей, – кот развёл лапами, – считай это моим профессиональным секретом. Могу сказать только одно: сейчас мы очень далеко от твоей школы, и даже не в твоём городе. Ты гость в вольном городе Верьяле, который управляется мудрым консулатом. Добро пожаловать, Кирилл.
Кирилл всегда гордился своими познаниями в географии. Он мог без запинки назвать столицы большинства государств, и это всегда придавало ему уверенности в собственном кругозоре. Однако его обширные знания сейчас нисколько не помогали – о городе Верьяле он слышал впервые. Более того, само понятие «вольный город» звучало для него непривычно и странно. Во всяком случае, Кирилл был уверен, что никогда прежде не имел дела с «вольными городами» и уж точно не бывал в них. Однако, своими размышлениями с котом он не спешил делиться, не хотелось показаться излишне любопытным, ведь кот однажды уже принял его за шпиона.
Кот уже вновь устроился за поставленным на прежнее место столом и продолжил старательно записывать что-то в массивную книгу гусиным пером. Виль указал мальчику на небольшой диванчик, стоявший в неприметном углу помещения, практически скрытый от посторонних глаз. Предложение поспать, чтобы восстановить силы, поначалу смутило Кирилла, но, прикинув, что ему ещё, возможно, долго не удастся нормально отдохнуть, он решил воспользоваться предложением.
Устроившись на диване, Кирилл прикрыл глаза, однако сон не спешил приходить. Слишком много событий надо было осмыслить, слишком много вопросов требовало ответов, слишком много всего надо было обдумать. Несмотря на то, что тело начинало расслабляться, ум продолжал метаться, рассматривая случившееся с разных сторон.
Как можно было преодолеть множество километров, просто пройдя сквозь небольшую щель в стене школьной подсобки? Если вдуматься, пока его крутило в «центрифуге», тело Кирилла действительно преодолело немалое расстояние – но ведь он двигался по кругу, а, следовательно, рано или поздно должен был вернуться в ту же точку, то есть перемещение его было бы равно нулю. Или всё-таки нет?
Как узнать, где находится этот самый Верьял? Узнав координаты, можно было бы примерно оценить расстояние, которое он таким странным образом преодолел. И тут мальчика осенило: у него же есть телефон! Он всё это время лежал в кармане, дожидаясь своего звёздного часа. Кирилл мигом открыл глаза, вытащил устройство и быстро запустил навигатор.
Приложение грузилось мучительно долго, а ему не терпелось поскорее получить ответы на свои вопросы. Наконец на экране появилась знакомая карта мира, точь-в-точь как в школьном атласе, но вместо точки местонахождения перед ним замигала надпись: «Не удалось поймать сигнал спутников». Сотовая связь тоже была на нуле. Ни сетей Wi-Fi, ни даже намёка на другие доступные сети – ничего. Кирилл вздохнул: «Ну и занесло же меня в глушь…» Неудивительно, что здесь ведут учёт в огромной книге гусиным пером вместо привычного компьютера.
Интересно получается: связи у них тут нет, о компьютерах, видимо, никто и не слышал, а при этом они умеют перемещаться на многие километры за секунды или двигать тяжёлые предметы одним «фонариком», который умещается буквально в ладони. И, конечно, здесь есть говорящий кот – не просто болтающий о погоде, а обладающий умом, перед которому, похоже, уступают многие Кирилловы одноклассники.
Впрочем, говорящий кот был ещё хоть как-то объясним. Мальчик вспомнил истории о том, как некоторых обезьян научили общаться с людьми с помощью жестов или компьютерной клавиатуры, и они вполне осмысленно выражали свои мысли. Значит, в принципе, можно допустить и разумного кота. А вот всему остальному – странным технологиям, загадочным перемещениям, отсутствию сигнала – пока не находилось никакого объяснения.
Об этом всём размышляя, Кирилл уже было начал убирать телефон обратно в карман, но на мгновение замер. В голову пришла идея сделать несколько фотографий. Здесь всё настолько необычно! Когда ещё ему выпадет шанс запечатлеть нечто подобное? Фотографии могли бы стать доказательством для него самого, что он не сходит с ума и всё происходящее – не плод воображения.
Однако, обдумав это, Кирилл вспомнил о договорённости с Вилем. Он пообещал никому не рассказывать о том, что видел. Делать снимки – значит нарушить этот невидимый контракт. В конце концов, если кот и его мир не предназначены для чужих глаз, то лишнее подтверждение может повлечь серьёзные последствия. Взвесив всё, Кирилл решил не рисковать. Он окончательно убрал телефон в карман, оставив впечатления лишь в собственной памяти.
И тут, неожиданно, неподалёку раздался странный гудящий звук, напоминающий одновременно гудок паровоза и залихватский свист. Кирилл вздрогнул от неожиданности. Он нервно оглядывался по сторонам, тщетно пытаясь понять, откуда исходит этот необычный шум. Но, к счастью, разбираться самому ему не пришлось. Вскоре мальчик услышал приближающиеся шаги Виля. Похоже, кот точно знал, где расположен источник шума.
Виль запрыгнул на небольшой столик, стоящий неподалёку от дивана, на котором сидел Кирилл. Над столиком, на стене, висело большое овальное зеркало в кованой оправе. К удивлению мальчика, кот начал активно размахивать одной лапой перед зеркалом, словно пытаясь отогнать неприятный запах. В какой-то момент Кириллу даже показалось, что одна из лап Виля погрузилась внутрь зеркала, будто у него не было твёрдой поверхности.
Любопытство взяло верх над осторожностью. Кирилл встал и подошёл поближе, чтобы лучше разглядеть происходящее. Теперь стало ясно: то, что он принимал за зеркало, зеркалом не было вовсе. В нём не отражалось ни мальчика, ни кота, ни комнаты. Вместо привычного этого Кирилл увидел клубящийся плотный серый дым. Казалось, что источник этого дыма – необычный серый камень, вмонтированный в оправу «зеркала». Изнутри камня шёл дым, и именно его Виль пытался разогнать своей лапой.
– Что-то горит? Может, принести воды? – испуганно предложил Кирилл.
Кот удивлённо посмотрел на мальчика и покачал головой. Спустя пару мгновений стало понятно, что Виль старался не зря: сквозь густую дымку в «зеркале» постепенно начал вырисовываться некий силуэт. Он был размытым и неровным, всё ещё окутанным дымом, но уже можно было разглядеть очертания мужчины с крючковатым носом и волосами, собранными в хвост.
«Это место не перестаёт удивлять», – подумал Кирилл. И действительно, на этом чудеса не закончились. Когда дымка немного рассеялась, силуэт открыл рот, и из него доносились звуки, словно кто-то пытался докричаться откуда-то из глубины колодца.
– Ты меня слышишь, Виль? – донеслось из странного «зеркала».
– Слышу, но старайся говорить громче! – ответил кот, продолжая размахивать лапой, словно пытаясь настроить этот необычный «канал связи».
– Здравствуй, Виль, я застрял в кх-гх-кх дольше, чем планировал, похоже тебе придется сегодня зайти к гх-кх-гх и забрать гх-гх-кх, и еще… – раздавался голос из «зеркала», но помехи были настолько сильными, что Кирилл едва улавливал половину слов. Порой какие-то звуки превращались в скрежет, от которого мальчику хотелось зажать уши. В другие моменты фразы звучали так глухо, словно совсем утопали в колодце, и разобрать их тоже было невозможно.
Однако, Виль, казалось, ничуть не смущался из-за качества связи. Он уверенно кивал, будто чётко понимал каждое слово таинственного собеседника, и лишь иногда повышал голос, чтобы переспросить то или иное указание. Из разговора было ясно, что Виль получает некий набор поручений, которые ему предстоит выполнить.
Наконец, когда все важные вопросы были обсуждены, собеседники попрощались как могли. После этого кот ухватился за дымный кристалл, вмонтированный в оправу, и ловко перевернул его так, чтобы «выход дыма» оказался внизу. Кристалл выпустил ещё пару колец серого тумана, а затем окончательно перестал «работать».
Некоторое время кот задумчиво сидел перед «зеркалом», словно переваривая полученную информацию. Затем он подошёл к письменному столу, вытащил из ящика свиток и аккуратно вписал в него новые инструкции, видимо только что полученные через дымный контакт. Закончив записи, Виль повернулся к Кириллу и заговорил:
– Послушай, парень, мне надо отправиться в город. Во-первых, мне нужны некоторые ингредиенты, чтобы вернуть тебя домой. Во-вторых, у меня появились новые неотложные дела, о которых ты уже догадываешься после недавнего разговора. Я считаю, что оставлять тебя здесь одного было бы неразумно. Зная твою способность влипать в неприятности и учитывая концентрацию предметов в нашей лавке, эти самые неприятности создающих, безопаснее всего будет, если ты пойдёшь со мной.
Кирилл на секунду задумался. С одной стороны, его слегка задело, что кот обращается с ним как с несмышленышем, которого нельзя оставить без присмотра. С другой – перспектива прогуляться по улицам такого необычного города, как Верьял, была чертовски заманчивой. Не раздумывая долго, мальчик выпалил:
– Звучит здорово! Я обещаю не создавать лишних проблем!
– Именно это мне и нужно, – тут же ответил кот, приподняв брови. – Веди себя осторожно и помни: ни с кем, кроме меня, не разговаривай. Это место может быть опасно для таких, как ты. И держись поближе ко мне.
С этими словами Виль предостерегающе посмотрел на мальчика, давая понять, что отклонения от предложенного плана могут плохо кончиться.
– Нам надо поработать над твоим внешним видом. Если ты появишься на улицах города в такой одежде, это сразу вызовет подозрения, – заявил кот с видом знатока.
Он махнул лапой Кириллу, приглашая его следовать за собой, и направился к шкафам, которые мальчик уже успел заметить по прибытии в лавку.
– Пойдём, я подберу для тебя что-нибудь из гардероба моего компаньона Аякса, – предложил Виль, чуть склонив голову набок. – Думаю, учитывая обстоятельства, он не стал бы возражать.
Глава 3. Верьял
Двигаться приходилось быстро, что поначалу огорчило Кирилла. Если бы у него было больше времени, он бы с огромным удовольствием остановился и рассматривал каждый дом, каждую витрину, каждую деталь – ведь всё здесь было настолько не похоже ни на его родной город, ни на те образы, что он видел в книгах и фильмах. Еще в лавке Виль выдал ему «неприметный» по здешним меркам наряд, и Кирилл сперва опешил, увидев, во что ему предстоит облачиться. На смену джинсам пришли просторные шелковые шаровары, кроссовки предлагалось заменить на лакированные высокие сапоги, а поверх футболки накинуть необычную льняную куртку, украшенную красивым, причудливым узором, вышитым синей нитью. Если бы он вот так отправился из школы домой, на него бы уставились абсолютно все прохожие. Но на улицах Верьяла его новый наряд выглядел вполне обыденно.
Город словно вобрал в себя наследие множества разных культур, аккуратно соединив их черты в гармоничную, но от этого не менее причудливую картину. Шагая по улицам, мощёным необычными деревянными плитками, он замечал, что в некоторых кварталах под ногами попадался и классический булыжник, а кое-где встречались узкие дорожки, выложенные крупными гладкими каменными блоками, которые были словно отполированы самим временем. Каждый перекрёсток удивлял своим характером: где-то дорога изгибалась, открывая вид на небольшой сквер с низкорослыми деревцами и кустарниками, подстриженными в замысловатые формы, а где-то мощёная улочка вела к широкой площади, залитой солнечным светом.
Архитектура Верьяла была настоящей симфонией стилей. Белый камень, казавшийся особенно ярким под ласковым солнечным светом, соседствовал с добротной тёмной древесиной. То тут, то там встречались дома, словно сотканные из двух материалов сразу: нижняя часть – из гладко отёсанного камня, верхние этажи – из дерева, украшенного резными орнаментами. Эти орнаменты поражали разнообразием и искусностью. Заманчивые растительные мотивы соседствовали со стилизованными изображениями зверей и птиц, причудливые геометрические узоры располагались рядом с тончайшими линиями, напоминающими ажурное кружево. Некоторые дома были невысокими и широкими, с просторными верандами, украшенными цветущими горшками и развешанными тряпичными флажками. Другие, напротив, тянулись вверх, словно стремясь достать до небес – на их верхушках красовались башенки с крышами, напоминающими по форме перевёрнутую каплю или даже луковицу, окрашенные в разные оттенки: от медного до ярко-красного. Некоторые купола сверкали на солнце, словно были отлиты из настоящего золота.
Фасады зданий, особенно каменных, иногда дополняли тонкие колонны, арочные окна и балконы с резными деревянными перилами. На балконах иногда можно было увидеть людей, которые неспешно наблюдали за улицей или переговаривались с соседями. Ветерок ласково шевелил лёгкие занавеси, кое-где свисавшие со стен. Тут и там мелькали вывески лавок и мастерских: одни сделаны из кованого железа с висячими элементами, другие вырезаны из дерева и расписаны замысловатыми орнаментами, а некоторые представляли собой настоящие художественные панно, рассказывающие о товаре при помощи картин.
Разнообразие нарядов жителей города ничуть не уступало разнообразию архитектуры. В одном и том же переулке можно было увидеть группу людей, одетых в строгие, хоть и архаичные костюмы тёмных тонов, а буквально за углом наткнуться на пару, облачённую в просторные кафтаны с изысканной вышивкой, напоминающей мерцающую роспись по ткани. Рядом с ними могла пройти женщина в длинном атласном платье с пышной юбкой и тонкой вуалью, а чуть поодаль – мужчина в просторном плаще с глубоким капюшоном, будто сошедший со страниц старинной сказки. Иногда Кириллу даже казалось, что каждый квартал – это отдельная маленькая страна со своими модами и традициями.
Всё это буйство красок и форм освещалось ярким голубым небом. Лучи солнца мягко ложились на белые фасады домов, словно подчеркивая их рельефы и узоры. В высоте кружили стаи мелких птичек, перекликались, наполняя улицы негромким перезвоном жизни. Иногда сверху доносился едва слышный шорох крыльев, и Кирилл, задрав голову, различал странные фигурки – то ли птиц, то ли мелких зверьков, парящих над крышами.
К этому моменту они с Вилем успели посетить уже несколько лавок. Первым делом кот отправился, по его словам, за «ингредиентами» для возвращения Кирилла домой. Они пришли в небольшой магазин, специализирующийся исключительно на кристаллах. Прилавки и полки там были уставлены десятками, если не сотнями самых разных образцов. Прозрачные и мутноватые, матовые и переливающиеся всеми оттенками радуги, вытянутые и шарообразные, плоские, крупные, едва ли не с голову Кирилла, и крошечные, словно горошины. Многие имели странные вкрапления или узоры, другие светились изнутри лёгким, почти незаметным сиянием. Виль изучил ассортимент с вниманием опытного эксперта, несколько раз о чём-то тихо переговорил с хозяином лавки – серьёзным мужчиной с аккуратно подстриженной бородой – и в итоге выбрал несколько кристаллов, каждый завернули в мягкую ткань и уложили в небольшую сумку. Ему показалось, что кристаллы напоминают те, которые он видел в странной машине под полом в лавке Виля.
Продолжая путь, они всё глубже погружались в атмосферу Верьяла, и Кирилл не мог не заметить, что этот город буквально дышит торговлей. В одном квартале они наткнулись на лавку, где продавали исключительно пряности: стоило войти, и ноздри заполнял головокружительный аромат специй и трав. В другой лавке предлагали только бумагу и чернильные принадлежности: свитки, перья, чернила всех мыслимых оттенков и вязкости, переплетённые тетради и какие-то странные, напоминающие палочки, предметы для письма, покрытые таинственными символами. Чуть поодаль располагалась мастерская, где полировались разноцветные камни для украшений, а в маленьком полуподвальном магазинчике продавали тонкие свечи, каждая из которых пахла по-своему: одна – розами, другая – мятой, третья – горьковатыми смолами.
Но торговля шла не только в лавках. Похоже, любой, кто имел что предложить, мог просто поставить стол или прилавок под открытым небом и начать торговать. Кирилл видел торговцев, продающих фрукты, которых он никогда прежде не встречал: оранжевые плоды с длинными усиками, светло-зелёные шары с прозрачной кожурой, сквозь которую можно было разглядеть мякоть. На другом прилавке красовались причудливые фигурки, вырезанные из дерева и раскрашенные яркими красками. Рядом торговец предлагал нечто, похожее на скрученные нити сухих цветов, которые при сгорании издавали приятный аромат.
Однако, настоящей неожиданностью для Кирилла стал один из первых уличных торговцев, на которого они наткнулись. Это был огромный чёрный кот, стоящий за простенькой деревянной стойкой, на которой рядами были разложены свитки. Сначала мальчик не мог понять, что именно он продаёт. Но стоило им приблизиться, как кот-торговец начал громко декламировать стихи нараспев. Причём делал он это так вдохновенно, что Кирилл подумал: «Вот что значит поэзия». Кажется, кот демонстрировал качество своего «товара», выхватывая из стопки свиток и читая написанные на нём строки. Можно было предположить, что кто-то, очарованный звучанием, захочет приобрести свиток с понравившимся стихотворением.
Виль прошёл мимо этого «поэта» -котофея с едва заметной улыбкой, не останавливаясь. Кирилл же с любопытством покосился на чёрного кота, пытаясь уловить смысл рифм. Но их путь лежал дальше, и каждая новая улица, каждый поворот обещали новые открытия и новые удивительные встречи.
И вправду, улицы этого необычного города не переставали поражать воображение. Когда они проходили мимо очередного прилавка, наполненного всевозможными порошками и пылью непонятного происхождения, Кирилл увидел сценку, которую уж точно не смог бы себе представить на улицах родного города.
Продавцом на этот раз оказался стройный кот с густой полосатой шерстью, хвост которого плавно раскачивался из стороны в сторону в такт его довольному настроению. Прилавок был уставлен десятками небольших баночек и мешочков, каждый со своей цветной этикеткой и странным символом. Некоторые были перевязаны шёлковыми ленточками, другие имели отдекорированные деревянные крышки с резьбой, а у самых редких порошков на крышках были закреплены крошечные камушки или миниатюрные перья, словно это были не просто порошки, а настоящие шедевры порошкового искусства.
К прилавку подошёл любопытный покупатель – мужчина среднего роста в расшитой жилетке и широкополой шляпе. Видимо, он желал проверить качество «товара», прежде чем раскошелиться. Продавец-кот окинул покупателя оценивающим взглядом и, не говоря ни слова, ухватил одной лапой небольшой мешочек. Его содержимое он аккуратно пересыпал в мельчайшую ступку – такая миниатюрная, что Кирилл едва разглядел её ручку. Затем кот взял пестик и с плавной грацией, присущей только представителям его вида, начал растирать порошок в пыль. Стук пестика о ступку звучал тихо, но уверенно. Когда измельчённый порошок превратился в мелкодисперсную пыль, кот подцепил другую смесь – из соседнего мешочка, окрашенного в бледно-лиловый цвет. Осторожно смешав оба порошка, он поднял мордочку, проверяя, не потерял ли покупатель интерес, и, убедившись в его внимании, ловко подбросил щепотку смеси над головой любопытного господина.