- -
- 100%
- +
Все подозрения сразу отпали, и он быстро подошёл к дозорному, который охранял лагерь с этой стороны и по счастливой случайности не спал, а был начеку. Но ведь когда Адрахас покидал лагерь в этом же примерно месте, его никто не окликнул, значит, по всему выходило, что в то время дозорный крепко спал. Да и разведчики бандитов доложили своему предводителю, что все дозорные благополучно дрыхнут. «Выходит, – подумал Адрахас, – этот дозорный, скорее всего, уже просто выспался, или я его разбудил своим небольшим шумом».
Адрахас быстро сказал дозорному;
«Срочно поднимайте тревогу. К нашему лагерю приближается бандитский отряд, который очень скоро окажется здесь. Намерения у бандитов самые страшные. Они хотят всех убить, пока мы спим. А после этого хотят захватить всё наше имущество».
«А ты не ошибся, мальчик?» – Засомневался дозорный, но Адрахас грубо перебил его:
«Как вы не понимаете? Необходимо как можно быстрее приводить лагерь в боевую готовность. На нас сейчас нападут те самые люди, которых мы вчера встретили здесь, около гор. Это – обыкновенные бандиты, которые убивают всех подряд».
Видя сомнения дозорного (видимо, он боялся поднять ложную тревогу), Адрахас сам бросился в лагерь и закричал во весь свой голос:
«Вставайте, берите в руки оружие! К нам приближаются враги, которые хотят застать нас врасплох! Берите как можно скорее ножи, пики, луки, стрелы и вылезайте с телег, поднимайтесь с земли и готовьтесь к бою!»
Он продолжал кричать, но увидел, что люди в телегах и на земле просыпаются очень медленно. Поэтому он бросился к главной телеге и быстро объяснил уже проснувшемуся дяде – командиру отряда, всю опасность складывающейся ситуации.
Тогда дядя поднял специальную сигнальную трубку и затрубил в неё. Его помощник стал сильно бить в барабаны. Это были сигналы общей тревоги, и все люди их прекрасно знали.
Теперь уже очень быстро с оружием в руках мужчины стали соскакивать со своих телег и выстраиваться в боевой порядок. Люди, спящие на земле и под телегами, тоже быстро стали вставать и, беря в руки оружие, присоединяться к остальным.
У некоторых людей в руках были острые пики, у других – короткие железные мечи – акинаки, у некоторых луки и стрелы. Почти все были надёжно защищены крепкими кожаными или железными щитами.
Итак, лагерь за очень короткое время, несмотря на тёмную ночь, был подготовлен к обороне от неожиданного нападения врагов, и заслуга в этом принадлежала только одному мальчику. Этот мальчик совершенно случайно, тайно вышел глубокой ночью из лагеря, тем самым нарушив жёсткую дисциплину, и обнаружил притаившихся совсем недалеко врагов, которые готовились внезапно напасть на лагерь и поубивать всех людей, которые находились в нём.
По всему лагерю зажгли факелы и, поэтому, стало очень хорошо видно не только сам лагерь, но и подходы к нему. И все сразу увидели людей, в основном, с короткими мечами и щитами, которые в быстром темпе приближались к лагерю. Всем сразу стало понятно, что врагам не хватило совсем немного времени, чтобы неожиданно атаковать лагерь.
Вражеский предводитель, прекрасно видя, что лагерь, который они приготовились атаковать, полностью готов к обороне, хотел дать своим воинам приказ отступать, понимая явное преимущество врага. Но страшная ярость битвы, жажда крови, ненависть к людям в лагере и, наконец, просто обида за то, что враги разгадали его коварный замысел, взыграли в нём со всей силой, и он ещё яростнее, возглавляя свой немногочисленный отряд, рванулся вперёд и первый, размахивая мечом, ворвался в лагерь противника.
Но командир бандитов почти сразу был поражён метко пущенной стрелой. Лучники открыли сплошной огонь по врагу, а стреляли они отменно. Поэтому несколько бандитов были повержены, даже не успев ворваться в лагерь. А стрелы продолжали поражать врагов, которых очень быстро осталось всего пять человек. И эти пять человек позорно бежали с огромной скоростью, спасая свои жизни. Преследовать их не стали.
Как только оставшиеся враги скрылись, руководитель экспедиции, дядя Адрахаса, велел внимательно осмотреть поверженных врагов. Он вполне резонно считал, что не все они убиты, а среди них могут быть и раненые.
Меткие стрелы поразили семерых врагов. Трое из них, в том числе и командир отряда бандитов, были мертвы. Но четверо подавали определённые признаки жизни. Опытный Жрец, он же врач внимательно их осмотрел и пришёл к выводу, что двое из них ранены, безусловно, смертельно, и очень скоро умрут. А за жизнь ещё двоих вполне можно побороться, хотя полной гарантии того, что они выживут, не было.
На следующий день мужчины начали рубить деревья, которые росли около гор, срезали с них ветви и листья, а стволы пилили и аккуратно складывали на телеги. Это была, драгоценная для всех, древесина, которой в их стране не было. Работа продолжалась с утра до вечера, потому что никому не хотелось задерживаться здесь надолго, да и обратный путь был не близкий. Тем более, что продуктов взято было с собой не так много. Решили заполнить до самого верха десять пустых телег, которые были запряжены выносливыми и сильными лошадьми.
Вскоре двое тяжелораненых бандитов скончались. Из двух оставшихся явно выздоравливал только один. Что касается второго, то скоро всем стало ясно, что он тоже не выживет. Несмотря на то, что к его ранам прикладывали специальные мази, растирали специальными маслами, давали пить лечебные настои, он увядал на глазах. Ещё через несколько дней он умер.
Тогда единственный оставшийся в живых бандит, как-то подозвал к себе Утултара – начальника отряда, и сказал ему:
«Я прекрасно понимаю, что я ваш бывший враг, но теперь вы спасли меня и я должен, чем могу помогать вам. Работать с вами у меня ещё не хватает сил, а вот дельный совет дать могу».
«Я слушаю тебя внимательно», – произнёс Утултар.
«Хорошо, я скажу тебе всё, что считаю необходимым сказать, – проговорил почти выздоровевший пленный, – вы зря отпустили тех пятерых. Наше племя расположено гораздо ближе, чем ваше. Они быстро доберутся до своих, и скажут им всё наоборот».
«Это как понять?» – Спросил удивлённый Утултар.
«Это понять очень просто, – ответил пленный, – они скажут соплеменникам, что вы специально коварным образом напали на них, что они лишь случайно спаслись, спрятавшись под горой или в овраге. Это вызовет огромный гнев и ненависть к вам моих земляков. Они быстро соберут огромный отряд и на выносливых конях прискачут сюда, чтобы расправиться с вами. Поэтому, мой тебе совет. Ты, как можно быстрее, должен увести людей отсюда на значительное расстояние, то есть переменить место сбора драгоценной древесины».
Услышав эти ужасы, Утултар с недоумением проговорил:
«Я не могу поверить, неужели ваше племя такое жестокое и поверит в детские сказки о, якобы, кровожадности нашего племени? Ведь мы с вами соседи и всегда, насколько я помню, жили в мире и согласии».
Тогда пленный объяснил:
«Да, ты прав, долгие годы мы жили мирно и не нападали друг на друга. Но год тому назад в нашем племени произошёл переворот. Прежний мудрый руководитель был жестоко убит, а власть захватил жестокий и завистливый Абди-Или, который сразу начал строить всяческие козни. Наш отряд, один из нескольких, был сформирован специально, для того, чтобы убивать людей, прибывающих из разных племён к далёким от них северным горам, чтобы добыть драгоценное дерево. Эти отряды убивают невинных людей с целью грабежа. Они даже телеги захватывают, не гнушаются ничем. Мы и вас хотели ликвидировать с целью полного ограбления».
Пленный попросил воды и, выпив её немного пересохшими губами, продолжал говорить:
«Вас спасла простая случайность. Иначе все вы были бы жестоко убиты, никого бы из вас не пощадили. Кстати, хитрый и жестокий Абди-Или постепенно готовит нападение и на ваше племя, хотя корчит из себя вашего друга. Пока он ещё не решается напасть, потому что понимает, что ваше племя – это очень сильное племя, и вы дадите ему достойный отпор. Но он постоянно увеличивает количество своего войска и настанет день, когда он нарушит все договоры и глубокой ночью, неожиданно нападёт на вас. Тогда он не пощадит никого, уничтожит, практически, всех».
«Значит, – проговорил Утултар, – ты советуешь быстро переменить место заготовки дерева?»
«Да, – произнёс пленный, – как можно скорее вы должны сменить место, уйти подальше отсюда, чтобы бандиты вас не нашли, дорог каждый день. Я почти уверен, что сюда уже скачет большое войско моих соплеменников, чтобы беспощадно расправиться с вами».
Был собран экстренный Совет всей экспедиции. На нём было принято решение отправляться в западном направлении следующим утром. Но затем начальник экспедиции сказал:
«Всё это бесполезно. По следам телег они легко прибудут к месту нашего пребывания, куда бы мы ни направились. Поэтому, я не знаю, как нам всё-таки поступить?»
И здесь, к удивлению всех присутствующих на Совете, слово взял мальчик Адрахас:
«Я предлагаю, чтобы телеги ехали строго друг за другом, и ни одна не выбивалась из ряда. Два человека будут заметать следы тележных колёс специальными метёлками. Чтобы сильно не уставать, будем это делать по очереди».
«А, что, дельное предложение, – произнёс Утултар, – только тогда нам придётся двигаться гораздо медленнее».
«Ну и что из этого? Дело не в скорости, а в том, чтобы враги нас не обнаружили. Нам не обязательно уходить слишком далеко. Я думаю, три дня подобного пути со средней скоростью передвижения телег вполне должно хватить, мы успеем уйти на достаточное расстояние».
С планом Адрахаса согласились все. Начальник экспедиции лишь посчитал, что два человека это всё-таки маловато, и предложил трёх человек. Так и поступили.
На следующее утро экспедиция тронулась в путь. Это был обоз в количестве восьми гружёных людьми и поклажей телег, и ещё десяти телег на которых лежали мешки с кормом для лошадей, которых в экспедиции было целых восемнадцать.
Начальник экспедиции, после такого трагического поворота событий, больше боялся даже не за людей, питание которых можно и ограничить. Он больше волновался за лошадей, рацион которых, особенно в пути, сокращать было нельзя. Утултар ясно видел, что на обратный путь корма лошадям явно не хватит, тем более, что все телеги будут перегружены – некоторые людьми и припасами, другие драгоценной древесиной.
Поэтому он разработал план, который заключался в следующем. Пока мужчины будут рубить и пилить лес на новом месте, послать Адрахаса с женщинами в ближайшие поселения, где они постараются закупить овёс и сено для лошадей и, немного продуктов для людей. На этот случай средства у него имелись.
Они шли не три, а четыре дня, потому что руководитель решил подстраховаться и уйти всё же немного подальше. На новом месте обосновались быстро и принялись за работу.
…В это самое время, пятеро убежавших бандитов благополучно добрались до своего города-государства. Они, как и предполагал выживший пленный, сразу направились к правителю государства – жестокому и алчному Абди-Или. Они убеждённо заверили его, что представители соседнего племени, которые находились у северных гор и собирали там драгоценную древесину, внезапно, ночью напали на них и хотели беспощадно уничтожить весь отряд, состоящий из двенадцати человек. Врагов было гораздо больше, поэтому завязался кровопролитный долгий бой.
Бандиты также уверили правителя, что в честном бою убили множество врагов, но сами потеряли семерых, которые погибли, проявив смелость и мужество в неравном бою. Им самим удалось случайно спастись, потому что наступила ночь, и они впятером укрылись за высоким холмом. Враги не решились их преследовать в темноте, потому что та ночь оказалась очень тёмной, ни луны, ни звёзд на небе не было.
Тогда Абди-Или сильно разгневался и обещал жестоко отомстить за смерть своих семерых отважных воинов. Хотя, коварный правитель сам приказал сформировать несколько бандитских отрядов именно для того, чтобы они убивали и грабили сборщиков древесины у северных гор. Но здесь он моментально прикинулся «невинной овечкой».
Абди-Или посоветовал этим пятерым воинам попросить помощи у Великих Жрецов, которые, обратившись к Хтоническим Божествам, дадут ценные советы, как эффективно отомстить представителям соседнего племени.
Необходимо пояснить, что Хтонические Божества являлись владыками подземного мира, который населён демонами и душами мёртвых людей. Во главе этой страшной группы Божеств стояла злобная Эрешкигаль, её жестокий сын Ниназу, Бог огня Гирра и Бог чумы Эрра. Представителями Хтонических Божеств, среди земных животных, являлись самые разные «гады», то есть пресмыкающиеся или рептилии – ящерицы или змеи. Также это могли быть рыбы, иногда птицы, в первую очередь вороны. Кроме того, это были вредные членистоногие, некоторые из которых ведут умышленную охоту на людей, и которых людям необходимо остерегаться, так как они представляют серьёзную опасность. Это сколопендра, тарантул, каракурт и, конечно же, клещ – самое опасное членистоногое.
Злобные Жрецы этой страны обратились к этим жестоким Божествам за советом. Жрецы, с помощью специальных заклинаний попросили Божества дать им чёткие указания, каким образом можно быстро расправиться с отрядом из соседнего племени, который в настоящее время добывает древесину около далёких северных гор.
Жестокие Божества, проведя специальные ритуалы, во время которых они принесли многочисленные человеческие жертвы, дали Жрецам следующие сведения и ценные указания. Они прямо объяснили Жрецам:
«Единственный пленный, оставшийся в живых, подробно рассказал врагам о возможном нападении на них с вашей стороны и посоветовал им быстро сменить место добычи древесины, уйдя в западном направлении на значительное расстояние от первоначального места. Вы должны приказать, чтобы люди вашего племени немедленно собирали сильный воинский отряд, состоящий не менее, чем из пятидесяти человек».
Жестокие Божества передали Жрецам карту, на которой был подробно указан путь передвижения экспедиционного отряда соседнего племени.
«Что должен сделать усиленный воинский отряд?» – Сразу спросили хитрые и злобные Жрецы.
«Этот отряд должен быстро обогнать отряд соседнего племени. Сходу на экспедицию нападать не стоит, потому что и люди, и кони, будут слишком уставшими. Поэтому посланный вашими людьми отряд должен незаметно обойти военизированную экспедицию с противоположной стороны гор и устроить и людям и лошадям хороший отдых в небольшом посёлке, который расположен примерно в пяти километрах к юго-западу от места нового расположения экспедиционного отряда соседнего племени. Там воинам необходимо пообедать в продовольственной лавке, накормить лошадей и тайно скрывшись в лесу, который начинается сразу же за продовольственной лавкой, разработать план неожиданного нападения на экспедиционный военный отряд».
Затем Жестокие Божества дали ещё некоторые советы, как именно нужно расправиться с врагами соседнего племени, которые так жестоко уничтожили смелых воинов этого могучего племени:
«Напасть необходимо неожиданно и в полной мере использовать численное преимущество – пятьдесят против шестнадцати. Тем более, что почти все ваши противники будут заняты работой по заготовке драгоценной древесины и, поэтому, застигнуты врасплох. В этом случае, применив элементарную смекалку, разгромить врага будет совершенно не трудно, но пленных брать не надо, – посоветовали жестокие Божества, – необходимо беспощадно уничтожить всех без исключения, включая трёх женщин и подростка».
Жрецы сразу передали указания Жестоких Божеств Правителю государства, и уже на следующий день, сформированный из пятидесяти злобных воинов отряд, имея с собой подробную карту передвижения экспедиции соседнего племени, быстро двинулся в указанном направлении.
…На следующий день Утултар подозвал к себе мальчика и трёх женщин, дав им конкретное задание – пройти по ближайшим сёлам и попытаться достать немного продуктов, но, самое главное необходимое количество корма для лошадей. Он дал им несколько серебряных браслетов, то есть, всё то ценное, что было в экспедиционном отряде.
До ближайшего населённого пункта оказалось довольно большое расстояние, не меньше пяти километров. Они пришли туда только днём. Решили, что женщины отправятся по домам, договариваться с хозяевами насчёт покупки сена, овса и соломы. Адрахас же отправиться в продовольственную лавку, чтобы закупить немного съестных продуктов для членов экспедиции.
Сжимая в кулаке серебряный браслет, мальчик отправился разыскивать такую лавку. Ему это удалось очень быстро, так как ближайший прохожий указал ему знаками (в этой местности был совершенно другой язык), куда следует идти.
Когда Адрахас подходил к лавке, он сразу обратил внимание на большое количество лошадей, привязанных к деревянным перилам, которые тянулись около входа в лавку. Это показалось мальчику подозрительным. Но ещё более подозрительным ему показалось то обстоятельство, что в лавке почти никого не было.
«Чьи же тогда это лошади? – Подумал мальчик, – да ещё в таком значительном количестве?»
Он не стал ни о чём спрашивать хозяина лавки, чтобы не вызвать лишнего подозрения, покупать пока тоже ничего не стал и сразу вышел из лавки.
Его удивило, что лошадей на улице ровно пятьдесят. «Надо же, – подумал мальчик, – такое чёткое количество явно неспроста».
К тому же внимательный мальчик обратил внимание, что лошади около лавки породистые, статные, явно непохожие на местных, некрасивых кобыл, которых он часто встречал, когда проходил по улицам посёлка.
«Значит, это, без всякого сомнения, лошади приезжих, но вот где эти самые приезжие и кто они, вообще, такие?»
Здесь он заметил, что лавка примыкает к огромному сараю, в котором, видимо, хранятся продукты. Сарай тянется на значительное расстояние, а за сараем он с трудом разглядел довольно высокие скалы, поросшие густым лесом.
И здесь у него в подсознании мелькнула подозрительная мысль о том, что здесь недалеко находится отряд, присланный из соседнего племени, чтобы расправиться с его земляками. А, может, это лучезарный Бог Солнца Шамаш подсказал мальчику эту мысль.
«Скорее всего, – подумал смышлёный мальчик, – эти всадники остановились в этом посёлке, чтобы передохнуть перед решающей битвой с нашим экспедиционным отрядом, перекусить и разработать конкретный план нападения на моих товарищей».
Он ещё более задумался и решил поступить следующим образом: незаметно залезть на крышу лавки, оттуда на крышу сарая и осторожно доползти до самого конца крыши, которая с другой стороны, упирается в самую скалу, кустарник и деревья. Он теперь не сомневался, что если это, действительно, вражеский отряд, то они проводят секретное совещание где-то за сараем, или же в самом лесу.
Адрахас обошёл лавку сбоку, но лавка была довольно высокой и ровной, даже выбеленной. Поэтому, он не заметил там какой-нибудь удобной выбоины, с помощью которой он мог бы сравнительно легко забраться на крышу сарая.
Тогда он прошёл немного дальше и добрался до того места, где начинается сарай. Стена сарая, в отличие от стены лавки была неровной, грубо сбитой, поэтому он сразу понял, что очень легко заберётся на крышу сарая.
Мальчик прекрасно понимал, что необходимо соблюдать максимальную осторожность. Поэтому он внимательно взглянул на уголок улицы, который хорошо просматривался с того места, на котором он стоял. Вроде там никого не было и всё было спокойно. Поэтому Адрахас решил больше не терять драгоценного времени и, выбрав удобные выбоины в стене, моментально вскарабкался на крышу сарая.
Он тихонько полз по крыше, и видел, как к нему приближаются скалы и горы, поросшие деревьями и кустарниками. Наконец, Адрахас достиг самого края крыши. Скала и лесной массив были совсем рядом, всего в нескольких метрах от него. Он внимательно прислушался, но ничего особенного не услышал, поэтому в первый момент с грустью подумал:
«Зря я сюда приполз. Видимо, я ошибся и те лошади в большом количестве, которые стояли, привязанные у продовольственной лавки, не имеют никакого отношения к отряду, прибывшему издалека с целью неожиданного нападения на моих соплеменников, когда они будут заняты тяжёлой работой».
Он собрался уже лезть в обратном направлении, как внезапно услышал в ближайшей лесной роще довольно громкий шум. Было ясно, что к краю леса приближаются люди, но Адрахас не мог видеть их из-за деревьев, и, поэтому не мог определить, что это за люди и сколько их.
Тогда он начал внимательно прислушиваться и по резким звукам сучьев под ногами и довольно большому шуму понял, что к нему приближается целая толпа. Внезапно, сильные шорохи прекратились, отдельные разговоры смолкли, и мальчик догадался, что толпа остановилась на самом выходе из леса. Здесь он сразу «навострил уши», внимательно прислушиваясь к тому, о чём уже начали уверенно говорить эти люди.
Люди говорили довольно громко, поэтому он слышал почти весь их разговор. Среди всех голосов выделялся один голос, который говорил приказным тоном распорядителя.
«Это, видимо, их руководитель, – подумал Адрахас, – отдаёт какие-то приказания. Необходимо внимательно слушать и стараться всё запоминать».
И мальчик, напрягая слух, весь затрясся от волнения, так как теперь ему стало ясно, что всё-таки не зря он забрался на эту неудобную крышу сарая. Итак, он внимательно слушал то, что главный предводитель говорил своим товарищам:
«Всё готово. Мы и наши лошади отдохнули достаточно. Да и поели на славу. Ещё совсем немного передохнём, настроимся на решительную схватку. А затем садимся на наших быстрых коней и на полной скорости мчимся к этим лесорубам, которые посмели зверски убить наших товарищей. Мы должны отомстить им по полной программе. Да помогут нам в этом Великие Хтонические Божества».
«Неужели он имеет в виду моих земляков? Выходит, эти мерзавцы, несмотря на то, что мы пытались заметать следы, всё-таки узнали место нашего нахождения и сейчас собираются на полной скорости мчаться к моим землякам, чтобы беспощадно расправиться с ними. Что же делать? Как поступить? Мы же пешие и не успеем предупредить наших товарищей, чтобы они приготовились к суровой битве».
И здесь единственная спасительная мысль чётко промелькнула в голове мальчика. Он быстро прополз по крыше, спустился вниз, выбежал на улицу перед продовольственной лавкой и, взглянув на привязанных к перилам лошадей, сразу определил своим намётанным взглядом, какая лошадь довольно спокойная и в то же время быстрая. Он с детства имел дело с лошадьми и очень хорошо разбирался в них.
«Заодно, одну лошадь стащу у них, будет на одного человека меньше», – подумал Адрахас. Он быстро отвязал лошадь, умело вскочил в седло, и резко дёрнув поводья, поскакал по деревенской улице. Как он и предполагал, лошадь оказалась понятливая, умная и быстрая. Он прекрасно знал, как управлять ею.
Когда мальчик на полном скаку, буквально, вылетел из посёлка, он, неожиданно, вспомнил о женщинах, с которыми пришёл в него. Но предупреждать их об опасности, ему уже было некогда.
«Они ещё долго здесь пробудут, ещё долго будут торговаться, наши враги их всё равно не знают, поэтому за женщин беспокоиться нечего, теперь моя главная задача, как можно быстрее прискакать к своим землякам и предупредить их. Я обязан успеть, хотя расстояние здесь немалое. Но ведь я скачу быстро, неужели враги будут скакать ещё быстрее и смогут настигнуть меня? Нет, я этого допустить не должен. Я обязан гораздо раньше прискакать к своим соплеменникам. Они должны успеть приготовиться к отпору врагам, вот только тогда это будет, по-настоящему, здорово».
Он прискакал довольно быстро, даже сам удивился этому и, соскочив с лошади, бросился к своему дяде, который как раз делал какие-то строгие распоряжения лесорубам.
Дядя Утултар моментально всё понял, отдал срочное распоряжение всех вызвать с работы и сразу разделил всю свою команду на две части, по восемь человек каждая.
Одна группа укрылась около входа в небольшой грот, который надёжно закрывала густая роща, состоящая из нескольких довольно высоких и мощных деревьев. Вторая группа спряталась в небольшом, но тоже густом лесном массиве, который располагался почти напротив грота на довольно значительном расстоянии от него. Все были вооружены луками. Стрел было достаточно много, и все они были разделены поровну.
Старшим группы, укрывшейся у грота, Утултар назначил своего заместителя, а второй группой стал командовать сам. Адрахасу дядя приказал надёжно спрятаться в гроте и ни в коем случае не высовываться. Затем, собрав всех вместе, объяснил главную задачу. После этого обе группы моментально разошлись по своим местам. Утултар решил использовать уже проверенную тактику первого боя. Он прекрасно знал, что все мужчины, включая его самого – меткие лучники. Значит теперь самое главное, это неожиданность для врага и меткость стрельбы.
Он выбрал очень простую тактику. Все восемь воинов каждой группы выстроились в один ряд. Крайний справа воин каждой группы стрелял в крайнего справа с его стороны врага, второй воин во второго справа, и так далее по порядку вплоть до восьмого вражеского воина. В связи с тем, что воины каждой группы стояли напротив друг друга, то получалось, что стреляют они во вражеских воинов, находящихся на противоположных друг от друга сторонах.