- -
- 100%
- +
–Я смею надеяться на взаимность?
–Вы опоздали с признанием…недавно я отдала сердце другому…хотя он тоже не дождётся от меня ничего, кроме взгляда.
Мужчина с силой выдохнул.
–Вы прекрасный человек, Норман, я могла бы Вас полюбить, но Вы слишком затянули с доказательствами своих чувств.
Девушка встала и поспешно вышла из кабинета.
Сэндлер сидел огорошенный.
Затем он прошёл в своё рабочее помещение, закрыл дверь на ключ, распечатал бутылку шотландского виски, и с горла выпил половину ёмкости.
После побросал со стола все вещи и документы на пол, сел на стул и разрыдался, как обиженный ребёнок.
Оттавия на улице взяла племянника за руку.
–Пойдём к нам, скоро придут из цирка мои девочки и сыновья, расскажут что видели. Пообедаем все вместе. А завтра я схожу с тобой на представление,– зазывала она Франческо.
–Пойдёмте.
Они весело болтали, обсуждая какие угощения купят завтра. Свернули на соседнюю улицу. Вдруг одна карета съехала с мостовой на тротуар и понеслась на обоих Малевольти. Оттавия успела отскочить, увлекая за собой ребёнка. Махина на колёсах прогрохотала в сантиметре от её лица.
Когда экипаж скрылся за поворотом, она спросила у мальчика:
–Это была та карета?
–Она самая,– подтвердил бледный Франческо,– Преступник следил за нами! Он догадался, что мы пойдём в полицию! Надо вернуться и сообщить полицейским.
–Разве можно найти такую неприметную карету в большом городе?– засомневалась его тётка,– Возблагодарим лучше Мадонну за чудесное спасение.
–Не буду молиться.
–В чём дело, дорогой?
–Я молил Богородицу о выздоровлении моей матери, а ей делается только хуже.
–Малыш, не надо отчаиваться. Мольбы и слёзы детей должны возыметь действие.
–Я так редко вижу маму…
–Я понимаю тебя, Франческо. Как хорошо бы Энрике и Берта не относились к тебе: маму никто не заменит.
–Я рад, что дедушка перебрался в дом Фиоре, играет с маленькой Джудиттой.
–Конечно радостней на душе от детского смеха…
–Чем от кашля больной,– докончил фразу мальчик.
Оттавия обняла подростка.
–Бывают в жизни страшные обстоятельства, но надо стараться жить, не давать выбить себя из колеи,– шептала она.
У порога дома их поджидала Джессика. Она схватила мать за руку и повлекла в столовую.
–Хватит шалить, я же ещё не переоделась,– урезонивала дочь Отта.
Девочка не слушала протесты матери.
Франческо плёлся за ними.
–Бабушка, добрый день,– с иронией поздоровался Тим.
–Бабушка?– переспросила девушка и растерялась: обидеться на незнакомого молодого человека – значит выставить себя несдержанной, она сообразила ответить шуткой на шутку,– У юноши плохо со зрением?
–Мама, это же Торнтоны!– подсказала недогадливой матери Умбриэль.
–Нашлись! Какая радость!– заплакала Оттавия.
Артур и Эммит бросились утешать мачеху, но ту захлестнула истерика.
–Живые, здоровые,– причитала она.
–Сьюзан, принеси успокоительное,– приказал Артур.
Служанка скорым шагом удалилась.
Лэсли с сарказмом недоверия следила за тем, как мачеха плачет.
Эммит усадил мать, поглаживая её плечо. Она благодарно обхватила его другую ладонь.
На пороге появился недовольный Освальд.
–Что происходит?
–Дед, прости нас,– подал голос Алан.
–Торнтоны…
–Да, это мы.
–Всыпать бы вам хорошенько! Где вы были? В Америке? В Африке?
–Объехали с гастролями почти всю Европу.
–Гастролировали? Заделались циркачами?
–Зато скопили немало денег,– хвастал Тим.
–Смотрю гимнастические упражнения пошли вам на пользу: оба красивы и могучи, не то, что ваш толстяк-отец. Надеюсь, Милфорд-Хейвен вы навсегда?
–Да. Это наша Родина. И мы хотим общаться с вами, нашими родственниками,– подтвердил Алан.
–Дипломы можно купить почти любые, на это денег не жалко,– учил жизни внуков Боу-старший,– Адвокат Сэндлер славится нужными связями.
–Было бы неплохо тоже стать юристом или на худой конец детективом,– пожелал Алан.
Боу сел за стол и не смог не попортить домашним настроения вопросом:
–Дети, что у вас за отношения с грязными итальяшками? Что общего может быть у джентльменов и рабочих? Нельзя опускаться до уровня низших классов.
Эммит напоминал:
–Папа, а разве не Вы женились на итальянке из рабочей семьи?
–То была ошибка, можно сказать: несчастный случай,– ухмыльнулся Боу-старший.
Джессика и Умбриэль обиженно сконфузились.
–А учёные не перестают удивляться культуре Италии. Древний Рим завоевал все известные государства. А недавно в Северной Италии нашли террамары – это археологическая культура бронзового века. Там укреплённые поселения на сваях, погребения в урнах, люди занимались охотой, скотоводством и земледелием,– перечислял Артур.
Утро 5 октября.
Билинда вышивала узоры на скатерти, когда в комнату вошёл отец. Подолгу он пропадал в больнице, злость его, видно, перегорела, выглядел он добродушным.
–Папа, что с Вашей рукой?
–Укусила какая-то бродячая собака на улице. Сменишь повязку?
–Конечно.
Драммонд достал из саквояжа бинт, вату и обеззараживающее средство.
Дочь взялась за обработку раны раствором марганца.
Отец устало говорил:
–Дорогая, в моей больнице сегодня не хватает медсестёр. Чёрт знает что: кто заболел, кто срочно уехал к родне…а больных нынче много, в рабочем квартале была вспышка отравления некачественной колбасой…Не желаешь помочь бедным больным?
–Я не против. Мне даже интересно осмотреть инвентарь больницы и условия содержания пациентов. Забавно окунуться в твою работу, узнать специфику профессии.
До обеда Билинда исполняла поручения отца: ставила уколы, выдавала больным порошки и микстуры.
Она тайно написала записку Роланду Спенсеру и отослала с мальчиком-газетчиком. В послании девушка назначила парню встречу в этой больнице. Кавалер должен представиться вахтёру, а тот сопроводит юношу в пустую палату №20.
Билинда заглянула в кабинет отца. Тот делал записи в историях болезни.
Девушка притворно вздохнула:
–Хочу домой.
–Что: уже?
–Да. Потомучто больница не моя среда обитания,– шутила хитрая дочь.
–А я хотел попросить тебя остаться ещё и на ночное дежурство.
–Ладно, останусь, только отдохну немного в пустой палате №20.
–Поешь, отдохни и приступай к делам.
Билинда Драммонд в белом фартуке медсестры сидела на краю заправленной постели, когда в палату вошёл Роланд Спенсер.
–Ты пришёл,– обрадовалась девушка.
–Конечно. Ведь нам надо многое обсудить. Я готов на тебе жениться, хоть завтра. Ты не против брака со мной?
–Я-то согласна, а вот моя семья слышать о тебе не хочет.
–Я с мамой поговорил, ей всё равно на ком я женюсь, ей важнее бизнес и Росс. Мать только поставила условие, что жить мы будем в соседнем городе, там строятся новые фабрики. Но я не хочу ехать один. Может, тебя похитить?
–Прямо сейчас?
–А чего тянуть? Того и гляди: выдадут тебя насильно невесть за кого.
–Напишу записку, чтобы меня не искали.
–Пиши быстрее, у меня нехорошее предчувствие.
–Роланд, а ты не пожалеешь о своём скоропалительном решении и выборе? Ты ещё очень молод…
–Не сомневайся во мне. Я люблю тебя.
–Я тоже тебя люблю.
Влюблённые потянулись друг к другу за поцелуем.
–Что здесь происходит?– взревел доктор Драммонд, приоткрыв дверь.
Он подошёл к племяннику, резко ударил ребром здоровой руки Роланда по шее сзади. Парень упал в обморок.
–Иди за мной, иначе я отключу сознание тебе так же,– пугал отец девушку.
–Папа, я же твоя дочь.
–И дочь Августы! Значит, такая же шлюха!
–Папа! К чему грязные оскорбления!
–Ты заслужила все грязные прозвища! Кто толкает тебя на кровосмесительный брак с кузеном?
–Знать всей Англии на протяжении множества веков вступала в подобные браки!
–Молчать! Ступай за мной!
Оглядываясь на распластанное тело Роланда, Билинда направилась к отцу. К её радости юноша пошевелился.
У дверей подвала девушка испуганно замялась.
–Папа, Вы хотите запереть меня?
Бернхард грубо толкнул её вниз по ступенькам. Билинда едва не упала.
–Это низко и подло издеваться над слабыми женщинами! У меня никогда не было отца, мистер! Меня принёс аист.
6 октября. Утром в кабинет Сэндлера полисмен ввёл Франческо Малевольти.
Служивый насмешливо отчеканил:
–Сэр, этот джентльмен говорит, что у него к Вам важное дело.
–А Вы сомневаетесь, капрал Сарджент?– с вызовом переспросил адвокат, – Оставьте нас.
–Слушаюсь!
Полицейский вышел.
Подросток подошёл к столу Сэндлера и шёпотом сообщил:
–Я узнал, чья карета похищает детей.
И мальчик совсем тихо прошептал местонахождение злополучного транспорта.
Адвокат решил проверить версию Франческо сам. Он взял мальчика за руку, и вместе они вышли на улицу.
Как нельзя кстати мимо ехала карете миссис Драммонд.
–Уважаемая Августа, куда путь держите?
Женщина велела вознице остановиться.
–Бернхард вот уже сутки заставляет Билинду работать в больнице. Изверг. Пусть сам хоть совсем не выходит из лазарета, зачем же мучить бедную девочку?
–Мне как раз тоже нужно видеть Вашего мужа. Не подвезёте?
–Садитесь, барон.
–Этот мальчик со мной. Его надо показать врачу.
Во дворе клиники Франческо сказал фразу, понятную только Сэндлеру:
–Да, это та самая карета.
Мальчик указал глазами на невзрачный экипаж.
–А что тут делает Роланд?– удивлённо протянула Августа.
От угла дома отделилась фигура молодого влюблённого. Он приблизился к подъехавшим. Поздоровался с тёткой.
–Адвокат, я с вами,– присоединился к компании парень.
–Внезапно заболел живот?– иронизировал Сэндлер.
–Я подозреваю, что мистер Драммонд отнял свободу у мисс Билинды.
Августа хмыкнула, но промолчала.
В кабинете ни Бернхарда, ни Билинды не оказалось. Один из сотрудников больницы, пожав плечами, предположил:
–Возможно они в подвале.
Адвокат переспросил:
–Что и в подвале есть палаты для больных?
–Доктор Драммонд содержит там особо опасных больных, инфицированных смертельными микроорганизмами. Но вас туда не пустят – никто, кроме Драммонда, туда не вхож.
–Принесите нам лом,– распорядилось юридическое лицо, и, когда служитель больницы ушёл за искомым, сказал своим спутникам,– Роланд, пойдёшь со мной. Миссис Драммонд, Вам с Франческо лучше остаться здесь, вдруг там действительно опасные инфекции.
–Я с вами,– деловито заявила Августа.
–И я,– поддакнул мальчик, которого раздирало любопытство.
Дверь в подвал поддалась с трудом. Непрошенные гости спустились вниз. Там оказалось небольшое помещение, заставленное какими-то склянками, банками с кровью. Полки, что подпирали все стены, завалены травами, листьями, кореньями, порошками и странными камнями.
–Не думала, что муж – сторонник декоктов,– употребила миссис Драммонд латинское название отвара,– Думала, устаревшие методы лечения его не интересуют.
Сэндлер нюхал настойки.
–Первый раз вижу, чтоб отвары разбавляли кровью,– заметил он.
Августа заглянула в бутыль.
Со знанием дела, она доложила:
–Лепестки красавки. Это всё объясняет. Это не для питья. Это выливается на себя в мистериях для поддержания красоты и молодости.
–Здесь за шторой дверь,– воскликнул Франческо.
Предчувствуя что-то плохое, взрослые бросились на зов.
Эта дверь оказалась ещё крепче.
После бесплодных попыток выбить её, или сломать ломом, Роланд достал пистолет из под полы пальто.
–Всегда ношу с собой оружие, мать приучила. Ведь на богатых любят нападать ради наживы.
Норман кивнул и тоже достал пистолет.
Замок поддался на выстрел адвоката.
Взглядам предстала истекающая кровью Билинда, привязанная к кресту. Доктор Драммонд забился в угол по стол, он боялся правого суда нормальных людей. Его подавленная, согбенная поза не вызывала жалости.
Роланд бросился отвязывать девушку. Её спина оказалась исполосованной плетью, порезы на венах, к счастью, были неглубокими, видимо, отец хотел, чтоб дочь подольше помучилась.
Адвокат сорвал с кровати покрывало и завернул Билинду.
–Я отвезу её домой,– сказал Спенсер и унёс девушку наверх.
Августа тем временем била мужа кулаками и ногами. Сэндлер не торопился отталкивать праведно разгневанную женщину. Он разглядывал все углы комнаты, где валялись верёвки и детские вещи.
Голос Франческо рассеял последние сомнения:
–Это он! Он! Похититель детей!
Миссис Драммонд поражённо застыла. Попятилась, брезгливо обтирая руки о платье, будто трогала не человека, а противного паука.
Спенсер уже вышел из комнаты, и не слышал обвинения.
Сэндлер медленно приближался к доктору.
–Я понимаю пьющих крестьян и совершающих преступления рабочих: у них жизнь тяжёлая, их душа ожесточилась, но тебе-то что не жилось, как человеку?
–Один только шаг отделяет каждого человека от вечности,– заунывно возопил Бернхард.
–Не играйте придурочного, мистер Драммонд, Вы всегда были вменяемым, трезво мыслящим доктором.
Служитель закона не сдержался и с размаха ударил маньяка, словно перед ним была зловонная крыса. Тут же Августа подбежала и пнула мужа.
–Это тебе за Ириску!
Драммонд подал голос:
–Правильно говорят евреи: «Плохая жена хуже дождя – дождь загоняет в дом, а плохая жена из него выгоняет».
–Кто теперь захочет взять в жёны Билинду, зная, что пороки родителей перейдут её детям?– заламывая руки, сокрушалась женщина.
Её муж обещал:
–Я выпью яд. Он в соседней комнате. Норман, принеси флакон из зелёного стекла, разрисованного лилиями.
Адвокат не торопился идти, но идею поддержал:
–Это правильное решение. Я буду хранить молчание о случившемся, и никакая «Морнинг пост» не очернит фамилию Драммонд. Только Августа…будет одна просьба…
–Деньги?
–Нет, что Вы! Я попросил бы Вас говорить обо мне Оттавии, как о достойном джентльмене.
Бернхард расхохотался.
Дразнил влюблённого:
–И ты втюрился в красотку!
–Не твоё собачье дело,– огрызнулся адвокат,– Ты кому клятву Гиппократа давал: людям или тараканам?
Доктор замолчал и потупился.
–Нельзя оставлять это чудовище наедине с вами, от него всего можно ожидать,– высказал опасения Норман.
–Я сама найду нужную склянку.
Женщина поспешно вышла из комнаты.
–Что сподвигло тебя, Берни, творить зло?– не понимал бывшего друга Сэндлер.
–С юности я привык быть на грани жизни и смерти, стоять на краю опасности. И спокойное, размеренное бытиё вызывает у меня приступ меланхолии. Да, я привык рисковать, привык висеть на волоске от гибели: джунгли с дикими зверьми и не менее свирепыми аборигенами, жаждущий крови король со своей сворой бездуховных, падших придворных, в любой момент готовых выпить твою кровь… Брак связал мне руки. Я женился, подчиняясь воле отца, но постная, вялотекущая жизнь без приключений отравляла мои дни. Семейное счастье и покой не для меня.
–Но ты же врач. А доктор обязан спасать людей, а не калечить!
–Ты тоже не без изъяна: не можешь бросить пить напитки погорячей. Природа человека двойственна. Мы хорошие на работе или в кругу друзей, реже дома, но в другом окружении проявляется наше второе я, и вылазят наружу не любезность и дружелюбие, а вероломство, эгоизм, тиранство и…вот даже кровожадность.
–Ты не просто редкий тип человека, ты – редчайший экземпляр вырождения.
–У меня нет причин любить человечество. У меня же просто ещё сильны инстинкты охотника.
–Августа что-то долго ищет…
–Торопишься отправить меня на тот свет, дружище? А как вы собрались заткнуть глотку этому мальчишке? Он разболтает приятелям, а после узнает и весь город. Давай, я убью его. Убью быстро…
Франческо попятился.
–Заткнись, мразь!– заорал Норман на маньяка,– Ни один ребёнок больше не пострадает от твоих рук!
Августа вошла с флаконом в руках. Быстро передала зелье адвокату.
–Забери мальчика, и идите наверх. Я, как судейский исполнитель, разберусь с преступником.
–Я пока найду столяра, чтобы он починил наружную дверь, а после закрою больницу на реконструкцию и избавлюсь от тела, тайно вывезу. Объявим, что доктор Драммонд заразился редким типом очень заразной лихорадки, пусть хоронят в закрытом гробу, видеть его больше не могу.
–Прежде всего: возьми себя в руки. Никто из служащих больницы не должен заподозрить неладное. Ломали дверь? Всё правильно – доктору стало плохо, он лежал без сознания, не мог нам открыть. А что ты скажешь старику Айвору?
–Думаю: правду. Иначе он будет обвинять меня в болезни сына, мол, допекла – сбегал из дома в лечебницу, и там сидел днями и ночами.
–Жаль старину Айвора…
–Отправим его успокоить нервы на лечебные воды Бакстона, их живительная сила сыскала себе славу ещё при римлянах.
Когда через пол часа Сэндлер появился перед Августой и Франческо, на его лицо наползла бледность и уныние.
Встретив испуганные глаза ребёнка, мужчина поучительно изрёк:
–Зло всегда наказуемо.
Баронесса, сокрушённо вздыхая, говорила:
–Я всегда чувствовала, что от Бернхарда исходят дурные флюиды. Я предвкушаю, что злые языки будут говорить, будто Билинда довела отца до сердечного приступа, сбежав с кузеном.
–Думаете, Роланд увёз девушку к себе?– засомневался Норман.
–После того, что он здесь увидел, даже не сомневаюсь.
–Почему нельзя рассказывать о поимке маньяка? Ведь это сделает меня и Вас героями!– узнавал подросток, испытующе глядя на адвоката,– Мистер Спенсер увёз Билинду, он так влюблено смотрел на неё, что за её замужество лично я спокоен.
–Но есть ещё Залман. Если общество узнает правду о докторе-убийце, этот парень, его сын, станет изгоем.
–Наверняка, Вы правы,– повесил голову Франческо,– А я – себялюбивый зазнайка.
–Давай дружить. Такие смелые ребята нужны в полиции. Будешь помогать искать воров и хулиганов.
–Тётя Отта мечтает сделать из меня бухгалтера…
–А ты кем хочешь стать?
–Я, честно сказать, очень испугался, когда меня едва не похитили, и больше не хочу рисковать жизнью.
–Ну, как знаешь.
–Мистер Сэндлер, а мне тоже рассказывать тёте Отте о Вас?
–Этим ты мне здорово поможешь. Я отвезу тебя домой, пойдём, малыш, поймаем кэб.
–О Вас легко говорить, Вы – герой.
Адвокат засмеялся и потрепал мальчишку по плечу.
8 октября. Франческо весь день крутился в магазине возле тётки и её пасынков, помогая распечатывать коробки с новым товаром.
Стоило Эммиту и Артуру уйти в торговый зал, племянник восторженно излагал Оттавии:
–Мистер Сэндлер не только адвокат, но и прекрасный детектив, и сыщик. Ходят слухи, что он изловил маньяка.
–Уверена: такие слухи пускает сам сэр Сэндлер.
–Тётя Оттавия, он на самом деле очень храбрый человек,– опустив глаза, сообщал мальчик,– Я дал слово, что не назову имя убийцы… Он из благородных, и в интересах семьи…
Ребёнок запнулся, подбирая слова.
–Не стоит говорить дальше, тайны надо уметь хранить,– перебила его тётка,– Но барон Сэндлер подверг твою жизнь опасности?
–Вовсе нет! Он защищал нас пистолетом, и расправился с преступником!
–Не думала, что этот напудренный и изнеженный франт может быть героем…
–Никакой он не изнеженный! Сэр Сэндлер в детстве помогал отцу по хозяйству на ферме, даже пас овец. Он мне рассказал это по дороге домой.
–Точно, тебе уже пора, скажу Артуру, чтоб отвёз тебя.
Отправив племянника с пасынком, Оттавия тоже вышла в торговый зал.
Эммит шепнул ей на ухо:
–Стоит ли сквайру Флиту тратить деньги на эту корову?
Парень указал глазами на дородную даму.
–Не будь жестоким, женщины, все без исключенья, любят наряжаться.
Другая леди, долго и придирчиво выбиравшая перчатки, но оставшаяся очень довольной, хвалила отпрыска Боу:
–Эммит очень достойный молодой человек. Вежливый, исполненный чувством долга.
Малевольти светилась материнской гордостью.
Затем она отправила пасынка на Морскую улицу в другой магазин, записать какой товар заканчивается.
Эммит Боу нагрянул в магазин на Морской улице нежданно, уличив продавцов в завышениях цен. Пришлось уволить нерадивых тружеников, и самому простоять за прилавком до вечера.
Желая как-то уйти от проблем дня, он решил пройтись до дому пешком, молодой человек надеялся нечаянно встретить старого знакомого или, в крайнем случае, в непринуждённой беседе с первым встречным завести нового.
Парень шёл не торопясь, но никто не привлекал его внимания.
Зачем-то он свернул на улицу, пользующуюся дурной славой. Здесь люд был не столь богат, и не всегда чист.
Продавщица маленькими букетиками вела себя настолько вульгарно, что создавалось впечатление, будто она торгует не растениями, а собой.
Какая-то бледная девушка из толпы с такими же блёклыми волосами вдруг улыбнулась Эммиту. «Зачем это она сделала? Почему улыбнулась мне? Я смешон? Да нет, она по-доброму улыбнулась. Какая красивая у неё улыбка…И меня, значит, она считает привлекательным…Кто она?»– в секунду пронеслись мысли в голове у парня. Он остановился и сделал вид, что читает афиши, сам же разглядывал незнакомку.
Ей лет шестнадцать, удлинённое лицо, на котором задумчивость и грусть поселились давно. Прямой нос, небольшие светло-голубые глаза, пухлые губы. Голубая шаль делала кожу ослепительно белой. Ничего особенного во внешности, но эта её душераздирающая тоска в глазах показалась Эммиту тайной, он сравнил её с маркизой Помпадур, что тоже вышла из народа.
Тем временем девушка улыбнулась седовласому мужчине, но и тогда её глаза продолжали сиять грустью. Боу показалось, что в мимике лица сквозит некая плутоватость, насмешка. Он прислушался к разговору.
–Деньги вперёд, сэр.
–А ты не обманешь?
–Это как бы Вы не обманули. А то есть такие: возьмут что надо и не платят.
–Я не такой.
–Тогда деньги вперёд.
Мужчина протянул приличную сумму. Девушка взяла банкноты, развернулась и пошла прочь.
Эммит пошёл следом.
–Постой, детка, не так быстро, я не поспеваю,– окликнул её седовласый.
Но аферистка не отвечала, не оборачивалась и не сбавляла шаг.
–Воровка!– завопил обкраденный.
Белокурая резко обернулась и возмущённо спросила:
–Что кричите? Что Вам надо?
–Верни деньги, мерзавка.
–Никаких денег у меня нет. Я просто так вышла погулять, Вы меня с кем-то спутали.
«Мошенница успела передать купюры подельникам,– догадался Эммит,– Но я никого не заметил…Наверное, это ребёнок, вот его и не было видно в толпе».
Околпаченный простофиля растворился в толпе.
К блондинке подошла статная дама в пёстром одеянии и зло спросила:
–Опять устраиваешь спектакль? Когда, наконец, начнёшь работать, как все остальные?
–Но мне же платят.
–Когда-нибудь тебя побьют или притащат в полицию.
–Бить не будут, потомучто тогда я потащу их в полицию. А факт хищения не докажут.
Боу понял: перед ним проститутка, которая отлынивает от «работы».
–Что Вы делаете сегодня вечером?– вышел из-за спин зевак Эммит и спросил у девушки.
Лицо блондинки сделалось злым.
–Удивляюсь таким молодым людям, как ты. Богатый, красивый…а тянешься к низким, пошленьким развлечениям,– процедила она.
–Как ты разговариваешь с клиентом,– ахнула сутенёрша.
–А-а, так ты на самом деле бульварная девка,– тоже язвил парень.
–Ты груб и не воспитан,– обиделась девица.
–Ну и ты не принцесса.
Сутенёрша нахваливала «товар»:
–Эта девочка – несорванный цветок, она дорого стоит.
Щёки блондинки вспыхнули.
–Назовите цену,– согласился Эммит.
–Шагайте за мной, молодой человек,– позвала сводница, а на девушку глянула таким властным, пронзительным взглядом, что та передёрнула плечами.
–Как тебя зовут?– спросил Боу у блондинки.
–Шеннон,– проронила та, поправляя голубую шаль.
–Я – Эммит.
Женщина привела их в неуютное, бедно обставленное помещение с мебелью в пожухлых тонах.
Сводница назвала сумму. Парень, не задумываясь, выложил требуемую плату.
Тётка хмыкнула и вручила ему ключ от комнаты.
–Запри дверь, а то эта бестия сбежит,– посоветовала она перед тем, как уйти.
Эммит смотрел на девушку, как на нечто диковинное, необычное. Шеннон смущалась, отошла подальше. С полки шкафа взяла колоду карт.
–Я могу погадать. Хочешь?– видимо, желая оттянуть интим, предложила она.
–Гаданьям верят только глупые женщины.
–Все знакомства в большом городе случайны, как арканы таро.
–Согласен: наша встреча случайна и неожиданна. Но я заранее знаю, что ты мне нагадаешь. Будешь пугать гибелью, если я до тебя дотронусь.
Шеннон зажато, нервно хихикнула.