- -
- 100%
- +
С Евгением Людмила познакомилась в Кисловодске. Его ухаживания она приняла за чистую монету и влюбилась, как говорят, по уши. Ее не интересовало, что он был женат, что платил алименты. Главное, что она сама любила впервые в жизни и без родительского на то согласия! Да, она вполне отдавала себе отчет в том, что Евгений обратил на нее внимание лишь только потому, что кроме нее в межсезонье в санатории лечились только пенсионерки. Спасибо судьбе и за это! Они ходили на танцы и в кино, гуляли по парку, много разговаривали. Евгений умел ухаживать, умел осыпать комплиментами. И Людмила сдалась на волю победителя.
Через два месяца она узнала, что беременна. Господи, как она обрадовалась этому! Пусть соседи говорят, что хотят, пусть мать бьется в истерике, пусть весь мир перевернется! Но у нее будет ребенок от любимого человека!
Евгений, узнав о своем предполагаемом отцовстве, резко оборвал:
– На меня не надейся! Жениться на тебе не входило в мои планы, а содержать еще одного ребенка тем более. Не звони и не пиши больше, – он в сердцах бросил трубку.
Конечно, Мила переживала по этому поводу. Но даже и мысли не допустила избавиться от ребенка. Первым, кто узнал о беременности, был ее отец. Он рассудил здраво, по-мужски:
– Ничего не бойся, девочка моя. Вырастим, поможем. А с мамой я сам поговорю.
Беременность проходила нормально, и в 34 года моя подруга родила здоровенького мальчика. Родила сама, хотя врачи категорически были против этого. Мама смирилась с тем, что дочь «принесла в подоле», и помогала в воспитании. А когда Антошке исполнился годик, тяжело заболел папа Людмилы. И через два месяца его не стало.
Не стоит и говорить о том, как тяжело переживала подруга смерть отца. Одна отрада – у нее есть сын! Она была любящей, но строгой мамой. Теперь чаще, чем раньше, Мила могла говорить «нет» своей маме, если та пыталась по-своему воспитывать Антона. Мама постарела, и, наверное, стала мудрее. Да и Людмила приближалась к возрасту зрелости. Так бы и жили почти в мире и согласии мать с дочерью, вкладывая все силы души в воспитание ребенка. Если бы не судьба – злодейка.
Однажды ночью Людмиле стало плохо. «Скорая» увезла в больницу. Там долго не могли поставить диагноз, передавая из отделения в отделение. На четвертый день Людмила скончалась от перитонита, не дожив до сорока лет всего три месяца. Ее матери уже исполнилось восемьдесят лет.
Послесловие
Она пережила дочь всего на полгода. Антона забрал к себе старший сводный брат – куда то в другой город. О его судьбе я ничего не знаю. А Людмила бы вышла на пенсию. Но судьба оставила ее в моей памяти еще молодой. Не очень красивой и почти не счастливой. (Белгород, 2006 год)
НЕРАВНЫЙ БРАК
Дело шло к свадьбе, а Мария Ильинична не находила себе места и не спала ни одной ночи. Она материнским чутьем чувствовала, что этот брак не принесет счастья ее сыну. Но события последних дней показали, что если она ляжет перед порогом, сын переступит через нее и все равно пойдет в ЗАГС…
Максим и Ирина познакомились в туристическом клубе. Он учился в восьмом классе, а она была на последнем курсе института. Мальчик рос в интеллигентной семье, был воспитанным и отзывчивым, поэтому не мог отказать Ирине в помощи отремонтировать байдарку. Она не выглядела на свои годы – маленькая, худенькая, с тонкими руками и приятным низким голосом. Далеко не красавица. Максим же в свои 15 лет имел баскетбольный рост, развитую не по годам мускулатуру и очень заметную внешность. Про таких говорят: «Не мальчик, а картинка». Мария Ильинична до сих пор не может понять, чем Ирина могла привлечь ее сына. Даже с первого взгляда было ясно, что они не пара. А какие симпатичные девочки за ним увивались в школе! Но, познакомившись с Ириной, Максимка только о ней и говорил. Мария Ильинична в ту пору была очень дружна с сыном, он делился с ней своими секретами, приглашал в школу на разные мероприятия, которые сам проводил. Одним из увлечений Максима была гитара. К несчастью (для Марии Ильиничны) Ирина тоже увлекалась гитарой, хорошо пела и даже сочиняла песни. Наверное, это увлечение и сблизило их. Но любовь разгорелась после первого совместного похода по рекам Карелии.
Мария Ильинична не хотела отпускать сына в поход. Май, приближаются экзамены, надо помогать родителям на даче. И страх, что без опыта хождения на байдарке, с сыном может случиться беда. Максим для убеждения родительницы привел домой даже руководителя похода! Марию Ильиничну и это не убедило. В доме стояла напряженная обстановка. Папа стал на сторону сына: "Ты что, хочешь из мальчика маменькиного сынка воспитать? Пусть идет, потом и учебу догонит, и нам поможет". Но материнское сердце чувствовало, что отпускать сына не нужно. Мария Ильинична пошла в школу за помощью. Завуч, женщина ее лет, поняла и поддержала. Сказала, что не даст согласия на пропуск занятий без уважительной причины. Окрыленная успехом, Мария Ильинична вернулась домой и примирительно сказала сыну:
– Ладно, иди в поход. Только со школой сам утряси, я тебя отпрашивать не буду.
Через несколько дней Максим прибежал домой радостный:
– Ура, меня отпустили! Сначала завуч не хотела отпускать, но я пошел прямо на педсовет! И там проголосовали «за». Так, что, мамочка, моя взяла!
Мария Ильинична вздохнула, обняла сына и украдкой смахнула слезу.
После похода сына вроде подменили. Разговор только об Ирине, учеба по боку. На самом видном месте повесил ее фотографию. Сказу после школы бросал на пол дипломат, наскоро обедал и уходил к ней. Когда Мария Ильинична узнала, что Ирина старше сына почти на восемь лет, то она получила шок. Ну, ладно, мальчик в подростковом возрасте может влюбиться в девушку или женщину постарше. А Ирина куда смотрит? Зачем ей этот подросток? Поиграть и бросить? Мария Ильинична сначала решила познакомиться с Ириной, чтобы не делать опрометчивых шагов. Попросила сына привести ее домой. Но та не захотела. Тогда сын пригласил Марию Ильиничну на концерт, куда они с Ириной идут.
– Когда я впервые увидела Ирину рядом с моим сыном, я потеряла дар речи. И я возненавидела ее сразу, – вспоминает Мария Ильинична.
Конечно, как интеллигентная женщина, она обменялась с Ириной несколькими фразами, а потом распрощалась с молодыми. Дождавшись сына, она его спросила прямо в лоб:
– Максим, что ты в ней нашел? Она и мизинца твоего не стоит! Сынок, прошу тебя, пока не поздно, оставь эту дружбу. Ирина явно тебе не пара.
Максим встал в позу:
– Да ты не знаешь, какая она хорошая! И уже поздно рассуждать – я люблю ее. И она меня любит! Такое чувство, может быть, встречается раз в сто лет! И неважно, что она старше, она дождется меня, пока я вырасту!
Максим в семье – первенец. Потом появилась дочь. Что бы ни говорили, что мать любит детей одинаково, это не так. Максима мать просто обожала. Появление Ирины вызвало не только ненависть к ней, но и жгучую ревность. Максим перестал делиться с мамой секретами, перестал бывать дома. Даже в выходные, когда семья выезжала на дачу, он правдами и неправдами, но из дому уходил. Первое, что решила сделать Мария Ильинична, поговорить с руководителем клуба. Там понимания не нашла. Зато попросила адрес Ирины. Решила поговорить с ее матерью. Та оказалась простой деревенской женщиной. Вроде бы ее тоже не устраивал малолетний жених дочери. Но когда она пыталась поговорить с Ириной, та пригрозила:
– Будешь вмешиваться в мою жизнь, и запретишь с ним встречаться, я выброшусь из окна!
Отец в этой семье не имел своего мнения, и как оказалось потом, ждал, когда дочь окончит институт, чтобы уйти к другой женщине. Мария Ильинична поняла, что помощи здесь ей не найти. Но как уберечь сына от беды? Она пошла к гадалкам. Те брали деньги и успокаивали, что скоро все это закончится.
А время шло. И каждый день было одно и тоже. Максим уходил к Ирине и возвращался в час или два ночи. Мария Ильинична, да и ее муж, не могли уснуть, пока не услышат, что дверь за Максимом закрылась. На что Максим грубо отвечал:
– Кто вам мешает спать? Я уже вырос, не надо меня контролировать и ждать!
Три года бессонных ночей не прошли для Марии Ильиничны даром. Однажды муж увез ее в больницу. Но сын ни разу мать не навестил. Любовь к Ирине заслонила все!
Максим, имея природные способности к учебе, школу окончил, как ни странно, с медалью. Родители уговорили его поехать поступать в Москву. Он нарочно провалил экзамен. Мария Ильинична рыдала, она надеялась, что разлука с Ириной, новые друзья и подруги как-то отвлекут сына. Тщетно. Поступление в Харьков сын тоже провалил. Светила армия. Максим уговорил отца помочь ему устроиться хотя бы в технологический институт. Устроили.
Но дома была невыносимая обстановка. Мария Ильинична страдала сильными головными болями, а сын продолжал жить на две семьи. Когда однажды он и вовсе не пришел ночевать, рано утром Мария Ильинична поехала к Ирине.
– Эту сцену мне не забыть никогда ,– вспоминает она со слезами на глазах. – Дверь открыл заспанный Максим, а, увидев меня, закрыл проход. Да, мне хотелось просто вырвать у нее волосы! Но вдруг я почувствовала, что уже ничего не изменю. Я проиграла. И тогда я попросила вернуть его ключи от нашего дома. Теперь казню себя за это. Я как бы сама подтолкнула сына к решению. Максиму исполнилось только 17 лет, когда он полностью переехал жить к Ирине.
Почти год Мария Ильинична не виделась и не разговаривала с сыном. Было больно, обидно и не верилось в происходящее. Дочь старалась чем-то облегчить состояние матери, но заменить сына она не могла.
Когда Максиму исполнилось 18 лет, а Ирина уже ждала ребенка, молодые пришли мириться. Мария Ильинична суетилась, улыбалась и даже благословила брак. Она поняла, что если сейчас ляжет у порога, сын все равно перешагнет через нее и пойдет навстречу своей судьбе. Свадьбу сыграли только в кругу семьи. Невеста не захотела надеть белое платье…
Молодые продолжали жить с матерью Ирины. Теща оказалась истеричной женщиной, сварливой и грубой. Когда родился мальчик, она постоянно вмешивалась в его воспитание. Устраивала скандалы. Максиму приходилось несладко: днем работал, вечером учился, а ночью вставал к ребенку. Мария Ильинична жалела сына, но в дом к невестке принципиально не ходила. Она решила установить нейтралитет, пытаясь подавить былую ненависть и ревность. В жизнь молодых не вмешивалась. Но с сыном прежних, теплых отношений установить уже не удалось. Молодые вскоре не выдержали проживания с тещей и съехали на квартиру. Максим, чтобы заработать на более достойную жизнь, начал свой бизнес, а учебу постепенно забросил. Дома бывать стал мало, что раздражало Ирину. Ей по-прежнему хотелось, чтобы муж носил ее на руках и выполнял любой каприз, а тут беспокойный ребенок, чужая квартира и почти полная изоляция. Семейные скандалы не заставили себя ждать. Когда сынишке исполнилось три года, Максим повзрослел, прозрел и встретил взрослую любовь.
Предчувствие матери сбылось. Сын не только усложнил себе жизнь. Он оставил ребенка без отца, испортил жизнь Ирине (она до сих пор не замужем), не получил образования. Но самое главное для Марии Ильиничны горе – сын практически перестал бывать и в своей кровной семье. Видно, трещина в их отношениях переросла в глубокую пропасть. Все старания Марии Ильиничны преодолеть ее не увенчались успехом. Сын, по-видимому, не смог простить мать за ее вмешательство в его жизнь и до сих пор не понял, что она все делала только ради него и из-за огромной любви к нему… Но кто знает, если бы она не забрала тогда ключ от квартиры, изменилось бы что-то в судьбе Максима?
Послесловие
Сын много лет живет в браке с любимой женщиной. Получил высшее образование, руководит фирмой, купил дом, машину. Только вот Бог не дал им детей. Может быть потому, что он не общается со своим сыном? Кто знает? Мария Ильинична была как-то у стены Плача в Иерусалиме. Написала записку с просьбой дать сыну детей. Через два года Максим с женой взяли девочку и мальчика из детского дома. А вот судьба Ирины оказалась трагической– в неполные пятьдесят лет она умерла от рака. Говорят же, что непрощённые обиды разъедают человека изнутри…
РУССКАЯ ЯПОНКА
Сотни тысяч россиянок мечтают выйти замуж за иностранца. Мечтают о красивой жизни в огромном доме с бассейном, о шикарной машине, прислуге, модных салонах и при всем этом – о заботливом и любящем муже. Марина об этом даже и не мечтала. Она пыталась просто физически выжить, чтобы после смерти мужа прокормить дочь. И оказалась в Японии.
Марине казалось, что после свадьбы все ее беды закончатся. Она выросла в семье, где мать не обращала на нее никакого внимания. Отец от них ушел, когда девочке было всего четыре года, а потом мать вышла замуж. Отчим выпивал, семья еле сводила концы с концами. В семнадцать лет Марина покинула родительский дом и поселилась в общежитии. Пошла на курсы массажа, и вскоре начала зарабатывать себе на жизнь. Научилась курить, чтобы в общежитской кампании не выглядеть «белой вороной». Небольшого росточка, хрупкая девушка воспитывала в себе твердый характер, потому что надеяться могла только на себя. И ей очень хотелось избавиться не только от бедности, но и от внутреннего состояния постоянно униженной и бедной девочки. При первой же возможности Марина уехала на заработки в Турцию. Привезенных оттуда денег на квартиру не хватило, и Марина решила просто купить себе машину. Импортную.
– Ни у кого в родне машины не было. Я просто решила им утереть нос. – Марина, вспоминая это, улыбается. Теперь, в свои тридцать с небольшим хвостиком, она понимает, что деньги тогда она вложила не рационально.
Не имея опыта вождения, машину она разбила, а потом продала. И снова уехала в Турцию. Но ее заработки не могли догнать или обогнать инфляцию в нашей стране. Отчаявшись купить квартиру, она купила мебель в общежитие и прилично оделась. Тут и подвернулся Виктор. Замужество не входило в планы Марины. Да только жизненные планы не всегда совпадают с реалиями самой жизни. Вскоре наша героиня узнает, что беременна.
Свадьбу сыграли скромную, даже платье для невесты взяли у знакомой. Матери на свадьбе не было. Был только младший брат, совместный ребенок матери и отчима. С родным старшим братом отношения не сложились с детства. Молодые поселились в комнате Марины. Первое время жизнь протекала вполне нормально. Как у всех, с выпивками мужа по выходным. Дальше – хуже. Родилась дочь, а муж бросил работу. Марина стала замечать, что он часто бывает каким– то странным. То смеется невпопад, то вдруг начинается приступ ярости. Ему все время нужны были деньги, а запасы из Турции быстро таяли. И вдруг Марина с ужасом обнаружила под диваном шприцы. Когда муж вернулся от друзей, она показала их ему. Виктор в приступе ярости набросился на нее и стал избивать. Повалил на пол и зверски бил ногами по голове и лицу. На крики Марины прибежали соседи, еле его оторвали. Милицию вызывать не стали. С малышкой сидела подруга, пока Марину приводили в чувство. Ребенок мужу постоянно мешал, именно поэтому Яну пришлось отдать в круглосуточные ясли.
А на следующий день Виктор валялся в ногах и просил прощения. Только хватило его не надолго. Такие сцены повторились еще дважды. Марина, дождавшись его трезвого состояния, осторожно начала разговор о разводе. Что тут началось! Слезы раскаяния и объяснение в любви, мольба о помощи и просьба простить за все.
– Пойми ты, я тебя просто боюсь, боюсь за жизнь нашей дочери. Ты убил во мне все, а не только прежнюю любовь, – Марина старалась говорить тихо, спокойно, но твердо.
Виктор встал с колен и вышел из комнаты. Марина начала готовить ужин. На душе было скверно, внутри сидела тупая боль и неясная тревога. Позвала Виктора из маленькой комнаты, которую им выделили после рождения дочери. Тишина. Когда Марина вошла туда, Виктор висел на люстре, на простыне. Спасти его не удалось…
Оставаться в Белгороде в той самой комнате Марина просто не могла. Упросила мать хотя бы забирать из яслей маленькую Яну, а сама снова поехала на заработки. Потом решила отдохнуть на Кавказе. Там ей понравилось, и она купила себе небольшой домик где-то в горном селении. Когда устроилась, забрала к себе дочь. Начала писать маслом картины, хотя до этого кисть в руки не брала. Занялась пчеловодством, много гуляла на природе. Ей было всего 25 лет, а она казалась себе старухой. Почему судьба так несправедливо с ней обошлась? Неужели она не может быть просто счастливой женщиной, у которой есть муж, защитник и кормилец?
Через год такой мужчина нашелся. Марина, учитывая свой горький опыт, официально отношения оформлять не стала. И правильно сделала. Сначала он помогал в ремонте дома, играл с дочерью, старался быть внимательным. Марина ожила, строя планы на будущее. И что же? Он уговорил ее продать дом, чтобы купить больше и лучше. Временно поселились у знакомых. Через некоторое время гражданский муж сбежал с деньгами в неизвестном направлении.
Да, у нашей героини выработался поистине твердый характер. Она снова возвратилась в Белгород в общежитие и снова начала искать работу за рубежом. Марина уверена, что женщина в России заработать себе на шикарную или даже обеспеченную жизнь честным трудом не может.
Татьяна, знакомая Марины, уехала на заработки в Японию девять лет назад. Работала в русском клубе, развлекая состоятельных японцев беседами за столом. Это называется «хостес». У нее образовался круг своих клиентов, среди которых был 35-летний холостяк Широ. Она уговорила его сделать визу для Марины – в качестве ее жениха. На удивление визу дали быстро и на 3 месяца.
– Когда я прилетела в Японию, то среди встречающих сразу выделила Широ. Словно между нами возникла какая-то телепатическая связь. Потом рядом увидела свою знакомую. Они отвезли меня к ней на квартиру, и тут выяснилось, что Татьяна завтра улетает в Россию в отпуск на 2 недели и поручает меня заботам незнакомого японца. Меня охватил страх: как я останусь одна в далекой стране без знания языка и без средств к существованию? Ведь без Татьяны на работу я выйти не могу. Но Широ улыбнулся мне так широко и открыто, что страх меня мгновенно покинул. Мне показалось, что я его знаю очень давно и на него можно положиться.
Так началась для Марины восточная сказка. Широ, служащий в небольшой фирме, приезжал к Марине каждый вечер. Он водил ее в кафе и клубы, показал все достопримечательности города и окрестностей. Сразу же купил ей японско-русский словарь и с воодушевлением принялся обучать ее слоговой системе японского языка. Это разговорная форма. Иероглифы для обучения даются слишком тяжело. Но и без знания языка Марина и Широ понимали друг друга.
– Доверие между нами витало в воздухе, мы чувствовали настроение друг друга, желания, понимали и без слов. За две недели, пока не было Татьяны, мы ни разу не поцеловались. Отношение Широ ко мне было похоже на поклонение принцессе, до которой невозможно дотронуться. И я поняла, что это и есть подарок судьбы. – Марина, рассказывая о Широ, вся светится и тихонько стучит по столу, чтобы не сглазить.
Надо отметить, что Широ с самого начала знал, что у Марины в России есть дочь. И это его очень радовало! Его семья состояла из отца и старшего брата, больного неизлечимой болезнью. Появление ребенка считается в Японии большим счастьем.
Приезд Татьяны был как гром среди ясного неба. Увидев, что ее бывший поклонник всерьез увлекся Мариной, та закатила ей скандал и выгнала из квартиры прямо на улицу.
Широ нашел Марину в парке, где они часто бывали. Привез в свою холостяцкую квартиру, а потом забрал у Татьяны вещи. Выделил Марине комнату, купил ей краски и все необходимое для жизни. Работать не пустил, потому что «хостес» считается работой унизительной, не престижной. Чем может заняться русская женщина, оставшись одна? Конечно, наведением уюта. Когда Марина привела в порядок холостяцкую «берлогу», то Широ был в немом восторге. Русская белокурая женщина постоянно его удивляла и привязывала к себе. Он боялся, что с окончанием визы она просто улетит в Россию и больше не вернется. И предложил ей выйти за него замуж.
Их расписали быстро, без всяких свидетелей. Марина где-то поставила свою подпись. Никаких препятствий, что она иностранка, никаких справок. (Кстати, гражданство у Марины до сих пор российское, и вряд ли она будет его менять). Вечером они отметили это событие в ресторане.
Семья Широ приняла Марину радушно. Отец, имеющий большой дом на юге Японии, предложил им перебраться к нему. Визу продлили, и Марина полетела в Россию за дочерью.
– Яна уже три года учится в японской школе, – рассказывает Марина, которая прилетела недавно в Белгород, чтобы взять на заработки младшего брата.– Она хорошо знает язык, ходит на музыку. Дедушка ее просто обожает и подарил ей дом, в котором мы живем. Дом очень большой даже по меркам Японии. Я по специальности работать не могу, нужно учиться, а это дорого. Занимаюсь домашними делами, живописью, увлеклась изготовлением цветов, общаюсь через Интернет с друзьями. Муж платит за меня и Яну медицинские страховки, иначе при болезни не расплатишься. Япония – страна по нашим меркам очень дорогая. Там на 100 долларов можно купить еды только на пару дней, а, к примеру, небольшая коробочка конфет типа нашей помадки стоит 25 долларов. Первое время я переводила все в рубли и ужасалась дороговизне. Сейчас привыкла. Только очень скучаю по хлебу, особенно черному. До поездки у меня было совсем другое впечатление об Японии – самураи, красивые девушки, развитая цивилизация. То, что я увидела, описать невозможно. Все продумано да мелочей. Их прогресс достигается тем, что они много работают, с нашей русской безалаберностью нам их никогда не догнать. Это совсем другой мир, там все другое. Но живется мне там комфортно. Наверное, в прошлой жизни я родилась в стране восходящего солнца! (Белгород, 2008 год)
ЗЛОСТНАЯ СПЕКУЛЯНТКА
Всех мелких торговцев на рынке, зарабатывающих сейчас на разнице в цене, в советское время называли емким словом «спекулянт». Их ненавидели, но в то же время перед ними заискивали. Только они могли достать дефицитный товар. Но власти к спекулянтам относили и тех, кто продавал кустарные изделия своего производства. Зинаида Даниловна не перепродавала дефицит, она прекрасно вязала на машине. И за этот кропотливый труд ее неоднократно забирали в милицию, где весь товар конфисковывали. А она попала в черный список злостных спекулянтов.
Никто доподлинно не знает, сколько человек и судеб проходит через нашу жизнь. Одни люди остаются с нами до конца, а другие где-то в закоулках памяти. А память вдруг подсказывает, что судьба человека, которого ты знал когда-то, совсем не проста. Зинаида Даниловна считала меня своей подругой и ангелом-хранителем, а потом вдруг резко оборвала всяческие отношения. До сих пор не могу понять, почему.
Она работала на одном из крупнейших заводов Белгорода простой рабочей. С мужем они прожили недолго, из-за постоянных попоек и драк она выгнала его, когда дети, сын и дочка, были маленькими. Денег катастрофически не хватало. Тогда и решила Зина подрабатывать вязанием. Напомню, что в восьмидесятые годы прошлого столетия на прилавках магазинов ничего не было. Яркие, из мягкой шерсти и красивые детские шапочки и шарфики сначала охотно покупали знакомые, потом пошли заказы. Днем Зина работала, а вечером, наспех накормив детей, садилась за вязальный аппарат. Когда заработки на «вечерней работе» стали вдвое превышать основной оклад, она с завода ушла. В доме появился достаток. Сыну Зинаида купила магнитофон, а дочку, которая была на восемь лет младше, одевала словно куколку. Часто Зине приходилось ездить в Минск или Москву за пряжей. Оттуда она привозила и дефицитные тогда продукты: сосиски, бананы, апельсины, шоколадные конфеты в коробках. Да, это сейчас все есть, в те времена за продуктами стояли в длинных очередях. Сама Зиночка особой красотой не отличалась, но вся одежда на ней была импортной. Соседи и знакомые, как это бывает частенько, начали завидовать. А детям в глаза говорить, что их мама – спекулянтка. Сын не выдержал травли и уехал в Минск. Там окончил институт и женился. Мать на свадьбу не пригласил.
В народе говорят, что мать больше любит сына, чем дочь. Алина училась в школе, когда брат покинул отчий дом. Она тоже по-детски любила Андрея, но ее любовь была скромной и незаметной. Зинаида Даниловна всю жизнь в сыне души не чаяла. Она надеялась, что именно он будет жить с ней в старости. И вдруг – полный разрыв. Конечно, не только «непрестижная» профессия мамы и злые языки соседей повлияли на это. Когда мальчик был в девятом классе, мама решила выйти замуж. А мужа нашла себе – на 15 лет моложе! Было бы удивительно, если бы подросток принял отчима. В доме царила откровенная вражда. Помирить двух любимых мужчин Зина не смогла. Поэтому и согласилась, чтобы сын поехал учиться в другой город. Естественно, Андрей в студенчестве ни в чем не нуждался. Пусть Алина лучше останется без модных сапожек, чем любимый сын будет жить от стипендии до стипендии. Мама несколько раз приезжала в Минск, и пока сын не встретил свою будущую жену, с матерью общался. Не с прежней теплотой, но вполне дружелюбно. Когда Зинаида с большой осторожностью, но все же высказала свое не очень лестное мнение об его избраннице, сын ей откровенно нагрубил: