Бумеранг всегда возвращается. Книга 2. Дневник матери и свекрови

– Если семья у меня есть, то приедем.

– Не говори так! У вас самая замечательная семья, которую я знаю! И Паше твоему я верю! Всё, подружка, побежала я на автобус, ещё за продуктами по дороге зайти нужно.

Мы обнялись, я надела плащ, повязала лёгкий шарфик и пошла на остановку. Я переживала за подругу и очень хотела, чтобы с её семьёй не случилось беды.

Дома меня ждала записка: «Уехал на дачу. Полью клубнику, помидоры. Там заночую. Егор.»

Глава 3

Как преодолеть свой страх?

Год назад все друзья и знакомые считали нас дружной семьёй, мы вчетвером ходили в кино, к речке на шашлыки, к друзьям в гости. Мы с мужем заботились о детях, помогали им в учёбе, если они сами просили об этом, покупали им пластинки, а потом и кассеты, планировали совместные покупки и поездки в отпуск. Потом Егор, на нашу беду, случайно попал в тур клуб, где собирались байдарочники. Он был самым юным, но и самым увлечённым. Почему вдруг он так полюбил водный туризм, мы не поняли, но решили поддержать увлечение. Пусть занимается, если ему понравилось. Только мы не учли, что в это же лето он решит проверить свои теоретические навыки на деле. Как-то пришёл с тур клуба сияющий:

– А меня могут взять в настоящий поход в Карпаты! Вы отпустите? – посмотрел на нас с Сашей с надеждой и вызовом одновременно.

– А когда поход? – спросила я, чтобы дать себе немного подумать.

– В июле.

– Егор, но мы же все собирались ехать на море! – сказал Саша.

– А в августе нельзя будет съездить? – сын начал заметно нервничать, явно для себя всё решив.

– Сынок, ты ещё так мало занимался в тур клубе, мне кажется, рано тебе в поход, – я старалась говорить спокойно, – нам пока не хотелось бы отпускать тебя одного. Так далеко и опасно.

– Мам, что там опасного? Мы же в спас жилетах будем и в шлемах! И там будет много взрослых, они будут за меня отвечать.

– Нет, Егор, я категорически против похода именно этим летом! Вы взрослеете, и наша совместная поездка всей семьёй на море, возможно, будет последней. Давай ты годик потренируешься, а на следующее лето мы и байдарку купим, и заранее спланируем свой отпуск с Алёнкой и твой поход. Потом, мы никого не знаем из тех людей, с которыми можем отпустить подростка. А если что случится? – я смотрела на сына испуганными глазами.

– Ну вот, я так и знал! Что я теперь в клубе скажу? Что я маменькин сынок, и мама меня не отпустила? – Егор начал раздражаться и повышать голос.

– Маша, давай пока не будем принимать решения. Нужно познакомиться с руководителем клуба, посмотреть маршрут, узнать, сколько всё это будет стоить, нельзя же парню всё время быть около тебя. Да, ты очень беспокойная мама, но дети растут… Я в восьмом классе уже из дому уехал и поступил в физ-мат школу. Тоже далеко.

– Саша, время было другое! С этой гласностью и перестройкой в стране такая неразбериха! А Карпаты – это же западная Украина! Там всегда к русским не очень хорошо относились.

Егор стоял в растерянности. Мои доводы его не убеждали, он просто думал о том, как сломить моё сопротивление. Как потом оказалось, он уже твёрдо пообещал товарищам по клубу, что на него можно рассчитывать. Если он откажется, то и второй человек в байдарке в поход пойти не сможет. Этим человеком, случайно или нет, оказалась Валентина. Об этом мы тоже не знали,… Если бы и узнали, могли мы предположить, что взрослая девушка влюбится в пацана?

Неделю Егор практически со мной не разговаривал. В семье нарастала напряжённость. Алёнка стала на мою сторону, а Саша решил поддержать сына, почти каждый вечер уговаривая меня смириться с тем, что он взрослеет, и пора его отпускать.

– А если он утонет? А если получит травму? А как со спиной, он ведь так к врачу и не сходил? Ты представляешь себе, сколько весит байдарка? Да ещё и рюкзак с палаткой? Не под силу ему поход! Не по возрасту! Ему только четырнадцать! – мне казалось, я говорю очевидные вещи, а муж отмахивался от моих доводов, стоя на своём.

– Маша, если так рассуждать, то из дому его тоже выпускать нельзя. А вдруг машина собьёт? А вдруг кирпич с крыши упадёт? От жизни и её опасностей не застрахуешь!

– Саша, ну что ты такое говоришь? Накаркаешь! Понимаешь, чувствую я, что нельзя его отпускать! Как подумаю об этом походе, в груди начинает жечь. Можете вы хоть раз меня послушать!

– Я не знаю уже, кого мне слушать, – Саша очень не любил подобные ситуации, когда нужно выбирать из двух зол. – Предлагаю пока ничего не предпринимать. Пусть сам ещё раз всё обдумает.

Только сын сам думать не стал. В субботу после клуба он вернулся домой чуть раньше, чем обычно, в сопровождении руководителя клуба Геннадия Сергеевича, которого все звали Геныч. Мне он сразу не очень понравился своим простецким видом и речью. Конечно, как воспитанный человек и радушная хозяйка, я пригласила нежданного гостя пройти в гостиную. Я села на диван, муж рядом, Геннадий уселся напротив нас на стуле, широко расставив ноги. Егорка остался стоять.

– Мария Ивановна и Александр Александрович! Понимаю, что пришёл без приглашения, но другого выхода нет, – он помолчал. – У вас вырос замечательный сын! Он очень ответственный и взрослый. Не по годам. Я уже не раз сплавлялся по рекам на байдарке. И не каждого могу взять с собой. А вашего возьму! И отвечаю за него головой! У меня тоже есть сын, но он ещё мал. Вырастет – обязательно будет ходить со мной! Отпустите Егора! Иначе у нас поход не состоится! Заменить его некем, а всё уже расписано на четыре экипажа. Я вас уверяю, никакой опасности сплав по этой реке не представляет! Привезу его в целости и сохранности! – Геннадий почти всё время обращался ко мне.

– Даже не знаю, что вам ответить, – под таким натиском я потеряла почву под ногами. – Он самостоятельно ещё никуда не ездил! Мы всей семьёй собирались на море.

– И что он там делать будет? – удивлённо посмотрел на меня руководитель клуба. – На песочке загорать? Вечером на дискотеку ходить? Это же для парня – скукотища! Александр Александрович! Вы же хотите, чтобы сын вырос настоящим мужчиной? И вы сами в молодости спортом занимались. Пора отпускать его в самостоятельное плавание!

– Ладно, мы подумаем, – я решила сразу не сдаваться. – До похода ещё больше месяца, время есть.

– Не так много. Нам ещё снаряжение готовить надо и билеты на поезд уже покупать пора. Пожалуйста, отпустите парня! Посмотрите на него, он так хочет быть самостоятельным!

– Молодой человек, я сказала, что подумаем! – мне было неприятно, что какой-то незнакомый мне Геннадий Сергеевич решает за нас, что будет лучше для нашего сына.

В течение всего года после этого злосчастного похода я ругала себя и мужа, что мы поддались на уговоры и отпустили Егора. Тем самым мы определили его дальнейшую жизнь, полную горечи, боли, тревоги и ноши не по годам. Нам же выпала доля отчаявшихся родителей…

Где та невидимая грань между ребёнком и подростком? Всем ли родителям удаётся пройти подростковый возраст детей без боли, разочарования и потерь? В тот период я часто вспоминала себя, но, во-первых, я была девочкой, а во-вторых, родителям до меня не было никакого дела. Они жили своей жизнью, а я – своей. Где-то в классе восьмом я без разрешения уехала с подругой и её родственниками в Домбай. Я сказала младшему брату, чтобы передал отцу о моём позднем возвращении – и всё! Я любовалась красотами гор, речушек, цветов, я была поглощена нечаянным путешествием, радостью общения с подругой, я совершенно не думала о том, что будет, когда я вернусь домой. Умом я понимала, что у Егора наступил такой период, когда семья отодвигается на второй или последний план, но я его так любила, что принять подобную ситуацию душой не могла.

Почему у нас в семье снова, год спустя, напряжение из-за похода? Второй раз нет ни одной причины, чтобы отпустить его туда на майские праздники, но ни предстоящие экзамены, ни мой категорический отказ, ни слёзы сестры не помогли.

– Я всё равно уйду, даже если вы все против! – кричал Егор, хлопал дверью и уходил в клуб строить байдарку.

Я решила пойти в школу и поговорить с классным руководителем, той самой учительницей, в которую он был влюблён когда-то. Татьяна Николаевна встретила меня любезно и полностью стала на мою сторону. Она была обеспокоена поведением Егора – он стал нервным, недисциплинированным, мрачным, он не принимал никакого участия в жизни класса и почти ни с кем не дружил. Обычно в восьмом классе образуются группы и группировки – по интересам, по месту проживания, по социальному положению. Егор пришёл в первый в городе математический класс два года назад из другого района города, каждый день добирался до школы на троллейбусе, поэтому друзей-приятелей, которые бы ездили с ним, у него не было. Интересы его лежали совсем в другой плоскости – байдарками в классе тоже никто не увлекался. Единственный друг, а лучше сказать, приятель, помогал ему проводить в школе дискотеки. К нам домой он не приходил. Надеяться на то, что в классе как-то повлияют на поведение Егора, Татьяна Николаевна мне не советовала. И что можно было предпринять, тоже не знала.

– Мария Ивановна, вас волнует только учёба сына или что-то ещё? Мне кажется, судя по его поведению, у него появилась девушка, но не из нашей школы. Это так?

– Да, так, – у меня начала дрожать нижняя губа, я часто моргала, чтобы не заплакать.

– Расскажите, что у вас произошло, – Татьяна Николаевна смотрела на меня с участием. Я коротко поведала историю знакомства Егора с Валентиной и попросила поговорить с ним, используя свой авторитет.