Обреченная и обрученная

Глава 7

Тайра? Эта дама – тоже тайра?

– Здравствуйте. – От волнения я даже приподнялась с места, но женщина, снисходительно улыбнувшись, взмахом руки велела мне сесть обратно.

– Вот и пришло время кому-то сменить меня на посту, – усмехнулась она после, опускаясь в кресло, предложенное ей сыном. – Скоро я перестану быть той самой тайрой и матерью наследника Империи…– на миг мне показалось, что в ее голосе промелькнуло сожаление. – Но законы Сальмара едины для всех, их невозможно ни нарушить, ни обойти…

– Думаю, сейчас самое время оставить вас одних, милые дамы, – чуть поклонился император. – Вам нужно о многом поговорить…

– По традиции я должна рассказать тебе все, что знаю сама о нас, тайрах, и нашем предназначении и подготовить тебя к главному ритуалу посвящения, который состоится через несколько дней, – сказала экс-тайра, когда правитель ушел.

– Спасибо, мне была бы полезна эта информация, – вежливо ответила я.

Мы с ней теперь сидели напротив друг друга, и я не могла оторвать взгляд от ее темно-зеленых глаз, почти такого же непривычного оттенка, как и синева моих. К слову, у ее сына Императора глаза были чуть светлее, хотя и не менее насыщенного зеленого цвета.

– С чего же начать…– задумалась моя собеседница. – Может, сперва ты мне задашь какие-нибудь вопросы?

– Давайте попробуем, – улыбнулась я, пожимая плечами. – И первый вопрос: как мне к вам обращаться? Тайра? Или как-то иначе? Может, по имени или…

Но услышала неожиданно жесткий ответ:

– Нет. Никаких имен. С того момента, как женщина становится тайрой, у нее больше не существует имени. И тебе, девочка, советую поскорее забыть, как тебя звали. Теперь все к тебе будут обращаться только «тайра» и никак иначе.

– Даже муж? – опешила я.

– Даже муж, – отрезала та. – Единственное, что тебе позволено услышать в свой адрес – это «мама» от сына.

– Невероятно, – прошептала я, очередной раз убеждаясь, что не смогу прижиться в этом мире.

– Еще какие вопросы есть? – спросила старшая тайра, не обращая внимания на мое ошеломление.

– А как вы поступили, когда узнали, что вы тайра? – поинтересовалась я тогда. – Легко ли смирились? Или, может, приняли это с радостью?

– Как восприняла эту новость? – с задумчивой усмешкой отозвалась женщина. – Если честно, я была в не меньшем ошеломлении, чем ты. Да-да! – она, заметив, как я после этих слов занервничала, улыбнулась шире. – Мы с сыном уже в курсе, как ты не хотела принимать на себя эту роль и перемещаться в Сальмар, что слуге вилона Соула даже пришлось активировать твою сущность. И, знаешь, мне понятны твои чувства, поскольку я тоже прошла через это.

– Правда? – а вот этого я точно не ожидала. – А из какого вы мира?

– Из Небура. Он, конечно, в чем-то близок к Сальмару по развитию и устройству, не то что твой Леранод, поэтому мне нетрудно было здесь освоиться.

– Леранод? – я уже слышала это название от Глеара.

– Да, так называется ваш мир для всех остальных, – объяснила тайра. – И исходя из того, что мне известно о нем, могу представить, насколько тебе все чуждо в Сальмаре.

– В вашем мире тоже были тайры? – поинтересовалась я.

– Нет, тайры – это особенность лишь Сальмара. В Небуре все браки, в то числе и правителей, заключаются по обоюдному согласию. И бестьяров там тоже нет. Но у нас, как и в Сальмаре, есть маги, есть оборотни и прочая нечисть, – на этот раз улыбка матери императора была грустной. – Да, даже не верится, что когда-то там был мой дом…

– Так из-за чего вы не хотели добровольно покидать свой мир? – напомнила я. – Что вас там держало? Наверное, семья, родители…

– Нет, по семье я скучала меньше всего. А вот о возлюбленном, которого пришлось оставить, вспоминаю и по сей день. Хотя знаю, что его уже давно нет в живых. Он ведь был обычным человеком, как и я, без всяких зачатков магической силы, а значит, и век прожил человеческий… Я же, став тайрой, получила право жить намного дольше, почти как маги.

– Как маги? Это сколько?

– Ну смотри, милая, в этот мир я попала, когда мне было восемнадцать. Не так давно мне исполнилось сто семнадцать лет, то есть мой столетний «долг» тайры подходит к концу. Когда ты займешь мое место, я смогу еще в спокойствии прожить по меньшей мере лет пятьдесят… Около двух сотен лет – средняя продолжительность жизни самого слабого мага.

Значит, если мне сейчас двадцать шесть… Прибавить сто лет до следующей тайры… Стоп, Даша, о чем ты думаешь? Размышляешь так, будто всерьез собираешься здесь оставаться.

– А вы не хотели вернуться? – спросила я. – Раз так скучали по дому и любимому. Мне сказали, что супруг, если не будет против, может отпустить тайру после того, как она выполнит свой долг, – я намеренно не произнесла «родит ребенка», поскольку сама пока старательно избегала думать на эту тему.

Но мать императора не собиралась подменивать понятия и рубанула по живому:

– А ты сможешь оставить здесь свое дитя, отказаться от него?

Я промолчала и отвела глаза в сторону. Ребенок… Пока он для меня лишь наказание и повинность, тот, из-за кого меня лишили прошлого и будущего. Чужой и еще не рожденный ребенок от чужого мужчины. Не знаю, кто станет его отцом, но я уже заранее ненавижу этого вилона. А беременность… Попробую отнестись к этому как к суррогатному материнству. Вынашивают же женщины чужих детей за деньги, получается же у них абстрагироваться и не идти на поводу у своего инстинкта? И у меня получится. Ведь все вокруг воспринимают меня именно как инкубатор, не думая о моих чувствах, мечтах и желаниях, так почему я должна относиться к этому иначе? Пусть это жестко и неэтично, пусть идет вразрез с моими же принципами, но, как говорят, с волками жить… Заткну свои эмоции куда подальше, и пошли все в ад! Да, именно так. Не дождутся эти мерзкие вилоны от меня никаких сантиментов…

Между тем тайра, так и не получив от меня вразумительно ответа, продолжила:

– Если же оставить в сторону вопрос материнского инстинкта… Не советую тебе надеяться на то, что твой будущий супруг тебя отпустит. Не родился еще тот вилон, который так бы просто отказался от тайры. Тайра – это не только мать наследника и будущего императора. Это еще и дополнительный источник силы, которую он будет черпать из тебя во время исполнения супружеских обязанностей. Конечно, порция силы там небольшая, но немного восстановиться хватит. Либо слегка «подкачаться» про запас, если впереди ждет ее трата больше обычного…

– Прекрасно! – я истерично хохотнула. – Значит, я не только инкубатор, но еще и постельный аккумулятор… Просто блеск!

И после этого они ждут от меня какого-то понимания и принятия?

– Что? – похоже, моей предшественнице не были знакомы понятия «инкубатор» и «аккумулятор».

– Ничего, мысли вслух, – с деланным весельем отозвалась я. – Не обращайте внимания! Так что вы там говорили о вилонах?

– Я… говорила…– тайра продолжала поглядывать на меня с некоторым недоумением. – Я говорила, что шансы уговорить мужа снять с тебя знак тайры крайне малы. Во всяком случае, мне это не удалось.

О, получается, она все-таки хотела сделать ноги из этого «дружелюбного» местечка? И о материнском инстинкте забыла? Что ж тогда мне морали читает? Или по принципу: у меня не получилось, так и тебе нечего рыпаться?

– И все же я попытаюсь, – уверенно произнесла я уже вслух, глядя тайре прямо в глаза.

– Твое право, – с неожиданной холодностью проговорила та. – А теперь давай ближе к делу. Поговорим о том, что тебя ждет и что от тебя требуется. Итак, территория Сальмара делится на пять земель: северные, южные, западные, восточные и центральные. Каждой из них владеют самые влиятельные и могущественные маги – вилоны. Один из них – вилон-рей – одновременно является и правителем Сальмара. Свой титул он получает по праву рождения. То есть этот тот самый ребенок, которого родила тайра. Сейчас, как ты понимаешь, императором является мой сын, рожденный от хозяина центральных земель, вилона, которого некогда выбрала я сама. Каждому императору отмерен свой срок правления – до следующего появления тайры. При этом император не может претендовать на супружество со следующей тайрой. То есть вилон центральных земель в этот раз не берется в расчет. А вот мой внук, как будущий владелец центральных земель, спустя сто лет вполне может побороться за руку той, что придет после тебя. Твой же сын тогда же окажется не у дел. Впрочем, это все еще очень далеко… Сейчас о насущном. Тебе придется выбирать из четырех оставшихся вилонов. Как ты это будешь делать, касается только тебя. Но спустя месяц с проведения ритуала посвящения ты должна огласить свой выбор. Сам ритуал состоится через три дня. В тот же день во дворец прибудут вилоны, претендующие на право стать твоим супругом. На протяжении месяца они все будут жить здесь, во дворце, чтобы у тебя была возможность узнать их лучше и принять правильное для себя решение. Но рекомендую не затягивать с этим, чем раньше ты выберешь, тем лучше…

– А разве вилоны Вок и Соул после того, что сделали, не выбывают из «игры»? – поинтересовалась я.

– Мой сын уже вынес им наказание за их проступки, однако никто не может лишить их права стать отцом будущего наследника, – объяснила тайра, – даже император.

Значит, этот отвратительный Вок будет целый месяц жить где-то неподалеку? От подобной мысли меня даже передернуло. Нет, Воку точно не стоит ни на что надеяться…

– Хорошо, а что дальше? После того как сделаю выбор, – спросила я.

– Что-то солнце припекает. – У моей собеседницы откуда-то в руках появился веер, и она принялась им энергично обмахиваться. – Идем-ка, дорогая, обратно во дворец и по пути продолжим наш разговор… Боюсь, как бы мне голова не закружилась от жары.

Выйдя из беседки, тайра взяла меня под руку, и мы медленно двинулись в сторону дворца, а за нами, на расстоянии десятка шагов, следовали два охранника в знакомых лиловых плащах. Удивительно, как я раньше не заметила их присутствия?

– После того как ты сделаешь свой выбор, – как и обещала, продолжила тайра, – состоится обряд обручения. Затем все с нетерпением будут ждать, когда ты понесешь ребенка. О наступившей беременности тоже будет оглашено незамедлительно, ведь после этого начнется процесс переноса столицы Сальмара на земли твоего мужа вилона и прочие формальности. Когда же наследник появится на свет, император передаст трон ему.

– Младенцу? – недоверчиво уточнила я.

– Опять же формально – да, но на деле, пока твоему сыну не исполнится восемнадцать, Империей управляет его отец – регент.

Прекрасно! В списке плюшек, предназначенных моему будущему муженьку, появилась еще одна – управление Сальмаром, пусть и на протяжении восемнадцати лет. Неплохой такой бонус к сыну-императору и жене-аккумулятору.

– А если родится девочка? – вдруг посетила меня мысль.

Этот вопрос явно озадачил мать императора, ибо она замолчала на несколько минут.

– Исключено, – выдала она потом. – Такого еще никогда не случалось. У тайры рождаются только мальчики, – правда, последние слова прозвучали с долей сомнения.

– Значит, у тайры могут быть еще дети? – теперь уже озадачилась я. А вдруг меня не отпустят, пока не рожу вилону еще пару-тройку детишек, так, для количества?

– Могут. У меня, например, помимо Эдрина есть еще сын, – ответила тайра. – Однако остальные дети уже не имеют никакой важности ни для их отца, ни тем более для Сальмара. Они даже не могут наследовать земли. Конечно, они ни в чем не нуждаются, имеют свои привилегии, но в правах все же ограничены. Впрочем, это касается и отпрысков любого другого вилона. Лишь первый сын становится его преемником.

Ну, такой расклад не сильно удивлял. Нечто похожее существовало и в нашем мире в дворянской среде еще даже несколько веков назад. У меня же появилась надежда, что роль инкубатора мне придется сыграть лишь единожды.

– Похоже, самое основное я тебе объяснила, – сказала старшая тайра, когда мы поднялись на крыльцо. – Позже, возможно завтра, расскажу еще о ритуале посвящения. А пока, если желаешь, можешь посетить императорскую библиотеку. Там собрано немало книг о Сальмаре.

– Спасибо, обязательно воспользуюсь вашими советами, – я вежливо улыбнулась тайре и поспешила с ней распрощаться.

Стоило моей предшественнице скрыться во дворце, появилась Мэлвин.

– Госпожа, я здесь! Я подумала, вы еще плохо знаете дворец и можете заблудиться, вот и решила подождать вас и сопроводить в ваши покои, – почти на одном дыхании отрапортовала она.

– Спасибо, – я тепло улыбнулась девушке. – Но для начала отведи меня в императорскую библиотеку. Заодно поможешь мне с поисками.

– Библиотеку? – протянула та. – И что мы там будем искать?

– Все, что касается Сальмара…

Мне действительно не будет лишним узнать о нем как можно больше. Как говорится, кто владеет информацией, тот владеет миром. Сальмар мне, конечно, даром не нужен, а вот попробовать найти лазейки для своего отступления стоит.

Глава 8

– Вы все это собираетесь читать, госпожа? – Мэлвин с подозрением взирала на внушительную стопку книг, которые мы совместными усилиями отобрали и принесли в мою спальню.

– Во всяком случае, попробую, – я взяла из стопки несколько книг потолще. Судя по изобилию иллюстраций и карт внутри, они были посвящены географии и истории Сальмара.

Устроившись поудобнее на диванчике в своей «гостиной», я незамедлительно приступила к чтению. Итак, на первых же страницах мне сообщали уже известную информацию, что Сальмар делится на пять земель. Если посмотреть на карте, то выглядят они как пять больших и почти одинаковых по площади материков, омываемых местным морем-океаном и расположенных по типу креста: северный сверху, южный снизу, западный слева, восточный справа и один по центру. В принципе, все более чем просто и логично и соответствует своему названию.

Как я поняла дальше, каждая из этих земель являлась самостоятельной единицей, по типу государства, со своей столицей и инфраструктурой, и своим правителем – вилоном. Притом титул вилона носит только один человек. Его дети, внуки и прочие родственники зовутся вилеями, но лишь старший сын наследует титул вилона. Интересно, а если у вилона рождаются только девочки? Как решается эта проблема? Ладно, пусть сами разбираются… Идем дальше. Поскольку все земли мира Сальмар объединены в одноименную Империю, вилоны, в свою очередь, подчиняются вилон-рею, то бишь императору. Титул императора получает сын одного из вилонов, рожденный от тайры… бла-бла-бла… восходит на трон в возрасте восемнадцати лет… бла-бла-ба… В общем, ничего нового. О своей роли в этом политическом процессе я уже наслышана, а больше информации по конкретному поводу в первых двух книгах не было. Все кратко и как-то схематично.

О, наконец что-то интересненькое! Местная магия… Так… В основном преобладает природная или стихийная магия… И самое любопытное, на каждой из земель – свой тип. Например, на юге в основном используют магию огня. Тут я не удивлена – их вилон Вок похлеще динамита будет. И жара такая, что, наверное, в адовом котле прохладней. Зато север у нас с водичкой балуется, мерзлой, я так полагаю, тоже. Сразу вспомнилась сосулька-хрон, которую Глеар «подзаряжал». Восток «специализируется» по земле, запад – по воздуху, а центр… Центр отличился: они больше по воздействию на мозги, то есть менталисты. И это мне совсем не нравится… Не хотелось бы, чтобы кто-то из «центральных» копался у меня в голове. Если только… На следующей странице нашлось подтверждение моим догадкам: ментальная магия не действует на храмовых служителей, бестьяров, рожденных от магов-менталистов и… тайру. Фух… Хоть что-то хорошее! А то мне уже начало казаться, что при всех почестях в адрес тайры, она в Сальмаре чуть ли не последний человек…

Постойте, а вот еще кое-что про тайру… «После обручения и консуммации брака тайре передаются некоторые способности ее супруга, а именно, возможность полноценно использовать бытовую магию и, на начальном уровне, магию той стихии, которой обладает супруг». Вот это поворот… То есть и мне, как тайре, тоже положены какие-то бонусы? Неожиданно, конечно, но не настолько привлекательно, чтобы отказаться от идеи распрощаться с Сальмаром и его прочими «прелестями жизни». Кстати, а мать императора умолчала об этом даре «супруга». А ведь ей, получается, достался кусочек той самой ментальной магии. Как я понимаю, в этом случае тайра может использовать ментальную магию, а на нее никто воздействовать этой же силой не может… Хм, любопытно. Нет, все же уточню этот вопрос, если еще раз увижусь с экс-тайрой.

Так… Что там у нас в следующей книге? Религия… Богов много… Всех и не запомнишь сразу… Но главные из них точно некий Мегорм – прародитель всех остальных божеств и Анлот – воплощение женского начала. Думаю, для начала хватит запомнить только их.

От чтения меня оторвала Мэлвин, принесшая ужин, а следом за ней доставили обещанные портнихой наряды. Прошло не менее часа, прежде чем служанка разобрала их и аккуратно развесила в гардеробной.

– И куда мне столько? – вопрошала я, разгуливая среди рядов с вешалками.

– Ну что вы, госпожа! – Мэлвин улыбалась так радостно, будто эти платья принадлежали и ей в том числе. – У тайры должно быть все только самое лучшее: одежда, обувь, украшения, мебель… Все, что она пожелает.

– Кроме имени, – вырвалось у меня.

– Что? – улыбка Мэлвин стала растерянной.

– У тайры нет имени, – четко произнесла я. – Это мне объяснила мать императора. Ты знаешь, почему так, Мэлвин? Почему никто не может обратиться к тайре по имени? Это запрещено каким-то законом? Или что-то еще?

– Я не знаю, госпожа…– прошептала девушка. – Правда, не знаю… Вроде, нет никакого закона. Просто так принято и все. Но ведь «тайра» уже само по себе звучит уважительно, разве нет? – с волнением добавила она.

– А тебе разве не интересно, как меня зовут? – я посмотрела на служанку с вызовом.

– Я, госпожа…– Мэлвин совсем оторопела.

– Меня зовут Дарья… Даша, – сказала я уже мягче. – И я не собираюсь отказываться от своего имени. И буду рада, если ты хоть иногда будешь так ко мне обращаться. Разве это трудно? Я ведь называю тебя по имени.

– Но как я могу, госпожа? – Мэлвин испуганно сложила руки на груди. – Как я могу так обращаться к тайре, будто к своей ровне? Я, какой-то бестьяр, к своей госпоже…

– А если я прикажу тебе? – я не собиралась так просто сдаваться. – Ты ведь не имеешь права мне перечить, так ведь?

– Так…– неуверенно, но уже без прежнего страха отозвалась служанка.

– Тогда приказываю тебе, когда мы наедине, называть меня по имени! – с напускной серьезностью произнесла я. – Вместо «тайры» – Дарья. На людях же можешь продолжать звать меня, как требуют приличия, хорошо?

– Дария…– медленно повторила Мэлвин, сделав ударение на последний слог.

– Не «Дария», а «Дарья», – со смехом поправила я.

– Да-ри-я, – все так же проговорила Мэлвин и расстроено нахмурилась. – Необычное имя…

– Ладно, зови, как получается, – снова улыбнулась я.

– Хорошо, – просияла Мэлвин и уже уверенней добавила: – госпожа Дария…

– Отлично! – Я одобрительно подняла большой палец вверх и подмигнула. – Теперь это будет нашим секретом. Договорились?

– Договорились, – энергично кивнула Мэлвин и заулыбалась еще шире.

– А я тебя буду называть «Мэл», можно? Мне так тоже удобней…

– Конечно, госпожа… Дария!

Услышав снова свое имя, я удовлетворенно усмехнулась. Вот так, госпожа бывшая тайра… Возможно, ваши советы и имеют какой-то смысл, но только для тех, кто готов сдаться без боя, как вы сами когда-то… Но я пока не собираюсь прогибаться под этот мир, я еще повоюю…

– В таком случае, Мэл, – приободрившись, сказала я, – я не против принять ванну с теми шариками, что ты кидала мне вчера.

– С кроками?

– С ними самыми!

– Ой, я сегодня как раз раздобыла для вас кроки с новыми ароматами! Сейчас все сделаю, госпожа! – Мэлвин тут же унеслась выполнять мою просьбу.

Не успела моя служанка-лисичка скрыться в ванной, в дверь осторожно постучали.

– Входите, – отозвалась я, подобравшись.

– Доброго вечера, тайра, – в комнату вошла Дафна.

– Доброго вечера, – вернула я ей приветствие.

– Тайра…– во взгляде всегда сдержанной управляющей проскочило легкое замешательство. – Вернее, старшая тайра просила передать вам, тайра…– она снова на миг запнулась.

Мне же наконец стала понятна причина ее неуверенности: похоже, Дафна попросту запуталась в «тайрах», не зная, как к кому обращаться. Я мысленно усмехнулась. Что ж, пусть пожинает плоды глупых правил своего же мира.

– Она не сможет встретиться с вами до церемонии, – наконец произнесла Дафна, – поэтому просила передать вот это…

О, очередная книга… Хорошо, что тонкая, почти брошюрка. Похоже, в ближайшее время мне только и предстоит, что читать.

– Старшая тайра сказала, что там вы найдете все, что требуется знать к церемонии посвящения, – пояснила дальше Дафна. – Да, и книгу возвращать не надо, она теперь ваша…

– Благодарю, – я повертела брошюрку в руках, пытаясь отыскать название, но кроме завитушек-узоров, разбегающихся по всей обложке, не нашла ни одной буквы. Какое-то секретное пособие для тайры, что передается по наследству от одной к другой?

Но изучить эту тайную инструкцию у меня дошли руки только назавтра. Правда, ничего «секретного» там не оказалось. Все те же обязанности, возлагаемые на плечи тайры, немного о правилах поведения с вилонами до обручения (одно из них особенно порадовало: «нельзя оставаться с кем-то из вилонов наедине более чем на четверть часа»), о неоспоримом выборе тайры и всякой прочей этикетной шелухе, на которую я даже не собиралась тратить свои силы и время. Информации о церемонии посвящения было выделено чуть больше места, чем остальному тексту. Из нее я узнала, что сама церемония будет проходить в каком-то храме, она закрыта, и на ней присутствует только бывшая тайра и храмовники. Церемония состоит из нескольких этапов, связанных с природными стихиями, на которых базируется местная магия. В этом пункте мне хотелось бы больше подробностей, однако те, кто составляли это пособие, случайно или специально, не удосужились развить тему. Далее, объяснялось в «инструкции», меня, уже полностью готовенькую к выбору мужа, вернут во дворец, где я, собственно, и познакомлюсь наконец со всеми претендентами. А там месяц «смотрин» и… Церемония обручения, которой было посвящено всего несколько строк: состоится во дворце, присутствие императора и прочих вилонов обязательно, проезд по главной улице и приветственная речь перед народом… В общем, сплошные формальности, которые вызывали лишь скуку и зевки.

Церемонию посвящения назначили на вторую половину дня: к трем часам меня должны были доставить в храм где-то на другом конце столицы. Однако Мэлвин разбудила меня ни свет ни заря, посчитав, что я могу не успеть подготовиться к этому событию должным образом. Глядя, как полыхают ее щеки и лихорадочно блестят глаза, начинало казаться, что предстоящая церемония волнует ее больше чем меня. Я же, наоборот, погрязла в некой апатии. Стало вдруг безразлично, что и как все будет происходить, лишь бы поскорей закончилось.