Клыки и когти эскадрильи

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Серия «Наши там» выпускается с 2010 года

© Переяславцев А., 2016

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2016

© «Центрполиграф», 2016

Пролог

Я был человеком, а стал драконом.

Мой человеческий разум кто-то перенёс в мозг новорождённого дракона. Пришлось расти вместе с малышом и осваивать всё, что должно знать дракону: язык, обычаи, приёмы магии. Родители дракончика (те, которым я был обязан телом, но не разумом) так и не заметили эту человеческую составляющую личности, хотя некоторые странности в поведении сына, конечно, бросались в глаза.

Драконья составляющая моего сознания выжила. Я установил контакт с ней и назвал Младшим Братом. Он учился вместе со мной и многому научился от меня.

Драконий носитель оказался универсалом, то есть способным к любой магии, но с пониженной магической силой. В детстве это не имело большого значения, но в школе пришлось усиливать магические возможности. Моя человеческая составляющая знала, как такое можно сделать, – с помощью кристаллов. И это удалось.

Получилось также создать команду – десяток юных драконов, поверивших в свои и мои возможности. Они не обманулись в ожиданиях: мы выиграли две олимпиады среди школьников, доказав, что в магических ухищрениях не уступаем другим, заведомо более сильным.

У драконов отсутствует материальная культура, но и это ограничение я смог обойти, наладив торговые отношения с людьми. Для этого пришлось отыскать месторождение золота на драконьей территории, организовать добычу и сделать небольшие слитки, которые и послужили платёжным средством. Эти слитки, а также добытые мной кристаллы менялись на нужные вещи – бронзовые носители кристаллов в виде браслетов, а равно на некоторые виды кристаллов, которые нельзя было найти вблизи от моего жилища.

Давным-давно драконы были выведены как боевые разумные существа и в качестве таковых участвовали в войне, которая тлела уже много столетий. Нашему главнокомандующему Великому магу Ас-Тору противостоял Великий маг Ас-Лок. Очередной этап боевых действий начался после окончания мною школы. Большая часть моей семьи получила приказы присоединиться к войску драконов немедленно; исключение составили мой старший брат Саррод и старшая сестра Ррума; они оставались в резерве, поскольку были брачного возраста. Братец уже женился, а сестричка нацеливалась на это. У мамы с папой больше не могло быть детей, вот почему участие родителей в войне было очевидным.

Нельзя сказать, что я не готовился к армейской службе. Сотник Рруг принял у меня экзамен на должность десятника. В запасе имелись надлежащие кристаллы для всей моей команды, члены которой владели многими заклинаниями, не входящими в школьный курс и не соответствующими их специальностям, а сверх того в ней была дракона-универсал.

Квалификация моего десятка сомнений не вызывала. Осталось лишь выяснить, хватит ли её.

Глава 1

Подтягивание сил

Вот оно, утро начала. Кристаллы – в сумку, а её – на шею. Груз будет болтаться, но это перетерпим, перелёт не такой уж длинный. Приспособу для огранки брать не стоит, гранить будет нечего, к тому же эти предметы не предназначены для посторонних глаз пока что. До поры всё полежит на моей полочке. В пещере останется жить сестричка Ррума, она присмотрит.

Ребята предупреждены. Все знали место сбора – северная опушка леса Ррасвумчорр. В самом лесу никто из драконов, понятно, не жил: там негде устроить жилища. До места сбора нам предстояло лететь вместе, но мало ли что. Впрочем, географию все помнили. От моей пещеры до опушки было час с третью лёта на крейсерской скорости.

Уже перед самым вылетом Согарр заметил конфиденциальным тоном:

– А ведь прибытие большой группы драконов не останется незамеченным. Разведка противника доложит, и выводы сделают.

Я ответил то, что думал:

– Сомневаюсь, что прилёт сотни драконов вообще можно скрыть, разве что расположение нашего подразделения будет достаточно далеко от будущего поля боя. Насколько понимаю, местность там открытая, подобраться к нашим трудно, если вообще возможно. Да ещё устроят нас, по всей видимости, на левом берегу реки Воларры – это значит, что разведгруппе предстоит переправляться через реку. Но драконов так и так можно увидеть даже с правого берега.

Площадка сбора была не столь уж велика – гектаров пять – семь. Большинство из прилетевших драконов не стало сразу приземляться, а нарезало круги на малой высоте, разыскивая своих. Всего же, по моим прикидкам, собралось около сотни драконов. Если так, сотник Рруг должен быть где-то здесь.

Я оставил своих и поспешил на поиски командира, не дожидаясь, пока меня разыщут его порученцы. Сотник был замотан, взвинчен и потому краток:

– Десятник, вашему десятку предстоит в час дня вылететь со всей сотней вслед за мной. Высоту не превышать. Строй – «уступ». Приказ ясен?

– Так точно!

Взлетаем. Угу… сейчас направляемся на север, это, считай, параллельно линии фронта… А теперь чуть на запад… Следуем изгибу Воларры… Снова на север… Вдали возвышенность, очень похожая на лакколит. Это место, где наружный слой земной коры когда-то был чуть приподнят магмой, которая впоследствии так и застыла, в результате сверху – песок, под ним – галька, а ниже – камень, то, что надо для драконьих пещер, хотя и менее комфортных, чем в наших краях… Ну, так и есть, сотник снижается. А холм-то источен дырами. Кажется, тут не то что полк, дивизия поместится. Как представляю, отсюда до линии фронта от силы час лёту, а скорее, и получаса нет.

Процедуры прибытия и размещения отработаны до мелочей. Приказ прозвучал чётко:

– Десятник Стурр, ваша пещера в верхнем ряду четвёртая, считая от крайней западной точки к югу. Пункт приёма пищи – с северной стороны. Устраивайтесь. За два часа до захода солнца – ко мне. Штабное помещение – в верхнем ряду с западной стороны второе к югу от крайней западной точки.

Отправив ребят поесть, я поторопился в пещеру. На то имелось несколько причин.

Первой, и самой главной, было подозрение, что другие десятки могут попытаться отжать нашу пещеру. По некоторым соображениям, верхний ряд пещер выглядел предпочтительным. Взлетать, например, можно с меньшим расходом телемагии.

Второй причиной для быстрого обоснования было моё намерение устроить в пещере тайник для хранения нужных предметов, хотя бы кристаллов. Но на это требовалось время.

Пещера оказалась совсем не такой, к которым мы все привыкли. Вход не особо широкий, с длинным коридором, из-за чего в дальних углах нашего жилища было темно даже для драконьих глаз. Впрочем, отхожие места имелись, а также очень скромный ручеёк с питьевой водой. Тот, кто готовил пещеру, предусмотрел и свежие подстилки.

К сожалению, мои подозрения оказались верны. Я только-только успел ознакомиться с жилищными условиями, как у входа появились незваные гости. Три дракона, все старше меня. Вид самоуверенный, с примесью наглости. Если не ветераны, то уж, верно, бывалые. Один из них, с квадратной мордой и серо-зелёной чешуёй, носил полоску десятника на правом плече. Я обзавестись знаками различия ещё не успел. Пришельцы отличались деловым подходом:

– Ну-ка, выметайся. Эта пещера будет наша.

Ситуация знакомая – салабонов всегда гнобят. Но мы можем и зубы показать. Некогда выяснять, кто такие и откуда. Важно сломать шаблон.

– Я – Стурр, командир десятка особого назначения. Вы что, обознались?

И четыре удара «Молнией», но не непосредственно в десятника (так и убить недолго), а рядом с ним. Этого вполне должно хватить для контузии.

Десятник добросовестно попытался удержаться в стоячем положении. Он сделал неуверенный шажок направо, потом налево, но по зрелом размышлении плюхнулся на пузо. Теперь всех троих надо морально добить. Я поочередно указал когтем на оставшихся на лапах:

– Вы, двое, забрать тело, вынести наружу.

Но тот, что выглядел постарше, попытался качать права:

– Наш десяток участвовал в трёх битвах, и тут какой-то…

Пришлось его оборвать самым решительным образом:

– Выполнять приказ! И больше мне на глаза не попадайтесь!

По драконьему уставу я кругом прав. Десятник не имеет права приказывать чужим рядовым, за исключением случая, когда чужой десятник в недееспособном состоянии. А у нас как раз такое и наблюдалось.

Кажется, того, кому прилетело, сейчас вырвет. Надо добавить металла в голос:

– Быстро!!!

Ошибки не случилось: главного пришельца именно вырвало, но, к счастью, уже снаружи. Однако небольшая степень предосторожности не повредит. Я подошёл ко входу:

– Услуги целителей не потребуются. Через десять часов он будет в форме.

Наступления завтра быть не может, поскольку разведку, по идее, должны проводить мы. То есть у этих храбрецов ещё больше суток на восстановление физических сил и излечение душевных ран. Ну вот, я так и думал: контуженому всё же удалось встать на лапы.

А мне срочно надо сотворить тайник, магией земли конечно. А по прибытии моих и поужинать не худо бы. Неплохо бы ещё замаскировать работу, но это уж после ужина.

– Ты лететь можешь?

– Иду-то с трудом. Отлежаться бы надо… Ещё хорошо, что вниз идти.

– Кто он такой?

– Да я его впервые видел. Перевели с другого участка, должно быть.

– Наверное.

– Не наверное, а точно. Уж с такой приметной внешностью…

– Как раз он-то думал, что его знают.

– Это почему?

– Он спросил, не обознались ли мы, помнишь?

Помолчали.

– Из доверенных, поди. Кому попало амулет с «Молнией» не дадут.

– Десяток особого назначения. Кхрррм. Не удивлюсь, если у них у всех такие амулеты. Что-то этакое… против «серых»?

Последняя фраза был произнесена шёпотом.

– А откуда ты знаешь, что против них «Молния» работает?

– А почему ты думаешь, что против них она НЕ работает?

Часть пути прошли молча.

– Мне вот что интересно: почему об этом пятнистом никто ничего не рассказывал?

– Именно потому, что особого назначения. Так что расспрашивать и не думай. На разговор с Кррафтом захотелось?

В течение оставшейся дороги все трое хранили молчание.

Сытость явно способствует хорошему настроению. Именно с ним мои соратники шумно ввалились в пещеру.

– Твоя очередь, командир. Лети, там ещё есть.

– И даже неплохая жратва.

– Ладно, лечу, а вы тут осваивайтесь. Если кто вздумает вас отсюда выставить (уже пробовали), держитесь нагло и ссылайтесь на то, что вы – десяток особого назначения. Фиорра, в крайнем случае воспользуйся «Молнией» или, лучше, парочкой, но только не по драконам, а рядом. Согарр, ты пока что помощник. Все разговоры, когда вернусь.

Еда и в самом деле была сытной, хотя и не самой вкусной. Варёная брюква с не особо заметными следами тёмного мяса (конина?) и кусочек белого хлеба. Всё это раздатчик (человек!) клал большим черпаком в глиняную ёмкость, которую едоку потом полагалось вымыть с песком и вернуть.

О, кстати, о хлебе… Надо бы переговорить с ребятами. И по окончании ужина я заторопился к нашей пещере.

Меня встретили радостно.

– Командир, вот мы тебе оставили подстилку поближе к выходу. Местечко самое лучшее.

Последовали незатейливые шутки об открывающихся возможностях, да только мне было не до юмора.

– Ребята, вы все сегодня попробовали белый хлеб. Вкусно?

Разногласий на этот счёт не было.

– Но есть и другой сорт хлеба, он гораздо темнее. Коричневый такой. Его ни в коем случае не ешьте. Если увидите, немедленно известите меня.

Фиорра округлила глаза:

– Он что, яд? Нас могут попытаться отравить?

– Не яд. Хуже. – Я окинул взглядом подчинённых.

Суирра явно уже знала, о чём речь, и даже не так важно, откуда. Гирра и Согарр пытались на ходу сообразить, что именно я имел в виду. Прочие просто впитывали информацию.

– Люди могут есть коричневый хлеб без последствий. Для нас, драконов, эта еда опасна тем, что пробуждает неистовую радость и храбрость, но одновременно притупляет чувство осторожности. Сами понимаете, с какими последствиями. Но это полбеды…

Я рассказал о привыкании. Ввёл слово «наркотик», которое пришлось заимствовать из русского языка. Поведал о тактических приёмах, включающих использование камикадзе. Не преминул описать ужасы наркотической зависимости. И закончил, как водится, приказом:

– …Вот почему любого, кто попробует угостить вас этой гадостью, будь то человек или дракон, должно задерживать. Сразу извещайте меня. Далее: запрещаю говорить на эту тему с драконами из других десятков. Помните: мы – десяток особого назначения. Поэтому и враги у нас будут особенные. Так пусть они не знают, что мы настороже…

Драконы понимающе закивали.

– А теперь я лечу к сотнику.

Разговор с ним был коротким и информативным.

– Смотрите на карту. Здесь – линия, занятая нашими войсками. Вот этот участок… – коготь прочертил сильно вытянутый овал, – вам надлежит разведать на предмет присутствия противника. Десяток летит с юга на север, но не дальше, чем до этой линии холмов. На вас только разведка. Никаких атак! Высота – от семисот ярдов до тысячи. Вылетать с восходом солнца. Приказ ясен?

– Так точно!

Ещё как ясен. Прозрачней любого стекла. Очевидно, что по разведывательному десятку стрелять вряд ли будут. Незачем ПВО обнаруживать себя раньше времени. Но сотник проявил осторожность, потому и задал такую высоту полёта, которая делает противодействие по меньшей мере малоэффективным. Это понятно. И приказ не ввязываться в бои продиктован теми же причинами. Почему до линии холмов, за которую нельзя залетать? Тоже ясно: слишком далеко от района возможного прорыва. Будь я на месте командования противника, непременно сосредоточил бы резервное подразделение вот в этом лесу. Если он и вправду густой, спрятать можно кавалерийский полк. Вроде всё…

Разумеется, карты мне не дали. Но ощущение наличия некоторого подтекста всё же не оставляет. Или это мандраж перед первым боевым вылетом?

Рруг прервал мои размышления:

– Полоску десятника вам нанесёт Торрхен. Вон там он стоит.

Полоска – это интересно. Любопытно, из чего она.

Рядовой Торрхен достал из связки кисточку, сделанную из какого-то злака, и окунул её в керамический сосуд с краской. Запах я распознать не смог. Полоска белая, как и положено по уставу. На моей крапчатой чешуе смотрелось не очень-то, но гармония цветов – моя самая последняя забота.

– Сохнуть будет день. Свободен.

Я помчался в нашу «казарму». Дел было ещё много.

Ребята прекрасно представляли, зачем меня вызвал сотник, и вопросов никто не задавал, ожидая, что информацию они по-любому получат. Нервишки у всех пошаливали, но каждый пребывал в уверенности, что держит себя в лапах.

– Вот что, братцы-сестрицы, завтра с восходом вылетаем на разведку. Маршрут такой… – И я дал приблизительное описание. – Никаких переговоров по магосвязи, пока я не разрешу! Чем дольше нас будут полагать немыми, тем лучше. А если и будем говорить, то только позывными и условными фразами. В любом случае о том, что увидели, в воздухе не докладывать! Только запоминать, держать при себе, по возвращении доложить мне. Всё понятно?

Раздался галдёж утвердительного свойства.

– А теперь отвлеку вас на более приятное занятие, связанное с магией земли. Здесь, в этой пещере, есть тайник, устроенный именно этой магией. Ну-ка, попробуйте его обнаружить и улучшить. В смысле сделать маскировку более совершенной. Разрешаю обсуждать.

Ребята уже привыкли, что вводные появляются самые неожиданные, поэтому недоумённых шевелений хвостами не последовало. К чести Согарра, он сориентировался первым.

– Таррик, я же вижу, у тебя уже появились идеи. Выкладывай!

– Ну… сделано магией земли. Значит, должны быть искажения полей. Нас тут десятеро. Разбить всю площадь пола на участки; каждый из нас обследует свой и ищет эти неоднородности.

Хьярра так и подскакивала от нетерпения. Заметив это, самозваный председательствующий разрешающе махнул ей хвостом:

– Говори.

– Сказано: «тайник»! Значит, там что-то спрятано, верно? – Вопрос был риторическим, но дракона дождалась кивков товарищей и только тогда продолжила: – А раз что-то спрятано, значит, надо искать пустоты. Искажения полей от пустот, если точнее.

– Идея основательная, принимаем.

– Не согласен! Если надо прятать кристаллы, то я бы заполнил тайник песком, зарыл бы их в него и только после этого закрыл.

– Тоже верно… Значит, искать просто нерегулярности полей.

– Стоп, ребята, а чего это мы вдруг подумали, что тайник в полу? Почему не в стенах?

– Или даже в потолке?

– Мысль хорошая, Гирра, но там и тайник труднее делать, и доставать тоже…

– Оно верно, так ведь и найти труднее.

– А мы можем поменять тактику поиска. Обшарить потолок, только если в полу и в стенах ничего не найдём…

– Хорошая мысль, Фаррир. Кто ещё?

– Я бы устроила тайник вот… здесь, по этой линии.

– Обоснуй.

– Тут другой состав камня, я названия не знаю, но чувствую. Понимаешь, искажение на другое искажение… Искать не просто…

– Тогда очевидный план действий: ты универсал, тебе в таком трудном месте и обшаривать. Мы-то все… это… короче, у нас повышенная возможность ошибиться. – Согарр стал деловит. Его голос наполнился почти начальственными интонациями: – Фиорра, ты знаешь, что делать. На тебе также участок стены вот до сюда. Суирра и Харрф, на вас пол…

– А почему это меня на пол?

– Потому что я так приказал. – Но тут же сударь помощник снизошёл до объяснений: – Ты, Суирра, самая малорослая. Тебе на стенку лезть… сама знаешь, лишний расход. А ты, Харрф, умеешь быстро принимать решения. Свой участок обшаришь в два счёта, потом другим поможешь. Так… Фаррир и Рройта, на вас самые высокие участки стены. Надеюсь, причина понятна? Хьярра, Таррик, вам стены здесь и здесь. Я сам возьму себе западную стену. Работаем!

Последний возглас был беспардонно украден из моего арсенала лозунгов, но оказался действен. Не прошло и трети часа, как пещеру огласило сакраментальное:

– Есть! Полость!

В пещере была уже почти полная тьма, Хьярру я узнал лишь по голосу. Разумеется, сбежались все.

– Давай, вскрывай! Скорее, ну что ты тянешь саламандру за хвост! Интересно же!

Согарр ухитрился проявить наивысшую рассудительность:

– Ребята, не надо вскрывать. Не было такого сказано.

– Но должны же мы удостовериться, что не ошиблись и это действительно тайник…

Голосок Суирры был высокоелейным, но Согарр не поддался на провокацию.

– У нас приказ: обнаружить и улучшить маскировку. Вот его и будем выполнять. Фиорра, ты хочешь что-то предложить?

– Ну, для самой лучшей маскировки я бы перенесла тайник в то самое место стены… вы знаете.

– Это называется не маскировать, а перепрятать.

– Верно замечено. Ещё идеи?

– Гасить остаточные потоки? Простая компенсация?

– Я бы так и сделала, но ведь через три дня, самое большее, они станут пренебрежимо малыми. А вот пустота…

– Что, если увеличить плотность потоков над ней?

– А ты сможешь? Да так, чтобы сам тайник не повредить.

– Я – нет, а Фиорра…

– Я могла бы, – в голосе нашей скромницы слышалось заметное смущение, – но только дня два надо будет ещё корректировать… натуральное изменение потоков, сами знаете…

В этот момент я счёл нужным вмешаться:

– Стоп! Вы все молодцы. Работа проведена отлично. А теперь кое-какая информация. Это и в самом деле тайник, и спрятаны там кристаллы в матерчатой сумке, вы её видели. Вот почему заполнять песком нельзя. Дело в том, что не исключаю повышенного интереса к нашему десятку со стороны разных там… и людей, и драконов. Затем и маскировка: привлечение магов земли считаю хотя и маловероятным, но возможным. Но пока это может и подождать… – Я прибавил командных интонаций: – И потому – всем отдыхать! Завтра вставать за полчаса до восхода солнца.

Глава 2

Разведка – дело с хитростями

С утра в пещере было темно. Но думать это не мешало.

Как можно вообще выявить расположение чужих войск? Визуально, это очевидно, полагаю, драконы для этого и предназначались. Противнику, естественно, это известно, поэтому ребята не пожалеют усилий для маскировки. Блиндажи и доты точно можно спрятать от наблюдения с воздуха. Чем их обнаружить?

Для начала: живой силе надо есть, пить, справлять нужды. Пить – ну, тут дело не из сложных. Поднять ручеёк и провести его в дот я бы и сам сумел. Еда – дело более заковыристое. Её готовят на огне, а тот даёт дым… Хотя нет, бездымные печи известны. Стоп, они известны в моем мире, а здесь? Может, и нет, однако готовить можно и магией огня. Но уж потоки огня должны быть заметны по-любому. А как я сам организовал бы противодействие? Ну, скажем, можно наладить аналог службы ВНОС[1]. Чего уж проще: наблюдатели где-нибудь повыше и с амулетами связи. Чисто визуальное слежение, потому что дракона на высоте около тысячи метров только так и можно засечь. А как просигналят, гасить все нагреватели.

Что ещё? Магия воды? Да, водоснабжение в дотах почти обязаловка, и заметить его вполне реально, но ведь натуральные водные потоки тоже никто не отменял. Как прикажете отличать? Только с близи. Не пойдёт…

Размышляем дальше. Магия земли? «Ловить» вырытые блиндажи и доты можно, а насколько крупные можно увидеть? В теории аномалия проявляет себя на расстоянии, круглым счётом, на два порядка больше её диаметра. Значит, с тысячи метров десятиметровый дот заметить можно. Но это в теории. Если же местность богата скальными выходами или просто валунами, то, вероятно, мы вообще ничего не увидим. То есть увидим множество ложных целей. Однако, если верить карте, там равнинная территория, следовательно, возможность обнаружения всё же имеется.

И план сложился. У меня даже осталось время проглотить холодный завтрак и успеть в пещеру к моменту побудки.

– Десяток, подъём! – рявкнул я сержантским рыком. – Умываться! Завтракать! Собраться здесь и заслушать приказ!

Личный состав выказал наивысший уровень оперативности: через четверть часа все уже были в готовности ждать слова десятника.

– Направления поиска вы все знаете, у каждого оно своё. А вот чего вы ещё не знаете: ловить надо любые проявления магии огня и… – я понизил голос, – вырытые ямы. Искажения полей земли. Но даже если что-то засечёте, ни единого слова по связи, ни единого знака, ни единого поворота головы. Никакой реакции, понятно? – И снова дал полную мощность на голосовые связки: – По углублении на территорию противника до линии холмов – поворот на азимут восемьдесят.

Гирра не выдержала и вставила слово:

– Мы полетим над лесом. Увидеть ничего не удастся.

Я ухмыльнулся:

– И не требуется. Над лесом – но не раньше! – снизиться до ста ярдов, перед самой опушкой снова подняться до тысячи.

В глазах у некоторых мелькнуло понимающее выражение, но, уверен, настоящие мои мотивы никто не прочитал.

Гирра права, конечно. Глазами (даже драконьими) и вправду посторонних граждан в лесу не углядеть. Да ещё на бреющем полёте. Однако можно засечь всплески потоков магии жизни, чужеродных для леса. Идентифицировать принадлежность таковых немыслимо – задача на уровне доктора, а то и выше. Но это и не нужно. Достаточен сам факт, что в лесу имеется некто животного происхождения, притом в большом количестве. Ребятам не по возможностям, из всего десятка лишь я владею магией жизни. Кстати, по окончании боевых действий, коль жив буду, исправлю упущение. Пусть у команды будут хоть какие-то знания по этой части.

Уже совсем рассвело.

– Работаем!

Кажется, сама фраза становится талисманом. Очень хорошо, нам такой нужен.

Подскок на телемагии. Разгон. Крылья начинают тянуть вверх. Вверх! Ещё!

На подъём и построение ушло примерно четверть часа. Мы шли «уступом», первая – Фиорра, я сзади всех. Перед началом участка, который предстояло разведать, мы перестроились в шеренгу. Под нами проплывала равнина, кое-где закрытая клочками тумана. Но нам он не помеха.

Думать и анализировать некогда. Потоки огня так и не почувствовались, а иррегулярность в потоках земли я поймал, и она становилась всё ближе, хотя и не прошла точно подо мной. Вот он, блиндаж! Теперь ориентиры, немедленно! Не очень-то их много, но пеленги всё же взять удалось. Теперь тянуть до холмов. Сквозь дымку их не видно, но до них лёту от силы полчаса.