Загадка вечернего звонка

Однако на сей раз дело для Герасима обернулось не так уж плохо.

Виктор Антонович заставил его решить на доске ту задачу, над которой они накануне вечером бились с Варей. Муму уверенной рукой начертал формулу. Затем, положив мел на полочку, бойко объяснил решение.

– Что ж, Каменев, – развел руками физик. – По-моему, ты растешь над собой. Даже не ожидал! Садись. Пять.

Однако Герасиму почудилось в голосе Виктора Антоновича некоторое разочарование.

«Не удалось тебе надо мной в этот раз поиздеваться», – злорадно отметил про себя мальчик и гордо прошел к своей парте.

– Молодец, Муму, – похвалил его толстый, розовощекий Павел.

– Я просто это предвидел, – многозначительно отозвался Герасим.

Он хотел рассказать Луне, как чуть ли не силой заставил Варвару заняться решением именно этой задачи, но Виктор Антонович принялся объяснять новую тему и прервал его только звонок.

Команда отчаянных поспешила в коридор.

– Ну ты, Муму, даешь! – не преминула отметить Варя.

– Знай наших, – с гордостью отозвался Герасим.

– Здравствуйте, ребята, – к ним приблизилась директор Экспериментальной авторской школы «Пирамида» – Екатерина Дмитриевна Рогалева-Кривицкая.

– Здравствуйте, Екатерина Дмитриевна, – нестройным хором приветствовала ее Команда отчаянных.

– Ванечка, – ласково произнесла директриса, – ты заметил сегодня внизу объявление?

– Заметил, – кивнул Иван.

– Очень советую тебе вступить в наш клуб. Тебе там, наверное, будет интересно.

– Спасибо, – зарделся Иван.

– А если возникнут какие проблемы с рекомендациями, подойди ко мне.

Иван готов был провалиться сквозь землю.

– Ну, значит, договорились, – директриса осталась вполне довольна беседой. – Передавай большой привет мамочке.

И Екатерина Дмитриевна удалилась. Иван встретился взглядом с Марго. Ее огромные черные глаза как-то странно блестели. А уголки рта чуть поднялись вверх. Кажется, его разговор с директрисой сильно позабавил Маргариту. Это окончательно испортило Ивану настроение.

– Я не виноват, что Рогалева-Кривицкая давно знакома с моей матерью, – поспешил оправдаться мальчик.

Именно благодаря этому знакомству Иван, переехав на Ленинградский проспект, и попал в «Пирамиду», которая существовала на щедрые пожертвования спонсора – латиноамериканского миллионера русского происхождения Ярослава Хосе Рауля Гонсалеса. Кстати, Английский клуб тоже был создан по инициативе Гонсалеса. И ежегодные поездки его членов в Туманный Альбион проходили целиком за счет спонсора.

– И вообще, я не хочу туда вступать, – продолжал Иван.

Звонок возвестил о начале следующего урока. Друзья пошли в класс.

Иван и не подозревал, что столь смутившему его предложению Рогалевой-Кривицкой предшествовал тайный сговор с его матерью.

Дело в том, что Команда отчаянных умудрилась с начала этого учебного года самостоятельно раскрыть целых три опасных преступления. Последнее свое дело друзья завершили перед самыми осенними каникулами. Так уж вышло, что в финальную часть этого расследования оказалось невольно вовлечено старшее поколение. Во всех пятерых семействах разгорелся скандал. И, естественно, с ребят взяли честное слово, что они навсегда покончат с какой-либо детективной деятельностью.

Мама Ивана, однако, на этом не успокоилась. Инга Сергеевна была человеком активным и привыкла все доводить до конца. В целях отвлечения сына от новых друзей она на осенние каникулы увезла его в подмосковный пансионат. Там он целую неделю изнывал от скуки. Общаться Ивану было не с кем. Контингент отдыхающих составляли люди пенсионного возраста или в лучшем случае ровесники Инги Сергеевны. Правда, несколько бабушек привезли с собой внуков и внучек дошкольного возраста. Но для Ивана это мало что меняло. К тому же все каникулы напролет лил дождь пополам с мокрым снегом. Так что и погулять было нельзя.

Вернувшись, он чувствовал себя как Робинзон Крузо, когда тот наконец выбрался со своего необитаемого острова. И, естественно, в первый же вечер мальчик кинулся общаться с друзьями. Инге Сергеевне это совершенно не понравилось. И она поняла: борьбу за сына придется продолжить.

Стараясь действовать наверняка, мама Ивана посоветовалась с Рогалевой-Кривицкой. Екатерина Дмитриевна проявила большое сочувствие и обещала посильную помощь. К этому директрису «Пирамиды» побуждали не только давние приятельские отношения с Ингой Сергеевной. Деятельность Команды отчаянных, в частности, задела и ее интересы. Ибо благодаря последнему расследованию ребят «Пирамида» осталась без ведущего спецкурса по мировой культуре. Из-за чего у Рогалевой-Кривицкой состоялся неприятный разговор со спонсором Ярославом Хосе Раулем Гонсалесом.

По мысли Екатерины Дмитриевны, лучшего отвлечения от детективной деятельности, чем их Английский клуб, даже придумать было нельзя.

– Ванечку там займут с утра до вечера, – объясняла старой приятельнице директриса. – У него едва останется время на домашние задания.

– А на учебе это не отразится? – Ингу Сергеевну охватило беспокойство.

– Что ты, что ты, – принялась ее разуверять Екатерина Дмитриевна. – Совсем наоборот. Ванечкин интеллектуальный кругозор значительно расширится. Члены нашего Английского клуба посещают все здешние значительные театральные премьеры и выставки. Мы водим их на экскурсии и в музеи. А в дни английских чаепитий в клубе разрешено говорить только по-английски.

– Великолепно! – воскликнула Ванина мама. – Просто не знаю, как тебя, Катя, благодарить. Но ведь в ваш клуб, наверное, попасть очень трудно.

Екатерина Дмитриевна от души рассмеялась.

– Вот уж это, моя дорогая Инга, пусть тебя не волнует.

– Тогда еще раз спасибо, – совсем обрадовалась мама Ивана. – А то мы прямо все извелись.

– Как я тебя понимаю! – снова вспомнила Екатерина Дмитриевна едва не загубленный Командой отчаянных спецкурс по мировой литературе.

Иван о закулисных переговорах, естественно, не догадывался. И, слушая вполуха монотонный голос географички, объясняющей что-то про Среднерусскую возвышенность, он тщетно пытался понять, отчего Рогалева-Кривицкая удостоила его персонального приглашения в труднодоступный Английский клуб.

Марго и Варя тоже географичку не слушали. Чем больше думала Варя о странном поведении старшей сестры, тем сильнее ее распирало любопытство. Что может за этим крыться? Наверняка все очень серьезно. Настасью-то со вчерашнего вечера как подменили. Наконец Варя поделилась своими впечатлениями с Марго. Подруга с интересом ее выслушала и надолго задумалась.

– Ну и что ты на это скажешь? – Варвара не выдержала затянувшегося молчания.

– Я? – У Марго сделался отрешенный вид. Огромные черные ее глаза смотрели куда-то мимо Варвары и даже, кажется, мимо родного класса.

– Маргарита, проснись, – раздраженно произнесла подруга.

– Панова! Королева! – строго уставилась на них географичка. – Вы, по-моему, на уроке!

– Да, да, извините! – Варвара прикинулась, будто только и думала о географии. – Мы вот с Марго как раз говорили про эту самую возвышенность.

– Ну, естественно, – поджала тонкие губы седовласая Серафима Филипповна и вновь продолжила урок.

Варя, немного выждав, опять зашептала подруге:

– Я тебя спрашиваю, что ты об этом думаешь?

– По-моему, ничего хорошего, – покачала головой Маргарита.

– Это я и сама понимаю, – откликнулась Варя. – Только вот что делать?

– А ты ничего не можешь сделать, – сказала Марго.

– Это еще почему? – посмотрела на нее Варя.

– Потому что не знаешь, в чем суть происходящего, – пояснила Марго.

– А если узнать? – не отставала от нее Варя.

– Тогда видно будет, – ответила подруга.

– Слушай, а может, камушки кинешь? – с мольбой прошептала Варя. – А то вдруг это все окажется какой-нибудь чепухой. Тогда я узнавать не стану.

– Можно и кинуть, – согласилась Марго.

– Панова! Королева! – вновь повысила голос Серафима Филипповна. – Может, поделитесь с классом, что вас так увлекает? Нам тоже интересно.

– Да мы снова про географию, – с видом кроткой овечки проговорила Варя.

– Опять про возвышенность? – усмехнулась учительница.

– Именно, – тоном прилежной ученицы подтвердила Варя. – Очень интересная возвышенность.

– Рада, что она тебе понравилась, – процедила сквозь зубы Серафима Филипповна. – Но я уже про другое рассказывала. Может, вспомнишь о чем?

Варя молчала.

– Знаешь, Панова, пересядь-ка ты вот сюда.

И географичка указала на свободное место рядом с Сеней Баскаковым.

– Может, не надо? – Варе очень хотелось продолжить обсуждение странного телефонного разговора.

– Кому сказано: пересядь! – географичка уже теряла терпение.

– Садись, подруга! Будь как дома! – заржал коротко стриженный верзила Баскаков.

Продолжать сопротивление было опасно. Варя, вздохнув, пересела. Пришлось дожидаться перемены.

Едва услышав звонок, Варя подскочила к Марго:

– Быстро пошли в туалет.

– Зачем? – с изумлением посмотрела на нее подруга.

– Не хочу про Настасью ребятам рассказывать, – Варя уже волокла Марго в коридор.

– Эй! Эй! Куда вы? – раздался голос Герасима.

– Подождите, девчонки, мы с вами! – вторил ему Иван.

– Нет уж! – показала ему язык Варя. – Туда мы пойдем без вас.

И девочки скрылись за спасительными дверями женского туалета.

– Давай, давай, скорее, – Варя подтащила Марго к подоконнику.

Маргарита извлекла из кармана кожаный мешочек с камушками. Это была древняя семейная реликвия, которая передавалась со Средних веков по женской линии через поколение. Так же, как и мистический дар, бравший начало от далекой прапрапра… неизвестно в каком колене бабушки-персиянки, вышедшей замуж за испанского вельможу и позже погибшей на костре инквизиции. Именно она передала своей внучке магические камушки. А та – своей! И так далее. Несколько сотен лет. И, наконец, в прошлом году бабушка Марго, Ариадна Оттобальдовна, торжественно вручила реликвию внучке. И показала, как распознавать «сложный язык камушков». Впрочем, Марго честно признавалась, что пока еще понимает далеко не все предсказания. Однако и то, что она умела, очень помогло в недавнем прошлом Команде отчаянных. Ибо, как выяснилось в ходе трех расследований, камушки не врали.

Марго, развязав тесемки, подняла мешочек над подоконником и исполнила уже знакомый Варе ритуал. Губы девочки беззвучно зашевелились. Она произнесла тайное заклинание. Затем резко перевернула мешочек. Камушки высыпались на подоконник. Маргарита склонилась над ними. Густые черные волосы закрыли лицо.

Варя молча следила за подругой. В такие моменты Марго нельзя было мешать.

– Ой! – раздалось вдруг за их спинами. – Что вы тут делаете? Это какая-нибудь новая игра?

Марго вздрогнула и поморщилась. Варя от ярости скрипнула зубами. К ним, улыбаясь, подошла одноклассница Наташка Дятлова, которая вечно во все лезла, и все ей было интересно.

– Нет, Наташенька, не игра, – весьма сухо отозвалась Варя. – Совсем не игра.

– А тогда зачем вам это? – протиснулась к подоконнику Дятлова.

– Гадаем, – сказала Марго.

– Ой, как интересно! – Наташкин рот растянулся в идиотской улыбке. – А на что?

«Чтобы ты провалилась, дура», – подумала Варя. А вслух с ангельским видом произнесла:

– Не на что, а на кого.

– На кого? – уже захлебывалась от любопытства Дятлова. – Я его знаю?

– Знаешь, – уже готов был ответ у Вари. – На Рому Ардамацкого гадаем.

– На Ро-ому? – с придыханием произнесла Наташка.

Потрясение ее объяснялось просто. По Ромке Ардамацкому из десятого «А» сохла вся женская часть «Пирамиды».

– Естественно, на Рому, – гордо повела плечами Варя. – По мелочам не размениваемся.

– Ну и что там? – уставилась на раскинувшиеся в причудливом узоре камушки Дятлова.

– А все, – подхватила игру Марго.

– Как все? Что все? – Казалось, еще чуть-чуть и Наташка лопнет от распиравшего ее любопытства.

– А так, – загробным голосом изрекла Маргарита. – Очень скоро… – Она умолкла.

– Что так? Что очень скоро? – с мольбой взирала на нее Дятлова.

– Очень скоро, – принялась на ходу сочинять Марго, – Рома Ардамацкий будет валяться у Варьки в ногах.

– С букетом алых роз, – внесла красочную деталь Варя.

– А-алых ро-оз? – разинула рот Дятлова. Вдруг любопытное ее личико скривилось в усмешке, она совсем другим тоном добавила: – Ты еще скажи, Варька, что он твоей руки просить будет.

– Все возможно. – Маргарита сделала вид, будто продолжает изучать узор камушков.

– Ладно мне голову сифонить, – отмахнулась Дятлова.

– Не хочешь – не верь, – сказала Варвара. – Ты спросила, мы ответили. А теперь иди, куда шла.

Однако, к немалой досаде Марго и Вари, Наташка не уходила. Наоборот, она хищно воззрилась на камушки.

– Марго, а мне ты погадать можешь?

Подруги переглянулись и поняли друг друга без слов.

– Могу, – ответила Марго. – А на кого?

– А это обязательно говорить, на кого? – засмущалась Дятлова.

Марго стало ее немного жаль.

– Не обязательно. Мы с тобой по-другому поступим. Ты просто объект мысленно представляй, а камушки все скажут сами.

– Как хорошо! – обрадовалась Наташка.

«А когда ты уйдешь, станет еще лучше», – подумалось Варе.

Наташка застыла, взволнованно прижав руки к груди и зажмурив глаза.

«Во, старается! – внутренне веселилась Варя. – Ну, сейчас Марго оторвется».

Маргарита с очень серьезным видом исполнила привычный мистический ритуал. Камушки вновь рассыпались по подоконнику.

– Ну? Уже? – жалобно произнесла Дятлова.

Маргарита молчала.

– Что там? – снова спросила Наташка.

– Знаешь, – тихо отозвалась Марго, – боюсь, твой объект любит другую.

– Ах, – разочарованно выдохнула Наташка. И, чуть помолчав, добавила: – В общем-то, мне так и казалось. Только, Марго, может, там есть хоть какой-нибудь шанс? – И она потыкала в камушки.

– Шанс всегда есть, – неопределенно проговорила Марго. – Но надо суметь им воспользоваться.

«И не мешать другим людям, когда они заняты», – едва не произнесла вслух Варя, но в последний момент сдержалась.

Услыхав, что надежда все-таки есть, Дятлова несколько приободрилась. Однако Маргарита тут же снова ее огорошила. Причем с совершенно неожиданной стороны.

– Камушки еще кое-что говорят.

– Про объект? – с надеждой подняла Наташка глаза на Марго.

– Отнюдь нет, – мотнула та головой. – Скорее похоже на двойку.

– Какую еще двойку? – остолбенела Дятлова.

– Тебя на следующем уроке ожидают большие неприятности, – уверенно произнесла Маргарита.

– На биологии? – сильнее прежнего изумилась Наташка. – Не может быть. Монстр меня на прошлом уроке спрашивала.

– На то она и Монстр, чтобы любую подлянку устроить, – восхищаясь изобретательностью Маргариты, сказала Варя.

– Ой! Тогда пойду подучу!

И Дятлова стремглав покинула туалет.

– Ну, Маргарита, – Варя дала волю чувствам. – Ловко же ты ее.

– При чем тут я? – широко раскрыла и без того огромные глаза Маргарита.

Теперь настала очередь вытаращиться Варваре:

– Ты хочешь сказать, что всерьез раскинула на нее камушки?

– Да, – подтвердила подруга. – Мне, знаешь, вдруг самой интересно стало.

– Ну и чего? – заинтересовалась, в свою очередь, Варя.

– Что слышала, – пожала плечами Марго.

– И про «объект» тоже правда? – Варю окончательно заинтриговали слова подруги.

– Совершенная, – подтвердила Марго. – Наташка в него по уши влюблена, а он – нет.

– Ка-акие страсти, – выдохнула Варвара. – И что же это за объект.

– Вот уж чего не знаю, того не знаю, – ответила Маргарита. – Но, думаю, мы со временем установим истину. Надо как следует понаблюдать за Наташкой.

– А если это внешкольный объект? – вполне допускала такое Варя.

– Тогда, конечно, будет сложнее, – отозвалась Марго.

– Да и не особенно интересно, – добавила Варя. – Ладно, с Наташкой потом. Ты про Настасью-то посмотреть успела?

– Да, – откликнулась Маргарита.

Тут раздался звонок.

– Расскажу на уроке, – бросила на ходу Марго и первой кинулась в коридор.

Варя поспешила следом.

Лавируя между ребятами, девочки устремились в кабинет биологии. Цель была уже близка, когда случилось нечто совершенно невероятное.

Неотразимый Роман Ардамацкий бежал навстречу очередной делегации иностранных деятелей культуры. В руках он держал огромный букет алых роз. До того огромный, что, кроме него, Ромка ничего перед собой не видел. Это его и сгубило. Споткнувшись о чей-то ботинок, краса и гордость «Пирамиды» потерял равновесие. Варя замерла. Неотразимый Роман Ардамацкий рухнул прямо ей под ноги. Шикарный букет взвился в воздух. Обертка лопнула. Розы рассыпались живописным ковром вокруг девочки!

– Ой! – вырвалось у Варвары.

Она склонилась над поверженным Ардамацким:

– Тебе помочь?

Роман не ответил.

Марго в это время смотрела совсем в другую сторону. Возле двери кабинета биологии стояла с широко разинутым ртом Наташка Дятлова. Взгляд у нее блуждал с роз на Варю, а с Вари – на Романа. Наконец, он зафиксировался на Марго. Рот захлопнулся. Она ошалело покачала головой.

Марго едва сдерживалась. Ее душил смех. Кто мог предположить, что все обернется подобным образом!

Роман Ардамацкий, морщась от боли, поднялся на ноги.

– Давай я тебе помогу, – Варя хотела собрать цветы с пола.

– Не надо, – сухо откликнулся Роман.

И, жестом отстранив ее, принялся сгребать в охапку порядком утратившие парадный вид розы. Стебли кололись. Роман снова поморщился.

– Вот, возьми. Так будет лучше. – И Варя протянула ему лопнувшую обертку.

На сей раз Ардамацкий проявил куда большую покладистость и кое-как справился с букетом. Затем, пробормотав что-то нечленораздельное, удалился.

– Вот это совпаде-ение, – Варя смотрела на Марго. – Теперь Дятлова тебя замучает.

Марго вздохнула:

– Боюсь, прослыву колдуньей.

– И ведь прослывешь, – у Варвары сделался очень ехидный вид. – Во всяком случае, в глазах Дятловой.

– Именно, – кивнула Марго. – Когда Ардамацкий перед тобой упал, Наташка чуть с ума не сошла.

– Теперь разболтает всему классу, – уверенно заявила Варя.

– О господи! – с тоскою произнесла Марго. – Что же мне теперь делать?

– На всякий яд существует противоядие, – ободрила ее подруга. – Как-нибудь выкрутимся.

– Выкручиваться будете потом, – раздался скрипучий голос. – А сейчас прошу на урок.

Девочек буравила недобрым взглядом Мона Семеновна Травкина.

– Идем, идем, – покорно промямлила Варя.

– Давно, между прочим, пора, – скрипнула, словно ноготь по стеклу, Мона Семеновна и, чеканя шаг, понесла свое сухопарое тело в кабинет.

Марго и Варя проскользнули следом и быстро уселись за парту. Лишний раз обострять отношения с биологичкой не стоило. Пашка совсем недаром прозвал ее Монстром.

Какое-то время обе девочки делали вид, будто очень внимательно слушают учительницу.

Наконец Варя не выдержала и, улучив подходящий момент, склонилась к уху Марго:

– Ну, что там камушки? Рассказывай.

Подруга сперва покосилась на Монстра. Та как раз в этот момент вызвала к доске Вову Яковлева. Маленький белобрысый Вова с обреченным видом направился к доске. Впрочем, Яковлев все делал с обреченным видом.

Монстр, смерив несчастного хищным взглядом, поправила тусклые волосы, собранные в старомодный пучок, и сказала:

– Слушаю тебя, Яковлев.

Настроение у Вовы от этого не улучшилось. Зато Марго и Варя поняли, что теперь какое-то время могут спокойно поговорить. Мона Семеновна Травкина в таких случаях целиком и полностью сосредоточивалась на избранной жертве.

– Давай рассказывай, – прошептала Варя.

– Странная получилась картина, – с задумчивым видом ответила Марго. – С одной стороны, твоей Настасье вроде бы непосредственно ничего не грозит.

– А «посредственно»? – тут же осведомилась Варя.

– С «посредственно» дело обстоит гораздо сложнее, – сказала подруга. – Понимаешь, что-то там твою Настасью окружает такое, над чем действительно нависла очень серьезная опасность.

– Объясни для идиотов, – потребовала Варвара. – А то я ничего не поняла.

– Да я и сама пока не очень понимаю, – призналась Маргарита. – Так камушки говорят.

– Меня конкретно интересует одно, – с раздражением прошипела Варя в ухо Марго. – Настя в опасности или нет?

– Пока нет, но может оказаться, – отозвалась та.

– Очень понятно, – совсем разозлилась Варя.

– Извини, – развела руками Марго. – Больше камушки мне ничего не сказали.

– Что-то камушки твои сегодня халтурят, – покачала головой Варя. – Чего говорят, не сбывается, и наоборот.

– Если ты имеешь в виду случай с Ардамацким, – защищалась Марго, – то камушки тут ни при чем. Я просто на тебя их не раскидывала.

– А на Настасью раскинула, и они ничего вразумительного не сказали, – усилила натиск подруга.

– Наоборот, – с достоинством отвечала Марго. – На мой взгляд, все вполне вразумительно. Просто ты, Варвара, никак не можешь врубиться.

– Уж если я не врубаюсь, то кто врубится? – Варвара всегда была очень высокого мнения о своих умственных способностях. – Может, Яковлев?

И она покосилась на несчастного Вову, который в буквальном смысле увядал у доски.

Лицо Моны Семеновны, обычно землисто-серого оттенка, сейчас, наоборот, разрумянилось, на губах играла улыбка, и видно было, что чувствует она себя превосходно.

– Слушай, по-моему, наш Монстр – энергетический вампир, – Варя поделилась с подругой наблюдением.

Марго внимательно посмотрела на Вову.

– Ты права, – кивнула она.

– Все-таки объясни мне, что происходит с моей сестрой, – Варя вернулась к мучившему ее вопросу.

– Она сейчас целиком зависит от неподвластных ей обстоятельств, – отозвалась Маргарита. – Понимаешь, она вроде как перед выбором. И должна принять какое-то важное решение, от которого зависит ее дальнейшая судьба.

– По этому поводу ей и звонили? – спросила Варя.

– Не знаю, – пожала плечами Марго. – Пока камушки указывают только на то, что опасность есть, но не обязательно грозит ей.

Варвара задумалась. Она снова мало что поняла из объяснений Марго, однако тревога за сестру от этого лишь увеличилась. Надо как-то помочь Настасье, но чем?

– Садись Яковлев, три, – отвлек Варю от размышлений торжествующий голос биологички.

Вова, выждав, когда рука Монстра вывела красивую округлую тройку, взял со стола дневник и с обреченным видом поплелся на место.

– А теперь… – обвела взглядом класс Мона Семеновна.

Чувствовалось, что энергетики Яковлева древнему организму Монстра не хватило. Для полного восстановления сил Моне Семеновне нужна была еще одна жертва. Восьмой «А» дружно напрягся. Приносить себя в жертву Монстру никому не хотелось. Или, как прошипела Варя на ухо Маргарите: «Никто не хотел умирать».

– К доске пойдет… – Мона Семеновна на какое-то время уткнулась в журнал. Затем ее пронзительный взгляд вновь заскользил по классу. На ребят повеяло чем-то древним, почти первобытным. Так горячие глаза хищника выискивали добычу в непроходимых джунглях. – К доске пойдет Дятлова, – наконец наметила жертву Мона Семеновна.

– Вы же меня уже спрашивали на прошлом уроке, – поднялась на ватных ногах Наташка.

– И что с того, – учительницу ничуть не смутили ее слова. – Это, по-твоему, повод не готовить уроки?

– Я готовила, – дрожащим голосом ответила Дятлова.

– Тогда в чем же дело? – Ноздри у Монстра затрепетали. – Прошу к доске.

Наташа, глянув в последний раз в раскрытый учебник, ровно с таким же обреченным видом, какой был недавно у Вовы Яковлева, двинулась по проходу.

Расправа была короткой и очень жестокой. Дятлова не смогла толком ответить ни на один из каверзных вопросов.

– Садись! – тоном насытившегося хищника провозгласила Монстр. – Два!

Дятлова зарыдала. Ей просто не верилось, что такое может случиться. Это была первая двойка за все время ее пребывания в школе.

– Ну, – покосилась Марго на Варвару. – Я же тебе говорила. Камушки никогда не врут.

В два началась перемена, к Марго подбежала зареванная Наташка Дятлова.

– Ведьма проклятая! Ты это нарочно устроила!

Маргарита оторопела.

– Что я могла устроить?

– А ты сама не знаешь, – хлюпая носом продолжала Наташка. – Меня не должны были вызывать, а ты сделала так, чтобы вызвали.

– Заткнись, Дятлова, – вмешалась Варвара. – Что ты несешь? Как могла Маргарита заставить Монстра тебя вызвать?

– Могла, – убежденно проговорила Наташка. – Ведь она знала, что меня вызовут. И что Ардамацкий с букетом алых роз перед тобой, Варька, будет валяться. Или мне это показалось?

– Не показалось, – признала Варя.

– Ну вот. – В голосе Дятловой послышались торжествующие нотки. – Значит, и со мной тоже Марго могла. Колдунья проклятая.