Плывущие облака. Тени старого леса

Глава 9. Встречи на берегу

На небе зажигались звезды. Постепенно, одна за другой, они вырисовывали причудливые узоры и вили тонкие блестящие нити. Татегами вышел из леса на зеленую опушку, которая плавно переходила в песчаный берег, увидел сидящую на земле дочь и тяжело опустился рядом с ней. Кагеро, сидевшая так, что ее лоб касался согнутых и прижатых к груди коленей, даже не пошевелилась. Какое-то время был слышен лишь стрекот цикад.

– Пойдем в дом, он за тебя волнуется, – попытался начать разговор Татегами, но Кагеро в ответ лишь едва заметно покачала головой. – Вы так сильно поссорились, что ты теперь будешь от него бегать?

– Мы не ссорились… – тихо, чуть приглушенно ответила она. Затем выпрямилась, отвела от лица непослушную прядь волос, повернулась к отцу и, посмотрев ему в глаза, продолжила: – Я могу тебя попросить об одолжении?

Пожилой лекарь кивнул головой.

– Если так случится, что Ооками будет убит, я прошу тебя, не делай никаких попыток вернуть меня к жизни. – Татегами молчал. – Я не выдержу больше… пожалуйста…

Лекарь грустно улыбнулся и провел рукой по растрепавшимся волосам дочери:

– Глупенькая моя девочка… Кажется, я догадываюсь, что между вами произошло. Ты понимаешь, что начинаешь влюбляться, и гонишь от себя это чувство… близких всегда терять больнее…

Кагеро не ответила. Только почти незаметное движение головы дало понять Татегами, что он прав.

– А как же Кицуне, как же я?

– Кицуне уже почти взрослая. Ты за ней присмотришь. Потом за ее детьми…

Татегами понимал, что любые уговоры бесполезны, но все же попытался хоть как-то заставить дочь передумать:

– Я уже стар и не смогу всегда быть рядом с ней.

– Тогда за ней присмотрит Итачи, – в ее голосе зазвучали нотки отчаяния: – Отец, пойми, я не смогу. Ведь если бы я тогда отказалась, с ним бы ничего не произошло. Ничего бы не угрожало… Я пошла на поводу у своей слабости и теперь расплачиваюсь за это.

– Но ведь ты хотела этих отношений, почему же ты тогда бежишь от них? Со стороны мне многое видно…

– Не знаю… я уже ничего не знаю…

Не в силах сдерживать свои чувства, она спрятала лицо в ладонях и всхлипнула.

– Ну-ну, еще и плачешь… – Татегами покачал головой и вздохнул. – Кагеро, я прекрасно понимаю, насколько опасна та ситуация, в которой вы оба оказались. Твой противник вполне может кинуть тебе нож в спину во время Поединка чести. И я осознаю, что могу тебя потерять, как потерял твою мать… – он немного помедлил, снова провел рукой по голове дочери, пытаясь успокоить ее, как маленького ребенка. – Послушай моего совета – не замыкайся в себе. Даже если вам обоим осталось провести несколько дней на этом свете, хоть проживите их счастливо. Живите сегодняшним днем. Вы никогда узнаете, что будет завтра и сколько вам еще отведено: дни, месяцы, годы… Не отвергай его только из страха, что он станет для тебя слишком значимым. Иногда любовь дает человеку больше сил, чем жажда мести, – он чуть отодвинулся и замолчал, а когда дочь подняла голову, то посмотрел в ее глаза, полные слез, и серьезно произнес: – И да… у тебя есть мое слово.

– Спасибо, – прошептала Кагеро, утирая слезы рукавом.

– Но я очень надеюсь, что до этого не дойдет.

– Я тоже… – слезами Кагеро сняла то напряжение, которое было в ней с момента ее разговора с Ооками, она вытерла глаза и распрямила плечи.

– Кстати, он спрашивал у меня о Кайри. Как я понял, он ничего не знает?

– Что ты ему рассказал? – Кагеро встрепенулась, боясь, что отец сказал Ооками лишнего.

– Это не мои тайны, дочка, – мягко ответил Татегами.

– Прости… Он ничего не знает. Я не знаю, как начать с ним разговор об этом… Особенно после того как… – она замолчала на полуслове. – Сначала я поговорю с Итачи. Я должна знать, как далеко ему удалось продвинуться в своих поисках. И еще пару вопросов хочу задать…

– А потом вернешься в дом и пойдешь спать?

Кагеро покачала головой и горько усмехнулась.

– Ты же прекрасно знаешь, что сегодня я не смогу заснуть… Когда я закрываю глаза, становится только хуже. Теперь в моих кошмарах умирает и он…

Кагеро редко делилась с отцом своими чувствами, и Татегами не думал, что она переживает все виденные ею смерти заново. А теперь, услышав, что она видит и возможную смерть Ооками, понял, почему ее так страшат сны и видения. И понял истинную причину просьбы, с которой дочь обратилась к нему чуть раньше.

– А на кого ты будешь похожа завтра?

– Завтра силы частично вернутся ко мне, и я смогу сдержать свои кошмары. Позже я приду, но спать не буду…

– Хорошо, поступай как знаешь… Я, пожалуй, пойду. Ночь я предпочитаю проводить в удобной постели… Передавай привет Итачи… – Татегами поднялся и направился в сторону леса.

– Спокойной ночи, отец.

Убедившись, что Татегами ушел, а ее внутренняя тревога улеглась, Кагеро собралась с мыслями, провела рукой по воздуху и прошептала нужные слова заклинания. Сил у нее было мало, но их хватило, чтобы через мгновение из открывшегося портала на опушку вступил сонный, взъерошенный, худощавый мужчина лет тридцати.

– Итачи, прости, что разбудила, но нам надо поговорить…

Гость, прищурившись, осмотрелся по сторонам, запустил пальцы в растрепанные волосы, приводя их тем самым еще в больший беспорядок, а затем сконцентрировал взгляд на сидящей напротив женщине.

– Кагеро, ты что, с ума сошла? Ты знаешь, что сейчас ночь, и примерные жены должны спать в объятиях мужа, а не разговаривать с хоть и не незнакомыми, но все же посторонними мужчинами? А если бы я был не один?!

Кагеро понимала, что своими действиями заслужила негодование, но необходимость разговора была важнее:

– Значит, тебе бы пришлось оставить очередную подружку и уделить мне немного своего времени.

– Подожди немного, дай мне проснуться… – проворчал Итачи и побрел к берегу.

Там он зачерпнул прохладную воду, поежился, но все же умыл лицо и заодно провел мокрой рукой по волосам, приводя их в относительный порядок. Затем вернулся, нехорошо посмотрел на молча ожидающую его пробуждения Кагеро и опустился напротив в сейдза:

– Итак, дражайшая сестра, что тебе понадобилось от меня в такое время? Если ты собираешься жаловаться на Ооками, то я сейчас же отправляюсь обратно в постель. Хотя, зная тебя, это он должен был бы жаловаться.

Кагеро молчала.

– Ладно, прости, это я так… – Итачи вздохнул, понимая, что разговор будет долгим и спросил еще раз: – Что случилось?

– Почему ты утопил Ооками? – этот вопрос мучил Кагеро уже долгое время, и она решила не ходить вокруг да около и сразу начать с него.

– Почему я утопил Ооками!? – Итачи нервно рассмеялся и воздел руки к небу, но потом резко оборвал смех, и в его голосе послышались злые нотки: – Это ты мне лучше скажи, какого… почему ты вышла за него замуж! Тебе что, мало было? Захотелось новых острых ощущений? Или же ты беременна и не можешь больше этого скрывать? Почему именно сейчас, когда мы уже все продумали и подготовили? Зачем ты все усложнила?! И почему, в конце концов, не сказала мне! Мне казалось, я имел право узнать об этом от тебя, а не через третье лицо.

– Итачи!

– Что «Итачи»?! – передразнил он. – Ты знаешь, что через три дня после того, как о вашем союзе стало известно, наш общий друг предложил мне две тысячи золотых монет за голову твоего мужа? Через три дня, Кагеро! А что ты? Исчезла! Я мог бы еще понять, если бы ты его с собой взяла, но нет! Ты просто-напросто подписала ему смертный приговор и оставила ожидать приведения в исполнение! Это хорошо, что наш друг обратился ко мне – хоть какая-то польза от того, что я воюю на другой стороне, – хотел, чтобы смерть Ооками выглядела естественной, в ходе военных маневров.

– И ты согласился?

– Конечно же я согласился! Потому что если бы я отказался, то нашли бы другого исполнителя. Что только я ни делал, чтобы с тобой связаться! Ринкусу отказался даже говорить со мной, хотя я прекрасно знаю, что именно он вызвал тебя. Мои порталы сюда не добивали. Я думал, что ты придешь за Ооками и я тебе спокойно его передам. Так нет же, наш друг решил удостовериться в смерти твоего дражайшего супруга и прислал Куротачи. Пришлось срочно выкручиваться – лучше мне было его утопить, чем позволить разрубить пополам.

Кагеро вздрогнула от такой перспективы, но все равно не сдавала своих позиций.

– Но ты не просто его утопил! Ты скинул его в воду без возможности колдовать, без сознания, ударил магией!

– Да! – от нетерпения Итачи вскочил на ноги и принялся ходить из стороны в сторону. – Потому что у меня был идеально продуманный план! Мой маг Намазу29 ждал его под кораблем, поэтому Ооками должен был туда попасть не трепыхающийся, не наглотавшийся лишней воды при погружении. Намазу бы открыл портал, вытащил Ооками и спрятал бы до твоего возвращения. Ты представляешь, что я пережил, когда после ухода Куротачи ко мне пришел обескураженный Намазу и сказал, что в воду упали двое, а потом исчезли? Я знаю Ооками с детства, он не то что бы был мне близким другом, но становиться причиной его смерти я вовсе не хотел. Я даже воспользовался заклинанием времени, чтобы понять, кто именно перехватил его! А ты сама понимаешь, что это значит в разгар войны.

– Да, – тихо ответила Кагеро. – Прости… последнее время я делаю слишком много ошибок…

– Я ответил на твой вопрос, – жестко проговорил Итачи, останавливаясь напротив. – И теперь жду ответа на свой.

– Не кричи на меня, пожалуйста, – она сгорбилась и спрятала лицо в ладонях.

Итачи тяжело вздохнул и снова опустился в сейдза.

– Кагеро, – его голос стал мягче. – Я не кричу на тебя, а пытаюсь объяснить, что на кон поставлена твоя жизнь и его жизнь. После смерти Кайри у меня никого ближе вас не осталось. Я не хочу поминать и вас в праздник Повелителя душ.

– Я понимаю… – прошептала она, не поднимая головы.

– Это обнадеживает. Итак, я повторю свой вопрос: почему ты вышла замуж? Ответ с шантажом можешь опустить – я о нем знаю даже больше, чем ты. Если бы это был только он, ты бы не согласилась. Неужели ты думаешь, что я бы не помог тебе справиться с ситуацией? Когда я услышал, что Незуми решил тебя сосватать Ооками, я рассмеялся, потому что думал, что знаю вас обоих слишком хорошо. Я был уверен, что Ооками не пойдет на такое, он слишком благоразумен для подобных безумств. Если бы я знал, что вы все решите так быстро, то сразу же, как услышал об этом, отговорил бы его. Но ты?! Ты чем думала, когда соглашалась?!

– Откуда ты знаешь про шантаж? – вместо ответа спросила Кагеро.

– Ты задала вопрос, я на него ответил. Ответь теперь на мой, прежде чем мы будем дальше обсуждать положение дел.

Кагеро тяжело вздохнула.

– Я устала, Итачи… Если бы ты знал, как я устала быть одна. Бороться, драться, мстить… Когда я взяла в руку меч, я стала воином и забыла, что я еще и женщина…

– Ладно, – недовольный, но удовлетворенный таким ответом проворчал Итачи. – Дальше можешь не объяснять. Карасу теперь на нашей стороне. Я нашел убийц его брата, и все ниточки снова привели к нашему другу. Узнав имя, он рассказал мне все. И про твой брак, и про то, что вас уже ждут. Он решил больше не рисковать с наемниками. Его верный Куротачи займется вами сам.

– Я буду рада скрестить с ним меч, – Кагеро распрямила плечи, и в ее глазах блеснул опасный огонек. – Я ждала этого многие годы.

– Когда ты возвращаешься?

– Как только приду в себя.

Итачи нахмурился и внимательно присмотрелся к княгине. До этого он был слишком раздражен, чтобы заметить изменения в ее привычном состоянии, но теперь он увидел и бледность, и следы слез на щеках.

– Что-то случилось? – тревожно спросил он.

В ответ Кагеро неопределенно махнула рукой:

– На днях Кицуне тренировалась в магии и чуть не взорвала остров. Пришлось хорошо поработать…

– О да, она может! – рассмеялся Итачи. – Как она приняла Ооками?

Разговоры о живых людях выдернули Кагеро из болезненных воспоминаний.

– Хорошо, – на ее лице наконец появилось подобие улыбки. – Похоже, они нашли общий язык. Итачи, наш договор все еще в силе?

– Конечно. Ты уже с ней говорила?

– Еще нет. Но если ты утверждаешь, что все готово, разговор откладывать больше нельзя. Кстати, Карасу тебе сказал, почему Незуми выбрал именно Ооками?

– Плодородные земли, стабильный уровень дохода… К тому же на западе у него нет своих людей. Вот и решил продвинуться в ту сторону.

Кагеро вздохнула и опустила голову.

– Может, ты также знаешь, сколько он за меня заплатил?

– Кхм… – Итачи вдруг резво вскочил на ноги и сделал несколько шагов назад. – Знаешь, сестренка… Этот вопрос тебе лучше задать не мне, а ему самому. Хотя бы только потому, что твой супруг на данный момент стоит у тебя за спиной и, по-моему, слышал большую часть нашей с тобой беседы. – Он провел по воздуху рукой и приветственно отсалютовал стоящему неподалеку Ооками. – Приятно было повидаться, но думаю, что я вам буду только мешать.

Сказав это, Итачи шагнул в портал, а Кагеро с тихим стоном уронила голову на руки.

Глава 10. История Кагеро

Стрекот цикад заполонил всю поляну, небольшой порыв ветра пробежал по траве и спугнул ночных мотыльков, которые прятались меж сочных зеленых стеблей. Воздушное облако насекомых окутало неподвижных людей, но разлетелось по одному еле заметному движению Кагеро. Она понимала, что объяснений не избежать, и надеялась лишь, что Ооками пришел на поляну недавно. Чтобы не оттягивать более разговор, она медленно поднялась, повернулась к мужу и посмотрела в его холодные, ничего не выражающие глаза.

– И как много ты слышал?

Ооками подошел ближе и нахмурился:

– Достаточно. И если тебя так это интересует, я тебя у Незуми не покупал.

Боясь подумать, какие выводы сделал Ооками из слов Итачи, Кагеро издала нервный смешок.

– Похоже, пора тебе все объяснить…

– А тебе не приходило в голову, что я могу не захотеть слушать твои объяснения? – оборвал он ее.

Кагеро напряглась, распрямила спину и пристально посмотрела на мужа. А затем после небольшой паузы так же резко ответила:

– Ты на острове не пленник и можешь покинуть его в любое удобное тебе время…

Она провела рукой по воздуху и открыла портал перемещения. Ее руки сжались в кулаки, и ей потребовалось призвать все накопленные за день силы, чтобы удерживать второй созданный за такое короткое время портал.

Взгляд Ооками смягчился.

– Не глупи, закрой. Ты еле стоишь на ногах. – Он сделал шаг вперед, взял ее под локоть и продолжил тоном, не терпящим возражений: – Пойдем в дом, ты снова вся дрожишь. Не хватало только тебе подхватить лихорадку. Там и поговорим.

Кагеро действительно начал опять трясти озноб: прохладный воздух, скачки силы и нервное напряжение делали свое дело, подтачивая ее выдержку. Она убрала портал и, чтобы не рухнуть в сейдза, была вынуждена опереться свободной рукой на плечо Ооками – бесполезная трата сил только усугубила положение.

– Да, наверное, так будет лучше, – тихо проговорила она, не в силах возражать. – Там нас никто не услышит, комнаты хорошо защищены от подслушивания. Не хватало только, чтобы и Кицуне все это узнала. Надеюсь, тут ее нет, – Кагеро отвела руку, чтобы выпустить поисковое заклинание, но Ооками накрыл дрожащие пальцы своей ладонью:

– Кроме меня, в лесу никого не было, не трать силы.

Кагеро кивнула и опустила голову, борясь с желанием коснуться лбом плеча Ооками и забыться в его объятиях. Утреннего поцелуя было достаточно, чтобы настроить их эмоции на одну волну, и Ооками почувствовал, как его раздражение и отчасти непонятная ревность уступают место нежности и заботе. Он отпустил ее локоть и, обнимая, мягко прижал к себе. Кагеро расслабилась, и Ооками снова почувствовал, как магия Воздуха проходит через него к жене.

– Разговор с отцом ты тоже слышал? – спросила Кагеро чуть дрогнувшим голосом, когда слабость и озноб прошли и она снова смогла мысленно вернуться к недавним событиям.

– Да.

Кагеро попыталась отстраниться от Ооками, но тот только крепче прижал ее к себе. Когда она оставила попытки вырваться, он опустил одну руку ей на талию и настойчиво подтолкнул в сторону дома.

– Пойдем, разберемся со всем в тепле.

Кагеро оставалось только молча идти рядом с мужем.

***

Когда они вошли в комнату, Кагеро одним движением руки зажгла свечи и призвала теплую накидку: озноб прошел, но ей хотелось заменить чем-то объятия мужа. Жестом предложив Ооками сесть на циновки, разложенные вокруг стола, она сама села напротив и все так же молча принялась заваривать чай. Ооками терпеливо ждал, пока Кагеро первая нарушит молчание. Теперь он не знал, что и думать о женщине, которая сидела напротив него. Ему казалось, что он о многом догадывался сам, но подслушанные разговоры заставили его сомневаться в прежних выводах. К тому же утренние эмоции качнуло как маятником: хоть разумом Ооками и понимал, что ревновать к прошлому Кагеро не имеет смысла, но все же основное раздражение было из-за этого. Ревность своими подробностями заполняла те пробелы в рассказах жены, которым он не мог найти устраивающее его объяснение.

Однако воспоминания об их разговоре и объятиях в лесу заставили его смягчиться и отогнать от себя раздражение. Он принял из рук Кагеро пиалу с чаем и чуть задержал ее ладони в своих, понимая, что для серьезного разговора ей понадобится вся выдержка и накопленная сила.

Кагеро к чаю не притронулась. Она перебирала пальцами край накидки, плавно погружаясь в воспоминания о прошлом. Затем в какой-то момент решилась, кинула взгляд на стойку для мечей, а затем посмотрела в глаза Ооками:

– Думаю, начать следует с того момента, как моя мать, княгиня Саншуо30, полюбила моего отца. Незуми после смерти родителей мог распоряжаться рукой сестры и, когда ей исполнилось шестнадцать, продал ее замуж за князя Инаго31. Так Незуми, которого природа обделила стихийной магией, начал свой путь к магии денег. Он ненавидел мою мать, так как считал, что ей досталась сила, которая на самом деле должна была принадлежать ему. Но мы не властны над законами природы, и не нам выбирать, к какой стихии мы принадлежим. Посему Незуми отравлял жизнь моей матери, как только мог. Он выдал ее замуж за шестидесятилетнего Инаго, не спрашивая ее согласия. Как ей жилось, я не хочу даже думать. Поэтому неудивительно, что она полюбила другого человека – целителя Татегами, служившего при дворе князя. После смерти Инаго мама вышла замуж за отца, и родилась я. Незуми, как говорил отец, был в ярости. Он рассчитывал снова выгодно продать сестру – поэтому и выдал ее замуж за человека, не отличавшегося хорошим здоровьем. А уйдя к отцу, она полностью взяла в свои руки управление поместьем покойного мужа, и брат оказался не у дел. Незуми сам не бедствовал. Он выгодно женился на княгине Кийуке32 и пытался контролировать все, что только мог. Тетя никогда не интересовалась политикой, и дядя смог развернуться и в ее княжестве. Но много денег не бывает. Поэтому он решил во что бы то ни стало завладеть и состоянием сестры, на которое поставил многое. Он часто путешествовал, не раз бывал на Хидари, и в тот год с ним приехал Куротачи – воин в черном. Незуми нанял его для исполнения своих планов. Отцу повезло, что в ту ночь его вызвали к тяжело больному ребенку. Когда он утром вернулся, мама была мертва, а я плакала в своей кроватке. Она защищалась, как могла, но мечом владела плохо. Пока отец прощался с мамой, Незуми добился назначения моим опекуном – он получил полный контроль над моим княжеством, да и деньгами тоже. Отца он почему-то не тронул, разрешив ему воспитывать меня.

Когда мне исполнилось шестнадцать, Незуми подарил мне обручальное кольцо от Саме. Чтобы я не повторила ошибки матери, Незуми выбрал мужа и по возрасту, и по размеру кошелька. В итоге мне повезло. Саме был на два года меня старше, и мы смогли найти общий язык. Родилась Кицуне, мы были вполне счастливы. Контроль над моим княжеством формально перешел к Саме, но так как он не был еще силен в ведении дел поместья, то Незуми контролировал все движение денег, не забывая и о себе.

Кагеро замолчала и потянулась за пиалой. Чай еще не успел остыть и немного взбодрил ее. В своем рассказе она подошла к самой болезненной части, и ей была нужна небольшая передышка.

– Все хорошее закончилось, когда стало известно, что мы ждем второго ребенка, мальчика. Он не вписывался в далеко идущие планы Незуми, и тот опять призвал Куротачи. Саме убили на моих глазах, и далеко не одним ударом… Меня держали, чтобы я смотрела… я видела, как он умирает…

Кагеро замолчала и прикрыла глаза, не в силах продолжать дальше. Ооками не сдержался и подвинулся ближе, он накрыл ее судорожно сжатые пальцы своей ладонью и в желании поддержать мягко сжал.

– Мы можем отложить этот разговор… – чуть хрипло проговорил он, но Кагеро покачала головой.

– В другой день будет не легче… – Она сделала глубокий вдох, собралась и нашла в себе силы продолжить: – Я пришла в себя через месяц после происшедшего и хотела только одного – присоединиться к Саме в царстве Повелителя душ. Даже Кицуне не могла пробудить во мне желание жить. Я знала, что отец присмотрит за ней, воспитает ее, как когда-то воспитал меня. У меня не было цели, и я, по словам отца, медленно угасала. И вот однажды вечером я гуляла по дому, просто бесцельно бродила из комнаты в комнату. Уже тогда мне начали сниться кошмары, и это заставляло меня урезать свой сон до минимума. Я зашла в оружейную и стала разглядывать мечи, которые поблескивали при свете луны. А потом я увидела стрекозу…

Она мягко освободила свою ладонь из пальцев мужа, поднялась, подошла к стойке с мечами и опустилась на колени. После поклона она взяла катану в руки и вернулась к столу. Кагеро протянула Ооками свой меч рукояткой вперед, указывая на менуки, отлитую в форме стрекозы. Затем положила катану рядом с собой и продолжила:

– Мне стало интересно, и я сняла меч со стойки. Стрекоза была так красива, от нее исходило особенное тепло. Мне захотелось достать этот клинок из саи, и я это сделала. Хотя мои руки были слабы после болезни, мне это удалось. Именно в тот момент я нашла свою новую цель. Лекарство от своих недугов. Утром я собралась и уехала в Школу Меча Мастера Цуруги. Четыре дня изматывающих тренировок в додзе и три дня дома. Одновременно я постигала тонкости управления княжеством с лучшими учителями, которых могла найти. В конце концов, я была богата и могла позволить себе хороших советников. Через два года я получила степень Мастера Меча и полностью взяла на себя управление обоими княжествами. Незуми в тот год куда-то исчез, и когда он вернулся, то уже ничего изменить не мог. Хотя от своих планов он не отказался. У меня росла дочь, которая была моей единственной, благодаря его стараниям, наследницей, ее ведь тоже можно выгодно продать. Но в тот момент я не думала об этом. Я не знала ни о его планах, ни о том, что это он убил Саме. Да и отец не говорил мне о причинах смерти мамы. Я искала убийц, но безрезультатно. Много что произошло за те годы, Незуми пытался несколько раз «случайно» убить меня через подставных лиц, и поверь мне… – она чуть нахмурилась. – У меня есть веские причины не подпускать к себе мужчин ближе, чем на расстояние вытянутого клинка. Но все изменилось, когда четыре года назад я повстречалась с Кайри и Итачи…