Ты богиня, детка! или Игры Посейдона

Глава 4

Преподаватель Кей Ольсен… Кей – преподаватель… Кей на Олимпе?..

– Что это значит? – в горле все сдавило и пересохло, отчего голос мой походил на хрип. – Как такое может быть?..

– Значит, я была права! – всплеснула руками Аямэ. – И все-таки Кея видела тогда у ворот! Это был он!

– Это был он…– эхом повторила я. – Но почему тогда его не видела я? Почему ни разу с ним не встретилась?

– Возможно, это случайность, – осторожно предположила подруга.

– Или он сам не хотел, чтобы я с ним встретилась…

Я закрыла лицо руками и судорожно вздохнула, пытаясь справиться с подступающими слезами. Почему, Кей?.. Почему?.. Что, вообще, происходит?..

– Ника, ты не переживай сильно. – Аямэ села рядом и стала успокаивающе поглаживать меня по плечу. – Может, все не так, как тебе кажется… Вот сегодня вы увидитесь на лекции, и ты посмотришь, как он будет себя вести… Может, вам удастся с ним наконец поговорить…

– Поговорить…– я удрученно усмехнулась. – Даже не представляю, сможем ли вообще говорить друг с другом… После трех месяцев молчания…

На завтраке я почти ничего не ела. Погруженная в свои мысли, не чувствовала ни вкуса, ни запаха еды. Спроси меня через полчаса, что за блюдо сегодня подавали, я и не вспомнила бы.

До первой лекции было еще немного времени, и я решила проведать Диониса, а заодно задать ему несколько животрепещущих вопросов.

– Что это значит? – Я положила перед ним лист с расписанием.

– А где «доброе утро, милый?». – Бог виноделия попытался меня обнять, но я оттолкнула его и показала пальцем на строчку с именем Кея.

– Я жду объяснений…

Улыбка Диониса сразу померкла, и он сокрушенно развел руками:

– Я сам только сегодня об этом узнал… Честно…

– То есть, хочешь сказать, что за два дня ни разу не встретил Кея в ваших божественных чертогах? – я нервно хохотнула. – Или хотя бы не слышал о том, что он будет преподавать вместе с тобой в Академии? Ты серьезно думаешь, что я в это поверю?

– Можешь не верить, но это так, – тихо отозвался Дионис. – Я не видел Кея эти два дня и не знал о его нахождении на Олимпе. Но до того момента, когда я отправился за тобой в мир смертных, его точно не было здесь. И я понятия не имею, когда он вернулся… Могу поклясться памятью своей матери…

Таким серьезным и расстроенным я видела Диониса лишь единожды: когда он пытался спасти свою Нику. А уж клясться матерью так и вовсе было не в его стиле…

– Я сам впервые увидел его имя утром в расписании, – продолжил он, умоляюще глядя на меня.

– Ладно…– я протяжно выдохнула. – Пусть будет так. Ты тоже не знал о Кее…

– И что теперь будешь делать? – Дионис сейчас походил на побитого пса. – Вернешься к нему?

– Я? – от этого нелепого вопроса на сердце стало еще тяжелее, а в глазах вновь защипало от слез. – Ты смеешься? Вернуться к тому, кто оставил меня без всяких объяснений? К тому, кто за два дня не удосужился найти меня и сказать хотя бы «привет»? Как бы я ни любила его, но у меня тоже есть гордость…

– Значит, все остается по-прежнему? – с надеждой уточнил Дионис.

– Конечно, – ответила я без всякой улыбки и покинула его лабораторию.

– Как же все-таки хорошо, что Гера вернулась, – шепотом прокомментировал Пашка появление богини войны. – Как вспомню времена «правления» Афины, так и вздрогну…

Я же совсем не разделяла его радости. Наоборот, теперь с ностальгией думала о тех месяцах, когда Афина заменяла ректора. Ведь во многом благодаря ей мы сблизились с Кеем, а возвращение Геры все перечеркнуло…

– На наших лекциях мы будем говорить о самых известных и разрушительных войнах за всю историю существования мира, – вещала между тем у кафедры Афина. – Это касается как войн смертных, так и богов… Попытаемся разобраться в причинах их возникновений, а также упущенных возможностях в их мирном разрешении… Подискутируем на тему, насколько вмешательство богов в эти конфликты могло изменить их исход… Ведь любая война – это урок не только для человечества, но и для богов…И начнем мы знакомство с нашим предметом с Галльской войны…

– Жизнь и смерть – бесконечный процесс, – начала свою лекцию Деметра. – Но если обычному человеку он неподвластен, то боги имеют возможность влиять на него в той или иной мере…

Когда она вошла в аудиторию, я даже на время отвлеклась от своих депрессивных мыслей. Наконец я видела ту, чьей жрицей была моя прабабка и которая наделила меня божественной искрой, позволившей оказаться на Олимпе. А еще она мать Персефоны, с которой мне уже довелось познакомиться в царстве Аида. К слову, Деметра со своей дочерью оказались очень похожи: одинаковые золотистые, чуть вьющиеся волосы, зеленые как весенняя листва глаза, нежные черты лица и стройная фигура. И улыбка такая мягкая и понимающая… С трудом верилось, что сейчас перед нами стояла одна из самых влиятельных богинь Олимпа.

– И я, хранительница жизни и покровительница всего живого, – продолжал литься невероятно мелодичный голос Деметры, – поделюсь с вами своими знаниями и умениями… Научу вас не только возвращать к жизни тех, кто ее лишился, но и даровать смерть тому, кто в ней нуждается… Однако, дабы предупредить домыслы и дальнейшие вопросы, оговорюсь: это не касается людей. Их жизненный путь в руках мойр, а путь их смерти выбирает Аид… Поэтому не питайте иллюзий, что сможете воскрешать умерших близких или убивать врагов. Признаюсь, даже я не могу этого сделать. Но зато, – она ободряюще улыбнулась, – миллионы других существ нуждаются в наших способностях: от прекрасного цветка, который умирает от засухи, до косули, смертельно раненной хищником… И уже в ваших силах помочь им. Вернее, будет в ваших силах к концу второго года обучения. Что касается плана учебы… В первый семестр мы проходим только теорию, а весь второй уже будем применять полученные знания на практике…

Если первые две лекции я еще хоть что-то соображала, то с каждой минутой, что приближала третье занятие, все больше сходила с ума от волнения и страха.

В аудиторию, где должна была проводиться лекция по «Основам перевоплощения» я входила на негнущихся ногах. Аямэ, видя мое состояние, даже оставила своего Нобу и села рядом со мной, чтобы поддержать.

– Добрый день, – от звука голоса Кея мир на миг качнулся, и стало трудно дышать.

Кей… Он совсем не изменился… И одежда все та же… И маску так и не снял…

Кей остановился по центру аудитории и переплел руки на груди. Такой знакомый жест…

– Думаю, многие из вас знают меня, – продолжил он, лениво водя глазами по присутствующим в аудитории. – А кто-то и очень хорошо…

Я думала, он сейчас посмотрит на меня, но его взгляд остановился на Пашке, затем на секунду переместился на Ханну и вновь ускользнул в сторону.

– В прошлом учебном году я был таким же студентом, как и вы, в этом же мы оказались по разные стороны… кафедры, – я отчетливо представила ухмылку, которая с большой вероятностью сейчас появилась на его лице. – Поэтому придется соблюдать субординацию. Вы можете обращаться ко мне по имени, однако я не потерплю панибратства…

– Ни фига себе, – едва слышно присвистнул Пашка. – А у Кея-то нашего корона на голове выросла…

– А что ты думал? – шикнула на него Ханна. – Преподавателям быть – это тебе не в футбол играть…

– Ой, можно подумать, – огрызнулся Павлик.

– Вот и подумай! Тебе не помешает! – не унималась Ханна.

– И настоятельно прошу, чтобы на моих лекциях стояла тишина, – спорящая парочка не сразу заметила, что Кей обращается к ним. Я же замерла, поскольку его глаза были устремлены едва ли не в мою сторону.

– Иначе я создам тишину сам, – закончил он и наконец взглянул на меня, договаривая: – Только этот способ вам может не понравиться…

Я искала в глазах Кея хоть каплю прежней нежности, желала понять, тосковал ли он по мне, но вместо этого замерзала под обжигающе холодным взглядом.

Что происходит, Кей?.. Что с тобой происходит?

– Итак. – Кей потерял ко мне интерес, прошел к окну и присел на подоконник. – Вернемся к нашему предмету. Основы перевоплощения… Все вы, конечно, знаете, что у любого бога, претендующего на высокое место в иерархии пантеона, должна быть ипостась зверя… Именно ее поисками вы и займетесь на моих занятиях…

На протяжении всей лекции я слушала Кея, но при этом не слышала. Воспринимала только звучание его голоса, и вспоминала, вспоминала, вспоминала…

Он больше ни разу не посмотрел в мою сторону, но я и сама не искала его взгляда. Мое сердце и без того разрывалось от боли, хотелось лишь одного: подняться и немедленно покинуть аудиторию. И не возвращаться сюда. Никогда. Но вместо этого я продолжала сидеть на месте, опустив голову и уставившись глазами в стол. И слушать его голос…

– К следующему занятию подумайте, каким зверем либо птицей вы могли бы представить себя…– завершил свою лекцию Кей. – На этом у меня все. До встречи послезавтра…– и направился к двери.

Я до последнего надеялась, что он задержится. Или будет ждать меня в коридоре… Или встретит на крыльце… Или…

Но нет, Кея нигде не было.

– Я не понимаю! – Аямэ тоже это заметила, чему начала бурно возмущаться. – Он что, не собирается даже объясниться с тобой?

– Как видишь, объяснения ему не нужны, – ровным голосом отозвалась я. И добавила твердо: – Как и мне.

Да, именно так. Я больше не буду ждать его объяснений… Мне они тоже уже ни к чему. Как бы ни было больно, но сегодня придется окончательно поставить жирный крест на Нарви…

Глава 5

– Зря ты в этом году не записалась на танцы, – сказала Аямэ вечером, – отвлекалась бы…

Сама она только что вернулась оттуда же и пребывала в приподнятом настроении.

– И с кем я там буду танцевать? – Я лежала на кровати, отрешенно уставившись в стену. – У меня снова нет пары… Не с Дионисом же мне туда идти?..

– Да, Дионис там будет лишним…– со вздохом согласилась подруга. – Зато и Николя не появился… Он вообще какой-то тихий стал, заметила?

– Не сглазь. Пусть таким и дальше остается…

– А вот Паша по-прежнему ходит на занятия, – продолжала делиться новостями Аямэ. – И знаешь с кем? С новенькой девушкой, первокурсницей…

– Теоной?

– Да, точно… Имя такое интересное.

Я усмехнулась: думаю, для самой Теоны имя моей японской подружки тоже звучало непривычно.

– Но еще любопытней не это, – Аямэ сделала загадочное лицо. – Ханна тоже решила танцевать!

– О…– в другое время я бы удивилась этому куда более эмоционально, но сейчас чувствовала себя как в заморозке. Пожалуй, даже приближение конца света оставило бы меня равнодушной.

– Ника…– Аямэ, бросив попытку меня растормошить, села рядом. – Ты что-то совсем приуныла… Я, конечно, понимаю, что тебе сейчас тяжело, но надо как-то взять себя в руки…

– Не волнуйся, это временно, – я, сделав над собой усилие, улыбнулась. – За ночь переболею и завтра приду в норму…

– А что Дионис? Не хочешь с ним встретиться? – осторожно спросила Аямэ. – Может, отвлечешься с ним? Он ведь у нас мертвого развеселит.

– Нет, Диониса мне пока точно не хочется видеть… И он, к счастью, об этом знает.

– По правде говоря, не ожидала, что Дионис такой чуткий, – заметила подруга. – Мне все время казалось, что он немного эгоистичный и ветреный человек… Вернее, бог.

– Он разный, – я снова улыбнулась.

– И этим привлекателен, – добавила Аямэ, весело прищурившись. – Разве нет?

– Наверное, – согласилась я, с теплом вспомнив о боге виноделия.

Как бы то ни было, но Дионис всегда оказывался рядом и подставлял плечо в мои самые трудные минуты. Пожалуй, стоит быть с ним помягче и все-таки подпустить его к себе ближе. Дать нам с ним шанс, как он выразился сам…

Следующим утром я впервые поднялась раньше Аямэ. Тяжелые мысли, которые всю ночь одолевали меня, не давая спать, никуда не исчезли, но при свете дня сражаться с ними было все же проще. Поэтому я всячески пыталась отвлечься: сходила в купальни, где в столь раннее время оказалась в полном одиночестве, изучила новый каталог с товарами, сложила сумку, и к тому времени, как проснулась Аямэ, уже успела одеться, причесаться и даже нанести легкий макияж.

Завтрак снова прошел незамеченный мною: хоть внешне я и старалась бодриться, аппетита по-прежнему не было. Поэтому выпила лишь крепкого кофе, который помог мне немного отогнать сонливость и прояснить мысли.

Первой в расписании стояла лекция Диониса. Увидев его, входящим в аудиторию, я неожиданно испытала радость. А улыбка, которой он меня одарил в ответ, вызвала во мне прилив самых светлых чувств. Мне даже удалось на время отвлечься от воспоминаний о Кее, заменив их на мысли о Дионисе. И совсем не была против, когда бог виноделия попросил меня задержаться после занятия на пару слов.

– Как ты, детка? – спросил Дионис, когда мы остались одни.

– Нормально, – ответила я со спокойной улыбкой. – В полном порядке…

– Выглядишь хорошо, даже слишком, – усмехнулся он. – Назло ему, да?

– Вот еще! – я попыталась возмутиться, правда, вышло не очень убедительно. – Для себя…

– Ясно, – Дионис, конечно же, мне не поверил.

– А у тебя как дела? – я быстро сменила тему.

– Вот жду, когда ты согласишься провести время со мной, – он улыбался, глядя мне прямо в глаза.

– А если уже?

– Что «уже»?

– Уже согласна встретиться с тобой, – пояснила я.

– Ты уверена? – недоверчиво переспросил Дионис.

– Эй, не задавай глупых вопросов! – я в шутку нахмурилась. – Приглашай меня куда-нибудь, пока я не передумала!

– Тогда сегодня у меня в пять, – быстро произнес бог виноделия.

– Стоп, – я посмотрела на него с подозрением. – Ты не забыл, о чем мы договаривались? Я дала согласие всего лишь на свидание, а не на что-то другое…

– А я и не имею в виду «что-то другое», – хохотнул Дионис. – И прекрасно помню о нашем уговоре. Я приглашаю тебя даже не к себе в покои, а просто в божественные чертоги… Хочу тебе показать местные достопримечательности и немного познакомить с жизнью обитателей Олимпа. Ведь, вполне вероятно, ты сама скоро станешь одной из нас.

– Красиво говоришь, – усмехнулась я, – но все равно чую какой-то подвох… Надеюсь, я не попаду из-за тебя в неловкую ситуацию?

– Разве ты мне не доверяешь? – спросил хитрый винодел.

– Ладно, – я с некоторым сомнением окинула его взглядом. – Попробую тебе поверить.

– Тогда в пять встречаю тебя у моста, детка…

– Постараюсь не опоздать…

Следующая лекция тоже стала для меня отдушиной, ибо это была любимая мною Иллюзия. Только теперь мы перешли от ее «Основ» к более углубленному изучению, и с первого же занятие приступили к созданию иллюзии изменения внешности.

А вот третьим в расписании значился совершенно новый предмет с пугающим названием «Искусство ведения боя», который, ко всему прочему, должен был вести один из самых жестоких богов Олимпа – Арес.

Больше всего я опасалась, что на этих занятиях нас будут учить драться. Но лишь взглянув на вошедшего Ареса, поняла, что ошиблась. Кажется, мы будем упражняться не в драке, а в искусстве убивать…

Об Аресе в Академии ходили самые разные слухи, но вывод из них следовал один: этот бог ужасен.

В отличие от Афины, которая считалась богиней справедливой битвы, Арес покровительствовал войне кровавой и коварной. И характер его отличался особой агрессивностью и жестокостью. Трудно представить, что его выбрала себе в мужья Афродита, да еще и родила от него шестерых детей, в том числе и Эроса. Впрочем, если верить тем же слухам, богиня красоты не раз нарушала супружескую верность. А еще Арес приходился сыном Гере, но если вспомнить слова Диониса, то родился он не от Зевса, хотя и был признан им. В общем, наш новый преподаватель имел особую славу не только в стенах Академии, но и на самом Олимпе.

Высокий и крупный, крупнее даже Геракла, с лицом, исполосованным шрамами, он лишь одним своим появлением вогнал всю нашу группу в ступор и заставил вытянуться перед ним стрункой, боясь даже шелохнуться.

– Приветствую, недобоги, – его голос был похож на рык. – И сразу перейдем к делу. На моем занятии вы должны забывать о том, что пытается вдолбить в ваши головы Афина. Справедливости на войне нет. Выигрывает сильнейший и хитрейший. Забудьте о том, чему вас учила Фемида. Никаких прав и обязательств. Здесь каждый сам за себя. На моих занятиях вам могут пригодиться знания и умения только по двум предметам: физическая культура и иллюзии. И то лишь в первое время.

– Все, мне конец, – убито прошептала Аямэ, у которой единственная в табеле плохая отметка – пятерка, была у Геракла.

– Прямо армия какая-то, – буркнул справа Пашка. – Только дедовщины не хватает…

– Чему я попытаюсь вас обучить? – продолжал Арес. – Владению оружием и использованию своей божественной силы для сражения. Вопросы будут?

– Да, – поднял руку Пашка. – Мы разве готовимся к войне?

– К войне нужно быть готовым всегда, – сверкнул на него недовольным взглядом Арес.

– А к войне с кем? – снова спросил Паша. – Со смертными или…

– Конечно, с другими богами! – не дав ему договорить, рявкнул преподаватель. – Если вы не сможете справиться со смертными, то тогда что вы за боги? А если ближе к сути… Олимп во многом уступает в боевой подготовке тому же Асгарду. В их Академии «Искусство боя» чуть ли не на первом месте среди прочих предметов. Хатиман и Бисямон-тен на своих Небесах тоже времени зря не теряют. В этом году снова открылась Академия на Кураме, и при ней Бисямон создал отдельную Школу небесных воинов…

– Это он про наших богов говорит, – опять шепотом пояснила мне Аямэ. – И про Школу мы с Нобу тоже слышали…

– А почему вы не захотели перевестись в Академию поближе, раз она открылась? – спросила уже я.

– Мы решили, что доучимся уже здесь, – улыбнулась Аямэ, но под уничтожающим взглядом Ареса сразу вернула лицу серьезный вид.

– Еще вопросы? – спросил он потом у группы.

– А что, если любые силовые тренировки запрещены по состоянию здоровья? – подал голос Николя, у которого из-за зрения было частичное освобождение от физкультуры.

– Значит, тебя первым вынесут с поля боя, – равнодушно отозвался Арес. – Итак, первые три занятия у нас будут теоретическими, а затем перейдем к практике, – закончил он свою вступительную речь и приказал открыть конспекты.

Дионис, как и обещал, ждал меня у моста в назначенное время. На этот раз он проявил деликатность и не предпринял никаких попыток обнять или поцеловать, чему в душе я была очень рада.

– Так что ты хочешь мне показать? – спросила я, когда мост остался позади.

Рядом с божественными чертогами царила привычная благостная тишина, изредка нарушаемая трелью невидимых птиц. Дворец олимпийцев, как и многие другие строения, располагался на склоне горы, поэтому имел многоступенчатую архитектуру. Я же с опаской поглядывала на вход в ту часть дворца, где когда-то, почти год назад, видела Кея. А вдруг он тоже сейчас здесь, у Геры?.. Еще одной подобной встречи я точно выдержу.

– Если интересно, могу показать, где чьи покои, – предложил Дионис.

– Давай, – согласилась я, по-прежнему бросая взгляды в сторону Гериной части дворца.

– Можешь не нервничать, – заметив мое волнение, сказал бог виноделия. – Гера сейчас не у себя. Скорее всего, в ректорате сидит. Значит, и гостей ее здесь тоже нет.

– Хорошо, – я улыбнулась несколько смущенно. – Идем дальше… Кто там твои соседи?

– Рядом со мной. – Дионис показал на полукруглый выступ с анфиладами вытянутых окон, – живет Гермес…

– Почему-то я не удивлена, – усмехнулась я. – Похоже, вы хорошие друзья…

– Да, Гермес, пожалуй, единственный, кому я могу доверять на Олимпе. Мы с ним близки почти с самого детства. Только его и считаю своим братом.

– На самом верхнем ярусе живет Зевс, – продолжал показывать Дионис. – Сразу под ним покои Афродиты и Ареса. Видишь, вон те балконы, украшенные цветами?

– Да, очень симпатично, – отметила я и улыбнулась. – Сразу видно, что там живет богиня красоты.

– Только Аресу они постоянно мешают. Он любит утром помахать мечом на балконе и часто, задевая, сбрасывает их вниз, – тоже с улыбкой сказал Дионис.

– Кстати, – вспомнила я сегодняшнее занятие по Искусству боя, – а это правда, что может быть война между пантеонами богов?

– Арес запугал вас? – Дионис неодобрительно хмыкнул. – Этот детина только и грезит войной. Он просто спит и видит, чтобы где-нибудь началась какая заварушка.

– То есть переживать не стоит? Ничего не будет?

– Конечно, нет! В противном случае, отец бы уже собирал армию.

– Тогда зачем нам занятия по Искусству ведения боя?

– Чтобы научиться использовать свою силу в разных сферах, в том числе и сражениях, – резонно ответил Дионис. – Мало ли…

– Значит, опасность войны все-таки есть? – вновь озаботилась я.

– Опасность войны есть всегда, – Дионис почти слово в слово повторил слова Ареса, но продолжить эту тему мне не дал, указав на очередные балконы. – Ниже живут Гестия и Деметра. Их покои совсем рядом. Они очень дружны между собой, но с другими редко общаются. Аполлон и Артемида тоже живут на одном ярусе. Там, где в окне видна клетка с птицей, это спальня Артемиды, а с другой стороны, где стена расписана всякими узорами – Аполлон… Так… Кто у нас еще остался? Гефест… Отсюда плохо видно… Но вон, гляди, за углом, крыльцо и дверь с кованой решеткой. Вот там он и живет. А чуть дальше его кузница… Пожалуй, все!