Академия драконов. Золотая пыль

1

Раньше я много раз видела дагерротип Академии драконов на праздничных открытках и в «Столичном сплетнике», который так любила читать мама.

Но в живую замок и окружающий его сад оказались ещё более впечатляющими. Округ Гриам находился в центре империи по соседству со столицей, но являлся государством в государстве.

Только здесь были разрешены незапланированные обращения, а высоко в небе иногда парили крылатые тени летающих ящеров, заставляющих пригибать головы к земле, закрыв уши руками. Все дни, пока мы путешествовали по этому чудному месту, я боялась смотреть вверх: вдруг ящер спустится, чтобы рассмотреть нас поближе?

Конечно, то были детские страхи, основанные на прочитанных сказках. Предания создавались в те времена, когда появление ящера несло магам смерть. Потом в эпоху Разлома, когда сорок дней тряслась земля, открылся магический Портал, и в наш мир проникли настоящие первые ящеры. И остались жить, заключив мир с магами.

Отец говорил, что всё это бабьи сказки. В старинных книгах появление первых драконов описано как результат экспериментов с магией левитации. Практикующие её и стали драконами, потеряв способность летать без обращения. А извержению огня научились позже. Левитаторы всегда были на две головы искуснее обычных магов.

– Скорее бы уже! – то и дело вздыхала Велизия.

В конце концов, я прикрикнула на девушку, чтобы та дала мне возможность немного отдохнуть.

Метка на плече жгла всё сильнее, это длилось почти целый день. Совпадение? Я сильно сомневалась и уже даже пожалела, что в отчаянии залезла в старинные книги и прошла обряд инициации.

Он был очень сложен для такого слабого мага, как я, и потребовал не только сил, но и средств. Я целый месяц собирала деньги, которые мне выделяла матушка на иголки и ленты, чтобы купить в лавке старой Дренни жабью лапку и слуховую кость трехдневной косули.

Вообще удивительно, что мне действительно продали именно то, что я просила! Могли бы и обмануть: жаловаться на запрещённое колдовство в Отдел надзора не пойдёшь.

– А вдруг один из них решит спуститься прямо на нас, да и дохнёт огнём? За ради развлечения? – снова спросила Велизия, со страхом следя за двумя чёрными тенями в небе. Они были так высоко, что казались игрушечными фигурками.

– Это карается смертной казнью, – ответила я, поморщившись и прижав метку ладонью. Так становилось легче, пусть и совсем ненадолго.

– Так мы здесь одни, – Велизия высунулась в окно и посмотрела на пустынную дорогу.

В округе Гриам, относительно небольшом против всех остальных областей империи, жили только те, кто преподавал в Академии и обслуживал её. Местность считалась закрытой зоной, попасть в которую можно только по специальному разрешению.

Немудрено, что в Саклене о драконах ходили всевозможные слухи, больше похожие на страшилки, чем на правду.

– Замолчи, пожалуйста! – прикрикнула я снова, поняв, что бессильна против деревенских суеверий. – Скоро уже приедем. Кучер сказал, осталось часа два.

Велизия вздохнула, но подчинилась. Наверное, ей было бы легче провести оставшееся время в разговорах, но за неделю пути я так устала от её болтовни, что милосердничать не собиралась.

У нас не было разрешения на пользование Порталом, позволяющим сократить путь до двух дней, поэтому пришлось ехать медленно, останавливаясь на ночлег в не самых дорогих тавернах и на постоялых дворах.

И ещё эта метка! Я искренне считала, что она ненастоящая, и что первое же испытание это покажет. Но так как прецедентов раньше не было, никто не посмеет обвинить меня в обмане, просто отошлют назад. Как непригодную для обращения.

Вот и весь план по возвращению жениха. Представив, как Генри изведётся в ожидании моего возвращения, я улыбнулась. Вот и пусть помучается!

И лишь когда явились переписчики, моя уверенность в быстром разрешении ситуации с меткой впервые поколебалась. Они признали её истинной.

Но этого просто не может быть! Среди моих предков не значилось драконов, такое родство никто не будет прятать и скрывать. И метке взяться неоткуда.

Но она была и жгла огнём, будто клеймо преступника. Возможно именно по причине своей поддельности.

Посмотреть на кожу плеча не было возможности, оставалось терпеть и молиться, чтобы на этом месте не вспух волдырь.

Только я забылась, забившись в угол экипажа, как он остановился. Толчок, потом мы немного проехали вперед, чтобы окончательно замереть.

– Что случилось? – спросила я у кучера, седовласого нестарого ещё мужчины, согнутого в спине от постоянного сидения на козлах.

– Первая проверка, госпожа, – ответил он, кряхтя и слезая на землю.

Мы остановились у заставы. Будка, одноэтажный домик, лужок с пасущейся козой – всё как обычно, но смотрела я вовсе не на это. Чуть впереди виднелись золотистые башни Академии драконов.

Я насчитала ровно тринадцать.

– Хотите перекусить? – спросил кучер, вернувшись из будки, на пороге которой остановился надзорник в чёрном сюртуке с нашивкой на левом плече в виде алой буквы «С». Справедливость, совесть, самодисциплина.

«Сволочизм» – так любил трактовать эту нашивку отец. В кругу семьи, разумеется.

– Нет, давайте скорее поедем, – ответила я, вызвав вздох разочарования у Велизии, прятавшейся за моей спиной.

– И то верно, госпожа, – кивнул с мрачным видом кучер, нанятый отцом из горожан Саклена. – Под взглядом надзорника кусок в горле встрянет.

Объяснять истинную причину моего желания быстрее оказаться в стенах Академии я не стала даже горничной. После короткого сна жжение уменьшилось, но не прекратилось, поэтому мне не терпелось оказаться в комнате, чтобы раздеться и посмотреть на кожу плеча.

У меня с собой были снадобья против ожогов, положенные заботливой рукой матери, и я уповала на их целительную силу. И на то, что смогу, наконец, нормально помыться и выспаться.

Через двадцать минут мы уже подкатили к кованым чёрным воротам Академии. Я смотрела на торжественного привратника, одетого в сюртук золотистого цвета и штаны с лампасами. Он был немолод, чуть старше нашего кучера и с таким достоинством открыл ворота, словно в этом простом действии был сакральный смысл.

– Смотрите, как красиво! Словно королевский сад с открытки! – пищала от восторга Велизия, пока мы катили по дорожке к замку.

Сад был и впрямь на загляденье. Разбитый на зоны, украшенный статуями видных деятелей Академии, установленных на пьедесталы такой высоты, чтобы драконы видели их даже с высоты полёта, он напоминал сказочный парк. Не сомневаюсь, что в нём легко заблудиться без карты!

Ещё зелёные деревья, густая трава, резные скамейки и фонтаны – эти места были будто созданы для уединения влюблённых парочек. Я дала себе слово, что ещё до того, как меня выгонят, пройдусь всеми дорогами, узнаю, куда ведёт каждая тропка.

Мы ехали около десяти минут и остановились у главного входа с колонами такой толщины, что их могли обхватить только трое взрослых мужчин. Всё сияло и блестело бело-розовым мрамором.

Но рассматривать великолепие Академии было некогда. Меня уже ждали.

2

Меня ожидал высокий молодой мужчина с тёмными волосами до плеч, собранными на затылке в хвост, в застегнутом на все золочёные пуговицы новеньком сюртуке.

Выходя из экипажа, невольно задержалась взглядом на его чёрных лакированных туфлях по последней моде. Они были так отполированы, что смотри я чуть дольше, сумела бы разглядеть в них своё отражение.

– Госпожа Иоланта Астрос? – спросил он с таким видом, будто точно знал: именно она.

Наверное переписчики хорошо описали меня, или этот господин нашёл мой портрет в Имперском справочнике благородных родов. Последнее казалось совсем невероятным: наша фамилия не занимала видного места и плелась в конце этого славного списка.

– Меня зовут Эванс Мур, Совет Академии назначил меня вашим куратором на год обучения. Или на то время, пока вы здесь останетесь, – незнакомец говорил чуть снисходительно, будто с маленькой, не очень умной девочкой, которая в силу возраста и воспитания не способна понять всего сказанного.

– Пойдёмте, я покажу новую комнату и по дороге расскажу, что вас ожидает в ближайшее время, – молодой и, несомненно, привлекательный человек со слегка усталым лицом говорил бегло, не заботясь о том, успеваю ли я за его ходом мысли. Не давая и шанса вставить вопросы, которые так и теснились в моей голове.

С одной стороны, хотелось сохранить лицо и не выглядеть глупой провинциалкой, с открытым ртом рассматривающей всё вокруг, с другой – больше узнаю – меньше шанса осрамиться в мелочах.

А посмотреть было на что: мы оказались в полутёмном холле, таком большом, что если задрать голову, едва разглядишь потолок. Этот холл напоминал Сакленский собор Верховному богу, командующему небесной армией, только был гораздо мрачнее. Я чувствовала себя маленькой песчинкой, молью, случайно залетевшей в прохладный сумрак величественного зала с колонами.

– Вы будете жить вместе со служанкой, – тем временем пояснял куратор, идя впереди, заложив руки за спину.

Меня так и подмывало спросить: «А вы точно дракон?»,– но, разумеется, я этого не сделала. И так понятно, что да.

– Женский флигель расположен в малой башне, туда мы и направляемся. Быстрее, пожалуйста, у нас не принято ходить вразвалочку, глазея на прохожих в надежде завести с ними праздный разговор. Вы больше не в Саклене, госпожа, – куратор оглянулся и перехватил мой взгляд.

Я как раз рассматривала шедшую мимо пару молодых людей, одетых в светло-синие брюки и сюртуки с нашивками башен Академии на груди и правом рукаве. Форма мне понравилась: лаконичная, строгая и в то же время красивая.

Но не только форма. Сейчас в холле было немноголюдно. Дворецкий в углу делал вид, что дремлет, но провожал каждого тяжёлым взглядом из-под полуопущенных век.

Адепты академии, в основном мужчины, чаще ходили парами или по трое-четверо, редко по одиночке. Все они были с довольно выразительными чертами лица, которые врезались в память, стоило их раз увидеть.

Не сказать, что все адепты блистали красотой, скорее, были мужественными, некоторые имели довольно резко очерченный подбородок или крючковатый нос, но в глазах, стремившихся встретиться с моими, я замечала некую силу. И никакой огненной искры, про которую так много слышала.

Однако, поняв, что куратор заметил мой интерес, я вспыхнула и подавила вздох. Уже я чем-то не угодила местной публике. Что ж, к счастью, это ненадолго. Будет, о чём рассказать детям и внукам.

– Простите, – пробормотала я и сердито посмотрела на Велизию, еле поспевающую за нами с большим саквояжем, где было всё самое необходимое на первое время. Чемоданы остались в экипаже, и мне обещали, что их доставят в комнату позже. После проверки надзорными органами.

Боги знают, почему последние не заинтересовались тогда моим саквояжем.

Холл мы миновали быстро и снова вышли на свежий воздух. Солнце так и не появилось в небе, но благодаря обилию зелени по обе стороны от вымощенной гладкими камнями дороги, двор не казался мрачным. Пройтись по саду, пусть и недолго, было удовольствием, от которого я не хотела отказываться. Да и выбора не было.

– Пару часов вы отдохнете с дороги, после чего я вас жду в Третьем секторе сада, – продолжал говорить на ходу куратор, на этот раз оглянувшись и встретившись со мной взглядом.

Глаза у него были такими тёмными, что я только сейчас заметила, что они синие, а не чёрные.

– На столе в комнате вы найдёте карту, по которой сможете ориентироваться. Итак, договорились. Без пятнадцати пять по местному времени. У вас есть часы?

Мужчина достал из кармана сюртука круглые золотые часы, которые, должно быть, стоили столько, сколько отцу платили за месяц работы. Внутренняя пружина тихо скрипнула, крышка легко отщёлкнулась, показался циферблат с некрупным алмазом под сапфировым стеклом.

– Да, – проговорила я, заставив себя оторвать взгляд от чужого богатства.

Но, заметив, что куратор ждёт, пока я сверю время, полезла в карман дорожного платья. Мои часы были гораздо скромнее, однако я их не стеснялась. Какая есть, по мне и так заметно, что я не представитель одной их богатейших семей империи.

Зато время мои показывали не менее точно, чем главные часы на Виерской башне в столице.

– Всё верно, – тихо сказала я, поспешив убрать часы обратно в карман.

Куратор остановил взгляд на моём лице, потом кивнул и, повернувшись, продолжил путь. Внутренний дворик Академии был таким большим, что в нём вполне можно было потеряться.

Я смотрела на башни, окна пролётов, в которых мелькали тени, и думала о том, каково это, жить здесь год за годом? Ведь адепты-мужчины проводят в стенах Академии четыре года, и лишь обучение Дракониц сокращено до одного.

Подумав об этом, я осмелела и начал рассматривать прямую широкую спину куратора, гадая, сколько ему лет. Он был старше тех, кто встречался нам по пути с чёрными портфелями и папками подмышкой. Наверное, ему лет тридцать с небольшим.

Господин Мур – почти ровесник Генри, хотя по лбу, с глубокой вертикальной морщиной на переносице, скорее можно сказать, что куратор годится в старшие братья моему любимому.

И это фамилия – Мур. Явно семья не слишком знатна, нет приставки, свидетельствующей о принадлежности к императорской семье, где короткие фамилии, напротив, в почёте.

Впрочем, какая мне разница?!

Куратор внезапно свернул с центральной аллеи на боковую дорогу. Я вздохнула свободнее: попадающиеся навстречу мужчины больше не будут смотреть на меня оценивающе, как на свежее мясо. Не уверена, что их поразила моя красота. Последней как раз не шибко много.

– В Малой башне сейчас тихо. Вы будете жить там вчетвером, – теперь тон куратора сменился на почти повествовательный. Так описывают события, не вызывающие яркой эмоциональной окраски. Например, исторические. – Раньше было больше адепток, но последние десятилетия дракониц почти не появляется.

Через толстую дубовую дверь мы вошли в башню, где мне и предстояло поселиться.

– Одежда у вас в комнате, на постели. На столе найдёте распорядок дня и расписание занятий на ближайший семестр. Конечно, если пройдёте первое испытание, – тут куратор резко остановился перед винтовой лестницей, ведущей на верхние этажи.

Я не сразу поняла причину такого замешательства. А потом увидела, что он даёт дорогу спускающейся девушке с золотистыми волосами, заплётенными в две тугие косички.

«Как можно было обрезать такую красоту?!» – подумала я, с жалостью посмотрев на косы, доходящие до плеч, а потом перевела взгляд на лицо незнакомки. И обомлела.

Это же Флоринда из рода Лефевр, чей отец служит сановником у самого императора! Я часто видела её дагерротипы с «Столичном сплетнике».

Она считалась одной из самых завидных невест, только тогда была не такой худой. Да и тёмно-синяя роба до колен безо всяких украшений, кроме нашивки и алой броши на груди, простила девушку, делая её почти такой же обычной, как и остальные. Как и я.

1

– Добрый день, господин Мур! – чарующим голосом пропела Флоринда и, склонив голову, прошла мимо. От неё пахло, как от редкого экзотического цветка, чей аромат привлекает всех насекомых в округе.

Нет, я ошиблась: Флоринда Лефевр никогда не будет такой же обычной, как я. Горделивая посадка головы, гибкая длинная шея – всё выдавало в ней особу, не привыкшую склоняться ни перед кем, кроме императорской семьи.

Она даже не взглянула в мою сторону, не выказала удивления или обычного любопытства. А ведь нам предстояло какое-то время жить по соседству и носить одни и те же платья. Возможно, даже посещать одни занятия и сидеть на соседних лавках…

– Вы снова не торопитесь, – сухо произнёс Мур, проследив за моим взглядом.

– Извините, – пролепетала я, с трудом переключив внимание на настоящее, где я стояла у подножия винтовой лестницы Малой башни, ведущей к комнатам адепток. И пока наши с Флориндой судьбы лишь едва соприкоснулись, чтобы беспокоиться о том, как она будет задирать нос.

«Да и в любом случае я здесь ненадолго», – эта мысль заставила взбодриться и задвинула прочь щемящую тоску по прежней жизни, которая осталась за воротами Академии.

Интересно, если бы на моём месте оказался Генри, он бы постарался скорее ко мне вернуться? Конечно, нет. Какой бы я ни была провинциальной, но остаться наивной дурочкой не смогла. Мама не раз повторяла, что очень даже зря.

– Вы снова витаете в облаках, госпожа Астрос? – снисходительно спросил куратор, обернувшись, чтобы подать мне руку.

Последние ступени я преодолевала с трудом. Дорога и ночёвка в сомнительных комнатах экономных постоялых дворов вымотала меня настолько, что даже невысокие каменные ступени оказались серьёзным испытанием.