Загадка бордового портфеля

Завершался учебный день зоологией. Биологический кабинет имел куда более обычный вид, нежели классная комната восьмого «А». Парты здесь были расставлены традиционными тремя рядами. Вдоль стен тянулись застекленные шкафы с муляжами различных человеческих органов. Над доской висел портрет академика Павлова.

Не успели ребята рассесться, как дверь резко распахнулась. В класс вошли Рогалева-Кривицкая и очень худая женщина лет пятидесяти, сильно смахивающая на мумию. Класс поднялся в приветствии.

– Садитесь, ребятки, – просюсюкала директриса. – Позвольте представить вам новую учительницу, которая в этом году будет вести экологию. Ее зовут Мона Семеновна Травкина.

– Здравствуйте! – неожиданно грубым низким голосом рявкнула женщина-мумия.

– И ангельский, должно быть, голосок, – едва слышно прошептала Варвара.

Иван, сидевший в соседнем ряду, не удержался и фыркнул.

– Ты что? – немедленно полюбопытствовал его сосед по парте Вова Яковлев.

– После, – отмахнулся Иван, ибо почувствовал на себе не совсем добрый взгляд «мумии».

– Надеюсь, – выспренно продолжала директриса, – что у вас с Моной Семеновной наладится хороший творческий контакт.

– Не наладится, – снова послышался шепот Варвары. – Мое шестое чувство точно подсказывает: никогда не наладится.

Директриса попрощалась с учениками и учительницей и удалилась.

Мона Семеновна по-солдатски промаршировала к учительскому столу, положила на него журнал, затем извлекла из сумки толстую книгу.

– Это, по-моему, первый том «Войны и мира», – мигом отреагировала Варвара. – Будем теперь изучать образ Пьера Безухова с точки зрения зоологии.

– Молчать! – гаркнула на нее биологичка. – Предупреждаю: я на своих уроках такого не потерплю! Сейчас будем знакомиться.

– По-моему, уже познакомились. – Варвара, словно нарочно, смешила Ивана. Тот опять прыснул.

– Да чего ты? – вновь уставился на него Вова Яковлев.

Мона Семеновна принялась вызывать учеников по списку. Ребята один за другим поднимались с мест. И каждого она точно просвечивала насквозь своими холодными стальными глазами.

– Ну и взгляд. Прямо дрожь пробирает, – поежился Вова Яковлев. – Где эту тетку для нас нашли? Не человек, а какое-то ископаемое.

– Точно. Настоящая мумия, – отозвался сидевший сзади Герасим.

– Тут ты, Муму, в корне не прав, – с задумчивым видом откликнулся Пашка Лунин.

– Это еще почему? – обернулся Иван.

Лунин не ответил. Сидя с задумчивым и даже каким-то вдохновенным видом, он загибал пальцы на левой руке.

– Ты чего? – Иван был совершенно заинтригован.

– Не мешай! – продолжал загибать пальцы Луна. Вдруг на его губах заиграла улыбка, и он с гордостью произнес: – Ну, все точно. Монстр.

– Какой еще монстр? – ошалело уставился на него Иван.

– Мона Семеновна Травкина, – отвечал Луна. – Вот и выходит: Мон-с-тр.

– Потрясающе, – восхитился Иван.

– По-моему, она больше похожа на птеродактиля, – внимательно разглядывая учительницу, возразила Варя.

– Верно, похожа, – оживилась Маргарита. – Очень древний птеродактиль, который за много веков превратился в мумию.

– Умов палаты, – неожиданно заспорил Герасим. – Птеродактили, между прочим, летают.

– Точно, летали, – поправил Иван. – Когда жили. А было это ох как давно.

– Какая разница, – отмахнулся Герасим. – Они летали. А такая мумия, – покосился он на Мону Семеновну, – нипочем не полетит. Рожденный ползать летать не может.

– Может, она когда-нибудь все же летала, – не сдавалась Варя.

– И впрямь, – поддержала ее Марго. – В молодости летала, порхала. А потом тяжелые заботы, вот и…

– Ни фига, – повысил голос Герасим.

– Каменев! Встать! – пронесся по классу низкий голос биологички.

– Ну и монстр! – невольно восхитилась Марго. – Первый раз сделала перекличку, а уже, кажется, все фамилии помнит.

Марго не ошиблась. Ибо Мона Семеновна немедленно приказала:

– Королева! Быстро встать.

– Действительно, монстр, – поднимаясь на ноги, пробормотала Марго.

– Это еще что за поведение во время урока? – Биологичка переводила проницательный взгляд с Каменева на Королеву и обратно. – Попрошу обоих к доске!

– Мона Семеновна, – попытался воззвать к справедливости Павел, – какая доска? О чем вы? Сегодня ведь только первое сентября. Так сказать, праздник знаний. И экологии у нас до сих пор никогда в жизни не было.

– Во-первых, мы можем повторить то, что вы проходили в прошлом году, – не собиралась менять гнев на милость учительница. – А во-вторых, если мне не изменяет слух, вы были заняты обсуждением некоторых древних зоологических видов.

Все пятеро ребят нервно вздрогнули. И, не сговариваясь, подумали об одном и том же. У этого вредного Монстра, оказалось, не только отменная память, но и слух.

Лицо биологички тем временем принимало все более хищное выражение. Глаза засверкали металлическим блеском. Дотоле плотно сжатые нитеобразные губы раскрылись, обнажив хищный оскал желтоватых зубов. Она явно предвкушала близкую победу над врагом.

– Мона Семеновна, а вы их вызываете просто так или для оценки знаний? – дернула нелегкая спросить Ивана.

– Естественно, для оценки. – Голос биологички не предвещал ничего хорошего.

– По-моему, это неправильно! – воскликнула Варвара.

– Панова! – Биологичка гаркнула с такой силой, что стекла в шкафах жалобно зазвенели. – Тоже к доске марш!

– Это нечестно, – сопротивлялась Варвара.

– Значит, посторонние разговоры на уроке – честно, а выйти к доске и ответить материал – нечестно?

– По-моему, вы никакого материала нам еще не преподавали, – сам ужасаясь собственной смелости, очень отчетливо произнес Иван. – Вы пока нас только воспитываете.

Лицо Моны Семеновны сделалось совсем желтым. И она хрипло воскликнула:

– Вон из класса! Все пятеро – вон! И чтобы без разрешения завуча на мои уроки больше не являлись.

– Но мы… Но вы… – начала было Варвара.

– Вон! – повторила биологичка. – И знайте на будущее: я решений своих не меняю.

Перед тем как встать, Иван глянул на Вову Яковлева. Тот вжался в стол и, кажется, даже старался не дышать.

– Поскорее, пожалуйста, – ледяным тоном поторопила «мумия».

Класс замер в ожидании. Пятеро нарушителей, подхватив рюкзаки, понуро покинули поле битвы.

– Кошма-ар, – отойдя подальше от кабинета, протянула Варвара. – Хорошо началось первое сентября! Ты был прав, Луна. Это действительно настоящий Монстр.

– Иначе и быть не могло, – кивнул Павел. – У нее это заложено в имени.

– Скорее в характере, – снова заспорил Герасим.

– Какая разница, – сказала Марго. – Главное – суть.

– Разница, между прочим, большая, – уперся Герасим.

– И откуда такое чудище свалилось на наши головы, – посетовала Марго. – В прошлом году ведь была совершенно нормальная биологичка.

– Была да сплыла, – развел руками Герасим. – А теперь никуда нам, ребята, от этого Монстра не деться.

– Ну это же надо, – никак не могла остыть Варвара, – выгнать людей с урока совершенно ни за что, да еще первого сентября! А дальше тогда что будет? Как нам учиться?

– Слушайте, а другие-то учителя нормальные? – с опаской спросил Иван.

– В общем, да, – задумчиво отозвался Герасим. – То есть у каждого в голове свои тараканы, – уточнил он. – Правда, путем некоторых компромиссов можно достигнуть консенсуса. Но эта… – Он обернулся на плотно закрытую дверь биологического кабинета.

– Монстр – это полный улет, – согласилась Варвара.

– Причем в самом плохом смысле этого слова, – подхватила Марго. – Тетенька, так сказать, по ту сторону добра и зла.

– Тоже мне, тетенька! – невесело усмехнулся Луна. – Ящер доисторический.

– Ты лучше скажи, что нам теперь с этим ящером делать? – вмешался Иван.

– Бороться, – решительно произнесла Варвара. – Объявим ей партизанскую войну по всем правилам.

– Точно, – обрадовался Луна. – Обложим ее со всех сторон и будем брать измором.

– Мысль интересная, – поддержал Герасим. – Только хотелось бы, чтобы Монстр сама нас не взяла измором.

– Будем надеяться на лучшее, – заявила Маргарита. – Но вот что бесспорно: английский клуб для нас в этом году накрылся.

– Английский клуб? – удивился Иван. – Это еще что такое?

– Если можно так выразиться, добровольная общественная организация нашей экспериментальной школы, – объяснил Луна.

– Такой, знаешь ли, Ваня, элитный клуб для примерных мальчиков и девочек, – фыркнула Варвара.

– Для таких, кто учится только на четыре и пять, – добавил Герасим. – И не препирается с преподавателем по биологии. И с остальными учителями тоже.

– Как ты, наверное, уже понимаешь, Ваня, мы не входим в это число, – ухмыльнулась Варвара.

– Ясно, – сказал Иван. – А что они в этом клубе делают?

– Сперва там проходят обряд посвящения, – начал Каменное Муму.

– Это большая тайна, – добавила Варвара.

– А принимают туда только с седьмого класса, – обогатила картину еще одним штрихом Маргарита.

– Но что там все-таки делают? – пытался докопаться до сути Иван.

– Вообще-то, говорят, там очень интересно, – продолжала Марго. – Например, они устраивают английские чаепития. Ставят спектакли. Или куда-нибудь ездят.

– Даже за границу, – подхватила Варвара. – Организуют поездки на спонсорские деньги.

– Этого самого Ярослава Гонсалеса Хосе? – поинтересовался Иван.

– Ярослава Хосе Гонсалеса, – поправила Маргарита. – На его самые.

– А хорошего, как ты, наверное, уже знаешь, Ваня, – снова заговорила Варвара, – бывает мало. На всех, естественно, не хватает. Вот его и получают только самые лучшие. Так сказать, в награду за усердие.

– Вопрос, кого считать лучшим, – с обидою изрек Герасим.

– Уж, естественно, не тебя, – откликнулась Варвара.

– А судьи кто? – В голосе Герасима послышался драматический пафос.

– Насчет судей, Муму, порассуждаешь потом, – сказала Маргарита. – Времени у тебя много будет. Все равно в ближайшем учебном году тебе английский клуб не светит. А сейчас нам надо отсюда уматывать. Иначе нас кто-нибудь тут застукает и разразится настоящий скандал.

– А что, к завучу мы не пойдем? – осведомился Иван.

– На фига нам завуч, – удивился Луна. – Ведь последний урок. Просто слиняем сейчас из школы. А потом, глядишь, вообще все забудется. А не забудется, скажем, что, мол, искали Тараса Бульбу и не нашли.

– Тараска от нас никуда не денется, – заверила Варвара. – Мы к нему и завтра успеем.

– И даже послезавтра, – Луна был с ней солидарен. – На фига раньше времени искать приключения на свою голову.

– А может, наоборот, лучше сразу уладить конфликт? – предложил Иван. – Иногда по горячим следам это легче.

– Ваня колеблется, – фыркнула Варвара.

– А вдруг по горячим и впрямь будет лучше? – в свою очередь засомневался Герасим. – Сходим к Тарасу. Получим от него нагоняй. Зато потом в голове не держать. Что он, в конце концов, съест нас?

– Оппортунисты! – возмутилась Варвара. – И эти люди еще хотели объявить партизанскую войну Монстру!

– Да я, в общем, это… так… – смутился Иван.

– Тогда вверим решение в руки судьбы, – на полном серьезе произнесла Марго.

– То есть? – не понял Иван.

– Элементарно, – тем же тоном продолжила Маргарита. – Сейчас раскинем камушки. Как они нам подскажут, так и поступим.

– Какие еще камушки? – изумился Иван.

– Чтобы ты, Ваня, знал, – в который уже раз за последнее время пояснила Варвара, – Марго у нас девушка не простая, а с большими талантами.

– От бабушки-ассирийки и еще от одной прапрабабушки, персидской княжны, – сказал Герасим.

– При чем тут какая-то ассирийка с персидской княжной? – Ивана совсем сбили с толку его слова.

– Сейчас камушки кину, а все подробности потом, – скороговоркой бросила Маргарита и, скинув с плеча рюкзачок, принялась копаться в его недрах.

Это продолжалось довольно долго. При этом Марго тихо жаловалась:

– Надавали учебников. Ничего теперь из-за них не найдешь.

В следующий момент учебники один за другим полетели на пол.

– Нехорошая девочка, – тут же прокомментировала ее действия Варвара. – Разве можно так обращаться со школьным имуществом?

Марго, не отвечая, продолжала поиски. Затем, оставив в покое рюкзак, вдруг хлопнула себя по лбу:

– Совсем из головы вон! Камушки ведь у меня в кармане!

Резко выпрямившись, она полезла в карман вельветового пиджака.

– Вот, нашла.

Иван увидал замшевый мешочек с завязочками. Марго потянула за тесемку и высыпала на ладонь несколько разноцветных камушков, гладких, словно речная галька.

– Что это? – задал новый вопрос Иван.

– Наследство далеких предков, – отвечала Варя.

– Каких предков? – захотелось выяснить Ивану.

– Тс-с, – прижала палец к губам Марго. – После узнаешь. Не мешай мне сосредоточиваться.

И, повернувшись, она подошла к подоконнику. Остальные обступили ее. Марго опустила камушки обратно в кисет, сжала его ладонями и, поднеся к самому лицу, что-то пошептала. Затем резким движением высыпала камушки из кисета на подоконник и склонилась над ними.

– И что все это значит? – опять не выдержал Иван.

– Заткнись и смотри, – ткнула его пальцем в бок Варвара.

Марго с минуту молчала. Затем тоном, не допускающим возражений, произнесла:

– К завучу нам идти сегодня никак нельзя. И вообще надо срочно отсюда смываться.

– И где все это написано? – поинтересовался Иван.

– Тут, – коротко бросила Марго.

– Где? – не отставал Иван.

– Здесь, – ткнула пальцем в лежащие на подоконнике камушки Марго. – Но ты непосвященный. Поэтому все равно не поймешь.

– Может, все же попробуешь объяснить? – Ивану стало обидно.

Марго внимательно на него посмотрела.

– Ладно, – со вздохом отозвалась она. – Попробую. Вот. Гляди. Этот, – указала она на бурый камушек, который был самым крупным из всех, – условно говоря, наш Тарас Бульба. Ну, или просто начальник. Это, – теперь ее палец указывал на сизую плоскую гальку, – как бы наш путь к Тарасу. А этот, – ткнула она в круглый, как бусинка, полупрозрачный камушек, смахивающий на гранат, – отрезает нам путь к начальству. Красный свет – прохода нет. Понял?

– Звучит красиво, – пожал плечами Иван. – Но, по-моему, как-то не очень убедительно. Кинешь второй раз, и камушки твои совсем по-другому лягут. Вот и окажется, что нам как раз нужно именно сейчас идти к Тарасу.

– Да-аже так? – сурово произнесла Маргарита. – Ты хорошо запомнил, как сейчас лежат камни?

Иван кивнул. Маргарита молча собрала их в кисет и повторила весь ритуал сначала. Камушки с тихим стуком опять высыпались на подоконник.

– Ну ни фига себе? – вырвалось у Ивана. Камни легли ровно в той же последовательности, что и в первый раз. Лишь самые мелкие из них, черного цвета, собрались теперь в более плотную кучку.

– Как это у тебя получается? – продолжал недоумевать Иван.

– Я тут совершенно ни при чем. – Маргарита по-прежнему оставалась очень серьезной. – Это судьба. Видишь, – перевела она взгляд с Ивана на камни, – ничего не изменилось. Дорога к Тарасу закрыта.

– А почему тут изменилось? – указал на кучку мелких черных камушков Иван.

– Пока не знаю, – с тревогой ответила Маргарита. – Видимо, что-то успело произойти. И мне это совсем не нравится.

Последнюю фразу она произнесла едва слышно и будто ни к кому не обращаясь.

– Так линяем или не линяем? – посмотрел на нее Герасим.

– И как можно скорее.

Марго одним ловким движением смахнула камушки с подоконника прямо в мешочек и первой устремилась к лестнице. Остальные поспешили следом.

– Слушай, Варька, она не шутит? – спросил Иван.

– Во всяком случае, камни Марго пока ни разу не ошибались, – ответила та.

Иван внимательно посмотрел на светловолосую девочку. Лицо ее на сей раз было совершенно серьезно.

Ивану ничего не оставалось, как снова пожать плечами. Ребята сбежали по лестнице на первый этаж и вырвались из школы на улицу.