Записки от старости. Ироническая проза

Хоть и закадычные подруги, а привычки доверять нет. Да и квартирный вопрос всех испортил, без исключения, это еще в начале прошлого века подмечено. Тут и дети родную мать запросто кинут, не говоря о близнецах-братьях. А что старушенции? Старика бы какого-нибудь взяли с собой пожить. Может, ведро с соросом (мусором) вынесет.

– А напьется и обеим голову отвинтит? Тогда что? – спрашивают старушки. Это еще один вопрос, на который нет приемлемого практического ответа.

Адам всегда ставит вопрос ребром. А Ева работает методом тыка в тыкву. И клюка в клюкву. Где старичка взять? Да на теплотрассе – отмыть, подкормить, так обязательно инженером окажется или журналистом.

…Для дам благодетель держит портвейн №13 – цифровое качество.

Появилась в городе вражья сила, непьющие. Например, АА – анонимные алкоголики, американского типа, которые, в сущности, никогда и не знали, что такое пить по-настоящему, по-черному, как изобразил художник Казимир Малевич на картине «Черный квадрат».

Нас им никогда не перепить. (Американцы, будь они неладны). Они рядом с нами трезвенники в своей массе. Сухой горбачевский закон породил мокрое беззаконие. До страшного доходило.

– Я, – откровенничает алкожириновец, – уже второго сына своего друга, тоже алкобизнесмена, хороню: зверски убили, расплющили лицо, сделав неузнаваемым. А ведь тоже был анонимным алкоголиком.

Наши пьющие люди не нуждаются в анонимности, всегда остаются личностью и готовы на компромисс, пусть не закусить, так занюхать. Когда вернешься с другого конца планеты, это заметно.

Сам-то, мой липучий собеседник, отдыхал в Латинской Америке, только что вернулся, и свежим глазом наш бардак ему заметнее. Шубу, вон, привез из Аргентины, никак продать не удается. Жене вез, а жена, будто подменили, никак не привыкнет. И поговорка про коней, которых не меняют на переправе, плешь переела. Жена у жириновца не первая и не вторая, он и сам со счета сбился, поскольку счет в каждом случае разный. В том числе гамбургский.

У магаданцев собственная гордость: пить родную водку в любой точке мира, провозя сквозь кордоны в грелках. «Зачем вам грелка в тропиках?» – вопрос на таможне. Все-то им растолкуй.

«А чтобы как Тузик грелку».

Геометрия у нас такая: наряду с черным квадратом, красный треугольник иметь (торговая марка галош).

Потом появилась марка «Две монеты», так это кеды, которые мы с Валеркой называли кеты, запутывая в понятие Кета – красная рыба, лосось.

Вон, наши, бывшие магаданцы, организовали общину старообрядцев в Уругвае. Баньку топят эвкалиптами. Жена ругает в Уругвае, а ты сам себе Сенкевич.

Детская забава: «Парагвай, Парагвай, кого хочешь, выбирай».

Огневого задора кубинцы, поклонники кубизма – как высшей формы квадратуры круга, побратались с полтавчанами, в полушарах шаровар.

Казино у нас, в Магадане, понаоткрывали с избытком. Нам бы какой-нибудь международный аукцион к себе перетащить, – прожектерствует алкодеятель. – Вот бы озолотели. Банк «Неудержимый» и банк «Ва» согласны вложиться в дело, особенно если строить лыжный курорт на склонах Марчеканской сопки. Куршевель можно затмить, если заинтересовать мордобоем и оргиями в широком смысле – Георгиями. Должность массовика-затейника ввести по этой теме. Национальные виды – стенка на стенку, спортивный вальс с перебором партнеров.