Воспоминания об Атлантиде

– Желаю, мира и процветания! – поприветствовал он высокого стройного мужчину. Тот улыбнулся и тоже сказал:

– Желаю мира и процветания!

– Я, кажется, нашел способ, как усилить луч света до нужной нам величины, – продолжал Лу. – Необходимо разместить два кристалла типа «Е» на оси наибольшей интенсивности, а потом…

– А, потом я к тебе подойду, а ты все смоделируешь на рабочем экране, – остановил его Туна, – но внимательно прежде все проверь! Затем он подумал и добавил: – Помогать тебе сегодня будет инженер Кона.

Сердце радостно затрепетало в груди Лу. Весь день рядом с такой красивой девушкой как Кона! Да он мечтал об этом, как только впервые увидел ее.

Решили они вдвоем с Коной работать на рабочем экране Лу. Суть работы сводилась к тому, что в машину, с большим рабочим экраном, необходимо было внести задание проекта, учитывая все до мельчайших подробностей. Задание вносилось при помощи голоса и очень четко. Машина думала и выдавала на экране чертежи с пометками, что можно оставить, и потом изготовить практически, а что нельзя оставлять в том виде, как было задано, то и необходимо было менять. Вот такая работа человека с машиной, уже на финише, должна была закончиться резолюцией машины. «Все правильно. Проект готов к изготовлению!» Пока такая резолюция на экране у Лу и Коны не появлялась. На перерыве они вдвоем сходили в обеденный зал на обед. Там им подали сочные куски мяса, которое они запили слегка прокисшим соком из фруктов. Лу посматривал украдкой на красивое лицо Коны, на ее светлые волнистые волосы и мечтал, что когда – ни будь, он будет обнимать ее, гладить и целовать ее волосы. Затем они вдвоем создадут семью. Совет семьи зарегистрирует их как мужа и жену. Это будет потом, а пока что они обедали и разговаривали только о работе. К ним, за стол, подсел их же сотрудник по имени Тан.

– Вкусной еды вам! – были его пожелания.

– Спасибо. Вкусной еды и тебе, – ответил Лу с досадой. Ему не хотелось, что бы кто-то слушал, о чем они говорят с Коной. Ему хотелось, что бы никто им не мешал общаться.

– Вы слышали, в городском дворце развлечений, будет выступать с концертом звуковая развлекательная группа «Ручей». Новая программа! В информационных листках пишут, что это очень захватывающий концерт. Я имею два билета на сегодняшнее их выступление, – сказал Тан. «Как же ты не, кстати, появился со своими билетами!» – подумал Лу, и как, оказалось, подумал он это не зря.

– О боги! – воскликнула Кона, – я всегда хотела послушать их выступление!

– Тогда один из двух моих билетов уже твой! – улыбаясь, произнес Тан. Они стали вдвоем договариваться, где и когда им встретиться, что бы вместе пойти на концерт, а Лу теперь уже нехотя и без настроения доедал свой обед.

После обеда они с Коной еще долго работали над проектом, но желаемая резолюция машины на их экране так и не появилась. Подходил к ним ответственный инженер Туна, разбирался с ходом проектирования и сказал, что необходимо частично менять исходные данные, чтобы проект двинулся дальше. Лу был разочарован. И проект не продвинулся, и еще работать и работать над ним. И, что для него было наиболее обидно так это то, что Кона пойдет на концерт не с ним, но совершенно с другим человеком.

Закончили они работу в шесть часов вечера. Попрощались с теми своими сотрудниками, которые еще оставались на работе. Вдвоем вышли из здания. Смеркалось.

– Еще часа три и включится искусственное солнце, – сказала Кона.

– Да! Станет вокруг так красиво! – воскликнул Лу, и почему то, добавил, – жаль, что мы не будем вместе в этот вечер!

– Тебе правда жаль? – улыбнулась Кона.

– Правда! Мне хотелось бы гулять с тобой все то время пока будет включено искусственное солнце. До двенадцати часов ночи. (Искусственное солнце включалось ежедневно с наступлением темноты и выключалось в двенадцать ночи.)

– Если ты не передумаешь, то мы можем погулять завтра вечером, – улыбаясь, сказала Кона.

– Я, никогда и ни за что не передумаю! – почти закричал Лу, – и с нетерпением буду ждать прихода завтрашнего вечера!

– Тогда, приятного тебе отдыха! Встретимся завтра на работе, – улыбнулась ему Кона на прощанье.

– Тебе тоже приятного отдыха, после концерта! – заулыбался ей со всей силы Лу, после чего они разошлись в разные стороны.

Лу шел пешком по ровной каменной дороге. Душа его пела. Как же! Похоже, его мечта сбудется! Он будет-таки встречаться с Коной, «Не воспользуюсь я сегодня антигравитационной дорожкой. Пройдусь пешком до моего дома», – подумал он, и бодро зашагал вперед. Он шел и улыбался, мечтая о том, каким будет его завтрашнее свидание с Коной. И в сердце его от этого появилась сладкая истома. Оно билось в груди его сильней, и чаще чем прежде, и казалось по плечу ему все дела, и все у него получится, и всего он добьется. Вдруг он услышал, как кто-то стал трясти его за плечо. «Кто бы это? – досадливо поморщился он. Трясти стали сильнее и сильнее пока глаза его не открылись, и он недоуменно посмотрел на Петра. «И почему это ответственный инженер Туна так странно одет?» – было первое, что пришло ему в голову. Потом он увидел курган и казаков, и наконец, понял, где он находится.

– А, долго ли я спал, пан Петро? – было первое, что произнес он, очнувшись ото сна.

– Да время обеда уже, – отвечал ему Петро.

– А знаешь ли ты, пан Петро, какой сон чудной привиделся мне! Будто я молод и в стране неведомой живу, – говорил гетман.

– Как знать, как знать про сны эти! Ведь иногда они вещими бывают!

«Сказать или нет Петру, что он похож на ответственного инженера Туна», – подумал про себя гетман. «Нет, не скажу, а то смеяться будет…»

…Вечерело. Казаки устали за день и копали яму на кургане не так быстро как утром. Да и закопались они в глубину почти по пояс, а чем глубже, тем копалось тяжелее. Наконец гетман дал команду заканчивать работу и собираться в дорогу на хутор. На кургане оставили они двух казаков на страже, а остальные устало двинулись к хутору гетмана.

Наутро, следующего дня, гетман, Петро, их сыновья и казаки снова поехали копать яму на кургане. Копать становилось все тяжелее и тяжелее, так как яма становилась глубже и глубже. Так же как и минувшим днем, гетман и Петро наблюдали с вершины кургана за окрестностями. Гетману Ивану хотелось расспросить Петра о сне своем вчерашнем. Да как только лишь он собирался с духом спросить – тут же его звали казаки, по делам срочным, или же сам Петро отходил в сторону, по какой-то хозяйственной надобности. Солнце поднималось выше, становилось теплее. Гетман снова присел на кургане. Он согрелся под лучами солнца, как-то размяк, и голова сама по себе опустилась на грудь его. Как ни странно, но он снова увидел себя идущим домой после их совместной работы с Коной. Все начиналось с того самого места, где он вчера проснулся и его сон прервался. По дороге домой ему случилось проходить мимо здания для быстрого приема пищи. Там всегда можно было быстро поесть при необходимости, но можно было и не спешить. Можно было сидеть, пить чай и слушать звуки музыки, или стихи поэта, или просто вести непринужденный разговор со своим лучшим другом, или подругой. Сюда и зашел Лу. Он взял чашку душистого чая и присел за свободный столик. Пил рассеянно чай, едва слыша звуки музыки. Возможно, сейчас его Кона уже сидит рядом с Таном и возможно ее рука касается его руки. Ах, как нелепо все сложилось! Будь он внимательней – он заметил бы давно афиши про концерт этого «Ручья». Он мог купить билеты на его концерт и сейчас счастливый, сидел бы рядом с Коной. И кто его знает, может быть, его рука касалась бы руки Коны…

Тут Лу услышал голос, который оповещал, что набирается группа желающих для экскурсии на только что введенный в работу комплекс источников Лучистой энергии. Источники эти размещались на вершинах построенных пирамид, на африканской равнине недалеко, от реки Нил в провинции Египт. Дорога на гравитоне – лайнере займет туда несколько минут, билет стоит недорого. Зато «… вы, получите огромное удовольствие, и разнообразные впечатления, осмотрев пирамиды с источниками Лучистой энергии и ознакомившись с жизнью и бытом местных аборигенов». Как, обещал голос, дорога в оба конца и с экскурсией в Египте будет длиться всего пять часов. Время отдохнуть перед завтрашней работой ему еще останется, зато он побывает на экскурсии и его покинут грустные мысли о том, что Кона сейчас находится рядом с другим. Он купил билет на экскурсию и сразу же занял свое место в гравитоне – лайнере, который находился почти рядом и уже был полон пассажиров. Пилот объявил начало полета. Свет в салоне немного притух, под ногами, что-то задрожало и складывалось впечатление, что салон покрылся легкой дымкой тумана. А пилот объявлял дальше: «высота полета пятнадцать километров, скорость полета двести километров в минуту, температура плазмы за бортом плюс полтора миллиона градусов…". Рядом сидящие с Лу пассажиры о чем-то разговаривали, смеялись. Не смеялась лишь одна девушка с яркими синими глазами. Она протягивала Лу сочный фрукт и говорила серьезно: «Только попробуйте этот фруктовый плод, и вам всегда его будет хотеться!» Лу машинально взял из рук девушки фрукт, поблагодарил ее и осторожно откусил. И, правда, фрукт оказался очень вкусным. Лу съел его полностью, улыбнулся и еще раз поблагодарил девушку. «Странно», – подумал он, – «как-то, все вдруг изменилось, к лучшему». Лица окружающих его пассажиров стали приятней, девушка, которая угостила его, выглядела красавицей, и на душе его теперь стало покойнее и светлее.

– Давайте знакомиться, предложил он девушке, – меня зовут Лу. А как вас?

– Меня Алиса, но друзья иногда зовут Алла, – отвечала серьезно девушка, сияя синими глазами. «Где то я уже видел такие сияющие синие глаза?» – подумал Лу – «… интересно, но вспомнить не могу…» Вслух же он сказал: – А давайте вместе, вдвоем, ходить во время экскурсии.

– Давайте вместе, – согласилась девушка. И спросила: – А бывали ли вы раньше в Египте, там, где пирамиды?

– Нет. Я впервые туда лечу.

– Красивый, цветущий край с огромной зеленой равниной, с глубокой и большой рекой, с мощными источниками Лучистой энергии, которые размещены в пирамидах и, к сожалению, с отсталыми религиозно – фанатичными аборигенами.

– Я, слышал, есть программа нашего правительства направленная на повышение уровня образованности и вообще уровня жизни местного населения того региона.

– Программа такая есть, и она рассчитана не на один год. Пройдут десятилетия, а может и столетия пока их уровень образованности повысится до достаточной величины.

– Неужели положение такое плохое?

– А, мы сами увидим на экскурсии. Правда, нам не покажут отдаленные районы, где местные живут похуже.

Разговаривали они так вдвоем еще минуты пять десять, пока голос пилота не сообщил, что гравитон-лайнер совершает посадку возле пирамид. В районе, где высились пирамиды, включалось свое искусственное солнце на всю ночь. Оно не было таким мощным как в Атлантиде, где и проживали Лу с Алисой, но освещало достаточную площадь. Не выключалось в темное время суток лишь для того, что бы охране было легче охранять объекты от проникновения аборигенов на запрещенные территории. К таким, в частности относились пирамиды. Экскурсанты вышли с гравитона-лайнера при свете местного искусственного солнца и сразу услышали голос своего экскурсовода.

– Компания «Турист» приветствует вас на необыкновенно красивой земле Египта. Тут построен наш один из мощнейших комплексов, такой как комплекс источников Лучистой энергии. При помощи этого комплекса мы уже осуществляем связь с созвездиями Альфа Центавра, Сириуса, Ориона и другими созвездиями далекими и близкими. При помощи этого комплекса осуществляются полеты на планеты Венеру и Марс. Используя этот комплекс источников лучистой энергии, мы полетим скоро на совсем далекие планеты. Например, на планеты в созвездии Альфа Центавра и другие. Уже, осваивается Луна, где на ее невидимой стороне строятся нами еще более мощные пирамиды – источники. Лу как завороженный стоял и смотрел на сверкающие белой облицовкой, под искусственным солнцем, три пирамиды – одна, большая, на вершине которой установлен источник огромной мощности и две другие поменьше. Конечно, на Атлантиде есть свой комплекс источников Лучистой энергии. И пирамида там есть повыше этой, что самая высокая. Но она не имеет такой красивой облицовки, и стоит не в такой красивой местности как эта, в провинции Египт. Лу ощутил пожатие чей-то руки и, взглянув, увидел, что это Алиса сжимала его руку своей и неотрывно с восторгом, как и он сам, смотрела на сверкающие пирамиды. Затем осмотрели они величественный памятник астронавтам из созвездия Сириуса. Там же, рядом было восхитительное белое здание Знаний, большая часть которого находилась под землей. Всюду между постройками росли прекрасные яркие цветы и деревья, ветки которых были подрезанные в виде шаров. От реки Нил и почти до памятника был прорыт канал, в котором плескались удивительные рыбы. Затем показали им большой красивый храм бога Посейдона с большой его статуей. Экскурсовод без устали рассказывал все новые и новые интересные факты. Посмотрели они и замечательные дома служащих Атлантиды, которые работали на этом уникальном комплексе из пирамид, а также посмотрели жалкие жилища аборигенов…. После была прогулка на небольшом кораблике по реке Нил. Алла, все это время не покидала Лу. Они вместе любовались водами реки, затем сидели в обеденной зале, где ели белую вкусную рыбу, пили разные соки и беседовали. Алла работала на Атлантиде в лаборатории. Они заговорили о работе и Лу, рядом с Аллой, чувствовал себя непринужденно и легко. Такие ощущения бывают среди хороших друзей, или родственников, или единомышленников и еще он подумал, что было бы в его жизни больше, таких людей как Алла и жизнь его стала бы необыкновенно прекрасной и легкой. Он рассказал ей про себя, про своих близких, и немного про свои планы на будущее.

Время экскурсии подходило к концу. Экскурсовод, по-видимому, устал говорить, и теперь ограничивался лишь короткими фразами. Экскурсанты тоже устали от множества ярких впечатлений от прекрасной колонии Атлантиды в провинции под названием Египт.

Обратный путь, в Атлантиду, на их гравитоне-лайнере прошел, как показалось Лу очень быстро, может быть это потому, что они с Аллой все время разговаривали. Уже после завершения экскурсии, прощаясь, с Аллой Лу спросил:

– Когда мы увидимся с тобой снова?

– Мы увидимся, но очень не скоро, – ответила тихо и серьезно Алла, – даже не знаю, узнаешь ли ты меня, пройдет много времени…

– Но я хочу встретиться с тобой завтра! – глухо и почему-то надрывным голосом произнес Лу. Ему что-то подсказывало, что их встреча если и состоится, то действительно не скоро, и от этого чувство горечи сдавило его грудь. Такое возникает у человека, когда он ощущает, что теряет что-то важное для себя, и он не в силах предотвратить эту потерю.

– Мы встретимся. Верь в то, что я тебе говорю. – Алла быстро поцеловала Лу в щеку, и посмотрела на него синими сияющими глазами.

– До нашего будущего свидания! – произнесла она, улыбнулась, подошла к антигравитационной дорожке, встала на нее и медленно уплыла в зарождающийся рассвет.

Лу еще постоял, ощущая душевную боль и пустоту от произошедшего расставания, от произошедшей потери, затем он тоже нашел свою антигравитационную дорожку, которая проходила возле его дома, и тоже растворился в еще не исчезнувших предрассветных сумерках. Дома он помылся под душем, а затем лег в постель и моментально уснул, правда, напоследок успел подумать, что неплохо было бы установить на нужное для него время будильник. …Сколько он поспал, неизвестно, но ему казалось, что совсем немного. Вдруг сквозь сон он услышал, что его кто-то трясет за плечо, пытаясь разбудить. «Господи, как же мне не хочется просыпаться», – подумал он, но чья-то рука сильнее и сильнее трясла его за плечо. Он проснулся, открыл глаза и увидел перед собой синие сияющие глаза Петра.

– Нужно просыпаться, пан Иван. До вас посланец прибыл от полковника.

И, правда, возле запыленного коня стоял молодой здоровый казак с саблей на поясе и с пакетом в руках. Гетман прочитал донесение полковника, в котором тот сообщал, что войско соседнего государства, во главе с королем, намерено идти войной на их земли и что нужно спешно собирать свое войско, что бы стоять против враждебной рати. Гетман отошел в сторону вместе с Петром.

– Что посоветуешь делать мне мой друг и товарищ Петро. Необходимо войско собирать да выступать против войска соседей.

– А ты поручи это полковнику своему. Пусть и войско соберет и в поход выходит.

– А как же я. Я бы лучше все сотворил, чем полковник…

– Я сделаю так, что победит твое войско, – отвечал ему Петро, – а ты нужен тут пока. Садись да пиши ответ полковнику своему, а что тому делать, я тебе говорить стану.

Петро стал говорить, а гетман записывал все сказанное им. Скоро письмо с ответом полковнику было написано, и казак, спрятав его за пазуху, как это тогда было принято, поскакал на коне к своему полковнику.

– А скажи мне теперь, пан Петро, сны человеческие толковать ли ты можешь?

– Могу пан Иван. Могу, – отвечал серьезно Петро.

– Тогда послушай сон мой дивный, что два дня к ряду снился мне и растолкуй его. Они уселись рядом, и Петро стал слушать внимательно рассказ гетмана о снах его. Когда гетман закончил рассказывать свой дивный сон, Петро какое-то время сидел, молча, раздумывая. Гетман это понял и не торопил того с ответом.

– Сон этот твой вещий, пан, гетман, – наконец заговорил Петро. – Скоро, совсем скоро ты сам начнешь понимать его. Время уже подходит. А больше я тебе ничего сказать не вправе.

Казаки все это время продолжали раскапывать вглубь яму на кургане. Уже не видно было их голов из выкопанной ими ямы, а они все продолжали копать и копать. Когда завечерело, казаки начали собираться на ночевку на хутор. Снова оставили двоих товарищей своих на страже на кургане, а сами устало двинулись на хутор, где их ожидал вкусный борщ да еще каша с мясом, приготовленные женой Петра.

…И на третий день продолжали хлопцы копать яму на кургане. Глубина ее стала такой, что землю перестали выкидывать из ямы лопатами, но набирали ее в ведра и вытягивали при помощи веревки наружу. По мере того как она углублялась, стало заметным беспокойство Петра. Он что-то писал, считал и перемерял шагами местность на кургане возле ямы. Иногда он отходил в сторону, и говорил что-то в непонятный круглый предмет, который всегда был при нем.

На четвертый день раскопок, уже под вечер, Петро скомандовал хлопцам копать особенно осторожно и прислушиваться, не стукнет ли железо под лопатой. Два раза он по лестнице спускался в яму, брал лопату и сам копал, в разных ее углах стараясь услышать ожидаемый звук. И вот уже под конец дня, один из казаков подал голос, что услышал под лопатой скрежет. Петро немедленно спустился в яму и проверил все сам. Действительно его лопата уперлась, во что-то твердое и послышался характерный металлический звук. Петро попробовал копать чуть в стороне, там тоже заскрежетало. Тогда он распорядился прекратить на сегодня копать и собираться на отдых. Было решено закончить раскопки на следующий день. Все уехали на хутор, а Петро один остался на ночное дежурство на кургане возле ямы. Гетман хотел было остаться с ним, да Петро настойчиво советовал ему ехать на хутор, а завтра после восхода солнца, приехать снова на курган вместе с казаками да сыновьями.

Долго не мог уснуть в ту ночь гетман. Он вспоминал все то, что увидел в своем дивном сне, снившемся ему два дня подряд на кургане. Он не переставал дивиться тому, что ему приснилось. Такие странные, загадочные и красивые сны ему никогда раньше не снились. Может это от того что он спал именно на кургане, а не в ином каком месте? «Если сны хорошие, то и снились они на лучшее. Значит, впереди меня ждут прекрасные, успешные дни», успокаивал он себя такой мыслью.

Когда гетмана ночью разбудил испуганный голос казака, он подумал, что и не спал вовсе. Казак звал его выйти из хаты во двор, а там он сам должен, что-то увидеть, что так взволновало его. Гетман вышел во двор и увидел в той стороне, что и курган, необычный яркий и беловатый свет. Свет то поднимался вверх, и его ставало хорошо видно в темноте ночного неба, то видать опускался в землю, и тогда был виден только столб света куда-то в поверхность земли. «Как там Петро бедный справляется? – подумал про себя гетман. «Видишь, ты, как разыгралась нечистая сила возле клада на кургане… А может и сам Петро знается с нечистым, тогда что? Тогда нужно ждать рассвета и по дневному времени все разъяснится и образуется как-нибудь, все станет на свои места», – думал про себя гетман. «Может поднять казаков да ехать на выручку к Петру?… Нет, тот же просил приехать, когда солнце взойдет. Так мы и поступим,» – решил гетман, а вслух сказал:

– Мы поедем туда утром. Сразу же, как солнце взойдет. Пусть казаки спят, и ты иди, спи да помалкивай пока про то, что видел, – сказал он разбудившему его казаку. Казак ушел спать. Гетман еще долго наблюдал за странным светом, который кружил над курганом.

Утром следующего дня, едва показалось солнце, гетман, сыновья его и Петра и все казаки были на ногах. Жинка Петра готовила завтрак, а все остальные ходили возле хозяйства Петра. Когда завтрак был приготовлен, то уселись они дружно за столы – кто где. Кто на половине гетмана, а кто на половине Петра. Поели кашу, поели сало да хлеб. Перекрестился каждый, кто как мог, да и стали собираться ехать до кургана. Солнце уже поднялось повыше, и гетман дал команду трогаться с Богом в дорогу. Чем ближе подъезжали они к месту раскопок на кургане, тем тревожнее почему-то становилось на душе гетмана. Он всматривался в хорошо видимый курган, но Петра там не видел. Гетман не выдержал и поскакал на коне своем впереди всех до кургана. Уже на месте он спешился, обошел вокруг вырытую на кургане яму, заглянул вовнутрь. Петра нигде не было, но яма стала немного глубже. Кто-то копал ее ночью и, наверное, достал клад, а с кладом уехал к себе домой. Но где, же Петро? Подъехали и казаки.

– Смотрите! Смотрите! – закричал один из казаков, – клад-то вон он! – показывал тот на сундучок, окованный железом. Сверху на сундучке, придавленный грудкой земли, лежал лист бумаги.

Один из казаков взял осторожно ту бумагу и подал гетману. Тот прочитал, что было там написано, и казалось, повеселел немного. В письме же том Петро писал, что он не в правах рассказать гетману, что было выкопано и забрано из кургана этой ночью. Предметы, которые там были спрятаны, очень старинные и имеют ценность только для науки и для избранных которые смогут разобраться в них. Пришло время их выкопать и спрятать в ином месте, ибо так требует закон, который надлежит исполнить. Петро писал, что когда придет время, он расскажет гетману про все то, что случилось этой ночью на кургане, а пока просил присмотреть за сыновьями и женой его до самого появления Петра на хуторе. В награду за труды при раскопках, всем поровну, оставлял он кованный железом сундучок с золотыми монетами. Землю, от раскопок, он просил забросать в вырытую яму, что и было, сделано казаками

Прошло несколько лет. Гетман Иван постарел и от времени, и от государственных дел и иных забот. Долго он помогал сыновьям и жене Петра, пока тех неизвестно как, но не стало на хуторе. Куда они подевались, никто так и не знал и пока что не знает в местности той. Правда рассказывал гетману, после выпитого стакана горилки, один местный селянин, что видел он, как на его, гетмана, хутор прилетал Петро на большой миске, которая светилась снизу и жужжала. В ту миску посадил он жену свою и сыновей своих и улетел в небо, а уже после того их никто и никогда на хуторе, или в ином месте не видел. Так и оставалось загадкой для гетмана исчезновение Петра, а затем и его семьи. Еще большей для него загадкой были прекрасные, странные и загадочные сны, что приснились ему однажды на кургане. Иногда он думал, что побывал во снах своих в раю, иногда, что на Луне, или ином может каком сказочном месте. И еще, он продолжал верить, что однажды к нему явится Петро, пусть даже на странной летающей и жужжащей миске, и тогда все разъяснится. Для себя он твердо решил, что дождется появления Петра, тот же ему пообещал вернуться, а Петро человек такой, что никогда его не обманывал и теперь не обманет.