Ячейка №30

– Может быть, где-то в глубине души, ты считал себя чем-то чрезвычайно опасным, чем-то серьезным, что может пойти против любой системы. Однако ты – червь, как бы там ни было.

– А как я должен был сделать по твоему мнению, Брэдфорд?

– Обратился ко мне по имени, удивительно. Ты должен был сдаться, как только понял, что ты ничего не способен противопоставить, но каждый раз ты пытался, каждый раз ты терпел поражение, и возвращался снова, но для чего? Исход был всегда один, и теперь он будет ясен любому, кто узнает про эту ситуацию.

– Может, если каждый раз идти по кругу, то что-то в нем изменится? Вводимые данные каждый раз были разными, и ситуация изменялась от того, что находилось вокруг меня. Сейчас, когда почти победил, кем ты себя считаешь, Брэдфорд?

– Я? Никем. Ничего не изменится от того, что я победил тебя, и ничего не станет иначе. Что живой, что мертвый ты не представлял угрозы, поэтому я не считаю твое уничтожение каким-либо достижением. Ты дурак, полный дурак, который возомнил себя умным существом. Даже если бы ты победил, то чтобы от этого стало лучше? Я прекрасно знаю твои планы, как и знает их Высший Интеллект. Разве разрушение всего, что мы построили, будет умным поступком, тот который несет смысл и логику? Ты за тысячу лет ни разу не засомневался в своих действиях, ни разу не подумал о том, что ты можешь быть неправ, поэтому ты никогда не был умным.

– Уверенность в себе не коррелирует с ограниченностью мышления, поэтому твои аргументы просто смешны. Ты и был всю жизнь дураком, который оставил весь мир без защиты, когда она была ему нужна.

– Я понял, что сигмы были правы, что их идеи создадут мир, что они единственные, кто могут вернуть на место все, что потеряли люди за те годы. Анализ показал, что это была сыворотка подавления адаптации, поэтому если я сейчас тебя начну топить, то ты и вправду умрешь,– мы подходим к огромному озеру, дна которого не видно вовсе, – Перед тем, как ты пойдешь на дно, хочу задать тебе один вопрос.

– Хочешь заставить меня сомневаться перед смертью? Глупая затея, я ни в чем не начну сомневаться, даже, если буду полностью неправ, и тогда я выиграю, – я висну над тоннами воды, которые утянут меня вниз, инъекция с брелком все еще на мне, я не помню, что должен делать дальше.

– Дурак. Все это время ты знал про МР, и ее возможности, но ни разу не подумал о том, что ты давно находишься в симуляции, и в самом деле не представляешь никакой угрозы даже так. Тебе приходится играть по нашим правилам, поэтому, чем мир может отличаться от симуляции, где все подчинено нашей воле? Ты ничтожество, которое возомнило себя всем. О тебе никто никогда узнает. Твои «подвиги» и «мысли» сгинут. Прощай.

– Стой: ты знаешь, как меня зовут на самом деле?

– Всем плевать, как тебя зовут, ведь я запомню тебя, как Личность.

Вода плещется, а потом я медленно иду на дно. Мои способности к адаптации ослабляются, но не подавлены полностью, поэтому я все еще могу дышать под водой. Голова кружится, но это лучше, чем смерть. Или… может, стоит сдаться? Я не помню свой план, а если мне не удастся его вспомнить, что тогда? Он ведь добьется того, чего хотел я, он сам разрушит.

НЕТ! БРЕД! Я должен всего лишь вспомнить деталь, которая потянет за собой остальной ворох воспоминаний моего плана. Это самое глубокое озеро в мире, мне в принципе не удастся отсюда выплыть, тогда зачем я пошел на дно?

Я погиб здесь. Я не вспомнил свой план, я окончательно проиграл. Так закончилась моя история. История становления и развития ячейки памяти, хранящей историю развития человечества до невероятных пределов, а я лишь маленькое пятнышко на этой истории.

Я ПОГИБНУ, ВСКОРЕ, ПО СОБСТВЕННОЙ ВОЛЕ, И ИМЕННО ТАК.

Я ПОГИБНУ, ВСКОРЕ, ПО СОБСТВЕННОЙ ВОЛЕ, НО НЕ ТАК.

И я попадаю на дно, когда уже практически не могу дышать. Зачем я здесь? Я почему-то позволил ему себя сюда сбросить, но зачем? Я видел сон, совсем недавно, в нем я проваливался в водной среде, а спустя пару секунд начал светиться синим. Нет, это не был огонь, это было какое-то другое свечение. Только… зачем я помнил это? ТОЧНО, СВЕЧЕНИЕ ЧЕРЕНКОВА! Если какая-то частица в среде начинает двигаться быстрее, чем делает это свет в этой же среде, то она светится. Вода распадается на кислород и водород, когда ее слишком сильно нагревают. В моей руке находится запас ядерного топлива для особых случаев. Здесь строили огромный термоядерный реактор для того, чтобы хорошо его охлаждать и наблюдать свечение Черенкова на поверхности. Он не достроен, но это не так важно. Шлюз передо мной, дверь которого почти нереально открыть, но мои силы еще есть. Одной рукой я сворачиваю дверь и прохожу внутрь, пока вода начинается биться внутрь, а я бегу, изо всех сил. Меня почти несет ей, но дверь встает обратно, и вода перестает идти. Если сейчас погрузить ядерное топливо в то, что осталось от попыток создать здесь термоядерный реактор, то он невероятно разогреется, вода заберет тепло, распадется на водород и кислород, после чего начнется термоядерная реакция – водородный цикл. Вода сама будет поддерживать процесс преобразования себя в гелий, когда под действием давления будет заливаться сюда. Огромное количество энергии содержится в связях этой воды, такое, что хватит полностью испарить озеро, когда-то называвшееся Байкал. Броня из федерацита под действием излучения термоядерной реакции полностью защитит меня от любых температурных пределов, когда реакция начнется. Я чувствую, что больше не могу сопротивляться желанию спать и отдохнуть, значит, инъекция начала действовать. У реактора будет всего 5 минут, чтобы испарить весь Байкал, поскольку отсутствие кислорода в костюме меня убьет через 5 минут, а дальше я буду слишком легкой добычей. И тогда я нажимаю на кнопку, раскрывающую костюм, после чего вода врывается в помещение, и затапливает реактор. Отсчет пошел.

Меня может убить взрывной волной сейчас, когда он начал работу. Меня переполняет радость, эмоции, я чувствую что-то другое спустя столько времени, сейчас все идет не по очередной программе, которая заново срабатывает каждые 30 лет, теперь все зависит от стечения обстоятельств.

Чарльз убил такое количество своих друзей и близких, хотя сам не помнит ни о чем из этого, как и не помнит любой другой стинамсолдат. Их воспоминания заменяются шаблонными прямо в тот момент, когда они убивают, а трупы, как мы уже помним, не видит никто. Такая система не дает сбоев, поскольку замена происходит сразу у всех, отчего никто и не вспомнит правды. Как же чувствует себя тот, кто знает обо всем? Даже мое имя знает, но не подаст виду. Сейчас я разрушу такое количество экосистем уничтожением этого озера, но ничего с этим не сделаешь. Я перестал относиться ко всему миру через призму трагичности и мрачности, когда понял, что все приближается к концу. Я убил семью Чарльза сам, но разве это стоит хоть чего-нибудь, если мне нет никакого дела? Его семья, они оставили бы все в мире так, как есть, они бы оставили во главе сверхдержавы ужасную машину. И если это так, то разве не стоит их уничтожить, как и всех остальных? В этот раз я смог разрушить маску Чарльза только из-за этого, заставить его проявить агрессию, сделать так, как мне было нужно, и тогда получить контроль над его телом. Все остальные давно не подходили, их голова была изначально сломана, а Чарльза ломали в течение жизни. Ничего бы не изменилось, если бы он убил всю свою семью сам, это не поменяло бы ровным счетом ничего.

Я забыл о том, что это лишь трюк. ВИ слишком хорошо действует – он способен ввести в заблуждение даже меня, но правду я не могу сказать – тогда весь тот поток перестанет с огромным давлением биться в маску Чарльза, разрывая ее на части. Мне нужно самому в это верить, чтобы верил Чарльз.

Мы находились рядом с памятником настоящему человеку. Безликий атлант, держащий на своих плечах земной геоид. Как отвратно он выглядит, учитывая всю его суть, подразумевающую понимание этих людей кто такой настоящий человек. При разрушении старых структур все чудеса света рухнули, их разрушили те, кто хотел полностью провести черту между собой и прошлым. Этот памятник только показывает, как сильно люди стремились к этому. В самом деле, настоящий человек – что это для нас было тогда, когда мое сердце еще билось? Это тот, кто обладает высшими моральными качествами, всегда придет на помощь, испытывает сострадание к другим в любых ситуациях, поймет действие любого и отнесется к нему по-человечески. Однако мы зовем его дурак, всегда и везде, он остается дураком, которого мир уничтожит при любой возможности, как тупиковую ветвь человеческого развития. Я ненавижу таких людей, поскольку они не настоящие, как и я. Я – ненастоящий, они – ненастоящие, лишь те, кто сочетают в себе обе стороны человеческой жизни, могут стать людьми, те, кто делают выбор между ужасными вещами и прекрасными подвигами, и всегда выбор разный. Я понял, за тысячу лет, я понял, что это лишь бред, и у настоящего человека нет определения, ты лишь можешь почувствовать его, как и почувствовать любовь, добро, сочувствие, жестокость, честность – все это не поддается определению привычным научным способом, а любые попытки дать определение – бред.

И тогда, когда мой мозг перестает уже работать, и все ткани начинают отмирать, но я все еще могу думать, костюм раскрывается, а я чувствую тепло. Вся вода испарилась до уровня нахождения этой установки. В месте реактора виднеется круглый светящийся шар плазмы, кажется, это мини-звезда, но почему она сформировалась? Без энергии невероятно тяжело двигаться, поэтому у меня есть идея. Я толкаю стенд с шаром, после чего он попадает в то место, где находился урановый заряд. Отсек на руке закрывается, а моя рука через пару секунд отрастает заново. Мои силы вернулись, я снова могу адаптироваться, а через пару секунд, как только я появлюсь живым, сюда спустится Рыцарь. И тогда я выхожу наружу, где на дне остались маленькие ручейки воды, а пар от воды ошпаривает мне лицо. Чем больше энергии у стинамсолдата, тем он лучше по всем своим характеристикам, поэтому ядерный реактор есть у Рыцаря, но у него он больше. И когда я поднимаю голову вверх, то я замечаю черное пятно, постепенно увеличивающееся в размерах. И плазменный клинок, которым пытается нанести урон Рыцарь, я останавливаю правой рукой. Теперь гораздо проще сражаться, правда, чем больше я нахожусь на месте, тем мне жарче, и ни один стинамсолдат не потеет, поскольку вся энергия уходит на БП, а здесь ее более чем достаточно. Меня вдавливает в землю, как гвоздь, поскольку давление моих ног из-за маленькой площади чрезвычайно велико. Он бьет меня ногой по торсу, чтобы я вылетел и всем импульсом ударился о стены нынешнего карьера.

Он даже перестал разговаривать, теперь он ведет себя как обычно, когда приходит за нами. Никакого урона, даже от такого удара, я лишь тяну время. Начинает подниматься сильный ветер из-за того, что в атмосферу вышло большое количество горячего водяного пара. Сражаться с ним бесполезно. Я это прекрасно понимаю, но удовольствие от того, что происходит, я получаю. Мое тело пробивает плазменный клинок, и пытается отделить ноги от торса, но он подобрался слишком близко. Огромный поток синего пламени украшает весь карьер, когда он пытается двинуться, такая температура достигается с помощью сжигания ацетилена под огромным давлением. Рыцарь закрывает лицо, которое не должно получать высоких температур, а я разогрелся до 3 тысяч градусов Цельсия. Температура топлива, которым является мини-звезда, не способна поддаваться манипуляции – это нужно для более эффективной схемы использования БП.

– Ты считаешь, что меня это способно ранить? – ветер сильнее и сильнее, всего пара секунд и горячий воздух с холодным образуют смерч, который сейчас так необходим. Из спины Рыцаря вылезают кадмиевые стержни, призванные останавливать неконтролируемую ядерную реакцию внутри его костюма, и тогда он с легкостью отрывает мне БП руку. Он подбрасывает меня вверх, и меня подхватывает образовавшийся смерч. Рука реконструируется заново, а Рыцарь подпрыгивает до того же смерча, стараясь найти меня. Его затягивает в смерч, несмотря на попытки включить реактивный способ передвижения. В смерч прыгает Нуль, и тогда я понял, что я задумывал изначально. Нуль старается добраться до Рыцаря, пока нас мотает во все стороны ветер. Нуль добирается до Рыцаря и выпускает все стержни, после чего приваривается из-за температуры к Рыцарю.

– Теперь ты умрешь вместе со мной, выродок, – произносит Нуль, после чего моя рука готова к использованию и все топливо сжигается для того, чтобы я выбрался из эпицентра. Полет не контролируется вовсе, но я улетаю далеко от того, что опасно для меня.

И тогда происходит взрыв. Ядерный рассвет, ведь утро уже почти наступило, огненный смерч уничтожает все живое в огромном радиусе, распространяя ядерную пыль. Моя победа здесь бесспорна. Ничто победило все.