Месть детдомовцев. Часть 1
- -
- 100%
- +
– Она, что не обтесанная? Что бы с неё стружку снимать?– Улыбался отец.
– Отец, но хватит тебе. Чего ты допрос устроил? К столу все садитесь.– Пригласила мать.
– Маша, тебе нас Николай представил не как, жене. А как соседке. Ольга Фроловна и Борис Петрович. Но, раз ты законная жена, то зови нас мамой и папой. Юра нас так зовёт. А ты Николай неси сюда паспорт. Я должен посмотреть на твой паспорт. И буду пить, зная за что.– Не унимался отец. Николай показал Маше на стул, а сам пошёл наверх, в свою комнату. Маша села.
– Пап, ты, наверное, в тайге перемёрз.– Сказала Ирина.
– У тебя всё в порядке и душа за тебя не болит. А вот за него, вся вон вылезла. Уехал чёрт знает, куда и живёт за глазами. Как не приедет, так один. А годы то, идут, не стоят. А вот теперь подарок. Семья пять лет, а он только решил объявить. А спросил в тайге, промолчал. Вот по этому, и не верю.– Вздохнул отец. На кухню вошёл Николай. Он подал отцу паспорт. Тот достал очки и стал смотреть паспорт Николая.
– Маша, сейчас если мой отец даст добро, значит, будем продолжать жить. А если нет, то разведёмся.– Сказал Николай, серьёзно. Юра с Ириной и мать рассмеялись.
– Николай, я вижу, что Маша твоя законная жена. А где дочь? Её в паспорте нет?– Спрашивал отец, размахивая паспортом.
– А у кого в новых паспортах они есть? Вот и у меня нет. У вас здесь не знаю. А у нас, ни у кого нет детей в паспорте.– Ответил Николай.
– Но, да. Она и родилась не в вашем браке, а в гражданском.– Проговорил отец. Николай быстро поднялся и подошёл к отцу. Он, молча, забрал свой паспорт.
– А мы с мамой видели его дочку. Такая хорошенькая. На Машу похожа. Нам Маша фотографию показывала.– Сказала, улыбаясь, Ирина.
– Правильно, она же девочка. Должна быть похожа на мать. А мать, вон, какая красавица. А сын должен, похож на отца. А как, в этом браке есть планы ещё сына родить?– Спросил отец. Маша с Николаем оба молчали.
– Родят, когда захотят.– Ответила мать.
– Но, что у нас одни внучки. Хоть бы кто не будь, внука родил.– Сказал отец.
– Ты, чего к детям пристал? Успокойся. Или мы сейчас тебя успокоим. Наливай. Что не за что выпить что ли? Или сейчас в тайгу отправим.– Сказала, грозно, мать. Юра с Ириной рассмеялись. Николай улыбнулся. А Маше и улыбаться не хотелось.
– Маш, а у тебя какая семья?– Спросил отец.
– Пап сообщаю. Моя жена из хорошей семьи. Работает врачом терапевтом. Отец генерал в отставке. Мать хорошая женщина. Меня любит. Брат Саша работает у нас в милиции следователем. Женат на Оле. Но, что ещё не сказал? Да, живём мы не в моей квартире. А в доме на земле. Дом большой. Адрес совсем другой.– Сказал Николай. А отец выслушал и проговорил:
– Вот и давайте выпьем за вашу семью. И что бы всегда у вас было всё хорошо. И что бы вы нас не забывали. Писали и звонили нам. Что бы в догадках не мучились с матерью.– И отец встал. Он поднял рюмку, и все встали. Маша рюмку не взяла, а встать встала.
– Подождите, не честно.– Увидела мать.
– Она вино пьёт.– Сказал Николай.
– Так, чего же вы тут сидели с матерью? Не выяснили, кто и что пьёт? Наливай. Уж вино то есть. Целая бочонка. Пока её не выпьешь, не уедешь.– Сказал отец и рассмеялся. Маша улыбнулась. И действительно, мать достала маленькую бочку. Она из краника Маше налила вино. А все пили водку. Потом все сели и стали есть. Когда Николай хорошо выпил, то спросил у отца:
– Пап, ты после метели идёшь в тайгу?
– Да, конечно.– Ответил отец.
– Пап, мы с Машей пойдём с тобой. Хорошо? Я хочу показать ей тайгу. У нас нет такой красоты.– Сказал Николай.
– Ой, да что там у вас есть. Идёмте. Маша медведей не боишься живых?– Спросил отец.
– Живых? Ой, нет. Я не пойду.– Отказалась Маша, и все рассмеялись.
– Маш, и я же пойду. У нас собаки и ружья.– Сказал, смеясь, Николай.
– Не уговоришь. А у меня Светка дома.– Ответила серьёзно Маша.
– Маш, ты так говоришь, как будто мы тебя поведём на растерзание медведям. Я не забыл, что у нас Светик дома. Значит, не пойдём.– Сказал, улыбаясь, Николай. Он пил вместе с зятем и отцом. Маша уже стала дёргать его под столом.
– Зять запеваем нашу песню.– Скомандовал отец. И Юра вместе с отцом запели песню ,,Враги сожгли родную хату,,. К ним присоединился Николай, мать и Ирина. А потом и Маша. Они все спели песню.
– А теперь Николаеву. Когда её поют по радио, то мать плачет.– Сказал отец и запел.
– Издалека долго, течёт река Волга…– И все подхватили его. Маша пела со всеми. Маша не поняла, почему все в раз замолчали и смотрели на дверь. Она сидела задом с Николаем к двери.
– Чего замолчали? Не ждали? А я пришла посмотреть на моего мужа.– Заплетая языком, еле проговорила Таня первая жена Николая. С ней он прожил всего шесть месяцев. Николай опустил голову. Маша посмотрела на него, а потом обернулась и посмотрела на Таню. Та была вся в снегу. Растрёпанная и пьяная. Лицо спившейся женщины было ужасным. Маша, когда повернулась, то зажмурилась. Мать с отцом оцепенели.
– Мать, а где у нас собаки? Почему она сюда завалилась?– Закричал отец на мать.
– Они закрыты. У нас же люди.– Тихо проговорила мать. Николай посмотрел на зятя. И тот поднялся. Он подошёл к Тане. А та держалась за притолоку.
– Послушай Тань. Ты здесь ни кому не нужна. Давай иди домой. Пока отец тебя не попросил по-другому.– Сказал Юрий.
– Чего? Я не к нему пришла. Я к Николаю пришла. Я может его ждала. Откуда вы все знаете. Ни чего не знаете.– Закричала Таня, заплетая языком. Она пыталась войти в кухню. Но, её не пускал Юра. Он держал её.
– Пусти меня. Я же люблю его.– Кричала Таня.
– Что в этом доме нет, кто её выкинет?– Закричал отец, глядя на Николая. Тот быстро соскочил со стула. Подлетел к Тане с Юрой. Маша обернулась и уставилась на них. Николай схватил свою первую жену и вытолкал из кухни. С ним ушёл и Юра. Они вдвоём её схватили и утащили в сени. А там открыли дверь и вытолкали на улицу. А когда Николай закрыл дверь и заложил её, то сказал Юре:
– Всё, конец моей семейной жизни. Маша завтра же будет дома. Я её, поэтому сюда и не возил.
– Из-за чего? Из-за неё? Да брось ты. Она, что не понимает? Или она не знает, что ты был женат и не удачно? Так вот пусть и посмотрит.– Уверял его зять.
– Маша всё знает. Я от неё ничего не скрывал. Но, не приятно вот это всё видеть. Она теперь ни сама сюда не приедет, ни меня не пустит.– Проговорил Николай.
– Да брось ты. К кому ревновать? К ней? Которая, не помнит, как её зовут. Не просыхает. Совсем спилась. Тебе вот она нужна?– Спросил Юра, улыбаясь. А Николай так посмотрел на него и пошёл в дом, а Юра за ним. Они вошли на кухню и Николай испугался. Маше на кухне не было. Отец, мать и Ирина сидели втроём.
– А где Маша?– Спросил, испуганно Николай.
– Она сейчас придёт. Отец попросил фотографию внучки показать. И она ушла. Сейчас придёт. Садитесь.– Сказала спокойно мать. Тут вошла Маша, и она отдала отцу фотографию. Прошла и села рядом с Николаем. Он посмотрел на неё, а она улыбалась. Он понял, что ни чего страшного не произошло.
– Пап, она на Машу похожа.– Сказала, улыбаясь, Ирина.
– Да нет, не только на Машу. У неё есть кое, что и Николаева.– Ответил отец.
– И что же?– Спросил Николай.
– Да косички твои.– Ответил отец, и все рассмеялись.
– Хорошая внучка. Она такая маленькая, а уже красавица.– Сказал отец и отдал фотографию матери.
– Отец, да у неё посмотри, какие красивые родители.– Сказала Ирина.
– Давайте выпьем за них.– Предложил Юра.
– Давайте.– Поддержал отец и стал разливать всем. Маша положила руку на колено Николаю и прошептала:
– Коль хватит.
Он схватил её руку. И сжал её. Она сидела и смотрела на него. Юра увидел, как Маша предупреждает Николая.
– Маша сегодня будем пить много. Это не каждый день. В тайгу ни кто не идёт. К автобусу тоже. А уж наверх мы поднимемся. А если не сможем, то у камина на диванах все поместимся.– Сказал Юра, и все рассмеялись. Все пили и ели. Со стола убирали Маша с Ириной. Мама поднялась наверх в комнаты, стелить гостям. А Юра, отец и Николай сидели на диване у камина и разговаривали.
– Маш, ты смотри, всерьёз не принимай эту дурру. Он и сам говорит. Как меня угораздило жениться на ней. У неё мужья меняются каждый месяц. Уже всю деревню перебрала и весь район.– Злилась Ирина.
– А дети у неё есть?– Спросила Маша.
– О чём ты говоришь? Какие дети? Она ещё девчонкой сделала аборт и всё. А потом, только по замужем ходила. То на одного повесится, то на другого. Николай разглядел за полгода. И рад был, что ушла. Она и для жизни никакая. Маш, а на тебя Николай смотрит, как будто только поженились. Он любит тебя. Вот скажи, как вы живёте?– Спросила Ирина.
– Хорошо живём. Он любит меня и Светку. А мы любим его. И ни какой Тане не отдадим его.– Вздохнула Маша. А Ирина захлопала в ладоши и закричала:
– Браво.
Николай услышал на кухне возгласы и хлопанье в ладоши. Он обернулся и посмотрел на дверь в кухню. Он знал, что там Маша с Ириной вдвоём. Из кухни вышла Маша и услышала разговор мужиков.
– Николай я переживаю. Вдруг Маша не так поймёт за эту алкашку. Она знает, что ты был женат? Это сегодня для неё надеюсь не новость?– Спросил отец.
– Не переживай, Маша всё знает. Хотя это всё и неприятно.– Ответил Николай.
– А жена у тебя на вес золота. Хорошая женщина. Она нам с матерью понравилась. Вот и держись. Не пропадёшь. Только детей маловато. Или это сейчас не модно?– Вздохнул отец.
– Да нет, чего нам мода. Света подросла, ещё родим. Одна она у нас не будет. Маша не против.– И Николай замолчал.
– Но вот и хорошо. В следующий раз, когда приедете, то обязательно нам стрекозу привезите. Нам же хочется на неё посмотреть.– Говорил, хорошо выпивший отец.
– В следующий раз мы все вместе приедем.– Ответил Николай.
Маша пошла наверх, в свою комнату. Николай поднял голову и проследил за ней. Она вошла в комнату для гостей и закрыла дверь. В комнате она подошла к окну и стала смотреть, какими большими хлопьями ложится на улице снег.
– Вот это зима, настоящая.– Думала Маша.
В комнату вошёл Николай. Он увидел Машу возле окна. Подошёл к ней сзади. Так стояли, молча минут десять.
– Я тебя ей не отдам.– Сказала, тихо, Маша.
– Ты понимаешь сама, что ты говоришь?– Спросил громко Николай. Маша повернулась. Она взяла руками голову Николая и стала целовать ему лицо. Николай схватил её на руки и принёс на кровать. Он завалился вместе с Машей. Они оба рассмеялись.
– Ты мой и только мой.– Говорила Маша.
– Твой, а ты моя.– Говорил ей Николай.
– Я ни кому тебя не отдам.– Говорила, тихо, Маша.
– Правильно. Ни кому не отдавай.– Отвечал Николай.
– Раздевайся, давай спать. Тебе не кажется, что ты перепил сегодня?– Спросила Маша.
– Кажется.– Ответил Николай и поднялся. Он стал раздеваться. Маша тоже поднялась и разделась. Они легли спать. Николай схватил Машу.
– Послушай, Коль давай спать.– Тихо предложила Маша. Он покачал головой, нет.
– Зачатые дети в таком состояние, уроды.– Серьёзно, сказала Маша.
– А мы его уже зачали.– Улыбался Николай.
– А если нет.– Настаивала Маша.
– Маш, мои дети, как только, так сразу.– Сказал, серьёзно Николай и они вместе рассмеялись. Николай целовал Машу, а потом сказал:
–Подчиняюсь и буду спать. А утром Машенька я буду трезвым.– Предупредил Николай, и они снова рассмеялись.
Глава 41
Отец Маши с женой сидели в гостиной вечером. Светка сидела с ними за столом и рисовала. В дверь стучали. Он прислушался.
– Нин, по моему кто-то в дверь стучит?– Сказал он.
– Ветер. У нас звонок.– Ответила она. А Пётр Ильич поднялся и пошёл в прихожую. Там он услышал стук в дверь. Он открыл дверь. В дом лезла женщина в болоневой куртке, пьяная.
– Не пускаете, куркули. Бросила меня. Бросила.– Закричала она.
В прихожую вышла Нина Ивановна.
– Что такое? Вы кто?– Спросила она.
Женщина пьяная, замёрзшая и плохо одетая, кричала, махая красными руками.
– Кормилица. Умотала. А я, как теперь? Где она? Спряталась? Вишь, в каких хоромах засела. Иди сюда щас же.– Стала кричать женщина.
– Послушайте, кого вы зовёте? В доме ни кого больше нет. Кто вам нужен? Вы ошиблись домом.– Сказал Пётр Ильич.
– Да пошёл ты. Мне сказали, что они тут живут. Ольга моя и муженёк её. Спрятались?– Закричала, махая руками женщина.
– А вы кто Оле?– Спросила Нина Ивановна.
– Как кто? Я кто? Я мать. А она не благодарная. Ей суд присудил кормить меня. Где она эта кормилица? Где? Со своим Сашкой проводили моего мужика с балкона, и он разбился. Похоронили и смылись. А я? Она должна кормить меня. Ей суд присудил.– Кричала женщина.
– Так Оля ваша дочь?– Не понимая, спросила Нина Ивановна.
– Где она росла? С кем?– Спросил Пётр Ильич.
– Какая разница где, и с кем? В детском доме. А дочь она моя и должна кормить меня.– Закричала мать Оли.
– Послушай мамаша. А если её саму муж кормит. Она не работает. А ты на бутылку нашла, то и на еду найдёшь.– Сказал Пётр Ильич.
– Вот тебе. Она обязана.– Закричала женщина и протянула дулю Петру Ильичу.
– Мать, принеси мой телефон. Я им позвоню. Я не потерплю её в своём доме. Я её сейчас же отвезу к ним.– Сказал строго Пётр Ильич. И жена ушла в комнату.
– Куда повезёшь? Где она? Она не тут?– Закричала женщина.
– Помолчите, пожалуйста. Сейчас я вас доставлю к вашим кормилицам. Думаю, что они будут рады Новогоднему подарку.– Сказал строго, повысив голос, Пётр Ильич. Нина Ивановна принесла телефон, и он стал звонить сыну.
– Саш, вы оба дома?– Спросил он серьёзно.
– Да, а где же нам быть?– Спросил так же Саша.
– Я сейчас к вам приеду. Вы мне очень нужны.– Ответил отец и отключил телефон.
Глава 42
Саша с Олей сидели на кухне. И когда он поговорил с отцом, то задумался. Оля посмотрела на него и спросила:
– Саш, что случилось?
– Не знаю. По-моему это связано с Машей. Отец сейчас к нам приедет. Голос у него, какой, то не спокойный. Маша ему сказала, что учиться поехала. А её с работы ищут. У меня спрашивали. А я и сам не знаю, где она. Может и отцу звонили. Но сейчас приедет и всё скажет.– Вздохнул Саша.
– А где же она?– Удивилась Оля.
– Не знаю. Но догадываюсь. Чего любовь не сделает. Я вот тебя люблю. И готов с неба все звёзды для тебя снять.– И Саша подошёл к Оле. Он обнял её.
– Ты счастье моё. Я люблю тебя. Завтра на УЗИ сходим и узнаем точно, кто у нас будет. Хотя мне всё равно. И сына хочу и дочку хочу. Если сын, то дочку потом. А если дочь, то потом сын.– И Саша стал целовать Олю. В дверь позвонили.
– Отец приехал. Сейчас устроит разборки за Машу.– Проговорил Саша и пошёл открывать дверь. Вошёл отец, и следом за ним ввалилась мать Оли. Саша попятился. Из кухни вышла Оля.
– Чего вытаращился?– Накинулась она на Сашу. Отец стоял, и молча, смотрел на встречу родственников.
– А ты? Ты хороша кормилица. Спустила с балкона моего мужика, а кто меня кормить теперь будет? Хвостом крутанула. Замуж она вышла. Разбрюхатилась. Ни чему тебя не научили в детском доме.– Спустилась она на Олю. У Оли глаза заблестели. Отец посмотрел на Олю и всё понял.
– Уложите её спать. Пусть проспится. А завтра проводите её обратно. Откуда она сюда заехала. А то будет позорить не только вас, но и нас. С таким уговором дамочка. Каждый месяц я вам сам лично буду высылать деньги. Но при этом вы сюда больше не появитесь.– Сказал отец матери Оли и ушёл из дома, посмотрев на убитого сына. Когда он закрыл дверь за собой, то Оля спросила у матери:
– Это, что мне теперь на всю жизнь? Мало я выросла в детдоме, ни чего не видела. И жизни у меня не будет? Я буду смотреть на тебя?– Оля расплакалась.
– А это ты у него спроси. Он зачем тебя увёз? Тебе суд присудил меня кормить. Присудил. А ты дала мне копеечку?– Выступала мать пьяная.
– Послушай, тёща. Раздевайся. Мы сейчас тебя покормим и спать. А завтра я сам тебе куплю билет до Волгограда и посажу на автобус.– Говорил серьёзно Саша.
– А вот тебе.– И она протянула дулю Саше.
– Ты думаешь, я так просто уеду? А деньги на проживание? Новый год заходит.– Говорила, заплетая языком мать Оли.
– Тёща, я тебе обязательно дам деньги. Хватит не на одну бутылку. Но что бы ты сюда больше не появлялась. Слышала, что тебе сказал мой отец. Будет тебе на водку давать каждый месяц.– Говорил, злясь, Саша. Оля повернулась и ушла в комнату. Она легла и расплакалась. Ей было обидно. И очень стыдно от Сашиных родителей. Они одели и обули её. Она жила ни в чём не нуждалась. Саша был доволен ею. Очень её любит, и они ждут ребёнка. И всё испортила под Новый год мать. Саша предложил ей раздеться и провёл её на кухню.
– Олькя, иди сюда. Мать приехала.– Закричала мать.
Саша посмотрел на неё и сказал:
– Оставь свою дочь в покое. Совесть имей. Она ждёт ребёнка. Или я тебя сейчас выкину из дома.– Закричал Саша на неё. Та начала икать у стола. Саша, положил ей есть. Положил хлеб на хлебницу.
– Вишь мясо едите. Салаты и хлеб. А я с голоду умираю. Сто грамм нальёшь?– Качаясь на стуле, икая, говорила мать Оли. Саша вздохнул и сказал:
–Один здох и ты здохнешь, как собака под забором от водки. Совесть всю пропила. Ни жалости у тебя нет, ни совести. Заявилась.
– Чего, чего орёшь. Совести нет, а у вас, то есть? Где моя Олькя? Ольга, Ольга. Налей сто грамм.– Стала кричать Олина мать. На кухню пришла заплаканная Оля. Саша уставился на неё.
– Если ты сейчас не закроешь рот, то я его тебе закрою. Ешь молча. И спать. Скажи спасибо, что на улицу не выгнали.– Сказала Оля и принялась мыть посуду. А Саша, молча, сел в угол. Мать принялась уплетать. Она, то давилась, то кашляла. Здесь Саше позвонил отец и спросил:
– Как дела? С гостьей справляетесь?– Вздохнул отец.
– Справляемся, ест, сидит. Сто грамм просит. Ни чего, мы сейчас её спать уложим. А если будет сопротивляться, то мы её свяжем.– Ответил Саша.
– Хорошая идея. А завтра проводи её. А Оля что?– Спросил отец.
– Плачет.– Вздохнул Саша.
– А ты, что успокоить не можешь? Ей нельзя расстраиваться. Успокой её. Спокойной ночи. Я завтра тебе позвоню.– И отец отключил телефон. А Оля смотрела на Сашу.
– Папа просил, что бы ты, не плакала. Тебе нельзя расстраиваться.– Сказал Саша.
– Как не расстраиваться? Посмотри, заявилась. Что теперь подумают твои родители? Как они вообще смотреть будут на меня. Они заставят тебя расстаться со мной. И всё из-за неё.– Говорила сквозь слёзы Оля.
– Выброси из головы. Но об этом мы потом поговорим. Сейчас твоя мама поужинает. Уложим её спать, и я с тобой поговорю в нашей спальне.– Сказал, серьёзно Саша, глядя на Олю. Она поняла, что при её матери он не хочет говорить. Но, когда мать поела и ещё добавки попросила, то Оля ей добавила. Оля села напротив матери за стол. Она смотрела на мать.
– Как мне плохо от вас от родителей в жизни. Посмотри, какие родители у Саши. Вырастили, воспитали. Нам помогают. Дом нам купили. А ты кроме жизни ни чего мне не дала. А как я должна жить в этой жизни? Меня теперь беременную возьмут и выгонят вслед за тобой. И предложат тоже деньги. Скажи, что я делать буду? Зачем ты заявилась сюда? Зачем ты лезешь в мою жизнь?– И Оля расплакалась. Она положила голову на руку и так расплакалась. Саша быстро поднялся.
– А ну вставай. И пошли. Идём, я сказал.– И он поднял Олю. Он повёл её в спальную.
– Оля успокойся сейчас же. Ни кто тебя не выгонит. А она завтра уедет. Перестань, успокойся. Тебе нельзя расстраиваться. Ты, что хочешь, как Маша потерять ребёнка? Успокойся. Было бы из-за чего. Из-за какой, то алкашки. За моих родителей не переживай. Они всё прекрасно понимают. Они наоборот за нас с тобою. Ни кто и ни когда тебя не выгонит. Ты моя жена. Я люблю тебя. У нас скоро малыш будет. Успокойся. Не думай о плохом. Слышишь?– Саша уложил Олю, стал целовать её.
– Я же люблю тебя Олечка. Ты моя. Успокойся. А я пойду, уложу твою маму. А ты лежи и не вставай. А я сам с нею разберусь. Тёща же.– И Саша ушёл на кухню. А Олина мама достала из холодильника бутылку водки и сидела прямо с горлышка спешила пила. Саша вошёл на кухню и увидев, остановился. Он прижался к притолоке и решил её не трогать. Решил, что так будет лучше. Напьётся и быстро уснёт. Та пила с передышками. Икала и обливалась водкой. Саша смотрел на неё и думал:
– Неужели и моя Оля, когда не будь, будет такой. Сопьётся и будет, как мать трястись за водкой. Неужели я, когда не будь, пожалею. Я не допущу этого. Она и сама ни грамма не пьёт. А может из-за того, что беременная. Но нет, моя Оля не будет такой. Она совсем другая.
Мать не допила бутылку, завалилась под стол. Саша посмотрел на неё и пошёл из кухни. Он выключил свет и пришёл к Оле. Посмотрел на неё и сказал:
– Оль, твоя мама нашла в холодильнике бутылку и выпила. Она уже улеглась под стол спать. Я её трогать не стал. Пусть спит. Как ты думаешь, пусть там спит? Или её в комнату утащить?– Спросил Саша, раздеваясь.
– Не трогай. Пусть спит. Но она завтра не уедет. Она не встанет.– Ответила Оля. Саша лёг под одеяло к Оле и сказал:
– Оль, давай о ней не думать. Пусть спит.
Глава 43
Маша с Николаем и отцом после метели, ушли в тайгу. С ними ушли две собаки. Маша удивлялась красоте. Она смотрела по сторонам и замирала. Николай видел, как Маше всё нравилось. Глаза её искрились. Она смеялась, когда на неё с деревьев обваливалась лавина снега. Она была одета в материны валенки, полушубок и отцовскую шапку. Николай смеялся над ней и говорил, что этот наряд ей очень идёт. Она шла между мужиками. Первым с ружьём шёл отец. Маша в середине. Последним с ружьём и большими санями шёл Николай. Шли до домика в тайге они долго. Николай предложил Маше сесть на сани. Она села. И он вёз её. Она визжала, а отец смеялся.
– Коля садись, теперь я тебя повезу.– Скомандовала Маша и соскочила с саней. Николай, смеясь, сел, а Маша повезла его. Она решила обогнать отца, разогналась и обогнала его. Но, её быстро остановили отец с Николаем.
– Маша иди сзади. У тебя нет ружья. А в тайге без ружья не ходят. Я буду идти первым, а вы езжайте сзади. А то у нас медведи, таких, как ты городских не любят.– Сказал отец и Маша поняла. Потом Николай поднялся и забрал у неё сани.
– Иди Маш, скоро уже избушка.– Сказал Николай.
– Как у вас здесь здорово. Я не знала, что мой Николай из таких красивых мест. Поэтому и он красивый.– Говорила, улыбаясь, Маша отцу. Они пришли к домику в тайге. Домик был хорошим. Маша оглядела его с улицы. А Николай, улыбаясь, смотрел на неё.
– Коль, класс. Это Вы построили?– Спросила Маша.
– Это мы с Николаем и зятем Юрой. Но, это было десять лет назад. И вот десять лет я хожу сюда.– Сказал отец, обметаясь веником от снега.
– А зачем вы ходите сюда?– Удивилась Маша.
– За мясом. У нас Маша стоят капканы. Мы их проверяем. Этим у нас живёт вся округа. Всё мясо с тайги. Ты видела бочки в сенях? Так вот мы в них мясо морозим. Молоко мать кружками замораживает. А мяса нам хватает, и Ирина с семьёй берут. Я прихожу сюда и живу по неделе, по две бывает. Что бы одним рейсом, домой мяса побольше завести.– Рассказал отец. Маша так смотрела на него. А он подошёл с веником и стал её обметать. Она стояла, как снегурочка.
– А в доме тепло или холодно?– Спросила Маша.
– А как же. Там большая печь. Можешь лечь и полежать на ней. Мы её топим дровами. А ты не бойся. Тебя Николай согреет.– И отец рассмеялся. Маша опустила глаза. Николай смеялся, отряхивая с себя снег. Они пошли в дом. Первым пошёл отец, а за ним и Николай с Машей. Раздеваться сразу не стали. Они затопили печь, и пошёл святой дух. Маша сидела возле печи.
–У нас здесь запасов на три зимы. В случае метель и домой не смогу уйти, то можно и здесь пережить. Вода, замороженная кружками. Растапливаю, варю себе есть. Вот будем шулюм варить. У меня мяса здесь вон сколько. Целая бочка в сенях.– Говорил отец. А Маша сняла с головы шапку и посмотрела на Николая.
– Но и как тебе нравится?– Спросил Николай у Маши.
– У меня нет слов.– Проговорила Маша.
Они сварили шулюм и нажарили мяса. На улице вели себя не спокойно собаки. Они лаяли и бросались куда, то в сторону. Потом прибегали обратно к дому. Отец посмотрел на Николая. Тот понял, но вслух при Маше не говорили. Что бы, не испугать её. Потом отец махнул Николаю головой, и они стали одеваться.
– Маша, ты посиди. Мы сейчас посмотрим, чего там собаки так кидаются.– Сказал отец и они вышли из дома. Маша залезла на топчан с ногами и уселась, укрывшись шкурой. На столе горела лампа. Николай с отцом вышли на улицу и огляделись. Где то трещали сучья.
– Ходит рядом.– Сказал отец.
– Пап, не говори Маше, а то она ночь спать не будет. А завтра с утра соберётся домой.– Попросил Николай. А отец рассмеялся.