Осторожно: Отличный парень

КОНФЛИКТ С СЕРГЕЕМ ЗОРИНЫМ

Теперь всё внимание средств массовой информации и защитников отца Гордея Граблевского было приковано к Сергею Зорину, муссировались слухи о его связях в силовых структурах. Следователь Александр Иванович Ермаков тоже вызывал Зорина на допрос, чтобы установить, что же на самом деле произошло между ним и отцом Гордеем.

Ольга попросила Серафиму Назарову, которая в ту смену работала в лагере воспитательницей и от которой она, собственно, и узнала о конфликте между Зориным и Гордеем Граблевским, подробно, со всеми деталями написать о случившемся. Вот такую информацию она получила от Серафимы:

«Отец Гордей договорился с Сергеем Зориным, что Зорин заберёт свою дочь Машу и отца Гордея 5 августа, потому что Граблевский 7 августа улетал за границу. А Зорин зачем-то приехал на день раньше и увёз Машу, сославшись на то, что девочка тяжело заболела. Им вроде сообщили, что Маша больна, и он с женой приехал специально, чтобы посмотреть, насколько она больна и как за ней ухаживают.

Я должна подтвердить, что Маша была нездорова, температура у неё была слегка повышенная, но ничего угрожающего её здоровью врач не нашла, да и выглядела девочка хорошо. Подружки по секрету рассказали, что она нарочно градусник натирала, но это только одни разговоры, домыслы.

Не знаю, почему Маша хотела уехать раньше. Говорили, что, когда родители приехали, Маша обвинила отца Гордея: мол, к девочкам пристаёт и вообще маньяк. И конечно, родители увезли ребёнка, когда такое услышали. Только, если Маша действительно пожаловалась им, почему они тогда никому ничего не сказали? Почему не назвали настоящую причину?

А на следующий день была договорённость, что Зорин заберёт отца Гордея из лагеря, но это ещё до отъезда Маши. Отец Гордей позвонил Зорину, чтобы выяснить, почему тот не звонит и не едет. Зорин заявил, что у него больна дочь и он не приедет. У них произошла ссора, потому что отец Гордей должен был уехать срочно, а другой возможности у него не было. Отец Гордей считал, что если они договорились заранее, то Зорин обязан за ним приехать. Но получил решительный отказ.

У меня были вопросы к отцу Гордею по работе. Я подошла к нему, чтобы решить их, и застала ссору в самом разгаре. Я, конечно, не могла слышать, что говорил Сергей Зорин, но, по словам отца Гордея, он предложил ему вызвать себе такси: мол, продай один из своих айфонов и заплати за такси.

Отец Гордей возмутился и сказал, что в таком случае уедет вместе с их сыном Антоном, который ведёт себя плохо и на которого постоянно жалуются воспитатели и даже воспитанники. Наверное, он полагал, что за сыном Зорин непременно приедет, тогда он, отец Гордей сможет уехать вместе с ними.

Но Зорин возмутился в свою очередь и заявил, что отца Гордея и всё лагерное начальство ждёт судебное разбирательство, если они выгонят ребёнка из лагеря и бросят одного. Потом уже начались откровенные оскорбления с обеих сторон.

Какое-то время спустя Зорин, видимо перепутав номера телефонов, позвонил мне и, полагая, что разговаривает с директором, пригрозил, что закроет лагерь, так как у него достаточно и денег, и связей. Потом то же самое было повторено смс-сообщениями, в них упоминалось имя отца Николая Звягинцева, настоятеля Елизаветинского собора, но в связи с чем, не помню.

Поскольку эти сообщения были адресованы не мне, я показала их директору лагеря и отцу Николаю Звягинцеву, который приехал вместо отца Гордея. Они познакомились с содержанием сообщений, выслушали мой рассказ, но никак не прокомментировали».

Сергей Зорин об инциденте, произошедшем в августе 2013 года:

– Я возмущён поведением отца Гордея Граблевского. Никакой сан не даёт ему права так обращаться с родителями воспитанников. Судите сами. В один из дней мы с женой приехали проведать наших детей, которые отдыхали в лагере на острове Зеленец. Нашему взору предстала такая картина: священник Граблевский нежится под лучами солнца на крылечке одного из домиков в окружении девочек-воспитанниц. Девчушки ластятся к нему: кто-то расчёсывает ему волосы, кто-то висит на плечах, кто-то обнимает…

На наше приветствие отец Гордей не просто не ответил, он и голову не повернул в нашу сторону! Дочку нашу мы застали лежащей в постели с высокой температурой, но никого из взрослых рядом с ней не было. Похоже, никто из воспитателей не интересовался состоянием здоровья воспитанников и не знал, что девочка больна.

Еле сдерживаясь, я подошёл к Граблевскому и предпредил, что мы уезжаем вместе с дочкой. И что же я услышал в ответ?! Отец Гордей, опять не поворачивая головы, заявил, что детей они родителям не отдают! Можно подумать, что дети находятся не в лагере, а в колонии для несовершеннолетних!

Я сказал, что не нуждаюсь в его разрешении, что забираю домой больного ребёнка, о котором никто из персонала не заботится, и готов подписать необходимые бумаги. Тут он отстранил облепивших его девочек, соизволил подняться и сказал, что мне нужно найти вожатых, а те отведут меня к директору лагеря.

Возмущению моему не было предела! Как можно с таким безразличием относиться к детям, как можно с такой высокомерной снисходительностью разговаривать с родителями воспитанников, с людьми старшими по возрасту!

Ну, пришлось уже привести товарища в чувство, хоть я и сдержался. Хотелось, конечно, сказать: «Подними одно место, когда с тобой старший по возрасту разговаривает, и отлепись от девочек!», но, повторюсь, – сдержался. Я сказал: «Вы меня не поняли. Я у вас не разрешения прошу, а ставлю вас в известность, что ребёнок болен и я его забираю из лагеря домой. Что мне подписать?»

Он вздрогнул, отстранил девочек и сказал: «Ну если так – вон там где-то вожатые, пусть они вам найдут директора лагеря». Я плюнул и пошёл искать директора.

Хорошая картинка? Нравится? Мы никогда не воспринимали священника как «обслугу». Это глупо, абсурдно, высокомерно и нелепо. Мы воспринимали его как педагога, воспитателя, который наряду с администрацией лагеря берёт на себя заботу о детях, в том числе и нашем ребёнке. Мы ошибались. Отец Гордей оказался человеком невоспитанным, не заинтересованным в здоровье нашей дочери, по крайней мере.

Я молчу о культуре общения. У меня сложилось впечатление, что он «зазвездился». Не подняться на ноги, когда к нему подходит взрослый человек, и не проявить элементарное уважение – это говорит о его низком уровне воспитанности и отсутствии уважения к окружающим. Только когда он понял, что человек, который к нему подходил, и есть муж Ирины, которая обещала ему помощь с транспортом, он вскочил (минут через десять, когда я уже писал расписку директору) и начал вокруг меня виться. Это было мерзко.

Если бы не дети вокруг и не моя жена, не больная дочь, я бы не постеснялся ему высказать всё, что о нём думаю. Поверьте, у меня бы не заржавело. Я с 1994 года – топ-менеджер. И у меня было до нескольких тысяч подчинённых. Все прекрасно знали, что и с ними, и со своим начальством я говорю одним языком – всегда говорю в лицо, что думаю.

На следующий день дочери стало хуже, температура держалась, она металась в жару. Жена ушла на работу – пациентов не отменить, они тоже чьи-то больные дети, их надо лечить, к ней на приём записываются за месяц. Я остался с дочкой, поил отварами, давал лекарства.

Позвонил Гордею Граблевскому в 12 часов и извинился перед ним, что не смогу его отвезти в 6 часов вечера, объяснив причину. А дальше начались нелепые требования, угрозы, шантаж и вымогательства. Пришлось мне вмешаться, пообщаться с администрацией и объяснить, чем им это всё грозит. Да, в трубку я Серафиме Назаровой рявкнул от души, не сдерживаясь, куда я их всех отправлю и что с ними со всеми будет, если плюсом к больной дочери по их, в том числе, вине у меня ещё и сын окажется на ночь глядя в бухте Матвеевская. Так и сказал: «Засужу всех на хрен, не пожалею ни сил, ни времени, ни денег, если вы этому мерзавцу отдадите моего ребёнка! Все сядете в тюрьму!»

С Гордеем Граблевским к этому моменту мне уже всё было ясно. Кто из отцов повёл бы себя иначе? Задайте вопрос мужьям. Так вот, я грозил судом директору лагеря, которая ничего не предприняла в то время, когда у неё в лагере у ребёнка температура 39 градусов. Гордей Граблевский сделал потом из этого замечательную лживую сказку о заказчике.

Но то, что Граблевский вёл себя по отношению к моей семье как моральный урод, вовсе не доказывает, что он виновен в том, что ему инкриминируют. Я это прекрасно осознаю.

Это лишь доказывает, что он далеко не таков, каким его хотят нам представить: заботливый, добрый, любящий детей, искренний, честный и пр. Это ложь. С нами он этих качеств не проявил ни на йоту. Возможно, он носил маску, когда ему было выгодно. А с нами – мы же не прихожане в Вайковицах, мы вообще «случайно затесались» – с нами можно было не церемониться.

Кстати, когда я Ляле Граблевской рассказал по телефону про его угрозы выгнать сына из лагеря и оставить ребёнка в бухте одного ночью, она рассмеялась и сказала дословно: «Да, это Гордей, похоже на него, он может!»

После чего я впал в лёгкий ступор. Если даже сестра его родная подтверждает, что православный священник на такое способен: прикрываясь ребёнком, как щитом, манипулировать матерью – извините, не знал, что и думать.

КОНФЛИКТ ДОЛЖЕН БЫТЬ УЛАЖЕН

Ольга мысленно прожила всё, что произошло тогда на острове Зеленец. Уже зная Гордея Граблевского как человека самовлюблённого, с завышенным мнением о себе, считающего, что все обязаны помогать ему только лишь потому, что он священник, Ольга поняла, что Зорин описал реальную картину конфликта, произошедшего в августе 2013 года.

Одна хорошая знакомая Ольги обещала поговорить с другом Сергея Зорина Андреем Васильевым, который брал у него интервью, чтобы тот встретился с одним влиятельным человеком и попросил его уладить эту некрасивую историю. Очень не хотелось выносить сор из избы и доводить дело до публичного выяснения всех обстоятельств. Однако прошло почти два месяца, но своего обещания Ольгина знакомая не выполнила.

…Девятого марта 2014 года Ольга Каневская пошла на митинг в поддержку воссоединения Крыма с Россией. 8 апреля 1783 года был издан манифест императрицы Екатерины II о присоединении Крыма к России, и с тех пор история полуострова неразрывно связана с историей России. Ольга полностью поддержала высшее руководство страны по этому вопросу.

Неожиданно на Марсовом поле она встретила того самого журналиста Андрея Васильева, который брал интервью у Сергея Зорина. После этого интервью Ольга сразу поняла, что они с Васильевым знают друг друга давно, ещё по службе в армии. В разговоре с Васильевым Ольга выяснила, что её знакомая так и не встретилась с ним. К сожалению, все эти два месяца она вводила Ольгу в заблуждение. В результате потеряно время и окончательно испарилась надежда уладить проблему мирно, без общественного резонанса.

Единственное, что могла сделать Ольга, это попросить Андрея, чтобы он постарался убедить Зорина не провоцировать общественность, не размещать на своей страничке в «ВКонтакте» провокационные материалы, чтобы не будоражить защитников Граблевского.

Да, Сергей Зорин был прав – отец Гордей не имел права так разговаривать, да и не красит эта история Граблевского не только как священника, но и как человека. Но ведь в жизни часто такое бывает – не поняли друг друга, предъявили взаимные претензии, поссорились. Зачем выносить ссоры на всеобщее, публичное обсуждение? Не лучше ли извиниться, пожать друг другу руки и забыть?! А педофил ли Гордей Граблевский, не педофил – выяснит следствие.

Ольга в свою очередь обещала Андрею Васильеву написать отцу Гордею, что она и сделала безотлагательно, предложив считать инцидент исчерпанным. Поговорил ли Васильев с Зориным, или Сергей сам немного успокоился, Ольга не знала, но всё стало затихать.

Притих на некоторое время и Михаил Флоренский, который в «ВКонтакте» вёл непримиримую войну с Сергеем Зориным и отцом Григорием Звягинцевым.

Помнил ли о заповедях Божьих отец Гордей, когда записывал видеообращение, в котором обвинил Зорина в том, что тот является заказчиком уголовного дела против него. Говорил убедительно, с трагическим надрывом в голосе. На момент записи видеообращения Граблевский ещё не осознавал масштаб бедствия. Это было ещё до его ареста в Израиле. Поэтому он посчитал, что бытовой конфликт вполне можно использовать как версию о заказном характере дела.

То, что для его придуманной версии нужно было «всего-навсего» очернить имя семьи, не имевшей к Граблевскому никакого отношения, отца Гордея не волновало. В своём обращении он упомянул каждого члена семьи Зорина, чтобы даже детей привязать к этой некрасивой истории. В конце Граблевский ещё и благосклонно простил всех. Так абсолютно посторонний человек, сам того не желая, оказался впутанным в эту грязную историю.

Тема отношений между Гордеем Граблевским и Сергеем Зориным ещё долго и настойчиво муссировалась в средствах массовой информации и в интернете!

Впоследствии Ольге стало известно, что Граблевский какоето время спустя извинился за это видео, позвонив жене Сергея Ирине Зориной. То есть признал, что оклеветал ни в чём не повинного человека. Нужны ли были его извинения Сергею Зорину после всей этой мерзкой истории – вопрос скорее риторический. Пусть Гордей Граблевский благодарит Зорина, что тот не подал на него иск в суд за публичную клевету.

Гордей Граблевский понял свою ошибку и притих на некоторое время.

Притих, но ненадолго…

Образ заказчика маячил перед ним, как тень отца Гамлета…

КОЛИЧЕСТВО «ЖЕРТВ» СТРЕМИТЕЛЬНО УВЕЛИЧИВАЕТСЯ…

«Материалы уголовного дела свидетельствуют, что жертвами сексуального насилия со стороны Гордея Граблевского стали пять девочек в возрасте от 9 до 14 лет, но, возможно, пострадавших было больше. По данным следствия, одна из девочек, вернувшись после отдыха в лагере, рассказала о случившемся родителям. Поведение отца Гордея Граблевского стало темой для взволнованного обсуждения в кругу родителей. Матери и отцы не хотели верить в возможность сексуального домогательства с его стороны по отношению к их дочкам».

Город Правдинск в то время напоминал пчелиный улей.

Как из «искры возгорелось пламя»? Витал этот слух до поры до времени, а в 2013 году уже другая девочка по секрету рассказала подружке, та другой подружке, и понеслось…

Мама одной из девочек, узнав, какие слухи распространяет её дочь, возмутилась и стала стыдить её. «Мне стало так противно и гадко, я написала отцу Гордею, что мне не хочется на своего ребёнка смотреть, я не понимаю, откуда в ней столько грязи?

Отец Гордей меня утешил и сказал, что моя дочь умная и хорошая девочка. А наш разговор он серьёзно не воспринял, сказал, что слухов о нём всегда много ходило».

Да, слухи действительно ходили, об этом Ольге рассказала в ноябре 2013 года её дочь Диана, добавив при этом: «Так ему и надо!»

Ольга недоумевала – почему именно об отце Гордее Граблевском ходили такие слухи? Ведь без причины ничего не бывает… Слухи не могли возникнуть сами по себе.

Вместе с Серафимой Назаровой они попытались восстановить цепочку распространения слухов о Гордее Граблевском и определить, с какого года и от кого из девочек слухи исходят. Получилось? Вряд ли…

ОБЫСК В ДОМЕ ГРАБЛЕВСКОГО…

В конце октября 2013 года Петроградским районным Управлением внутренних дел при участии оперуполномоченной Елизаветы Шмониной в доме отца Гордея Граблевского в деревне Вайковицы был проведён обыск. Вездесущие средства массовой информации каким-то образом узнали об этом одними из первых. Видимо, хорошо работает таинственный информатор – телевидение подъехало к дому раньше, чем сотрудники УВД во главе с оперуполномоченной Елизаветой Шмониной.

При обыске в доме в Вайковицах присутствовала и первый консультант отца Гордея по юридическим вопросам Сабина Шипилина.

В доме в Вайковицах были изъяты не только предметы оргтехники (компьютер, мобильный телефон матушки Тамары, диски с носителями информации), но и все семейные документы, включая документы на дом. Сабина Шипилина и Тамара Граблевская попросили оставить детские документы (имеются в виду свидетельства о рождении, медицинские справки и т. д.), а также документы на автомобиль, так как жить с маленькими детьми вдалеке от города без транспортного средства возможно, но сложно.

Почти через полтора года Тамара Граблевская попросила Ольгу забрать у следователя Александра Ермакова документы на их дом в Вайковицах. Ольга засомневалась: «Не знаю, подумаю».

На очередном допросе, уже по острову Корфу (Греция), Ольга спросила у Александра Ивановича, может ли она получить документы на дом Граблевских.

Следователь ответил Каневской:

– Вы проходите по уголовному делу в качестве свидетеля, не более, родственницей не являетесь, поэтому я не имею права отдать вам документы. Пусть приезжает жена Гордея Владимировича Граблевского, или я могу документы на дом передать адвокату по соглашению Ефрему Кузнечикову.

Только в сентябре 2015 года документы на дом были получены. Их взял у следователя Ермакова очередной адвокат по ордеру Валерий Волницкий.

НАЧАЛО НЕПОПРАВИМЫХ ОШИБОК… ИНТЕРВЬЮ ОТЦА ГОРДЕЯ

Ольга просила Гордея Граблевского тихо сидеть в Израиле, не давать интервью, что называется, не высовываться, но всё было бесполезно. Все просьбы к нему были тщетны, желание оставаться публичным человеком, «героем нашего времени» даже в такой серьёзный момент для его жизни и будущего его семьи было сильнее.

После того как Генеральная прокуратура Российской Федерации обратилась к Израилю с официальным запросом о выдаче Гордея Граблевского, Граблевский подал документы на получение израильского гражданства.

В интервью священник рассказал о «беспрецедентном», с его слов, давлении на его семью и возможных причинах преследования. Ольга очень сомневалась, присутствовал ли при этом интервью адвокат Гордея Граблевского Товий Айзенфельд. Товий – один из лучших адвокатов Израиля, профессионал, очень осторожный человек. Он мог предостеречь своего доверителя от необдуманных высказываний.

Вот это интервью.

Татьяна Пелина: Вы действительно обратились за получением израильского гражданства?

Гордей Граблевский: По Закону о Возвращении, принятом в Израиле, я действительно имею на это право, поскольку среди моих предков есть евреи. Мой дед был репрессирован в 1937 году и расстрелян. Теперь, видимо, наступила моя очередь. Меня беспокоит не только моя судьба, но и судьба моей семьи – жены, детей, сестёр и братьев. Поэтому я надеюсь, что получение израильского гражданства защитит меня от произвола российских правоохранительных органов.

Сейчас мои друзья в России встали на защиту моего честного имени от грязной клеветы и наветов. Мы готовы предъявить доказательства моей полной невиновности и противозаконного преследования меня и моей семьи в России.

Татьяна Пелина: О каких доказательствах идёт речь?

Гордей Граблевский: Я располагаю доказательствами, которые неопровержимо свидетельствуют о том, что уголовное дело против меня сфабриковано. Мои адвокаты могут назвать имена людей, заинтересованных в моём аресте и последующем привлечении к суду.

Нарушения закона начинаются с даты возбуждения уголовного дела – она подтасована следствием. Заявления так называемых пострадавших тоже весьма сомнительны. Я утверждаю это не голословно. Ведь в первом заявлении, с которого всё и началось, указаны конкретные даты совершения сексуального насилия в отношении несовершеннолетней девочки. Но именно в это время я со своей семьёй находился на отдыхе за границей. Пожалуйста, вот билеты на самолёт, вот отметки в паспорте. Между тем следствие не удосужилось организовать проверку и установить моё алиби. При таком предвзятом отношении ко мне я имею все основания не доверять следствию и опасаться провокаций со стороны следственных органов и подготовленных ими свидетелей.

Меня незаконно объявили в международный розыск. Ведь следователям было прекрасно известно, что я находился в служебной командировке и поэтому не имел возможности явиться для дачи показаний. Это подтверждено документами. На каком же основании выносили постановление о моём аресте ещё до того, как была аннулирована моя командировка?!

Татьяна Пелина: Непосредственно со следователем вы лично не общались?

Гордей Граблевский: Нет, несмотря на мои неоднократные просьбы и ходатайства адвокатов следователи не приезжают сюда, не звонят и не дают мне возможности предъявить доказательства моей невиновности и защищаться, как предписывает закон (следователь имеет законное право не общаться с подозреваемым по телефону; Граблевский забыл, что не следователь Ермаков, а Граблевский объявлен в международный розыск. Даже в такой жизненной ситуации он опять начинает читать свои «проповеди», диктовать свои условия и учить. – Л. А.).

Татьяна Пелина: Так на каком же основании вынесено постановление о вашем аресте?

Гордей Граблевский: Основание смехотворное – кто-то из руководства футбольного клуба «Звезда» на запрос следственных органов ответил, что местонахождение моё неизвестно, и этого оказалось достаточно. Между тем, подчёркиваю, следствие имело в своём распоряжении документы, подтверждающие мою командировку, с датами и указанием места моего пребывания.

Татьяна Пелина: Откуда могут взяться недоброжелатели у священника? Кто эти люди?

Гордей Граблевский: Завистники. Многим не даёт покоя моя активная деятельность – выступления по радио и телевидению, работа с молодёжью, заграничные командировки… До меня доходили слухи о недовольстве, высказываемом некоторыми моими коллегами по поводу моих успехов. Но я всегда старался не обращать внимания на эти инсинуации, поскольку считаю это недостойным. Близкие уговаривали меня «не высовываться», спокойно и незаметно служить в своём приходе, но, согласитесь, что помощь страждущим невозможна, если замкнуться в собственной скорлупе. Моя миссия – служение людям, и я буду это делать, несмотря ни на что (дело в том, что отец Гордей очень хотел быть похожим на своего непосредственного начальника – благочинного Центрального округа протоиерея Григория Звягинцева. – Л. А.)

Татьяна Пелина: Вы хотите сказать, что среди служителей церкви тоже можно встретить недоброжелателей и карьеристов?

Гордей Граблевский: Увы, да. И не стоит удивляться – священники такие же люди, как миряне. Далеко не все обладают высокой степенью духовности, не всем удаётся победить искушения, устоять перед соблазнами…

Татьяна Пелина: Вы в Израиле работали?

Гордей Граблевский: За работу люди получают деньги. То, что делал я, – не для заработка. Я всем сердцем хотел помочь молодым людям, одурманенным наркотиками, вернуть их к полноценной жизни. Это мой священнический долг.

А в октябре 2013 года я разговаривал со следователем по телефону. Причём он сам позвонил мне. Из разговора я понял, что являюсь свидетелем по данному уголовному делу.

В ноябре я должен был вернуться, билеты забронировали заранее, ещё летом (В ноябре?! Два авиабилета были взяты Надеждой Пурычевой со 2 октября по 11 октября 2013 года, то есть Граблевский должен был вернуться из командировки 11 октября 2013 года, а с 12 октября приступить к служению. – Л. А.).

Но друзья предупредили меня, что мой арест неминуем, хотя я проходил по делу как свидетель. Дело в том, что заинтересованные люди не пожалели денег, чтобы отправить меня за решётку. Я не намерен ожидать в СИЗО, когда в этом деле разберутся.