- -
- 100%
- +
Алексея пригласили в кабинет. Следователь – мужчина средних лет, высокий, на вид худощавый, но жилистый и крепкий, лоб узкий с залысинами, глаза карие, нос с горбинкой, подбородок немного укорочен, резкий в движениях, нервный. Представился майором секретного отдела службы безопасности. Фамилия – Зимарев. Обратился к Алексею:
– Долинин Алексей Фёдорович?
– Да.
– Вы работаете в Институте общей генетики и руководите одной из лабораторий. Правильно?
– Верно.
– Алексей Фёдорович, в вашей лаборатории некоторое время работает иностранный специалист, кажется его зовут Крис. Что вы о нём можете сказать?
– Что конкретно вас интересует?
– Всё – работа, личная жизнь, увлечения, досуг, черты характера и вообще, любая мелочь.
– Но мы общаемся только по работе. И потом, ведь вы можете всё выяснить сами, когда он вернётся из командировки.
–Сомневаюсь, что он вернётся… Хорошо, тогда о работе – чём суть его исследований и почему он оказался в вашем Институте и в вашей лаборатории?
– Как мне известно, он направлен к нам по рекомендации ВОЗ, но об этом лучше знают в дирекции института. А почему направлен в мою лабораторию, то здесь всё ясно – тема его исследований совпадает с нашими научными разработками.
– И какая это тема?
– Их несколько – экологическая генетика, генетика изолированных популяций человека, генетическое моделирование старения…
– Ну, одним словом, генетика?
– Можно так.
– Теперь посмотрите одну видеозапись. Здесь присутствует и ваш коллега-иностранец, но генетика ни при чём.
Следователь включил компьютер. На дисплее монитора Алексей увидел Криса рядом с какой-то незнакомой девушкой. Он смотрел эпизод, о котором ему вкратце рассказал Крис. Распоясавшиеся пьяные молодчики. Ругань. Мат. Сверкнувший в руках у одного из подонков нож и инстинктивное движение Криса, выхватившего из кармана какой-то предмет. Возникшее яркое свечение в виде конуса, внутри которого оказались Крис и девушка. Бандитов, замерших в нелепых угрожающих позах. Дальнейшая видеозапись прервалась и шла уже в виде угасающих вспышек отдельных кадров, появляющихся на экране через промежутки времени, на которых Крис и девушка проходят мимо застывших, как скульптурные изваяния бандитов.
– Что скажете? – спросил следователь. Алексей молчал, всматриваясь в, ещё пульсирующий неясными очертаниями фигур, экран. Затем сказал, отвечая вопросом на вопрос:
– Откуда эта запись?
– Нам передала её полиция. Задержали группу подростков, учинивших жестокую драку. Видеозапись обнаружили в мобильнике у одного из них. Это всё те же подростки, что на видеоролике. Похоже, эпизод с девушкой был началом их бурного вечера.
– У подростков богатая фантазия, и сейчас ведь легко смонтировать любую картинку.
– Мы нашли и девушку. Она говорит о гипнозе, будто бы применённым вашим товарищем. Он что, владеет гипнозом?
Алексей промолчал. Следователь увеличил изображение на дисплее, показал на зажатый в руке у Криса многогранник, магически притягивающий взгляд своими тёмными, с металлическим отливом поверхностями и обратился к Алексею:
– Вам знаком такой предмет?
– Нет.
– Это явно не булыжник. Но может, вы видели или слышали о чём-то подобном, ну скажем, научные приборы, инструменты? – Зимарев испытующе посмотрел на Алексея.
– Нет. Вижу впервые… – ответил Алексей, несколько смутившись.
– Хорошо, тогда ещё один вопрос. Что вы знаете о командировках вашего товарища? Куда и как часто он выезжает? И почему за то время, которое он у вас работает, ни в базе данных Аэрофлота, ни в железнодорожных кассах ни разу не упоминается его фамилия? Он что, исследует загородные дачи?
– Нет. Почему же? Крис говорил об экспедициях в Чернобыльскую зону, на Байкал… Как он объбяснял, экспедиции планируются комитетом ВОЗ по экологии, используются транзитные чартерные рейсы, поэтому они всегда бывают неожиданными.
– И это всё, что вам известно?
– В администрации института, наверное, знают больше…
Поняв, что у Алексея ничего больше не выяснить, Зимарев достал какой-то листок бумаги с отпечатанным текстом, черкнул подпись, отдал листок Алексею.
– Это пропуск… Да и ещё вот – возьмите мою визитку, если что-то вспомните – звоните.
Зимарев остался один. Задумавшись он сидел за столом перед компьютером. Умный, волевой, решительный, с блестящими аналитическими способностями и знанием людей Зимарев, казалось, имел все основания для быстрой карьеры, но в «конторе», как называли свое учреждение сотрудники, он был чужаком. Выходец из простой многодетной деревенской семьи он всего добился сам. У него не было высокопоставленных покровителей в погонах, не было знакомых влиятельных чиновников и богатеньких родственников, не было и безукоризненной родословной. Наоборот, его дед по отцовской линии в годы репрессий был расстрелян. И хотя тот период в истории страны был признан ошибкой, «контора» продолжала жить в своём закрытом тёмном вневременном мире, по своим неписаным правилам. Зимарева обходили повышения, награды, благодарности, ему сваливали все «дохлые», малоперспективные или вообще не раскрываемые дела – вот и сейчас, похоже, ему сбросили очередную «пустышку». Он вспомнил ухмылку начальника, когда тот передавал ему папку с документами по этому делу.
– Хорошо. Будем играть по вашим правилам, господа, – подумал Зимарев,
– Раздувать факты, создавать фантомы, нагромождать полуправду, требовать помощников и дополнительные финансы – деятельно саботировать.
Зимарев резко встал из – за стола, но затем снова сел, включил компьютер и ещё раз внимательно просмотрел видеозапись. Он не верил в мистику, сверх способности и всякие чудеса. И то, что он увидел, совсем не походило на гипноз. Пьяные и обкуренные какай-то дрянью вполне сформировавшиеся уголовники явно не были аудиторией истеричных пациентов, да и тёмная подворотня не кабинет психолога.
– И всё же, что это за штуковина? – Вслух произнёс Зимарев, всматриваясь в зажатый в руке у Криса предмет. Он также вспомнил некоторое смущение и заминку Долинина при вопросе об этом предмете.
– Нужно понаблюдать за Долининым, возможно, не всё так просто…– подумал Зимарев.
В кабинет заглянула секретарша.
– Игорь Валентинович, вас к шефу и срочно.
– Хорошо, Леночка, сейчас иду… Да, вот что, отыщи мне Мухина, пусть ждёт меня здесь, в кабинете.
Сразу после разговора со следователем Алексей решил навестить Криса. Понимая, что за ним могут тоже следить, он добирался с особой осторожностью: такси, метро, снова такси, затем пешком, дворами. Криса Алексей застал за чтением книги. Увидев Алексея, Крис обрадованно вскочил с кресла, воскликнул:
– Наконец Алёша! Ну, чем обрадуешь? Я ведь совсем заскучал без работы – благо, у твоего приятеля здесь отличная библиотека научной фантастики.
Алексей молча прошёлся по комнате, машинально взял книгу, отложенную Крисом, прочитал вслух название:
– «Беглец из галактики Мёбиуса»
– Да. Талантливый автор, пишет о грозной невидимой опасности замкнутых в себе миров – о медленной и необратимой деформации сознания… – увлечённо начал говорить Крис, но Алексей прервал его.
– Крис, похоже, ты выскользнул из уже вот – вот готового захлопнуться капкана и это их здорово разозлило.
– Какого капкана, Алёша? И кого я мог чем-то разозлить?
– Охотников… Ты только что говорил о деформации сознания в закрытых системах. Им всюду мерещатся враги, заговоры, секретные агенты. Я только что от следователя. Была интересная беседа. Он показал мне видеозапись твоего эффектного противостояния с бандитами, снятую одним из них на мобильник. Следователь успел побеседовать и с девушкой, которую ты защитил. Но, главное, он упорно пытался выяснить – что за предмет у тебя в руке… В версию гипноза не верит…
Крис замолчал, медленно подошёл к окну. Город всеми своими нервными импульсами врывался в комнату, наполняя её гулом встречных потоков тысяч и тысяч машин, скрежетом и визгом тормозов, воем полицейских сирен и «скорых» – безумной энергией бега в никуда. Крис решительно повернулся к Алексею, твёрдо сказал:
– Алёша, я должен остаться. Без уникальной генетической коллекции «Клеточных линий человека и животных», созданной вашим институтом мне не завершить исследование. Это важно для всех нас. А сейчас только ты можешь помочь. Будет нужна информация: слайды, фотографии, данные электронной микроскопии и их компьютерный анализ… Ну что, Алёша, согласен?
– Конечно, Крис, постараюсь добыть всё, что будет необходимо, тем более что я сам часто работаю с коллекцией.
– Спасибо, Алёша! Ты настоящий друг! Вы с Аней настоящие друзья! И потом, ведь мы с тобой теперь опытные конспираторы. Так ведь?
Алексей рассмеялся:
– Если мы с тобой опытные конспираторы, то должны ко многому привыкнуть: неожиданно исчезать, менять внешность, уходить от погони, отстреливаться, «заметать следы» – как в лучших детективах… А если серьёзно, Крис, то нам нужно съехать с квартиры – позвонил приятель, он скоро возвращается. Но не переживай, я уже всё продумал. Некоторое время поживёшь за городом. Небольшой посёлок – в часе езды от города на электричке. У моей тётушки дом на окраине. Удивительно живописное место: лес, озеро, сосны, тишина. Дом вполне комфортный, разделён на две половины и с отдельными входами. Раньше тётя сдавала вторую половину дачникам, сейчас она пустует… Готов к переменам, Крис?
– Перемены – моя стихия, Алёша.
– Тогда едем сегодня же, на вечерней электричке. У меня впереди два выходных – познакомлю тебя с обстановкой и с тётушкой. Она добрейшая женщина и, что важно, нелюбопытная. Встречаемся на вокзале, Крис – электричка в восемнадцать двадцать.