- -
- 100%
- +
– Колька, Ленька, вы дома? Айдате на улицу – в войнушку играть.
Наталья, отпуская сыновей, говорила:
– Смотрите, сильно там не балуйтесь!
– Хорошо! – кричали радостно братья и выбегали из комнаты в длинный барачный коридор…
Однажды случилась такая история. Сергей Сарычев приехал домой, чтобы пообедать. Наталья поставила на стол чашку с супом, нарезала хлеба, свежих огурцов. Сергей принялся за еду, попутно рассказывая о новостях строительства.
Наталья сидела рядом с мужем, слушала его рассказ и в душе было довольна тем, что у нее хорошая семья, любящий и работящий муж, детки, которых она родила от любимого человека, дом, хозяйство. Что еще нужно женщине для полного счастья? А вот то, что есть! Есть, и довольно!
Сергей оставил стоять «Маз» возле барака. Любопытная ребятня тотчас окружила машину. Мальчишки с восхищением смотрели на огромный автомобиль. Коля и Леня стояли здесь же.
Кто-то из мальчишек сказал мечтательно:
– Вот бы в кабине посидеть, руль покрутить.
У всех загорелись глаза.
– Коля, – спросил кто-то, – твой папа не заругается, если мы в кабине посидим?
Николай пожал плечами:
– Наверное, нет.
И расхрабрившаяся ребятня, подсаживая друг друга, открыла дверцы «Маза» и набилась в кабину. Шестеро человек их было вместе с Николаем и Леонидом.
Кто-то стал крутить руль, кто-то гудеть, как будто машина работает и мчится по дороге, подпрыгивать на мягком сиденье.
«Маз» стоял на ручном тормозе. Как так получилось, что кто-то из расшалившихся мальчишек, взял и снял тормоз.
Машина стояла под горочку. И вот, освобожденная от тормоза, она сдвинулась с места и медленно пошла вниз – к пропасти, по дну которой, среди острых утесов, стремительно неслась горная река.
Мальчишки испуганно завопили. Старшие, открыв дверцы, сыпанули наружу.
А Николай и Леонид почему-то остались сидеть внутри. То ли духу не хватило, чтобы прыгнуть на ходу, то ли еще что.
Наталья увидела в окно, что «Маз» сдвинулся с места и покатился под горку – к пропасти, страшно закричала:
– Сергей, дети!
Он поднял голову и все понял. Рывком взлетел из-за стола, распахнул дверь и, пробежав по коридору, выскочил из барка.
«Маз» пылил впереди, набирал скорость. Дизель начал пофыркивать, готовясь заработать.
Никогда в жизни Сергей так быстро не бегал. Он мчался вперед, выбрасывая ноги, оставляя на пыльной дороге следы босых ступней.
Николай и Леонид, увидев бегущего отца, выглядывали из кабины, жалобно звали:
– Папочка, папочка, спаси нас!
Сергей, потный, тяжело дыша, догнал «Маз», прыгнул на ходу на подножку. Голая пятка больно ударилась о металл. Он навалился грудью на руль. Отвернул машину от пропасти и нажал на ручной тормоз.
«Маз» сломал чей-то забор, заехал на картофельное поле и остановился. Сергей закрыл глаза и полежал недолго на руле, приходя в себя.
Из домов выбегали соседи, что-то кричали, махали руками – он ничего не слышал.
Но вот, Сергей сполз из кабины на картофельную ботву. Взял на одну руку Николая, а на вторую Леонида, вышел из огорода и пошел по пыльной дороге к своему бараку. Сыновья, притихшие, только что пережившие страшное испытание, благодарно прижимались к отцу.
Вдруг Леня сказал:
– Папа, у тебя на пятке белую косточку видно.
Сергей оглянулся и понял, что когда он прыгнул на подножку, то до кости содрал мясо на пятке. В это время из раны брызнула кровь.
– Ничего, ничего! – сказал он, – главное, что вы живы.
Он шел по дороге, оставляя в пыли кровяные шарики, целовал то одного, то второго сына и, всхлипывая, говорил:
– Сыночки, сыночки мои милые! Вы живы, вы живы… Слава Богу!
Навстречу им бежала Наталья…
Так Господь чудесным образом спас жизни Николая и Леонида. И это был не единственный случай в жизни нашего героя. Господь близ нас. Помните об этом.
Через два года Бухтарминская ГЭС была построена. Строители разъезжались по домам. Встал вопрос и перед Сергеем, куда поехать?
Он сказал Наталье:
– Нет, в Залесово я не хочу пока что возвращаться. Погожу.
Он помолчал, оглаживая подбородок, посмотрел за окно.
– В Сузуне у меня живет старшая сестра – Мария Фроловна. Вот к ней-то мы и поедем.
– Что ж, – согласно сказала Наталья, – в Сузун, так в Сузун…
4 Поселение сузун
Шел 1961 год. Сергей Сарычев, продолжая свои странствования, приехал в поселение Сузун. Он разыскал дом, в котором жила его родная сестра Мария Фроловна Казакова, постучал с улицы в оконное стекло. Во дворе громко залаяла собака. Мария взглянула в окно, увидела приезжих и метнулась к входной двери.
Она отворила калитку, поцеловала Сергея, Наталью, племянников. Радостно смеясь, она говорила:
– Вот нежданный подарок! Входите в избу-то, входите. Я вам сейчас баньку затоплю. Помоетесь с дороги, попаритесь. А потом посидим, потолкуем.
Сергей задержался на крыльце, посмотрел на улицу, на ряды домов, подумал: «Вот наше новое место жительства – Сузун. Ну и ладно! Будем жить в Сузуне». Он вошел в избу и плотно притворил за собой дверь…
Деревня Нижняя Сузунская ведет свое начало с 1719 года. На берегу реки Нижний Сузун, среди огромного соснового бора, стояло несколько крестьянских дворов, проживало девять семейств.
В 1765 году на этом месте работники построили медеплавильный завод. С 1766 года в слободе Сузун стал работать Монетный двор. Здесь чеканили монеты достоинством от 10-ти копеек до полушки. Эти деньги имели хождение по всей Сибири.
В 1847-ом году Монетный двор загорелся. Потушить его не смогли. Он сгорел полностью. Правительство решило не возобновлять деятельность Монетного двора. Деньги стали поступать в Сибирь из России.
Еще Сузун известен тем, что здесь жил и трудился иконописец Иван Васильевич Крестьяников – простой русский человек, творческая натура.
Он родился в 1859-ом году, а скончался в 1941-ом. Двадцать икон этого мастера хранятся в Новосибирском художественном музее. Господь Иисус Христос, Пресвятая Богородица, Святитель Николай Чудотворец – эти иконы написаны ярко, красочно. Простота изображения сочетается с художественной изящностью. И все вместе взятое, рождает неповторимый стиль, присущий сузунскому мастеру-иконописцу Ивану Васильевичу Крестьяникову.
Он умер в 1941-ом году. А где он похоронен, где его молигка, Бог весть.
Есть в Сузуне и другие достопримечательности, но не о них сейчас речь…
Всего этого, конечно же, Сергей Сарычев не знал. Да и не хотел знать. Потому что его внимание в то время занимали текущие события.
Никита Сергеевич Хрущев, генеральный секретарь коммунистической партии Советского Союза, обещал советскому народу, что к 1980-ому году в стране будет завершено построение самого справедливого общества на земле – коммунизма. Все советские люди будут жить долго и счастливо. Каждый человек станет приносить пользу по своим способностям, а получать по своим потребностям.
При коммунизме не могло быть места черному туману веры, духовной сивухе и опиуму для народа. Никита Хрущев обещал покончить с религией в СССР к 1980-ому году и показать по телевизору последнего попа.
Телевизоры уже широко входили в дома жителей Советского Союза. Сначала – с маленьким экраном, изображение которого увеличивала линза. А потом в продаже появились усовершенствованные аппараты, которые не нуждались в линзе. Включай, садись, смотри новости, документальные и художественные фильмы, получай удовольствие от просмотра, от выдуманной жизни.
12-го апреля 1961 года православные христиане праздновали Светлое Воскресение Христово, радостно пели: «Христос воскресе из мертвых»…
В этом году, в этот день, в Советском Союзе, с пропагандистской целью, был совершен запуск космического корабля «Восток». В нем находился космонавт. Звали его Юрий Алексеевич Гагарин. Он первым из людей побывал на космической орбите и увидел планету Земля с огромной высоты.
Чуть больше часа продолжался полет первого космонавта. Он совершил один виток вокруг Земли. Выполнив задание, он вернулся на землю…
Юрия Гагарина торжественно встречали в Москве, на Красной площади. Толпы народа бежали вслед за его машиной. Всем воочию хотелось увидеть необыкновенного человека, совершившего, как виделось, героическое деяние.
Юрия обнимал и целовал Никита Хрущев. Гагарин, исполняя партийное пропагандистское поручение, белозубо улыбаясь, произнесет страшные слова, которые услышит весь мир:
– Я в космос слетал, а Бога там не видел. Значит, Его нет.
Хрущев был доволен его словами. Они хорошо вписывались в его борьбу против религии, против Православной Церкви. Партийные функционеры-атеисты тоже приветствовали эти слова первого космонавта. И сатана, князь тьмы, был в восхищении от этих слов. А Господь? Он был, есть и пребудет во веки веков. Вот в чем дело-то.
Юрий Алексеевич Гагарин объедет весь мир. В разных странах он получит массу наград. Его портреты с белозубой улыбкой заполнят газетные и журнальные страницы. Повсеместная любовь и обожание. А бессмертная душа? Что толку, что человек приобретет весь мир, а душе своей повредит. Отрекся от Бога – и пожалуйста… Жалко мужика. Но у него свободная воля и право выбора.
Юрий Алексеевич Гагарин погибнет в авиакатастрофе, спустя несколько лет после своего триумфального полета в космос. Его останки сожгут и замуруют в кремлевской стене – рядом с партийными и государственными знаменитостями. Земное для него закончится. Начнется вечность. Ответ перед Богом за прожитую жизнь… Так я думаю.
Никиту Хрущева снимут со всех постов в октябре 1964 года. На его место встанет Леонид Ильич Брежнев. Восемнадцать лет его управления назовут почему-то «застоем». Что ж, не станем оспаривать исторические термины. «Застой», так «застой».
Сарычевы стали жить в Сузуне. Купили хороший дом. Сергей устроился работать дизелистом на Сузунскую электростанцию. Николай и Леонид пошли учиться в школу. Жизнь продолжалась…
Прожили Сарычевы в Сузуне четыре года. Отец работал. Дети учились, подрастали. Наталья хлопотала по хозяйству, работала.
Николай и Леонид подружились с местными ребятами, стали своими среди них. Бегали по улицам со всеми, играли в разные затейные игры, веселились.
Приходила весна. Припекало солнышко. Таял снег. На дороге появлялся мощный грейдер. Он медленно двигался, тщательно чистил придорожные канавы, чтобы вешняя вода не застаивалась в них, а имела хороший водосток.
Мальчишки, идя поодаль от грейдера, с восхищением смотрели на его работу. Водитель оглядывался, видел восторженные взгляды ребят, довольно хмыкал и прибавлял газу.
Вдруг в грязи, смешанной со снегом, отбрасываемой грейдером, кто-то из ребят увидел огненно блеснувшую монету. За ней – вторую, третью. Они взлетали и падали на дорогу, словно водитель разрыл клад, пролежавший в земле не одну сотню лет.
Никто из мальчишек не знал, что поблизости находился Монетный двор.
А вот монеты этого двора они теперь видели и бежали к ним гурьбой, чтобы поднять из жидкой грязи тяжелые десятники, пятаки с царским вензелем, в обрамлении лавровой и пальмовой ветвей, буквой «Е» со вплетенной в нее римской двойкой, означавшей имя Императрицы Екатерины II Великой, и гербом Сибири – два соболя держат в лапах щит, увенчанный короной, с обозначением достоинства монеты. Шла надпись по кругу – «сибирская монета».
Николай тоже поднимал монеты, очищал от грязи, складывал в карман. Он с удивлением узнавал год выпуска монеты – 1780-ый. Почти двести лет назад. И думал, что и тогда, в этом году, жили люди в Сузуне, работали, плавили медь, чеканили монету. А теперь их нет. Они умерли. А живут в Сузуне другие люди. Тоже работают. А пройдет сто лет, что от них останется? А надо бы, чтобы осталось что-то хорошее, доброе.
Николай поднял голову. Мальчишки все еще шли за грейдером, оглядывались и звали Николая:
– Колька, ты чего застрял там? Догоняй нас!
Он вздохнул, опустил монету в карман и заспешил за ребятами…
Николай не знал тогда, что в Сузуне жили в то время два брата – Александр и Геннадий Заволокины – будущие знаменитые гармонисты, организаторы на центральном телевидении программы «Играй, гарьмонь любимая!»
Однажды мальчишки позвали Николая:
– Колька, пошли с нами. Полезем на элеватор – голубиные гнезда зорить.
Ему особо-то не хотелось лезть на элеватор. Не хотелось ему и голубиные гнезда зорить – жаль было голубков. Но чтобы не показаться слабым, чтобы его не считали трусом, он согласился.
Стайка мальчишек подошла к элеватору. Они, какими-то своими тайными ходами, прошмыгнули внутрь, залезли на самую верхотуру.
Коля, осторожно переставляя ноги, двигался за своими проводниками. Внизу, метрах в тридцати от него, лежали груды зерна. Посмотришь вниз – дух захватывает, высотища-то какая!
В это время в зернохранилище вошел сторож. В руке он держал ружье, заряженное солью. Он осмотрел помещение, поднял голову и увидел мальчишек.
Сторож сразу же разозлился от того, что кто-то без его ведома, пробрался на охраняемую им территорию. Он грубо заорал:
– Эй, вы, сукины дети! Какого ляда вам здесь понадобилось?
Он поднял ружье и выстрелил в воздух, чтобы попугать парнишек.
Николай, услышав слова сторожа, услышав оглушительный выстрел, испугался. У него ослабли руки, сорвалась нога – и он полетел вниз. Тридцать метров высота.
Он падал, падал, падал. В ушах свистело. Перед глазами мелькали какие-то картинки… Бах! – Коля по пояс вошел в овес. Постоял молча, приходя в себя. Посмотрел по сторонам, посмотрел наверх. Никого. Ничего. Тишина.
Он потрогал себя за руку, за нос. Все на месте. Он жив. Тогда он нервно засмеялся и принялся отгребать в сторону зерно, стараясь поскорей освободиться из невольного плена. Он торопился. Он не хотел, чтобы кто-то из родных или знакомых увидел бы его здесь, в зернохранилище.
Коля освободил ноги и, оставляя на овсе вмятины от следов, заспешил к выходу из зернохранилища… Вновь Господь сохранил ему жизнь.
В 1965 году Сергей Сарычев что-то загрустил. Чуткая Наталья, видя состояние мужа, спросила у него:
– Что ты какой-то квелый стал? Что за печаль у тебя открылась? Рассказал бы, облегчил душу.
Сергей покивал головой, тяжело вздохнул.
– Мать-старушка мне вспоминается. Как там она живет, в Залесово? Потянуло меня к ней. Потянуло на старое место. Милая, давай вернемся в Залесово!
Он выжидающе посмотрел на супругу. Она взъерошила ему волосы на голове, грустно улыбнулась и сказала:
– Ну что с тобой поделать, Сереженька! Раз ты восхотел, так давай вернемся в Залесово. Я согласна. Лишь бы тебе хорошо было.
Он влюблено взглянул на жену и проговорил:
– Спасибо тебе, Натальюшка! Утешила ты меня…
5 Возвращение в залесово
Сарычевы вернулись в Залесово в 1965-ом году. Елизавета встретила приехавшее семейство приветливо. Радостно улыбаясь, проговорила:
– Вернулись, гулены! Слава Тебе, Господи!
Она сильно сдала. Согнулась. Старческие морщины изрезали ее лицо, руки. Седина густо посеребрила волосы. Одевалась бабушка так же строго – платок на голове, темная кофта и длинная юбка. Она хорошо знала, что женщина не должна служить соблазном для мужских глаз, должна строго блюсти себя. Об этом писал апостол Петр в Послании: «Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетленной красоте кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом».
Сергей обнял и поцеловал мать. В груди у него сладко защемило, защемило. Он глубоко вздохнул и мотнул головой. Елизавета, целуясь с невесткой, заплакала. Заплакала и Наталья.
Бабушка перецеловала внучков, вытерла слезы, широко перекрестилась, радостно вздохнула и проговорила:
– Слава Тебе, Господи! Снова вместе…
Сергей присмотрел и купил на улице Нагорной крепкий рубленый дом…
Переехали в него всем семейством. Бабушку Елизавету не оставили жить одну, взяли ее к себе. В новом большом доме нашлось и для нее место – комната-боковушка.
Постелили в комнатах половики. На окна повесили шторы. Расставили мебель, телевизор, радиоприемник. Ничего, вроде бы, не позабыли.
Сергей прошелся по комнатам нового дома, вышел на крыльцо, глубоко вдохнул воздух, пахнувший дымком. На душе у него было покойно и радостно. Думалось: «Я дома. Будем жить дальше. Жить и работать».
Над Залесово проплывали пушистые облака. На отрогах крутышках стояли высокие ели. Ветерок ласково овеял Сергею лицо. Словно и он, вечный странник, радовался, что Сарычевы вернулись домой…
Николай пошел учиться в Залесовскую школу. Ему исполнилось тринадцать лет. Он был, как все ученики его возраста, пионером, носил красный галстук.
Учиться ему нравилось. Он полюбил уроки русской литературы, полюбил читать стихи и рассказы. Он удивлялся, как складно они слагали стихи – Пушкин, Некрасов, Суриков, Твардовский. Размер, ритм, рифма. «На берегу пустынных волн стоял он, дум великих полн»… Здорово! Вт бы и ему, Николаю, тоже написать стихотворение. Только свое, не похожее на стихи других поэтов.
Эта мысль глубоко засела в сознании Николая. Он стал думать о сюжете своего будущего стихотворения. «О чем бы написать, о чем?» – размышлял он в свободный час…
В 1966-ом году Залесову исполнялось 205 лет со дня основания. Готовились праздничные мероприятия. «Вот о Залесове я и попробую написать!» – решил Коля, – это моя родина, мой любимый край».
Как-то вечером, уединившись, он взял авторучку, тетрадку и занялся сочинительством. Творческий процесс стихосложения – дело сложное, серьезное. Я сам поэт, поэтому могу рассуждать об этом, как специалист.
Николай работал над своим стихотворением не один день. Он старательно трудился, писал, сам удивляясь тому, что у него получается. Стихотворение разрасталось. И получилась, когда Коля закончил работу, маленькая поэма. Она начиналась такими словами: «А Залесово – не за лесом. Окружили его леса. Выйду в лес – за Залесово! Крикнув криком, спугну тишину, и скажу я ему: «Здравствуй, мое Залесово! Покажи мне свою старину»…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.